Пять стадий

Кай Смит сидел на краю тренировочной площадки, лениво покручивая в пальцах маленький огненный шарик. Солнце Ниндзяго клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки оранжевого и пурпурного — его любимые цвета, цвета его стихии. Тренировка закончилась полчаса назад, но он не спешил возвращаться в монастырь. Что-то держало его здесь, на этом самом месте, где несколько минут назад Зеленый ниндзя отрабатывал новый прием с мечом. Ллойд. Кай сжал пальцы, и огненный шарик погас с тихим шипением. Ллойд Гармадон. Его младший брат. Его лучший друг. Зеленый ниндзя, спаситель Ниндзяго, лидер их команды. Мальчишка, которого Кай помнил еще тем неуклюжим ребенком, впервые взявшим в руки оружие. Тем самым, кто плакал по ночам, когда узнал правду о своем отце. Тем, кого Кай учил драться, защищал в бою, прикрывал спину. Тем, кто вырос на его глазах из маленького испуганного мальчика в сильного, уверенного в себе мужчину. В мужчину. Кай резко встал, чувствуя, как внутри все переворачивается от одной только мысли. В мужчину, которого он, Кай, теперь видел совершенно иначе. — Блядь, — выдохнул он в пустоту тренировочной площадки. Потому что именно сегодня, именно сейчас, когда Ллойд отрабатывал тот чертов прием с мечом — с засученными рукавами, с выступившим на лбу потом, с сосредоточенным выражением лица, — что-то внутри Кая щелкнуло. Сломалось. Перегорело. Или наоборот — вспыхнуло с новой, пугающей силой. Он смотрел на Ллойда тысячи раз. Тысячи тренировок, тысячи битв, тысячи обычных дней. Но сегодня было иначе. Сегодня он смотрел и чувствовал, как пересыхает во рту. Как сердце начинает биться быстрее. Как появляется это странное, тянущее чувство внизу живота. — Эй, Кай! Ты идешь или как? Голос Джея вырвал его из размышлений. Мастер молнии стоял у входа в монастырь и махал рукой. — Иду, — буркнул Кай, направляясь к зданию. Нужно было подумать. Серьезно подумать о том, что, черт возьми, с ним происходит.

***

Стадия первая: Отрицание — Это просто братская любовь, — сказал Кай своему отражению в зеркале ванной комнаты. Отражение смотрело на него с явным скепсисом. — Серьезно. Я вырастил его. Он мне как брат. Я просто… я просто горжусь им. Тем, каким он стал. Это нормально — гордиться тем, кого ты воспитал. Отражение продолжало молча смотреть. — Это не то, что ты думаешь, — Кай ткнул пальцем в зеркало. — Я не… Я не гей. И уж точно я не влюблен в Ллойда. Это бред. Полный бред. Мне просто… показалось. Да. Показалось. Прошло три дня с того момента на тренировочной площадке. Три дня, в течение которых Кай старательно избегал оставаться с Ллойдом наедине. Три дня, когда он ловил себя на том, что смотрит на Зеленого ниндзя дольше, чем следовало бы. Три дня, когда каждое случайное прикосновение Ллойда — плечом к плечу во время обеда, рукой к руке при передаче оружия, — вызывало у Кая электрический разряд, пробегающий по позвоночнику. — Просто братские чувства, — повторил он как мантру. — Я же мастер огня. Я горячий. У меня повышенная температура тела. Вот и все объяснение. Он вышел из ванной и сразу же столкнулся с Коулом, который нес в комнату целую гору пирожных. — О, Кай! — Мастер земли просиял. — Смотри, что я купил в той новой кондитерской! Шоколадные, ванильные, с клубникой, с карамелью… Будешь? — Нет, спасибо, — Кай попытался обойти его, но Коул преградил путь. — Ты какой-то странный в последние дни. Что-то случилось? Или опять поругался с Джеем? — Все в порядке. — Ага, конечно, — Коул прищурился, и в его глазах заплясали веселые искорки. — Ты уже три дня не подкалываешь Джея и не хвастаешься своей неотразимостью. Для тебя это… ненормально. Подозрительно. Ты либо болен, либо влюбился. Кай замер. — Что за чушь? — его голос прозвучал слишком резко даже для него самого. — Я не влюблялся. Я вообще не влюбляюсь. Я Кай Смит. Я эгоист, помнишь? Мне никто не нужен, кроме себя самого. — Ну-ну, — Коул откусил пирожное и закатил глаза от удовольствия. — М-м-м, божественно. Кстати, Ллойд спрашивал, не хочешь ли ты сегодня вечером посмотреть с ним тот новый фильм про ниндзя. Сердце Кая пропустило удар. — Я занят. — Чем? — Делами. — Какими делами? — Важными! Коул понимающе хмыкнул и, наконец, отошел с дороги. — Как знаешь. Но Ллойд, кажется, расстроился, когда ты отказался от совместной тренировки вчера. И позавчера. И сегодня утром. Кай ничего не ответил, просто прошел в свою комнату и закрыл дверь. Ллойд расстроился. Из-за него. Внутри все сжалось от чувства вины. Он не хотел расстраивать Ллойда. Никогда не хотел. Но что ему оставалось делать? Смотреть в эти зеленые глаза и делать вид, что все в порядке? Что он не представляет, каково это — прикоснуться к светлым волосам? Что он не думает о том, какие на ощупь эти губы? — Стоп, — Кай стукнул себя по лбу. — Прекрати. Это. Просто. Братские. Чувства. Он повторял это снова и снова, как заезженную пластинку, но с каждым днем верил в это все меньше.                               

***

Стадия вторая: Гнев — Да пошло оно все! — Кай ударил кулаком по тренировочному манекену, и тот вспыхнул ярким пламенем. Прошла неделя. Неделя мучений, самообмана и постоянного напряжения. Неделя, в течение которой Кай старательно избегал Ллойда, а когда не мог избежать — вел себя как последний придурок. Сегодня утром Ллойд подошел к нему за завтраком и просто спросил, все ли в порядке. Простой вопрос. Обычный. Ллойд всегда был заботливым, особенно по отношению к команде, к своей семье. Но Кай, услышав этот вопрос, почувствовал, как внутри закипает ярость. — Со мной все в полном порядке! — рявкнул он тогда. — Просто отстань от меня, ладно? У меня есть дела поважнее, чем отвечать на твои дурацкие вопросы! Он видел, как дернулся Ллойд. Как в зеленых глазах мелькнула обида, смешанная с непониманием. Как Зейн, сидящий рядом, нахмурился и открыл рот, чтобы что-то сказать. Но Кай уже встал из-за стола и вышел, хлопнув дверью. Теперь он вымещал злость на тренировочном манекене. — Почему?! — прорычал он, нанося удар за ударом. — Почему именно он? Почему не какая-нибудь девушка? Почему не случайный парень в баре? Почему, черт возьми, Ллойд?! Манекен загорелся сильнее. — Я вырастил его! Я был ему как брат! Как, мать твою, я мог влюбиться в того, кого считал младшим братом?! Удар. Еще удар. Огонь плясал вокруг него, отражая бурю эмоций внутри. — Это неправильно! Это извращение! Я чудовище! — Вообще-то, статистически… Кай резко обернулся. У входа на тренировочную площадку стоял Зейн. Ниндроид смотрел на него своим обычным спокойным взглядом. — Что тебе нужно? — огрызнулся Кай. — Я анализировал твое поведение за последнюю неделю, — Зейн подошел ближе. — Повышенная агрессивность, избегание определенных членов команды, эмоциональная нестабильность. Мой анализ показывает, что ты проходишь через стадии принятия неизбежного. Скорее всего, романтических чувств к кому-то. Кай замер. Огонь вокруг него потух. — Что ты несешь? — Я говорю о Ллойде, — просто сказал Зейн. — Ты влюблен в него. — Я не… — Кай, я не человек, но я достаточно долго живу среди людей, чтобы распознавать такие вещи. Твои зрачки расширяются, когда ты смотришь на Ллойда. Твое сердцебиение учащается. Ты находишь предлоги, чтобы случайно прикоснуться к нему, и в то же время избегаешь длительного контакта. Все это указывает на романтическую привязанность. Кай открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. — Ты злишься, потому что боишься, — продолжил Зейн. — Боишься, что эти чувства неправильные. Боишься, что Ллойд не ответит взаимностью. Боишься, что это разрушит вашу дружбу. — Заткнись, — прошептал Кай. — Я не осуждаю тебя. Я просто… — Заткнись! Кай развернулся и ударил по манекену с такой силой, что тот разлетелся на куски. Зейн не вздрогнул. — Гнев — это вторая стадия, — спокойно заметил он. — Следующей будет торг. И ушел, оставив Кая стоять посреди обломков манекена и собственных разрушенных убеждений.                                      

***

Стадия третья: Торг Кай сидел в своей комнате, уставившись в потолок. Было два часа ночи, но сон не шел. Последние несколько дней он провел в размышлениях, пытаясь найти выход, решение, что угодно, что помогло бы ему избавиться от этих чувств. — Хорошо, — прошептал он в темноту. — Допустим. Просто допустим, что Зейн прав. И что у меня… есть чувства к Ллойду. Слова давались с трудом, словно каждое из них было острым осколком стекла. — Но это не значит, что я должен что-то с этим делать. Я могу просто… игнорировать это. Спрятать глубоко внутри и никогда не показывать. Ллойд ничего не узнает. Никто не узнает. И все будет как раньше. Тишина комнаты словно насмехалась над ним. — Я могу… могу найти кого-то другого. Отвлечься. Сходить в бар, познакомиться с кем-нибудь. С девушкой. Или с парнем. Не важно. Просто чтобы забыть. Он перевернулся на бок и уставился на стену, за которой находилась комната Ллойда. — Если я перестану обращать на это внимание, чувства исчезнут. Так ведь? Так всегда бывает. Просто нужно время. Немного времени, и все пройдет. Я снова буду видеть в нем только брата. Только друга. Только Зеленого ниндзя. Он зажмурился. — Пожалуйста. Пусть это пройдет. Я сделаю что угодно. Перестану хвастаться. Перестану быть придурком. Буду помогать по дому. Буду милым с Джеем. Что угодно. Только пусть это пройдет. Ответа не было. Только тишина и темнота. А утром, когда Кай спустился к завтраку и увидел Ллойда — сонного, с растрепанными светлыми волосами, в мятой футболке, — его сердце снова пропустило удар. И он понял, что никакой торг не работает.                                     

***

Стадия четвертая: Депрессия — Ты выглядишь как дерьмо, — заметил Джей, плюхаясь рядом с Каем на диван. — Спасибо за комплимент, — буркнул Кай, не открывая глаз. Он лежал на диване в гостиной уже третий час, уставившись в одну точку на потолке. Внутри была пустота. Огромная, всепоглощающая пустота. Прошло две недели с момента осознания. Две недели, в течение которых Кай перестал бороться и просто… сдался. Он признал, что влюблен в Ллойда. Признал, что это не пройдет. Признал, что он безнадежен. — Серьезно, — Джей наклонился и заглянул ему в лицо. — Ты какой-то… потухший. Где твой обычный пафос? Где «я самый крутой ниндзя во всей вселенной»? — Умерло. Похоронено. Не поминай. — Ого. Все настолько плохо? Кай вздохнул. — Ты когда-нибудь влюблялся, Джей? По-настоящему? Мастер молнии удивлённо моргнул, потом на его лице расплылась широкая, тёплая улыбка — та самая, которая появлялась у него каждый раз, когда речь заходила о Ние. — Ты сейчас серьёзно спрашиваешь? — он рассмеялся. — Кай, я встречаюсь с твоей сестрой уже… сколько? Даже не помню. Мы вместе столько лет, что я уже сбился со счёта. И ты спрашиваешь, влюблялся ли я по-настоящему? Кай поморщился. Действительно, глупый вопрос. Он сам был свидетелем того, как Джей годами добивался Нии, как они наконец сошлись, как прошли вместе через огонь, воду и все возможные катастрофы Ниндзяго. Их отношения были, пожалуй, самыми стабильными во всей команде. — Прости, — пробормотал он. — Глупый вопрос. Просто… я пытаюсь понять, что со мной происходит. Джей тут же оживился, его глаза загорелись любопытством. — А что с тобой происходит? Подожди… — он ахнул и подпрыгнул на месте. — Ты влюбился! Кай Смит влюбился! Да ладно! В кого? Это кто-то из монастыря? Кто-то из города? Девушка? Парень? Кто?! — Не важно. — Как это не важно?! Это же сенсация! Кай, который любит только себя, влюбился! Мир перевернулся! Зейн, ты слышал?! — Я слышал, — Зейн вошёл в гостиную с книгой в руках. — И я бы посоветовал тебе не давить на Кая. Он проходит через сложный эмоциональный период. — О, так ты в курсе? — Джей надулся. — А я нет? Почему ты сказал Зейну, а мне нет? — Я никому ничего не говорил, — устало произнёс Кай. — Зейн сам догадался.  — Ну так и мне расскажи! — потребовал Джей, поворачиваясь к Зейну. — Это не мой секрет, чтобы его раскрывать, — спокойно ответил тот. — Заткнитесь оба! Дверь в гостиную открылась, и вошёл Коул с очередной порцией сладостей. За ним следовал Ллойд. Кай мгновенно напрягся, но заставил себя не двигаться. Просто продолжил лежать и смотреть в потолок. — О, Кай здесь, — заметил Коул. — А мы тебя обыскались. Ллойд хотел предложить совместную тренировку. — Я не в настроении, — ответил Кай, не глядя на Ллойда. Он чувствовал на себе взгляд зелёных глаз. Чувствовал, как внутри всё сжимается от тоски. — Кай, — голос Ллойда был мягким, обеспокоенным. — Что с тобой происходит? Ты уже две недели сам не свой. Ты избегаешь меня. Ты ни с кем не разговариваешь. Ты… я переживаю… Кай закрыл глаза. — Всё в порядке, Ллойд. Просто… просто устал. — Врёшь. Кай вздрогнул. Ллойд подошёл ближе и теперь стоял прямо над ним, глядя сверху вниз. В его зелёных глазах читалась тревога, смешанная с упрямством. — Ты врёшь мне, Кай. И я хочу знать почему. Мы же братья. Мы же друзья. Что бы ни случилось, ты можешь рассказать мне. Братья.  Друзья. Эти слова ударили больнее, чем любой удар в бою. — Я не могу, — прошептал Кай. — Не сейчас. Ллойд хотел что-то сказать, но Коул положил руку ему на плечо. — Дай ему время, Ллойд. Кай сам разберётся. Ллойд помедлил, потом кивнул. — Хорошо. Но знай, что я рядом. Всегда. Он вышел из гостиной, и Кай почувствовал, как что-то внутри него надломилось. Он хотел рассказать. Так сильно хотел. Но страх был сильнее.                                    

***

Стадия пятая: Принятие Дождь стучал по крыше монастыря. Кай стоял у окна в своей комнате и смотрел на серое небо. Прошел почти месяц с того дня на тренировочной площадке. Месяц мучений, борьбы с собой и постепенного осознания неизбежного. Он любил Ллойда. Не как брата. Не как друга. Не как товарища по команде. Он любил его так, как любят самого важного человека в своей жизни. Того, ради которого готовы на все. Того, без которого мир кажется серым и бессмысленным. Того, чья улыбка заставляет сердце биться чаще, а прикосновения — забывать, как дышать. Кай глубоко вздохнул. Он прошел через все стадии. Отрицание, когда убеждал себя, что это просто братские чувства. Гнев, когда злился на себя и на весь мир за то, что влюбился в Ллойда. Торг, когда пытался заключить сделку с самим собой и судьбой. Депрессия, когда сдался и погрузился в пучину безнадежности. И теперь — принятие. Он любит Ллойда. Это факт. Такой же реальный, как огонь, которым он управляет. И отрицать это дальше бессмысленно. Но что делать с этим знанием? Кай отошел от окна и сел на кровать. Мысли крутились в голове, сталкиваясь друг с другом. Признаться? А если Ллойд не ответит взаимностью? Если его чувства — чисто братские? Если признание разрушит их дружбу, их команду, их семью? Не признаваться? Жить с этим грузом, притворяться, что все в порядке, и медленно сходить с ума от неразделенной любви? — Черт, — выдохнул он. — И почему все так сложно? Раньше все было проще. Раньше он был Каем Смитом — самовлюбленным, эгоистичным, харизматичным ниндзя огня, который не заморачивался чувствами. Который флиртовал направо и налево, не вкладывая в это ничего серьезного. Который считал, что любовь — это для слабаков. А теперь он сам стал слабаком. Нет, не так. Он стал человеком, который наконец-то понял, что такое настоящие чувства. И это было… странно. Ново. Пугающе. Но в то же время — правильно. Кай улыбнулся впервые за долгое время. Улыбка вышла кривой и немного грустной, но все же улыбкой. — Я люблю Ллойда Гармадона, — произнес он вслух, словно пробуя эти слова на вкус. — Я, Кай Смит, люблю Ллойда Гармадона. И я собираюсь что-то с этим сделать. Страх никуда не делся. Он все еще сидел где-то глубоко внутри, сжимая сердце ледяными пальцами. Но теперь к нему добавилось что-то еще. Что-то теплое и светлое. Надежда. Кай встал и подошел к зеркалу. Посмотрел на свое отражение — растрепанные волосы, уставшие глаза, но в них появился тот самый огонек, который, казалось, потух навсегда. — Так, Смит, соберись, — сказал он сам себе. — Ты — мастер огня. Ты прошел через сотни битв. Ты сражался с Лордом Гармадоном, с Оверлордом, с Они. И ты боишься признаться в чувствах парню, которого знаешь всю жизнь? Серьезно? Отражение смотрело на него с вызовом. — Ладно, — Кай выдохнул. — Признаваться сразу — плохая идея. Я даже не знаю, как Ллойд отреагирует. Может, он вообще по девушкам. Или по парням, но не по мне. Или вообще ни по кому. Он начал ходить по комнате, обдумывая план действий. — Мне нужно… нужно поухаживать за ним. Да. Показать свои чувства не словами, а действиями. Посмотреть, как он отреагирует. Есть ли у меня вообще шансы. Кай остановился. — Ухаживать. Я. Кай. Буду ухаживать за кем-то. Он рассмеялся. Смех вышел нервным, но искренним. — Ну и вляпался же ты, Смит. Раньше все сами за тобой бегали, а теперь ты будешь бегать. Карма — та еще стерва. Он снова сел на кровать и задумался. С чего начать? Какие подарки любит Ллойд? Что ему нравится? Чем его можно порадовать? Кай понял, что, несмотря на годы, проведенные вместе, он не так уж много знает о предпочтениях Ллойда. Да, он знал его как бойца, как лидера, как друга. Но как объект романтического интереса? Тут была полная неизвестность. — Значит, начну с наблюдения, — решил он. — Узнаю, что он любит, что ему нравится. И буду действовать аккуратно. Без резких движений. Он снова посмотрел в окно. Дождь прекратился, и сквозь тучи начали пробиваться первые лучи солнца. — Я справлюсь, — сказал Кай сам себе. — Я справлюсь, потому что я Кай Смит. И если я чего-то хочу, я этого добьюсь. Он сделал глубокий вдох и направился к двери. Пора было начинать новую главу своей жизни. Главу, в которой он будет не просто эгоистом, а человеком, способным на настоящие чувства. Человеком, который любит. Человеком, который готов бороться за свою любовь. Человеком, который больше не боится. — Ллойд Гармадон, — прошептал Кай, выходя в коридор. — Готовься. Потому что я иду за тобой. Вечером того же дня Кай сидел в гостиной вместе со всей командой. Они смотрели какой-то старый фильм про боевые искусства, который выбрал Коул. Джей, как обычно, комментировал каждую сцену, Зейн анализировал бой, а Ллойд сидел на другом конце дивана, иногда поглядывая на Кая с плохо скрываемым беспокойством. Кай делал вид, что увлечен фильмом, но на самом деле все его мысли были заняты Ллойдом. Он украдкой наблюдал за ним, отмечая каждую деталь. Как Ллойд морщит нос, когда на экране происходит что-то особенно нелепое. Как он улыбается, когда видит хорошо поставленный прием. Как он откидывается на спинку дивана и расслабляется, забывая о своей обычной собранности лидера. Он был прекрасен. — Кай, ты в порядке? — голос Ллойда вырвал его из размышлений. — А? Да, конечно, — Кай постарался придать голосу обычную беззаботность. — Просто задумался. — О чем? О том, что я люблю тебя. О том, что хочу быть с тобой. О том, что боюсь все испортить.  — О тренировке, — соврал он. — Надо бы новый прием отработать. Ллойд кивнул, но в его глазах промелькнуло сомнение. Он явно не поверил, но не стал настаивать. — Если хочешь, можем завтра утром потренироваться вместе, — предложил он. — Ты, кстати, так и не показал мне тот удар с разворота, который отрабатывал на прошлой неделе. Сердце Кая забилось быстрее. Совместная тренировка. Наедине. Это был шанс. Шанс начать действовать. — Да, отличная идея, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал обыденно. — Завтра утром, после завтрака. Ллойд улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Кая внутри всё переворачивалось. — Договорились. Кай отвернулся к экрану, чтобы скрыть выступивший на щеках румянец. Черт возьми, он краснеет как девчонка! Он, который никогда никого не стеснялся! «Влюбленность делает людей идиотами, — подумал он. — И я — живое тому доказательство». Фильм закончился, и команда начала расходиться по комнатам. Ллойд задержался в дверях гостиной и обернулся к Каю. — Спокойной ночи, Кай. — Спокойной ночи, Ллойд. Зеленый ниндзя ушел, а Кай еще долго сидел в темной гостиной, обдумывая завтрашний день. Завтра все начнется. Завтра он сделает первый шаг на пути к сердцу Ллойда Гармадона. И будь что будет. Кай встал и направился в свою комнату. Проходя мимо двери Ллойда, он на секунду остановился и прислонился лбом к прохладному дереву. — Я люблю тебя, — прошептал он так тихо, что даже сам едва услышал. — И я докажу тебе это. Он отстранился и пошел дальше. В его груди горел огонь — не тот разрушительный, который он использовал в бою, а другой. Теплый, мягкий, дающий надежду. Огонь любви. И Кай знал, что теперь, когда он принял свои чувства, этот огонь будет только разгораться. А значит, впереди его ждало много интересного. Очень много. Он лег в кровать и закрыл глаза. Впервые за долгое время на его губах играла искренняя улыбка. — Ллойд Гармадон, — прошептал он в темноту. — Ты даже не представляешь, что тебя ждет. И с этой мыслью Кай, мастер Огня , эгоист и просто человек, который наконец-то научился любить, провалился в сон. Ему снился Ллойд. И это был самый прекрасный сон в его жизни. Утро началось с того, что Кай проснулся на полчаса раньше обычного. Это само по себе было событием исключительным — обычно он валялся в кровати до последнего, пока Джей не начинал колотить в дверь с криками «Пожар! Наводнение! Конец света!». Но сегодня все было иначе. Сегодня был первый день его новой жизни. Жизни, в которой он собирался завоевать сердце Зеленого ниндзя. — Так, Смит, соберись, — пробормотал он, глядя на свое отражение в зеркале ванной. — Ты горячий. Ты харизматичный. Ты неотразимый. Ты справишься. Отражение смотрело на него с явным скепсисом. — Ладно, может, не настолько неотразимый, но для Ллойда — сойдет. Надеюсь. Он принял душ, тщательно причесался (впервые за долгое время используя гель для укладки, а не просто проведя рукой по волосам), надел свежую одежду — темно-красную футболку, которая, как он знал, отлично подчеркивала его силуэт, и черные джинсы. Покрутился перед зеркалом, оценивая результат. — Неплохо. Очень неплохо. Ллойд оценит. Он спустился на кухню раньше всех. Монастырь еще спал, и только первые лучи солнца пробивались сквозь окна. Кай подошел к плите и замер. — Черт. А что Ллойд вообще любит на завтрак? Он задумался. За все годы, что они жили вместе, он никогда не обращал внимания на такие мелочи. Ллойд просто ел то, что готовили. Иногда хвалил, иногда молчал. Но что именно ему нравилось? — Я жалкий неудачник, — пробормотал Кай, открывая холодильник. — Я влюблен в человека и даже не знаю, что он любит есть. Он начал перебирать продукты. Яйца, молоко, овощи, сыр, остатки вчерашнего ужина. Что бы приготовить? — Омлет? Нет, слишком банально. Блины? Я не умею. Каша? Фу, кто вообще ест кашу по своей воле? В итоге он решил сделать тосты с авокадо и яйцом-пашот. Видел когда-то в каком-то модном кафе, выглядело красиво. Плюс чай. Ллойд любил чай, это он помнил точно. Зеленый, кажется. Или черный? Черт. — Начну с зеленого, — решил Кай. — Если что, сделаю другой. Он включил плиту, поставил чайник и принялся за готовку. Это было... непривычно. Кай редко готовил, обычно эта обязанность лежала на Зейне (который делал все идеально) или на Коуле (который обожал экспериментировать с рецептами). Но сегодня он хотел сделать что-то сам. Для Ллойда. — Доброе утро. Кай вздрогнул и чуть не выронил нож. В дверях кухни стоял Ллойд — сонный, с растрепанными волосами, в пижамных штанах и белой футболке. Он потирал глаза и выглядел таким... домашним. Таким родным. Таким чертовски милым, что у Кая перехватило дыхание. — Ллойд! — голос предательски дрогнул. — Ты рано. — Не мог уснуть, — Ллойд зевнул. — Решил спуститься, выпить воды. А ты что делаешь? Кай оглянулся на плиту, где уже дымился чайник и шкворчала сковородка. — Готовлю завтрак. — Ты? — в голосе Ллойда прозвучало искреннее удивление. — С каких пор ты готовишь? — С сегодняшнего дня, — Кай постарался придать голосу беззаботность. — Решил, что пора учиться. Вдруг пригодится. Ллойд подошел ближе и заглянул через плечо. — Тосты с авокадо? Выглядит вкусно. — Правда? — Кай почувствовал, как внутри разливается тепло. — Я старался. Садись, сейчас будет готово. — А чай? — Ллойд потянул носом. — Зеленый? — Да. Ты ведь любишь зеленый? Ллойд улыбнулся — той самой улыбкой, от которой сердце Кая начинало биться как сумасшедшее. — Люблю. Спасибо. Он сел за стол, продолжая наблюдать за Каем. Тот старался не подавать виду, но внутри все дрожало от напряжения. Не подгореть. Не пересолить. Не опозориться. «Это просто завтрак, — говорил он себе. — Обычный завтрак. Ничего особенного. Ллойд даже не поймет, что это ухаживание». Но когда он поставил перед Ллойдом тарелку с идеально поджаренным тостом, украшенным ломтиками авокадо и яйцом-пашот, и чашку ароматного чая, его руки слегка дрожали. — Угощайся. Ллойд взял вилку и отрезал кусочек. Кай замер, ожидая вердикта. — М-м-м, — Ллойд прожевал и улыбнулся. — Очень вкусно. Серьезно, Кай, это отлично. — Правда? — Кай выдохнул с облегчением. — Я боялся, что пережарил. — Нет, все идеально. Спасибо. Ллойд продолжил есть, а Кай сел напротив, делая вид, что пьет свой чай, но на самом деле украдкой наблюдал за ним. Как Ллойд аккуратно отрезает кусочки. Как закрывает глаза от удовольствия, когда пробует что-то особенно вкусное. Как его светлые волосы падают на лоб, и он машинально убирает их рукой. «Я люблю тебя, — думал Кай. — Я так сильно тебя люблю, что это почти больно». — А ты сам не будешь? — спросил Ллойд, заметив, что Кай сидит с пустой тарелкой. — Я... я не голоден, — соврал Кай. На самом деле он просто забыл сделать порцию для себя, полностью поглощенный готовкой для Ллойда. — Возьми половину моего, — Ллойд подвинул тарелку к нему. — Я все равно не доем. — Нет, что ты, это для тебя. — Кай, — Ллойд посмотрел на него серьезно. — Ты приготовил это для меня, и я ценю. Но я хочу, чтобы ты тоже поел. Мы же команда, помнишь? Делим все пополам. Кай почувствовал, как к горлу подступает ком. Вот он, Ллойд. Всегда заботливый. Всегда думающий о других. Всегда ставящий команду выше себя. — Хорошо, — он взял вилку и отрезал кусочек тоста. — Спасибо. Они ели в тишине, но это была уютная тишина. Кай чувствовал, как внутри разгорается надежда. Ллойду понравился завтрак. И это было только начало.                                    

***

— Он что, реально приготовил тебе завтрак? — Джей уставился на Ллойда с открытым ртом. Они сидели в гостиной после обеда. Команда собралась в почти полном составе: Коул поглощал очередную порцию пирожных, Зейн читал книгу, Джей развалился на диване, а Ллойд сидел в кресле, все еще прокручивая в голове события утра. — Да, — ответил он, и на его щеках появился легкий румянец. — Тосты с авокадо и яйцом-пашот. И зеленый чай. — Кай? — Джей недоверчиво покачал головой. — Наш Кай? Который в жизни ничего сложнее бутерброда не готовил? Который считает, что готовка — это для слабаков? — Это был он, — подтвердил Ллойд. — И как? Вкусно было? — Очень. Джей присвистнул. — Чувак, да он в тебя влюбился. Ллойд поперхнулся воздухом. — Что?! — Джей, не говори глупостей, — вмешался Коул с набитым ртом. — Кай просто... эм... решил научиться готовить. — Ага, конечно, — Джей закатил глаза. — Кай, который ненавидит кухню и раний подъем, внезапно встает в шесть утра, чтобы приготовить Ллойду завтрак. И не просто завтрак, а тосты с авокадо, как в модном кафе. Это не «решил научиться готовить», это «решил произвести впечатление». — Джей, ты преувеличиваешь, — Ллойд почувствовал, как румянец расползается по щекам. — Мы просто друзья. — Друзья не краснеют, когда говорят друг о друге, — заметил Зейн, не отрываясь от книги. — Я не краснею! — Твоя температура лица повысилась на полтора градуса за последние тридцать секунд. Это классический признак смущения. Ллойд закрыл лицо руками. — Вы все невыносимы. — Слушай, Ллойд, — Коул отложил пирожное и посмотрел на него серьезно. — Мы не хотим тебя смущать. Просто... обрати внимание. Кай в последнее время ведет себя странно. Сначала ходил мрачнее тучи, а теперь вдруг приготовил тебе завтрак. Может, он действительно что-то чувствует. Ллойд опустил руки и задумался. Кай. Его Кай. Тот, кто вырастил его, защищал, учил. Тот, на кого он всегда равнялся. Тот, кого он... кого он... Ллойд тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли. — Даже если так, — сказал он тихо, — это ничего не меняет. Мы ниндзя. У нас есть обязанности. Миссии. Ответственность. Не до романтики. — Ой, да брось, — Джей махнул рукой. — Жизнь не состоит только из сражений. Мы тоже имеем право на счастье. Если Кай тебе нравится... — Я этого не говорил! — Твое лицо говорит за тебя, — усмехнулся Коул. — Но мы не давим. Просто будь открыт к возможностям, хорошо? Ллойд вздохнул и кивнул. Но внутри него уже зародилось что-то. Что-то теплое и пугающее одновременно. Кай тем временем сидел в своей комнате и составлял план. — Так, — он смотрел на лист бумаги, исписанный корявым почерком. — Завтрак — сделано. Тренировка была. Что дальше? Он задумался. Подарки? Цветы? Ллойд не был похож на человека, который любит цветы. Может, что-то полезное? Оружие? Нет, слишком банально. — Ему нравится читать, — вспомнил Кай. — Он часто сидит в библиотеке. Может, книгу? Он встал и направился в библиотеку монастыря. Огромная комната, заставленная стеллажами с книгами, собранными за годы. Ллойд проводил здесь много времени, изучая историю Ниндзяго, тактику боя, древние легенды. Кай подошел к столу, за которым обычно сидел Ллойд. На столе лежала стопка книг с закладками. Кай пролистал одну — «Тактика ведения боя в условиях ограниченной видимости». Скукота. Вторую — «Легенды о Первом Мастере Кружитцу». Уже лучше, но не то. И тут он заметил тонкую книгу в мягкой обложке, лежащую с краю. «Звезды над Ниндзяго: Атлас ночного неба». Кай открыл ее и увидел пометки на полях, сделанные рукой Ллойда. Вопросительные знаки, восклицания, заметки. — Он интересуется астрономией? — удивился Кай. — Никогда бы не подумал. Он вспомнил, как иногда видел Ллойда на балконе монастыря поздно ночью, смотрящего на звезды. Тогда он думал, что Ллойд просто не может уснуть. А оказывается... Кай улыбнулся. Вот оно. То, что действительно порадует Ллойда. Он осторожно взял книгу и направился к выходу. По дороге столкнулся с Зейном. — Кай, что ты делаешь в библиотеке? — спросил ниндроид. — Обычно ты избегаешь этого места. — Решил почитать, — соврал Кай. Зейн опустил взгляд на книгу в его руках. — «Звезды над Ниндзяго»? Интересный выбор для человека, который никогда не проявлял интереса к астрономии. — Люди меняются, — буркнул Кай и поспешил уйти. — Действительно, — пробормотал Зейн ему вслед с легкой улыбкой. Вечером Кай снова оказался на кухне. На этот раз он готовил ужин. Ну, как готовил — разогревал то, что приготовил Коул днем, и сервировал это красиво. Он узнал, что Ллойд задержится на тренировке допоздна, и решил устроить ему сюрприз. — Тарелки, свечи, — бормотал он, расставляя все на столе. — Выглядит романтично. Надеюсь, не слишком? Он зажег свечи и отступил на шаг, оценивая результат. Небольшой столик на двоих, тарелки с едой, бокалы с соком (алкоголь Ллойд особо не любил), свечи. Уютно. Романтично. В самый раз. — Кай? — голос Ллойда заставил его вздрогнуть. Он обернулся. Ллойд стоял в дверях кухни, все еще в тренировочной одежде, с полотенцем на плече. Его волосы были влажными после душа, а на щеках играл легкий румянец — то ли от тренировки, то ли от удивления. — Что это? — спросил он, оглядывая накрытый стол. — Ужин, — Кай постарался говорить небрежно. — Ты тренировался допоздна, я подумал, что ты голоден. Решил накрыть на стол. — Со свечами? — Создают атмосферу. Ллойд медленно подошел к столу. Его глаза изучали каждую деталь — тарелки, бокалы, свечи. Кай замер, боясь дышать. — Это... очень мило, — наконец сказал Ллойд, и на его губах появилась та самая улыбка. — Спасибо, Кай. — Садись, — Кай отодвинул для него стул. — Еда остывает. Ллойд сел, и Кай занял место напротив. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, и в воздухе повисло напряжение. Не неловкое, а какое-то... трепетное. — Ты сегодня очень заботливый, — заметил Ллойд, беря вилку. — Сначала завтрак, теперь ужин. Что-то случилось? — Ничего особенного, — Кай пожал плечами. — Просто... захотелось сделать тебе приятное. — Почему? Потому что я люблю тебя. Потому что я хочу, чтобы ты был счастлив. Потому что я хочу быть тем, кто делает тебя счастливым.  — Потому что ты заслуживаешь этого, — сказал он вслух. — Ты много работаешь. Ты заботишься о всех нас. Кто-то должен заботиться и о тебе. Ллойд опустил взгляд в тарелку. Каю показалось, или его щеки снова порозовели? — Спасибо, — тихо сказал Ллойд. — Это... это правда очень приятно. Они начали есть в тишине, но это была хорошая тишина. Кай украдкой наблюдал за Ллойдом, отмечая каждую мелочь. Как он держит вилку. Как отпивает сок из бокала. Как иногда поднимает взгляд и встречается с глазами Кая, и тогда оба поспешно отводят глаза. «Это работает, — думал Кай. — Он не отталкивает меня. Ему нравится мое внимание. Может, у меня действительно есть шанс?» — Кай, — Ллойд отложил вилку и посмотрел на него серьезно. — Можно задать тебе вопрос? — Конечно. — Что происходит? Я имею в виду... Ты изменился за последние дни. Ты стал... другим. Более... внимательным. Ко мне. Почему? Кай почувствовал, как сердце забилось быстрее. Вот он, момент истины. Сказать или нет? Признаться сейчас или подождать? — Я... — он запнулся. — Я просто понял кое-что важное. — Что именно? Кай посмотрел в зеленые глаза Ллойда и на мгновение потерялся в них. Такие глубокие. Такие искренние. Такие родные. — Что есть люди, ради которых стоит стараться, — сказал он наконец. — Ради которых хочется быть лучше. И ты... ты один из таких людей, Ллойд. В кухне повисла тишина. Ллойд смотрел на него, и в его глазах читалось столько эмоций — удивление, недоверие, что-то еще, что Кай не мог расшифровать. — Кай... — начал он. — Ш-ш-ш, — Кай поднял руку. — Не надо ничего говорить. Просто... просто знай это, ладно? Ллойд медленно кивнул. Они закончили ужин в молчании, но это молчание было наполнено чем-то новым. Чем-то, что витало в воздухе между ними. Невысказанным, но ощутимым. Следующие несколько дней прошли в том же духе. Кай продолжал свои «ухаживания», стараясь делать это ненавязчиво, но заметно. Он купил Ллойду новую книгу по астрономии — ту самую, которую высмотрел в книжном магазине в городе. «Тайны Вселенной: От звезд до черных дыр». Ллойд, получив подарок, так искренне обрадовался, что у Кая потеплело на душе. — Откуда ты узнал? — спросил Ллойд, прижимая книгу к груди. — Я давно хотел ее, но все никак не мог найти. — Просто догадался, — улыбнулся Кай. — Ты часто смотришь на звезды. Я подумал, что тебе будет интересно. Ллойд смотрел на него так, словно видел впервые. И в этом взгляде было что-то, от чего сердце Кая замирало. Он начал делать комплименты. Не пошлые, не наигранные — искренние. Говорил Ллойду, что у него красивый смех. Что ему идет зеленый цвет (хотя это было очевидно). Что он отличный лидер и команда им гордится. — Кай, ты меня смущаешь, — краснел Ллойд каждый раз. — Я просто говорю правду, — отвечал Кай, и это действительно было правдой. Однажды они вместе пошли в город. Кай предложил прогуляться, и Ллойд согласился. Они бродили по улочкам Ниндзяго-Сити, заходили в магазинчики, ели мороженое в парке. Кай ловил себя на том, что постоянно смотрит на Ллойда — на то, как ветер играет его волосами, как он щурится от солнца, как смеется над шутками Кая. — Знаешь, — сказал Ллойд, когда они сидели на скамейке в парке, — я давно так хорошо не проводил время. Спасибо, что позвал меня. — Мы можем делать это чаще, — предложил Кай. — Гулять вдвоем. Только ты и я. Ллойд посмотрел на него долгим взглядом. — Только ты и я, — повторил он задумчиво. — Звучит... хорошо. И в этот момент Кай почти признался. Слова уже вертелись на языке: «Ллойд, я люблю тебя. Я хочу быть с тобой. Не как брат, не как друг — как кто-то больший». Но он сдержался. Еще не время. Нужно быть уверенным. Но с каждым днем уверенности становилось все больше. — Ты видел их вчера в городе? — Джей толкнул Коула локтем. — Они опять гуляли вдвоем. — Видел, — Коул кивнул, дожевывая печенье. — Кай держал Ллойда за руку, когда они переходили дорогу. — За руку! — Джей всплеснул руками. — Это уже серьезно! — Они просто друзья, — подал голос Зейн, не отрываясь от книги. — Друзья тоже могут держаться за руки. — Ага, конечно, — Джей закатил глаза. — И смотреть друг на друга так, словно вокруг никого не существует? И краснеть каждый раз, когда случайно соприкасаются? Я тебя умоляю. — Согласен с Джеем, — Коул отряхнул крошки с рубашки. — Там что-то происходит. Кай явно ухаживает за Ллойдом. И, судя по всему, Ллойд не против. — Думаете, они... — Джей сделал паузу, — ...влюблены друг в друга? — Вероятность — девяносто процентов, — сообщил Зейн. — Ты посчитал?! — Я проанализировал их поведение за последние две недели. Учащение сердечного ритма при контакте, расширение зрачков, повышенное внимание друг к другу, стремление проводить время наедине. Все указывает на романтическую привязанность. Джей и Коул переглянулись. — Ну наконец-то, — выдохнул Коул . — Я уж думал, они никогда не поймут. — Подожди, — Джей  нахмурился. — Ты что, знал? — Ну... догадывался. Ллойд всегда смотрел на Кая как-то особенно. А Кай... Помните, как он бесился, когда Ллойд был на миссии с каким-то другим ниндзя? Он места себе не находил. — Ревность, — кивнул Зейн. — Классический признак. — И что нам делать? — спросил Джей. — Ничего, — твердо сказал Коул. — Пусть сами разбираются. Мы только поддержим, когда они будут готовы рассказать. На том и порешили. Прошла еще неделя. Кай чувствовал, что момент приближается. Ллойд стал более открытым, более... доступным. Он больше не отстранялся, когда Кай случайно касался его. Он искал общества Кая, сам предлагал провести время вместе. Его улыбки стали теплее, а взгляды — дольше. И Кай решился. Это случилось в пятницу. С самого утра Кай проснулся с ощущением, что сегодня — тот самый день. Он спустился на кухню и заварил Ллойду его любимый зеленый чай — теперь он точно знал, что Ллойд предпочитает именно его, с добавлением жасмина. Ллойд спустился через полчаса, все еще сонный, но с улыбкой, когда увидел Кая с чашкой чая. — Ты балуешь меня, — сказал он, принимая чашку. — Ты этого заслуживаешь, — ответил Кай. — Слушай, у меня есть предложение. — Какое? — Давай сходим сегодня вечером в то кафе, которое тебе понравилось в прошлый раз. А потом прогуляемся по парку. Ллойд посмотрел на него поверх чашки. В его зеленых глазах промелькнуло что-то — предвкушение? Надежда? — Хорошо, — сказал он просто. — Я согласен. Весь день Кай провел как на иголках. Он трижды переодевался, выбирая наряд. Не официальный, нет — это было бы слишком. Простой, но стильный. Темно-синие джинсы, белая футболка, сверху — легкая красная куртка на случай прохладного вечера. Он посмотрел в зеркало и остался доволен. Выглядел он отлично. Оставалось надеяться, что Ллойд оценит. Он ждал в гостиной, нервно постукивая пальцами по подлокотнику дивана. Коул, проходя мимо, хмыкнул: — На свидание собираешься? — С чего ты взял? — Кай попытался изобразить безразличие. — По тебе видно. Удачи. — Спасибо, — машинально ответил Кай и тут же спохватился: — То есть, это не свидание! Просто дружеская прогулка! — Ага, конечно, — Коул скрылся на кухне, посмеиваясь. И тут на лестнице послышались шаги. Кай поднял взгляд — и потерял дар речи. Ллойд спускался. На нем были темно-зеленые брюки, которые идеально сидели на его стройной фигуре, и светло-серая рубашка с закатанными до локтей рукавами. Волосы были уложены аккуратнее обычного, а на губах играла легкая, немного застенчивая улыбка. Он был прекрасен. Так прекрасен, что у Кая перехватило дыхание. — Ну как я выгляжу? — спросил Ллойд, останавливаясь перед ним. Кай открыл рот, но слова не шли. Он просто смотрел на Ллойда, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Кай? — Ллойд нахмурился. — Что-то не так? — Нет! — Кай наконец обрел дар речи. — То есть да! То есть... ты выглядишь... потрясающе. Правда. Я просто... вау. Ллойд покраснел. — Спасибо. Ты тоже... очень хорошо выглядишь. Они стояли друг напротив друга, и воздух между ними словно искрился. Кай первым нарушил молчание: — Идем? — Идем. Кафе было небольшим и уютным, спрятанным в одном из переулков старого города. Они заняли столик у окна и заказали ужин. Кай выбрал пасту с морепродуктами, Ллойд — ризотто с грибами. Разговор тек легко и непринужденно. Они смеялись, вспоминали забавные случаи из прошлого, обсуждали последние новости Ниндзяго. Кай рассказывал о своем детстве, о том, как впервые открыл в себе силу огня. Ллойд делился воспоминаниями о темной школе для плохих мальчиков, и как он ненавидел это место. — Знаешь, — сказал Ллойд, отпивая чай, — я никогда не думал, что моя жизнь так изменится. Что я стану Зеленым ниндзя. Что у меня будет семья — настоящая семья. Ты, Ния, Коул, Джей, Зейн... Вы все стали для меня важнее всего. — Ты тоже важен для нас, — ответил Кай. — Особенно для меня. Ллойд поднял на него взгляд, и в его глазах снова появилось то самое выражение — вопросительное, ожидающее. Кай понял, что момент настал. Но не здесь. Не в кафе, полном людей. — Пойдем в парк? — предложил он. — Хочу подышать свежим воздухом. Ллойд кивнул. Они расплатились и вышли на улицу. Вечер был прохладным, но приятным. Парк, расположенный неподалеку, был почти пуст — редкие прохожие спешили домой, не обращая внимания на двух молодых людей. Они шли по аллее, освещенной тусклыми фонарями. Листья деревьев шуршали под ногами. Кай и Ллойд шли очень близко друг к другу — их плечи почти соприкасались. — Красиво здесь, — сказал Ллойд, глядя на звезды, проглядывающие сквозь ветви. — Очень, — согласился Кай, но смотрел он не на звезды, а на Ллойда. Внезапно Ллойд чихнул. — Стало прохладно, — поежился он. Кай, не теряя ни секунды, снял свою куртку и накинул на плечи Ллойда. — Держи. — Но тебе же будет холодно! — Я огненный ниндзя, забыл? — Кай улыбнулся. — Я всегда горяч. А ты береги себя. Ллойд закутался в куртку, которая была ему немного великовата, и улыбнулся. — Она пахнет тобой, — сказал он тихо. — Огнем и чем-то... теплым. Кай почувствовал, как внутри все переворачивается. Они пошли дальше, и теперь молчание между ними было наполнено невысказанными словами. Кай собирался с духом. Он репетировал эту речь сотни раз, но сейчас все слова вылетели из головы. — Ллойд, — начал он и остановился. Ллойд тоже остановился и повернулся к нему. — Да? Кай глубоко вздохнул. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышно на весь парк. Руки дрожали. Но он смотрел в зеленые глаза Ллойда и черпал в них смелость. — Я должен тебе кое-что сказать. Это важно. Очень важно. Ллойд молчал, ожидая. — Я... Черт, это сложнее, чем я думал, — Кай нервно рассмеялся. — Я не умею говорить о чувствах. Я привык быть придурком, который думает только о себе. Но с тобой все иначе. Ты изменил меня, Ллойд. Ты заставил меня понять, что в жизни есть что-то важнее, чем собственная крутость. Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Когда я понял, что чувствую к тебе... это было как удар молнии. Я пытался отрицать. Злился. Торговался с судьбой. Впадал в депрессию. Но в итоге я просто... принял это. Принял, что люблю тебя, Ллойд. Ллойд вздрогнул. Его глаза расширились. — Кай... — Подожди, дай я закончу, — Кай выставил руку вперед. — Я люблю тебя. Не как брата или друга. Я люблю тебя так, как любят самого важного человека в своей жизни. Того, ради кого хочется просыпаться по утрам. Того, кому хочется делать завтраки и дарить книги. Того, с кем хочется гулять по парку и смотреть на звезды. Он перевел дыхание. — Я понимаю, если ты не ответишь взаимностью. Я пойму, если ты скажешь, что видишь во мне только друга. Я не буду давить. Я просто хотел, чтобы ты знал. Потому что держать это в себе было... невыносимо. Он замолчал, ожидая приговора. Ллойд стоял, не двигаясь. Его лицо в тусклом свете фонарей было трудно разобрать, но Каю показалось, что в его глазах блестят слезы. — Кай, — голос Ллойда дрожал. — Ты... ты серьезно? — Абсолютно. — Ты любишь меня? По-настоящему? — По-настоящему. Всем сердцем. Ллойд сделал шаг вперед. Потом еще один. И еще. Пока не оказался совсем близко — так близко, что Кай чувствовал тепло его дыхания. — Я тоже, — прошептал Ллойд. — Я тоже люблю тебя, Кай. Давно. Очень давно. Я просто боялся признаться. Боялся, что ты не воспримешь это всерьез. Что для тебя я всегда буду просто младшим братом. Кай почувствовал, как мир вокруг закружился. Он не верил своим ушам. — Ты... ты правда?.. — Правда, — Ллойд улыбнулся сквозь слезы. — Я люблю тебя, Кай Смит. Люблю твою самоуверенность, твою харизму, твою заботу, которую ты так неумело пытаешься показать. Люблю то, как ты смотришь на меня. Люблю то, как ты готовишь мне завтраки, даже если они не всегда идеальны. Люблю тебя всего. Кай не выдержал. Он схватил Ллойда в объятия и прижал к себе так крепко, как только мог. Ллойд уткнулся лицом в его плечо, и Кай почувствовал, как его рубашка намокает от слез. — Эй, ты чего плачешь? — прошептал он, гладя Ллойда по волосам. — От счастья, идиот, — всхлипнул Ллойд. — Я так долго этого ждал. Так боялся, что никогда не услышу этих слов от тебя. — Я тоже боялся, — признался Кай. — До чертиков боялся. Думал, что все испорчу. Что ты отвергнешь меня. — Никогда, — Ллойд отстранился и посмотрел ему в глаза. — Я никогда тебя не отвергну, Кай. Кай наклонился и осторожно, почти невесомо, коснулся губами лба Ллойда. Тот вздрогнул, но не отстранился. — Можно? — прошептал Кай, глядя на его губы. Ллойд кивнул, затаив дыхание. Их первый поцелуй был нежным и робким. Кай едва касался губ Ллойда, боясь спугнуть момент, сделать что-то не так. Но Ллойд сам придвинулся ближе, углубляя поцелуй, и Кай почувствовал, как внутри разливается тепло — не огненная ярость, а мягкое, уютное пламя. Они стояли в пустом парке, под звездным небом, и целовались как подростки. Время остановилось. Мир сузился до них двоих. Когда они наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. Ллойд улыбался — такой счастливой улыбки Кай у него еще не видел. — Это было... волшебно, — выдохнул Ллойд. — Согласен, — Кай улыбнулся в ответ. — И это только начало. Они взялись за руки и медленно пошли обратно к монастырю. Всю дорогу они молчали, но это было самое красноречивое молчание в их жизни. Их пальцы переплелись, и Кай чувствовал тепло ладони Ллойда — настоящее, живое тепло, не связанное с его стихией. — Мы пришли, — сказал Ллойд, когда впереди показались ворота монастыря. — Да, — Кай остановился. — Слушай, Ллойд... Спасибо тебе. За то, что ты есть. За то, что ответил взаимностью. За то, что сделал меня самым счастливым человеком в Ниндзяго. — Это ты сделал меня счастливым, — ответил Ллойд. — Ты даже не представляешь, как долго я мечтал об этом моменте. Они вошли в монастырь, все еще держась за руки. В гостиной горел свет — команда, как обычно, собралась перед сном. — О, наконец-то! — раздался голос Джея. — Мы уж думали, вы там ночевать останетесь! Кай и Ллойд вошли в гостиную. Джей, Коул и Зейн сидели на диване и смотрели на них с нескрываемым любопытством. — Ну? — нетерпеливо спросил Джей. — Как прошло ваше «дружеское» свидание? Кай переглянулся с Ллойдом. Тот слегка покраснел, но улыбался. — Во-первых, это было свидание, — гордо заявил Кай. — Самое настоящее. Во-вторых... — он сделал паузу для драматического эффекта, — теперь великий Зеленый ниндзя принадлежит мне. — ЧТО?! — хором воскликнули Джей и Коул. — Ты признался? — Джей подскочил с дивана. — И он ответил взаимностью?! — Как видишь, — Кай притянул Ллойда ближе и обнял за талию. — Ллойд — мой парень. Официально. Так что завидовать молча. — Я не завидую! — возмутился Джей. — Я... я рад за вас! Правда! Просто... ВАУ! — Поздравляю, — Зейн подошел и пожал руку сначала Каю, потом Ллойду. — Я рад, что вы наконец-то разобрались в своих чувствах. Это было... долго. — Долго? — переспросил Ллойд. — Согласно моим расчетам, взаимное притяжение между вами наблюдалось на протяжении последних трех лет, двух месяцев и четырнадцати дней. Просто вы оба были слишком упрямы, чтобы признать это. Ллойд и Кай переглянулись и рассмеялись. — Три года? — Ллойд покачал головой. — Серьезно? — Я ниндроид, я не ошибаюсь в таких вещах. — Ну, теперь-то мы признали, — Кай чмокнул Ллойда в висок. — И собираемся наверстывать упущенное. — Только, пожалуйста, не при нас, — скривился Джей. — Я, конечно, рад за вас, но наблюдать за вашими обжиманиями не горю желанием. — Придется привыкать, — усмехнулся Кай. — Потому что я не собираюсь отпускать его ни на шаг. Коул подошел и хлопнул Кая по плечу. — Молодец, огонек. Наконец-то взял себя в руки. Я уж думал, ты так и будешь ходить мрачнее тучи. — Спасибо, Коул. И спасибо всем вам за поддержку. Даже если вы ее не особо показывали. — Мы просто не хотели вмешиваться, — пояснил Коул. — Это ваше дело. Ллойд улыбнулся и обвел взглядом команду. — Вы — лучшая семья, о которой можно мечтать. — Ладно, хватит сантиментов, — Кай потянул Ллойда к лестнице. — Нам нужно... эм... обсудить кое-что наедине. — Обсудить, как же, — фыркнул Джей. — Знаем мы ваши «обсуждения». — Завидуй молча, Уокер! Кай и Ллойд поднялись наверх, провожаемые смешками команды. У двери комнаты Ллойда они остановились. — Хочешь зайти? — спросил Ллойд, и его голос дрогнул. Кай посмотрел в эти зеленые глаза и почувствовал, как внутри снова разгорается пламя. Но он сдержался. — Нет, — мягко сказал он. — Не сегодня. Сегодня был важный шаг. Я не хочу торопиться. Мы будем двигаться в том темпе, в котором тебе комфортно. Ллойд благодарно улыбнулся. — Спасибо, Кай. За все. — Это тебе спасибо, — Кай наклонился и поцеловал его — нежно, коротко, но многообещающе. — Спокойной ночи, мой Зеленый ниндзя. — Спокойной ночи.  Они разошлись по своим комнатам, но оба знали, что этой ночью будут думать только друг о друге. И улыбаться в темноту, вспоминая лучший вечер в своей жизни. Кай лег в кровать и уставился в потолок. На его губах играла счастливая улыбка. — Я сделал это, — прошептал он. — Я признался. И он любит меня. Он правда меня любит. Он закрыл глаза и представил лицо Ллойда — смущенное, счастливое, заплаканное от радости. Его губы, его глаза, его голос, говорящий «Я люблю тебя». — Я самый счастливый человек во всем Ниндзяго, — сказал он в пустоту. — И я никому его не отдам. С этой мыслью Кай, огненный ниндзя, бывший самовлюбленный эгоист, а ныне — влюбленный по уши романтик, провалился в сон. Ему снова снился Ллойд. И это был еще один прекрасный сон. Но теперь он знал, что реальность может быть еще лучше. Месяц пролетел как один день. Для Кая это был лучший месяц в его жизни — месяц, наполненный украденными поцелуями на тренировочной площадке, совместными завтраками, прогулками под звездами и бесконечными разговорами ни о чем и обо всем сразу. Ллойд стал его. Полностью и безоговорочно. И Кай до сих пор не мог поверить своему счастью. Они все еще жили в монастыре вместе с остальной командой, и это добавляло особую пикантность их отношениям. Приходилось прятаться, искать уединенные уголки, шептаться по ночам, когда все спали. Это было похоже на игру — захватывающую, волнующую, сводящую с ума. — Вы опять? — Джей закатил глаза, заходя в гостиную и заставая Кая и Ллойда на диване в довольно компрометирующей позе. Ллойд сидел на коленях у Кая, обвив руками его шею, а Кай целовал его в шею, не обращая внимания на окружающих. При появлении Джея Ллойд дернулся, пытаясь слезть, но Кай только крепче прижал его к себе. — Завидуй молча, Джей, — бросил он, не отрываясь от своего занятия. — Я не завидую! — возмутился Джей. — Я просто хочу посмотреть телевизор, а вы тут... занимаетесь непотребствами! — Телевизор в другом углу, — заметил Кай. — Мы не мешаем.  — Это просто возмутительно! — Джей всплеснул руками. — Я вообще-то тоже хочу спокойно отдохнуть в этом монастыре, не натыкаясь постоянно на ваши... ваши... обжимания! Где святая невинность этого места?! — Невинность? — фыркнул Коул, появляясь в дверях с очередной порцией печенья. — Ты вчера полчаса рассказывал нам про то, как вы с Нией целовались под дождём, и что это был «самый романтичный момент в твоей жизни». — Это другое! — Джей покраснел. — Мы с Нией — это красиво, романтично, возвышенно! А эти двое... они просто... животные! — Мы просто целуемся, — подал голос Ллойд, который уже перестал пытаться вырваться и теперь просто наслаждался объятиями Кая. — Ничего такого. — Ага, «ничего такого», — передразнил Джей. — У тебя на шее засос размером с Ниндзяго-Сити. Это, по-твоему, «ничего такого»? Ллойд инстинктивно прикрыл шею рукой и покраснел. — Кай! Ты обещал не оставлять следы на видных местах! — Прости, малыш, — Кай ни капли не раскаивался. — Ты такой вкусный, что я не удержался. — Фу, — Джей схватился за сердце. — Я ухожу. У меня сейчас диабет начнется от вашей приторности. Пойду лучше позвоню Ние — хоть напомню себе, что такое нормальные, здоровые отношения! Он выбежал из гостиной, а Коул, посмеиваясь, последовал за ним. Ллойд уткнулся лицом в плечо Кая. — Они теперь будут нас дразнить целую вечность. — Пусть дразнят, — Кай поцеловал его в макушку. — Мне все равно. Главное, что ты мой. — Твой, — эхом отозвался Ллойд, и Кай почувствовал, как его сердце наполняется теплом. Но при всей идиллии в их отношениях была одна проблема. Одна огромная, невыносимая, сводящая Кая с ума проблема. Он хотел большего. С каждым поцелуем, с каждым прикосновением, с каждой ночью, проведенной в одиночестве в своей кровати (они все еще спали в разных комнатах, уважая личное пространство друг друга и не желая шокировать команду), желание Кая росло. Оно горело внутри него, как неугасимое пламя, требуя выхода. И он знал, что Ллойд чувствует то же самое. Видел по тому, как тот прижимается ближе во время поцелуев. Как его дыхание сбивается, когда руки Кая опускаются ниже по спине. Как в его глазах появляется тот самый голодный блеск. Но каждый раз, когда поцелуи становились более настойчивыми, когда руки Кая скользили под одежду, касаясь горячей кожи, когда он пытался продвинуться дальше — Ллойд отстранялся. — Прости, — шептал он, избегая взгляда. — Я не могу. Пока не могу. И уходил. Оставляя Кая одного, разгоряченного, с ноющей потребностью и миллионом вопросов. Сначала Кай списывал это на стеснительность. Ллойд всегда был застенчивым, особенно в том, что касалось физической близости. Может, ему просто нужно больше времени? Может, он не готов к такому развитию событий? Кай был готов ждать. Честно. Он любил Ллойда и никогда бы не стал давить на него или торопить. Но с каждым разом, когда Ллойд отстранялся, в душе Кая росло беспокойство. Что-то было не так. Что-то большее, чем просто стеснительность. — Можно задать тебе личный вопрос? — спросил Кай однажды вечером. Они сидели на крыше монастыря, завернувшись в один плед, и смотрели на звезды. Это стало их ритуалом — приходить сюда после того, как все расходились по комнатам, и просто быть вместе. — Задавай, — Ллойд прижался ближе к его боку. Кай помолчал, подбирая слова. — Почему ты каждый раз останавливаешься? Когда мы... когда заходим дальше обычного? Ллойд напрягся. Кай почувствовал это всем телом. — Я... я не останавливаюсь. Просто... — Ллойд, — Кай мягко повернул его лицо к себе. — Посмотри на меня. Зеленые глаза встретились с карими. В них плескался страх. — Я боюсь, — прошептал Ллойд. — Я очень боюсь, Кай. — Чего? — Кай нахмурился. — Ты боишься меня? Я бы никогда не причинил тебе боль, ты же знаешь. — Я знаю. Дело не в тебе. Дело во мне. Вернее... в том, что я... я никогда... Он замолчал, отводя взгляд. — Никогда что? — осторожно подтолкнул Кай. — Я никогда не занимался сексом, — выпалил Ллойд и тут же закрыл лицо руками. — Я девственник, Кай. Полный, абсолютный девственник. Я даже... я даже целовался впервые с тобой. Кай почувствовал, как внутри все переворачивается. Ллойд — девственник. Его Ллойд. Тот, кого он хотел больше всего на свете. И тут же пришло осознание: вот почему он отстранялся. Вот почему боялся. Не из-за отсутствия желания, а из-за страха перед неизвестным. — Эй, — Кай осторожно убрал руки Ллойда от лица. — Посмотри на меня. Пожалуйста. Ллойд подчинился, хотя его глаза блестели от подступающих слез. — Это нормально, — твердо сказал Кай. — Абсолютно нормально. Ты не должен ничего стыдиться. У всех бывает первый раз. — Но ты... у тебя был опыт. Много опыта. А я... я даже не знаю, что делать. Я читал про это в интернете и... это звучало ужасно. Кай нахмурился. — Что именно ты читал? Ллойд снова покраснел, на этот раз до корней волос. — Я... я гуглил. «Первый раз у парней». И там было столько всего... про боль, про кровь, про то, что нужно специально готовиться, и что все равно будет больно, и что некоторые вообще не могут... — он замолчал, судорожно вздохнув. Кай мысленно проклял весь интернет. — И ты решил, что это будет ужасно? — А разве нет? — Ллойд посмотрел на него с отчаянием. — Там все писали, что первый раз — это больно. Что нужно терпеть. Что это испытание. А я... я не хочу, чтобы у нас было так. Я хочу, чтобы это было... особенным. Не больно. Не страшно.  Кай притянул его к себе и крепко обнял. — Послушай меня, Ллойд. Да, первый раз может быть непростым. Но это не значит, что он обязан быть ужасным. Многое зависит от партнера. От того, насколько он внимателен и заботлив. Он отстранился и заглянул в глаза Ллойда. — Я обещаю тебе, что сделаю все возможное, чтобы тебе было хорошо. Я буду осторожным. Я буду останавливаться, если ты скажешь. Я не сделаю ничего, к чему ты не будешь готов. — Правда? — голос Ллойда дрогнул. — Правда, — Кай поцеловал его в лоб. — И знаешь что? Мы не будем торопиться. Вообще. Когда ты будешь готов — тогда и случится наш первый раз. А до тех пор я готов ждать. Хоть год. Хоть два. Хоть всю жизнь. Ллойд улыбнулся сквозь слезы. — Всю жизнь? — Я хочу быть с тобой всю жизнь, Ллойд. Секс — это важно, но не настолько, чтобы рисковать нашими отношениями. Ты для меня важнее всего. Ллойд уткнулся в его плечо и затих. Кай гладил его по спине, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. — Спасибо, — прошептал Ллойд. — За то, что понимаешь и ждешь. — Пожалуйста, — ответил Кай. — Я ведь тебя люблю.                                      

***

Неделей ранее Ллойд сидел в своей комнате, уставившись в экран ноутбука. Было далеко за полночь, но сон не шел. Он снова отстранился от Кая во время их вечерних... объятий. Снова сбежал, как трус, оставив Кая одного. «Я должен разобраться в этом, — думал он, кусая губу. — Я не могу вечно убегать. Я люблю его. Я хочу его. Так почему я так боюсь?» Он открыл браузер и, помедлив, набрал в поисковой строке: «первый раз у парней с парнем». Результаты поиска заставили его пожалеть о своем решении уже через пять минут. «Первый раз всегда больно. Нужно терпеть.» «Кровь — это нормально. Не пугайтесь.» «Главное — расслабиться, но это практически невозможно.» «Мой парень не смог войти, было слишком больно, мы попробовали в другой раз.» «Я плакал весь процесс, но ради него терпел.» Ллойд читал и чувствовал, как внутри все холодеет. Боль. Кровь. Слезы. Это то, что его ждет? Это то, что он должен будет пережить, чтобы быть с Каем? Он закрыл ноутбук и уткнулся лицом в подушку. — Я не хочу, — прошептал он в пустоту. — Я не хочу, чтобы было больно. Я хочу, чтобы было хорошо. Я хочу быть с Каем, но я не хочу через это проходить. Он лежал так долго, прокручивая в голове прочитанное. Потом снова открыл ноутбук и набрал другой запрос: «как сделать первый раз менее болезненным». Ответы были чуть более обнадеживающими. Смазка. Много смазки. Подготовка пальцами. Расслабление. Доверие к партнеру. Не торопиться. И везде одно и то же: «Если партнер опытный и заботливый, все может пройти хорошо». Кай был опытным. Кай был заботливым. Кай любил его. Может, не все так страшно? Ллойд снова закрыл ноутбук и уставился в потолок. «Я доверяю Каю, — сказал он себе. — Я люблю его. И я хочу этого. Не из-за давления, а потому что я правда хочу быть с ним. Ближе, чем сейчас. Полностью.» Он сделал глубокий вдох. «Я справлюсь. Мы справимся. Вместе.»                                

***

Прошло три дня после того разговора на крыше. Три дня, в течение которых Кай старался не давить, а Ллойд — набраться смелости. И вот этот момент настал. Был субботний вечер. Команда разъехалась по делам: Коул отправился в город за новой партией сладостей (еще Кай  подозревал, на встречу с какой-то девушкой из пекарни, о которой он постоянно говорил), Джей уехал навестить родителей, а Зейн решил посетить библиотеку Ниндзяго-Сити для изучения новых тактик боя. Монастырь опустел. Они были одни. Кай и Ллойд сидели в гостиной, смотря какой-то старый фильм про ниндзя. Вернее, фильм шел фоном, потому что Ллойд сидел на коленях у Кая, и они целовались — медленно, лениво, наслаждаясь возможностью не прятаться. — Кай, — прошептал Ллойд между поцелуями. — М-м-м? — Я... я готов. Кай замер. Отстранился и заглянул в зеленые глаза, которые сейчас казались почти черными от расширенных зрачков. — Ты уверен? — его голос прозвучал хрипло. — Мы не обязаны... — Я уверен, — перебил его Ллойд. — Я хочу этого. Я хочу тебя. Сегодня. Сейчас. Он обвил руками шею Кая и поцеловал его — настойчиво, требовательно, совсем не так, как обычно. Кай застонал в поцелуй. — Тогда идем, — выдохнул он, подхватывая Ллойда на руки. Ллойд обхватил его ногами за талию, и Кай понес его вверх по лестнице, в свою комнату. По дороге они продолжали целоваться, и это было чертовски неудобно, но Каю было плевать. Он пинком открыл дверь своей комнаты, вошел внутрь и осторожно поставил Ллойда на пол. Но не отпустил — вместо этого прижал к стене, поставив руки по обе стороны от его головы. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Дыхание сбилось. Сердца колотились в унисон. — Ты такой красивый, — прошептал Кай, глядя в зеленые глаза и теряясь в них. — Ты даже не представляешь, какой ты красивый. Ллойд покраснел, но не отвел взгляд. — Кай... я должен сказать тебе кое-что. — Я слушаю. — Я... — Ллойд запнулся. — Я девственник. Я знаю, я уже это говорил, но я хочу повторить еще раз. Я никогда не делал этого. Ни с кем. И я... я боюсь. Все еще боюсь. Кай мягко улыбнулся. — Я знаю, малыш. И я обещаю тебе — все будет хорошо. Я буду осторожным. Я буду останавливаться, если ты скажешь. Я не сделаю тебе больно. — Ты не можешь обещать, что не будет больно, — Ллойд покачал головой. — Я читал... первый раз всегда больно. — Больно бывает, когда партнер — мудак, который думает только о себе, — твердо сказал Кай. — Я не такой. Не с тобой. Я сделаю все, чтобы тебе было хорошо. Обещаю. Ллойд смотрел на него несколько секунд, потом кивнул. — Я верю тебе. Кай наклонился и поцеловал его — нежно, почти невесомо. Его губы едва касались губ Ллойда, дразня, обещая. — Можно? — прошептал он, прося разрешения на углубление поцелуя. Ллойд приоткрыл рот, впуская его язык. Этот поцелуй был другим. Более глубоким. Более интимным. Кай исследовал рот Ллойда, наслаждаясь каждым движением, каждым стоном, который срывался с его губ.  Ноги Ллойда начали подгибаться. Он цеплялся за плечи Кая, пытаясь удержаться, но колени предательски дрожали. Кай заметил это и поставил ногу между ног Ллойда, давая ему опору. Одной рукой он обнял его за талию, притягивая ближе, так что их тела соприкоснулись по всей длине. Ллойд застонал в поцелуй, чувствуя, как твердая мышца бедра Кая прижимается к его паху. Это было... ох. Очень приятно. Вторая рука Кая скользнула под майку Ллойда, касаясь горячей кожи. Он гладил его живот, бока, поднимаясь выше к груди. Его пальцы нашли сосок и легонько сжали. Ллойд дернулся и застонал громче. — Чувствительный, — прошептал Кай, оторвавшись от его губ и переключаясь на шею. — Мне это нравится. Он продолжал ласкать тело Ллойда под майкой, одновременно целуя его шею, ключицы, плечи. Ллойд дрожал в его руках, как натянутая струна. Его дыхание сбилось окончательно, а ноги уже совсем не держали — он почти полностью сидел на бедре Кая, вцепившись руками в его плечи. — Кай... — выдохнул он. — Я... я не могу стоять. — Тогда не стой. Кай подхватил его на руки и понес к кровати. Опустил на покрывало, нависая сверху. Ллойд смотрел на него снизу вверх — раскрасневшийся, с припухшими от поцелуев губами, с потемневшими от желания глазами. — Ты уверен, что хочешь продолжить? — спросил Кай, давая ему последний шанс отступить. — Мы можем остановиться в любой момент. — Я уверен, — твердо сказал Ллойд. — Не останавливайся. Пожалуйста. Кай улыбнулся и стянул с себя майку одним движением. Ллойд замер, разглядывая его обнаженный торс. Он видел Кая без одежды сотни раз — на тренировках, в душе, в бассейне. Но сейчас это было иначе. Сейчас он мог смотреть. Мог трогать. Мог наслаждаться. — Ты такой... — Ллойд запнулся, подбирая слово. — Горячий. — Я огненный ниндзя, — усмехнулся Кай. — Это моя суперсила. — Я не об этом, — Ллойд покраснел. — Ты... красивый. Очень. — Спасибо, малыш, — Кай наклонился и поцеловал его в кончик носа. — Но сейчас моя очередь любоваться. Он взялся за край майки Ллойда и медленно потянул вверх. Ллойд приподнялся, помогая ему. Ткань скользнула по коже, открывая бледную грудь, плоский живот, изящные ключицы. — Идеально, — выдохнул Кай, отбрасывая майку в сторону. — Ты великолепен, Ллойд. Он начал покрывать его тело поцелуями. Губы скользили по шее, ключицам, плечам. Кай знал, где у Ллойда чувствительные зоны — он изучал их весь этот месяц. И сейчас он использовал эти знания, чтобы свести Ллойда с ума. Особое внимание он уделил ушам. Ллойд дернулся и застонал, когда горячие губы коснулись мочки. — Кай... — его голос сорвался. — Что? — прошептал Кай, обводя языком ушную раковину. — Ничего… просто…продолжай… Кай усмехнулся и спустился поцелуями на шею. Здесь он решил разгуляться по-настоящему. Он целовал, посасывал, оставлял засосы на бледной коже, зная, что завтра Ллойд будет смущаться перед командой. Но сейчас ему было плевать. Он хотел пометить его. Показать всем, что этот прекрасный парень принадлежит ему. Руки Кая не лежали без дела. Он гладил бока Ллойда, его ребра, живот. Пальцы скользили по коже, заставляя Ллойда дрожать и извиваться. — Кай... — простонал Ллойд, когда его пальцы коснулись края штанов. Ллойд напрягся. Кай мгновенно остановился. — Что такое? — он поднял голову и встретился взглядом с Ллойдом. — Я делаю что-то не так? — Нет, — Ллойд закусил губу. — Просто... я боюсь. Я хочу этого, правда хочу. Но когда ты касаешься... там... я вспоминаю все, что читал. И мне становится страшно. Кай вздохнул и лег рядом, притягивая Ллойда к себе. — Посмотри на меня, — попросил он. Ллойд подчинился. — Я понимаю твой страх. Правда, понимаю. Первый раз — это волнительно и страшно. Но я здесь. Я с тобой. И я не сделаю ничего, что причинит тебе боль, если этого можно избежать. — Но боль будет в любом случае, — прошептал Ллойд. — Так все говорят. — Будет немного дискомфорта, да, — признал Кай. — Но я сделаю все, чтобы минимизировать его. Я буду использовать много смазки. Я буду готовить тебя пальцами, пока ты не будешь полностью расслаблен. Я буду двигаться медленно. И если в любой момент ты захочешь остановиться — мы остановимся. Без вопросов. Без обид. Твой комфорт для меня важнее всего. Ллойд смотрел на него и чувствовал, как страх понемногу отступает, сменяясь доверием. — Ты правда такой заботливый? — спросил он. — Раньше... ты говорил, что тебе плевать на чувства партнеров. Что секс для тебя — просто физическая потребность. Кай поморщился. — Раньше я был придурком, — признал Кай. — Придурком, который использовал людей и не задумывался о последствиях. Но ты изменил меня, Ллойд. Ты заставил меня понять, что такое настоящие чувства. И сейчас... сейчас для меня нет ничего важнее тебя. Твоего комфорта. Твоего удовольствия. Твоего счастья. Ллойд почувствовал, как к глазам подступают слезы. — Я люблю тебя, Кай. — Я тоже тебя люблю, малыш. Больше всего на свете. Они снова поцеловались — нежно, трепетно, обещая друг другу все и сразу. — Продолжим? — спросил Кай, отстраняясь. Ллойд кивнул. — Да. Я хочу продолжить. Кай улыбнулся и снова потянулся к краю его штанов. На этот раз Ллойд не напрягся. Он доверял Каю. Медленно, давая время привыкнуть, Кай стянул с него штаны вместе с бельем. Ллойд остался полностью обнаженным и инстинктивно попытался прикрыться, свести ноги, спрятаться от изучающего взгляда. — Не надо, — мягко сказал Кай, разводя его колени. — Не прячься от меня. Ты прекрасен. Ллойд покраснел до корней волос. — Я... я никогда не был голым перед кем-то. Это... странно. — Привыкай, — Кай усмехнулся. — Потому что я планирую видеть тебя таким как можно чаще. Он устроился между ног Ллойда и начал целовать внутреннюю сторону бедер. Ллойд дернулся от неожиданного удовольствия. — Ох... Кай... — Нравится? — Кай посмотрел на него снизу вверх. — Да... очень... Кай продолжил свои ласки, отмечая, как Ллойд расслабляется под его прикосновениями. Его пальцы гладили нежную кожу бедер, живот, бока — везде, где только могли дотянуться. А губы продолжали исследовать тело, находя все новые чувствительные точки. Когда Ллойд окончательно расслабился, потерявшись в ощущениях, Кай потянулся к тумбочке. Там, в верхнем ящике, лежала специально подготовленная смазка. Он купил ее неделю назад, надеясь, что когда-нибудь она пригодится. Ллойд не заметил его маневра, слишком занятый ощущениями от поцелуев и прикосновений. Кай выдавил смазку на пальцы и согрел ее, используя свою силу огня — просто чуть-чуть, чтобы не было холодно и неприятно. Когда его пальцы коснулись входа, Ллойд вздрогнул и разорвал поцелуй. — Что ты... — Ш-ш-ш, — Кай поцеловал его в лоб. — Я просто подготовлю тебя. Будет немного неприятно, но я обещаю быть осторожным. Ллойд сглотнул и кивнул. — Хорошо.  Кай начал просто гладить колечко мышц, не проникая внутрь. Круговые движения, легкие надавливания — он давал Ллойду привыкнуть к ощущениям. — Расслабься, малыш, — шептал он. — Дыши глубоко. Все хорошо. Ллойд старался. Правда старался. Он закрыл глаза и сосредоточился на дыхании, на прикосновениях Кая, на его голосе. — Вот так, — одобрил Кай, чувствуя, как мышцы под его пальцами становятся менее напряженными. — Умница. Он осторожно ввел кончик пальца. Ллойд замер. — Нормально? — спросил Кай. — Да... странно. Но не больно. — Хорошо. Я продолжу. Он медленно продвигал палец глубже, давая Ллойду время привыкнуть. Когда палец вошел полностью, он остановился. — Как ты? — Непривычно, — честно ответил Ллойд. — Но терпимо. Кай начал двигать пальцем — медленно, по кругу, растягивая мышцы. Ллойд морщился, но молчал. Это действительно было не больно — просто странно. Ощущение инородного предмета внутри. — Я добавлю второй, — предупредил Кай. — Будет немного больше давления. Скажи, если станет больно. Ллойд кивнул. Второй палец вошел сложнее. Ллойд зашипел, вцепившись руками в простыню. — Больно? — Кай замер. — Немного... но продолжай. Кай продолжил, двигая пальцами, разводя их в стороны на манер ножниц. Ллойд дышал часто, стараясь расслабиться, но мышцы сопротивлялись. — Ты такой тугой, — прошептал Кай. — Такой горячий внутри. Ты даже не представляешь, как я хочу оказаться там. Ллойд застонал от этих слов. — Кай... — Что, малыш? Тебе нравится, когда я говорю такие вещи? — Да... нет... я не знаю... — Ллойд запутался в собственных ощущениях. — Не знаю. Кай усмехнулся и наклонился, чтобы поцеловать его, одновременно продолжая движения пальцами. Поцелуй отвлек Ллойда, и он почувствовал, как мышцы немного расслабляются. — Вот так, — прошептал Кай в его губы. — Молодец. Он добавил третий палец. Вот тут Ллойд вскрикнул. — Стой! Кай, больно! — Тихо, тихо, — Кай замер, не двигаясь. — Я остановился. Дыши, Ллойд. Медленно и глубоко. По щекам Ллойда потекли слезы. Он ненавидел себя за эту слабость, но ничего не мог поделать — боль была реальной, острой, пульсирующей. — Я не могу, — всхлипнул он. — Это слишком. Я не смогу принять тебя, если даже от пальцев так больно. — Сможешь, — твердо сказал Кай. — Ты сильный, Ллойд. Самый сильный человек, которого я знаю. И ты справишься. Но только если сам этого хочешь. Если нет — мы остановимся прямо сейчас. Ллойд посмотрел на него заплаканными глазами. — Я хочу. Я правда хочу. Просто... это больнее, чем я ожидал. — Первый раз всегда сложно, — Кай поцеловал его в мокрую щеку. — Но я обещаю — дальше будет лучше. Сейчас главное — расслабиться и довериться мне. Он снова начал целовать Ллойда — лицо, шею, плечи. Шептал нежности вперемешку с успокаивающими словами. Его свободная рука гладила тело Ллойда, находя все эрогенные зоны, отвлекая от дискомфорта. И постепенно Ллойд расслабился. Мышцы перестали сжиматься с прежней силой, и Кай смог продолжить движения. — Умница, — хвалил он. — Ты такой молодец. Ллойд чувствовал, как боль постепенно отступает, сменяясь чем-то новым. Каким-то странным, но не неприятным ощущением наполненности. А потом Кай задел что-то внутри него. Ллойд дернулся и застонал — на этот раз не от боли. — Ох... что это было? — Кажется, я нашел твою простату, — ухмыльнулся Кай. — И судя по твоей реакции, тебе понравилось. Он снова надавил на эту точку, и Ллойд выгнулся дугой. — Кай! Еще! Пожалуйста, еще! Кай повиновался, массируя простату пальцами. Ллойд стонал, извивался, вцеплялся в простыни — и это было самое прекрасное зрелище в жизни Кая. — Ты такой громкий, — прошептал он, наслаждаясь каждым звуком. — Такой отзывчивый. Он добавил четвертый палец, но Ллойд даже не заметил — слишком поглощенный новыми ощущениями. Когда Кай решил, что Ллойд достаточно растянут, он осторожно вынул пальцы. Ллойд разочарованно застонал от потери наполненности. — Не волнуйся, — Кай поцеловал его. — Сейчас будет кое-что получше. Он встал с кровати и снял с себя остатки одежды. Ллойд, все еще приходящий в себя после стимуляции простаты, поднял взгляд — и замер. Член Кая был... большим. Намного больше, чем четыре пальца, которые только что были внутри него. — Кай... — голос Ллойда дрогнул. — Он... он не влезет... Кай усмехнулся, возвращаясь на кровать и нависая над Ллойдом. — Влезет, — пообещал он. — Ты хорошо растянут. И я буду очень осторожным. — Но... я читал... что если член слишком большой, то... — Ллойд, — Кай прижал палец к его губам. — Хватит вспоминать всякую херню их интернета. Сейчас здесь только ты и я. И я обещаю тебе — все будет хорошо. Он поцеловал Ллойда — нежно, успокаивающе. — Ты доверяешь мне? Ллойд посмотрел в его глаза и кивнул. — Да. Доверяю. — Тогда расслабься и предоставь все мне. Кай снова смазал член и пристроился у входа. Ллойд сделал глубокий вдох и зажмурился. — Смотри на меня, — попросил Кай. — Не закрывай глаза. Я хочу видеть тебя. Ллойд с трудом разлепил веки и встретился с ним взглядом. — Начинай, — прошептал он. Кай начал входить. Медленно. Очень, очень медленно. Только головка — и Ллойд уже зашипел от боли. — Дыши, — напомнил Кай, сам едва сдерживаясь. Ощущение тугих горячих стенок вокруг его члена сводило с ума. — Глубокий вдох... выдох... Ллойд следовал инструкциям, пытаясь расслабиться. Но когда Кай продвинулся еще немного, он вскрикнул. — Стой! Остановись! Кай замер. — Больно? — Очень, — Ллойд всхлипнул. — Я не могу... Кай посмотрел на него — заплаканного, дрожащего, но все еще смотрящего на него с доверием. И понял, что обычные методы здесь не сработают. — Хорошо, — сказал он. — Давай сделаем паузу. Он не двигался, оставаясь внутри на ту глубину, на которую успел войти. Одной рукой он гладил Ллойда по щеке, вытирая слезы. — Я задам тебе несколько вопросов, хорошо? Просто чтобы отвлечься. Ллойд непонимающе посмотрел на него. — Какие вопросы? Кай, у меня в заднице твой член, а ты хочешь задавать вопросы?! — Именно, — Кай улыбнулся. — Итак, вопрос первый: какое твое любимое блюдо на завтрак? Ллойд уставился на него как на сумасшедшего. — Ты серьезно? — Абсолютно. Отвечай. — Я... тосты с авокадо, которые ты готовишь, — пробормотал Ллойд. — Отлично. Вопрос второй: какой твой любимый цвет? — Зеленый, очевидно. — Кроме зеленого. — Синий. Как небо. — Мне нравится, — Кай снова начал гладить его бедра, отвлекая. — Вопрос третий: если бы ты мог отправиться в любую точку мира, куда бы ты поехал? Ллойд задумался, и Кай почувствовал, как мышцы вокруг его члена немного расслабляются. — В горы, — ответил Ллойд. — Где-нибудь высоко-высоко. Где можно смотреть на звезды без городского света. — Звучит романтично. Я запишу это в наш план будущих путешествий. Он осторожно продвинулся еще немного. Ллойд напрягся, но ничего не сказал — только зажмурился. — Эй, глаза открой, — напомнил Кай. — Вопрос четвертый: какой твой самый неловкий момент в жизни? Ллойд рассмеялся сквозь слезы. — Ты сейчас серьезно? — Абсолютно. — Когда я упал в фонтан перед всем городом во время парада в честь победы над Гармадоном. Кай прыснул. — Я помню это! Джей тогда снимал на камеру и потом показывал всем целый месяц! — Это было ужасно, — Ллойд улыбнулся. — Но сейчас кажется забавным. Кай воспользовался его расслабленностью и вошел еще глубже. — Ох... — Ллойд закусил губу. — Ты справляешься, малыш. Отлично справляешься. Вопрос пятый: что ты чувствуешь прямо сейчас? Ллойд задумался. — Странно, — признал он. — Немного больно. Но еще... я чувствую тебя. Внутри. Это... интимно. Я никогда не чувствовал ничего подобного. — Хорошо, что ты честен, — Кай поцеловал его в нос. — Я почти вошел полностью. Еще немного, и все. Ллойд кивнул, собираясь с духом. — Давай. Я готов. Кай сделал последний толчок и вошел до конца. Ллойд застонал — больно, но уже не так сильно, как в начале. — Все, — выдохнул Кай, замерев. — Я внутри. Полностью. Ллойд открыл глаза и посмотрел на него. — Правда? Все? — Все, — подтвердил Кай. — Самое сложное позади. Как ты? — Жить буду, — Ллойд слабо улыбнулся. — Это... не так ужасно, как я ожидал. — Я же говорил. Кай начал двигаться. Медленно, осторожно, давая Ллойду привыкнуть к новым ощущениям. Первые толчки были болезненными — Ллойд шипел и иногда просил остановиться. Но постепенно боль отступала, сменяясь чем-то другим. А потом Кай снова нашел его простату. — АХ! — Ллойд выгнулся, впиваясь ногтями в спину Кая. — Там! Еще! Пожалуйста! Кай ухмыльнулся и начал прицельно вбиваться в эту точку. Ллойд стонал так громко, что, будь в монастыре кто-то еще, они бы точно проснулись. — Да... да... Кай... еще... глубже... сильнее... Теперь Кая ничего не останавливало. Осталось только желание — дикое, первобытное, требующее выхода. Он ускорился, вбиваясь в податливое тело под ним, слушая стоны и всхлипы Ллойда, чувствуя, как тот сжимается вокруг него. Ллойд кончил первым — внезапно, даже не касаясь себя. Его тело выгнулось дугой, с губ сорвался громкий крик, и он излился на свой живот и грудь. Кай замер, давая ему пережить оргазм. Но не остановился. Он слишком долго ждал этого, чтобы закончить так быстро. — Кай... — Ллойд тяжело дышал, все еще дрожа после оргазма. — Я... это было... — Я знаю, малыш, — Кай поцеловал его. — Но я еще нет. Продолжим? Ллойд слабо кивнул. Кай продолжил двигаться. Теперь Ллойд был более чувствительным, и каждый толчок отзывался в его теле волной чистого удовольствия. — Кай... помедленнее... — попросил он, когда темп стал слишком быстрым.  Кай сразу же замедлился, сбавляя ритм до плавного, глубокого, почти тягучего. Его движения стали мягче, осторожнее — он прислушивался к каждому вздоху Ллойда, к каждому движению его тела. — Вот так? — прошептал он, заглядывая в зелёные глаза. — Да... — выдохнул Ллойд, и на его губах расцвела благодарная улыбка. Кай наклонился и поцеловал его — нежно, трепетно, продолжая двигаться в том же медленном, глубоком ритме. Ллойд отвечал на поцелуй, его руки скользили по спине Кая, притягивая ближе. Мир сузился до них двоих, до их сплетённых тел, до общего дыхания и синхронных ударов сердца. — Я люблю тебя, — шептал Кай между поцелуями. — Так сильно люблю. — И я тебя, — отвечал Ллойд, прогибаясь навстречу каждому толчку.  Они двигались вместе, как единое целое. Кай чувствовал, как Ллойд сжимается вокруг него, как его дыхание становится чаще, как стоны становятся громче. Он знал, что они оба близко — очень близко. — Ллойд... я сейчас... — выдохнул он. — Я тоже... — простонал Ллойд, впиваясь ногтями в его плечи. — Вместе... пожалуйста... давай вместе... Кай кивнул, не в силах говорить. Он ускорился ровно настолько, чтобы подвести их обоих к краю, но не переступая ту грань, за которой удовольствие могло смешаться с дискомфортом. Его движения оставались глубокими, но бережными — идеальный ритм, рождённый из полного взаимопонимания. — Сейчас, — прошептал он. — Сейчас, малыш... Ллойд выгнулся дугой, и с его губ сорвался громкий, протяжный стон. В тот же самый миг Кай почувствовал, как его собственное освобождение накрывает его с головой — горячей, ослепительной волной. Они кончили одновременно, с разницей едва ли в долю секунды: Ллойд излился на свой живот, а Кай — глубоко внутри него, содрогаясь всем телом и шепча имя Ллойда как молитву. Это был идеальный момент. Момент полного единения, когда два человека становятся одним целым не только физически, но и эмоционально. Никакой боли. Никаких сожалений. Только любовь. Они лежали, тяжело дыша, сплетённые в объятиях. Кай осторожно вышел из Ллойда и упал рядом, притягивая его к себе. Ллойд прижался к нему, утыкаясь лицом в грудь, и Кай чувствовал, как его сердце всё ещё колотится в бешеном ритме. — Это было... — начал Ллойд, но запнулся, не находя слов. — Хорошо, — закончил за него Кай. — Ты был идеален. Ллойд поднял голову и посмотрел на него сияющими глазами. На его губах играла счастливая, немного уставшая улыбка. — Правда? Тебе понравилось? — Ллойд, — Кай рассмеялся и поцеловал его в лоб, — это был лучший секс в моей жизни. И не потому, что он был каким-то... технически совершенным. А потому, что это был ты. Потому что я люблю тебя. Потому что мы были вместе по-настоящему. Ллойд покраснел, но улыбка стала ещё шире. — Мне тоже очень понравилось, — признался он. — Я боялся, что будет больно, что я сделаю что-то не так, что всё пойдёт не по плану... Но ты был таким заботливым. Ты слышал меня. Ты остановился, когда мне было нужно. Ты... ты сделал этот первый раз именно таким, каким я мечтал его видеть. Спасибо, Кай. — Это тебе спасибо, — Кай прижал его крепче к себе. Они лежали так, пока дыхание не выровнялось, а сердца не перестали колотиться как бешеные. Потом Кай встал, принёс влажное полотенце и осторожно обтёр Ллойда, а затем и себя. — Останешься у меня? — спросил он, забираясь обратно в кровать. — Конечно, — Ллойд прижался к нему, укладывая голову на грудь. — Теперь я всегда буду оставаться у тебя. Кай улыбнулся в темноту и поцеловал его в макушку. — Это лучшее, что я слышал за сегодня. Они заснули, сплетённые в объятиях, счастливые и умиротворённые. И этой ночью им снились только звёзды — те самые, на которые они так любили смотреть вместе, и которые теперь навсегда стали символом их любви.                                     

***

Раннее утро ещё только вступало в свои права, когда за воротами монастыря послышался знакомый шум — команда возвращалась домой. Солнце едва показалось из-за горизонта, окрашивая небо в нежно-розовые тона, и воздух был по-утреннему свежим и прохладным. Первым во двор въехал Зейн. Он припарковал свой транспорт и огляделся — тишина. Абсолютная, непривычная тишина. Обычно к этому времени Кай уже шумел на кухне, Джей что-то громко обсуждал сам с собой, а Коул искал сладости. Но сейчас монастырь словно вымер. — Странно, — пробормотал Зейн, входя внутрь. Он заглянул в гостиную — пусто. На кухню — никого. Даже тренировочная площадка была безлюдна. — Неужели все ещё спят? — удивился он. Вскоре подъехали Джей и Коул. Джей, как всегда, ворвался в монастырь с громкими приветствиями, но осёкся, увидев Зейна, который приложил палец к губам. — Тихо, — сказал робот. — Кай и Ллойд, кажется, ещё спят. — Спят? — Джей удивлённо моргнул. — В такую рань они обычно уже на ногах. Особенно Кай со своим дурацким энтузиазмом. — Может, у них была тяжёлая ночка? — Коул многозначительно поиграл бровями. — О-о-о, — протянул Джей, и на его лице расплылась хитрая улыбка. — Думаешь, они наконец-то... ну... того? — Есть только один способ узнать, — Зейн указал на лестницу. — Дверь в комнату Кая приоткрыта. Я не смотрел, решил, что будет правильнее, если мы все вместе... убедимся, что с ними всё в порядке. — Ты просто хочешь подсмотреть, — фыркнул Джей, но уже поднимался по лестнице. — И я тебя полностью поддерживаю! Они втроём — Зейн, Джей и Коул — осторожно, стараясь не шуметь, поднялись наверх. Дверь в комнату Кая действительно была слегка приоткрыта, и изнутри пробивался мягкий утренний свет. Зейн первым заглянул в щель, и на его лице — насколько это вообще возможно для робота — появилось выражение, которое можно было назвать только одним словом: умиление. — Что там? — шёпотом спросил Джей, нетерпеливо подпрыгивая. — Смотрите сами, — Зейн отступил, давая остальным возможность заглянуть. Джей и Коул одновременно прильнули к щели. И замерли. В комнате, на кровати Кая, лежали двое. Ллойд прижимался к груди Кая, уткнувшись лицом в его плечо, и тихонько посапывал во сне. Его светлые волосы разметались по подушке, а на шее — Джей чуть не присвистнул — красовались следы вчерашней страсти. Кай обнимал его одной рукой за талию, прижимая к себе так крепко, словно боялся, что Ллойд исчезнет, если он отпустит. Вторая его рука лежала на голове Ллойда, пальцы запутались в светлых прядях. Даже во сне на его губах играла лёгкая, счастливая улыбка. Они выглядели так... правильно. Так естественно. Так, словно всегда должны были быть вместе. — Боже мой, — выдохнул Джей, и в его голосе не было ни капли обычного сарказма. Только искреннее восхищение. — Они такие... такие... — Милые? — подсказал Коул, и в его голосе тоже слышалась непривычная нежность. — Да! — Джей прижал руку к сердцу. — Я сейчас расплачусь, честное слово. Посмотрите на них! Кай обнимает Ллойда так, будто это самое дорогое, что у него есть. — Потому что так и есть, — тихо сказал Зейн. — Ллойд — самое дорогое, что у него есть. — И Ллойд, — продолжил Джей, не слушая, — наш Зелёный ниндзя, спит в его руках, как котёнок. Такой беззащитный. Такой... счастливый. — Они заслужили это счастье, — сказал Коул. — Оба. Они стояли там ещё несколько минут, просто глядя на спящую пару. Никто не решался нарушить эту идиллию. Даже Джей, известный своей неспособностью долго молчать, притих. — Ладно, — наконец прошептал он, отстраняясь от двери. — Давайте не будем их будить. Пусть поспят. Им нужно... восстановить силы. — Впервые слышу от тебя разумное предложение, — заметил Коул. — Эй! — Тихо ты, — Зейн мягко прикрыл дверь, оставляя Кая и Ллойда в их уютном коконе. — Идёмте вниз. Приготовим им завтрак. Думаю, когда они проснутся, они будут голодны. Они спустились на кухню, стараясь не шуметь. Коул взялся за готовку, Зейн помогал с сервировкой, а Джей... Джей всё ещё не мог успокоиться. — Я просто не могу поверить, — говорил он, покачивая головой. — Кай и Ллойд. Они столько лет ходили вокруг друг друга, и вот наконец-то... — Три года, два месяца и четырнадцать дней, — машинально поправил Зейн. — Да хоть сто лет! Главное, что они вместе. И они счастливы. Коул, помешивая омлет на сковороде, улыбнулся. — Знаешь, Джей, ты, конечно, тот ещё болтун, но сейчас ты прав. Главное — что они счастливы. Они работали в уютной тишине, нарушаемой только шипением масла и звоном посуды. Каждый думал о своём, но всех объединяло одно — тёплое, светлое чувство за своих друзей. За свою семью. А наверху, в спальне Кая, по-прежнему царила тишина. Двое спящих даже не подозревали, что за ними подглядывали. Сплетённые в объятиях, они безмятежно спали, и сны их были, должно быть, такими же тёплыми, как и объятия, в которых они лежали.