five-star romance

      До начала смены оставалось десять минут, когда менеджер позвал их на маленькое собрание. Нервный смех Ильи смешался с хором невнятных «э-э» его коллег, когда он вместе с Джунхваном направился в кабинет. — Ребята, мы больше не можем допускать плохие отзывы, — сказал менеджер, усталый мужчина лет тридцати с лишним, который, вероятно, каждый день сожалел о своём решении так высоко подняться по карьерной лестнице в этой сети ресторанов. — В прошлый раз у нас были тайные проверки и выговоры. — Нас тогда даже не было, — ответил Джунхван, который уже слышал эту историю. Он решил сесть на единственный свободный стул в офисе, оставив Илью стоять. Джунхван всегда чувствовал бόльшую ответственность в ресторане, потому что работал там дольше остальных, хотя его целью не было занимать важную должность. — Почему вы позвали только нас? — спросил Илья, скрестив руки. Прошло несколько секунд, пока менеджер что-то печатал на компьютере и повернул экран к Илье и Джунхвану, чтобы они могли прочитать последние отзывы, кликая на те, у которых была только одна звезда, чтобы узнать причину. — Это не моя вина, что мы покупаем в последнее время дешевый алкоголь, или что мы хотим выдать лимонады за натуральные, — Джунхван начал защищаться после прочтения нескольких отзывов. Он был единственным барменом в заведении. Илья работал здесь всего пять месяцев; он не был уверен, что может сказать что-то против своему боссу. Менеджер, ничего не ответив, просто посмотрел на Джунхвана, прежде чем вернуться к поиску отзывов. ⭐ «Они должны закрываться в 12. Мы пришли в 23:30, и нас не обслужили!» ⭐ «Я заказал два бургера, и никто не предупредил меня, что порции огромные… Если официант не собирается помогать, пусть уж лучше самообслуживание сделают». — Это с четверга, когда вы работали вдвоём, — напомнил им менеджер. Он выглядел раздражённым, словно чувствовал себя обязанным их отругать. — Я знаю, что это не главная для вас работа, что вы приходите сюда только на полставки, потому что у вас есть дела поинтереснее, но это работа, от которой многие из нас здесь зависят, чтобы прокормить свои семьи. Я хочу попросить вас быть более ответственными. Илья и Джунхван на мгновение замолчали, не зная, что ответить на его слова. Он был прав; это была несерьезная работа для них. Джунхван делал это, потому что родители заставили его найти работу, а Илья — чтобы помочь покрыть расходы на ледовой арене на тренировки каждую неделю. Работа в ресторане была последним, о чём они думали на этой неделе. Хоть Илья и не со всем согласен, потому что он ко всему относится серьёзно, несмотря на то, что это и не было его главной заботой, пусть даже когда дело доходит до обслуживания столиков, он должен быть лучшим. Не получив ответа ни от одного из парней, менеджер вздохнул, поправил очки на носу и продолжил читать отзывы. ⭐ «Мы всегда приходим сюда на ужин, но сегодня обслуживание было особенно медленным…» ⭐ «Я просил у официанта вилку, и он СОВСЕМ не собирался мне её принести». Прежде чем Илья успел что-либо сказать (он был официантом), менеджер заговорил: — Я понимаю, что непросто отрабатывать смену вдвоём, но мы должны работать так, чтобы клиенты были более довольными. Илья злился. Смена вот-вот начнётся, а менеджер запер их в кабинете, заставляя читать бесполезные отзывы. Он согласен… ладно, да, они должны относиться к этому немного серьезнее. Может, он пойдет уже? ⭐ «Одна звезда только потому что я не могу выбрать ноль. Официант-блондин проводил всё время у бара, болтая с барменом о том, как он влюблен в коллегу, вместо того, чтобы выполнять свою реальную работу. Холодная еда, посредственные напитки. Никогда не вернусь сюда.» Более оправдываться было бессмысленно.

∙ ∙ ∙

      Смена шла довольно хорошо. Несмотря на неудачное начало в кабинете, Илья и Джунхван были полны решимости доказать, что они серьёзно относятся к своей работе. До закрытия оставалось ещё полтора часа, но они уже рассадили всех за столы и начали обслуживать гостей. Джунхван как раз собирался убрать стаканы, когда почувствовал, как кто-то подошёл к бару и налил себе стакан воды прямо рядом с ним. — Ты не знаешь, что случилось с Ильёй? — спросил Миша, стараясь говорить непринуждённо, пока пил воду. — Начальник недоволен, наверное, дело в этом. — Наверное… Я видел, как он нёс два подноса с пустыми стаканами. Не знаю, как он потом их разгрузил, но я предложил ему помощь, а он меня проигнорировал. Джунхвану с трудом удалось сдержать смех, иногда он терпеть не мог Илью. — Ему не нравится, когда его ругают, — сказал Джунхван, заглушив смех. Миша быстро вышел из бара, увидев, как кто-то из посетителей поднял руку. Работа тоже не была для него главной заботой, но он точно никогда раньше не получал плохих отзывов. Миша был довольно спокойным парнем, он не казался особенно быстрым во время работы, но никогда не тормозил и был очень внимателен к своему окружению. На самом деле, именно об этом говорили Илья и Джунхван, когда они дали остыть блюду одного из гостей. Джунхван знал, что Илья испытывает к Мише особую привязанность; привязанность, которую он еще не мог выразить словами, и Джунхвану приходилось терпеть это раз в неделю. Илья и Миша виделись каждую неделю на катке, тренируясь ради одного – семейной традиции. Сначала Джунхван думал, что Илья говорит из-за соперничества, но за несколько месяцев он понял, что это не совсем так, и что две мысли могут быть правдой одновременно. Смена закончилась нормально, менеджер поблагодарил их за работу, но на этот раз Илья не стал ждать, пока Миша отвезет его домой, как это было раньше.

∙ ∙ ∙

      По понедельникам Джунхван работал с Мишей и Эмбер. — Он весь день ведёт себя странно, слишком сосредоточен на своих делах, которые и так идеально выполняет, — заметил Миша, ожидая, пока Джунхван закончит оформлять напитки. Эмбер слушала разговор, так как у них был только один столик с посетителями. Понедельники были непредсказуемы. — Ты пытался с ним поговорить? — спросила Эмбер, немного заинтригованная. — Каждый раз, когда я пытался подойти к нему, он делал двойной сальхов и приземлялся очень далеко. Джунхван не мог сдержать смех. — Тебе следует написать ему, может быть, у него что-то не в порядке, — сказала Эмбер, не глядя на него, скрестив руки и наблюдая за дверью на случай, если войдёт клиент. — Не знаю… Когда у него что-то не в порядке, он обычно делает это проблемой для всех. Может быть, он специально избегает меня. Обычно Джунхвану нравилось слушать их разговоры друг о друге. Всё, о чем они думали в течение недели, они держали в секрете до понедельника или четверга, когда наконец-то появлялась возможность рассказать ему. Илья – более равнодушный к его чувствам, и Миша – более смирившийся. На этот раз он был сыт по горло и ими, и рестораном. Он уже откликнулся на другие вакансии. — Может быть, дело в отзывах, там есть один довольно плохой, — сказал Джунхван. — Отзывы! Я их давно не проверяла, — Эмбер достала телефон из кармана и поискала в интернете, пока не нашла их. — Мы потрясающие, у нас 3,2 звезды, — саркастически заметила она. Все сотрудники знали, что как бы они ни старались, у них никогда не была хорошая организация: не всегда был хорошо обученный персонал или им недоплачивали. Джунхван заметил нотку любопытства во взгляде Миши, когда тот посмотрел на телефон Эмбер, и предложил сам отнести напитки гостям, позволив им просмотреть отзывы. Пролистав комментарии прошлой недели и увидев только один положительный отзыв (об Эмбер, потому что она подарила клиенту кофе), они наткнулись на отзыв, который вызвал у Миши неподдельный восторг. Прошло несколько секунд, прежде чем Эмбер начала смеяться, хохоча еще громче, когда увидела лицо Миши, и еще громче, когда Миша спросил: — Илья в тебя влюблён?!

∙ ∙ ∙

      Во вторник Миша всерьёз подумывал пропустить тренировку и отдохнуть от льда и работы. На занятиях он узнал, что организму нужен отдых между тренировками, а встреча с тренером в тот день была не запланирована. Но отец был дома, и Миша был уверен, что тот не позволит ему отдохнуть, поэтому он всё равно отправился на тренировку. С тех пор, как его первая и единственная девушка сказала ему, что, по её мнению, у них ничего не получится (а в 17 ничего и не получается), его сердце не болело так сильно. Он не помнил, каково это – разбитое сердце, и не помнил, что мог быть таким глупым из-за парня, с которым у него не было шансов. Год назад, когда ему было 18, Миша познакомился с парнем, из-за которого понял, что ему нравятся не только девушки, и он справился с этим на отлично: просто проигнорировал его. Он перестал общаться с ним ещё до того, как чувства стали по-настоящему сильными. Как он объяснит это родителям? Затем он встретил Илью и понял, что легко сможет объяснить это родителям. Он встретил его на катке, хотя они уже вместе участвовали в нескольких юниорских соревнованиях. Илья записался в ту же группу, что и Миша, потому что не хотел продолжать тренироваться под руководством родителей после переезда в другой город и неудачных выступлений на юниорских соревнованиях. Несмотря на отличные результаты, оказалось, что Илья немного отстал из-за тренировок у родителей. В первый же день Алексей, его новый тренер, увидел большой потенциал Ильи и обозначил его своим любимчиком (конечно же, после Миши, или, по крайней мере, он хотел в это верить). Так продолжалось до тех пор, пока травма спины не вынудила Мишу взять перерыв, и в это время Илья продолжил совершенствоваться, в ожидании следующего сезона. Прошло много времени, прежде чем Миша снова увидел его, не только через экран, так как Илья был очень активен в социальных сетях. Постепенно Миша смог вернуться на лед, восстановив уверенность в себе, которую он так долго строил, с тех пор как впервые вышел на лед в возрасте 6 лет вместе со своим отцом. Но жизнь течёт, меняется, и ему приходится балансировать, совмещая учёбу с фигурным катанием и работой, потому что у него никогда не получалось достичь успеха. Он давно не видел Илью, поэтому удивился, когда однажды вечером тот спросил, не хочет ли он остаться у того с ночёвкой. Миша без колебаний согласился, совершенно поражённый предложением Ильи обратиться к нему в такой странной ситуации. Он не стал расспрашивать его о причинах, просто составил ему компанию и выделил матрас. Позже Миша узнал от Ильи, который хотел объясниться, что он это сделал, потому что Миша был единственным другом, которого он обрёл до того, как с головой погрузился в чемпионаты, которые так сильно его изводили и доставляли ему множество проблем с родителями, что казалось, что у него тоже ничего не получится. Илья не хотел чувствовать себя обязанным родителям, поэтому он стал искать работу. Что может быть лучше, чем работать с Мишей? Миша был благодарен за возможность проводить так много времени с Ильёй, но он не всегда знал, как справляться со своими чувствами. И сколько бы Эмбер ни подчеркивала, что Илья никак не может испытывать к ней симпатию, ничто не могло развеять эту мысль. Осознание того, что у него нет шансов с Ильёй, и необходимость постоянно видеть его сводили его с ума. К тому же, Илья даже не чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы признаться ему, что ему кто-то нравится. С разбитым сердцем Миша пошел на тренировку, игнорируя Илью изо всех сил. Они тренировались бок о бок весь день, как будто бы были соперниками, и в итоге не сказали друг другу ни слова.

∙ ∙ ∙

      В пятницу они впервые заговорили. Илья был в холодильном отсеке, когда Миша зашел туда за замороженными фруктами для напитков Джунхвана. — Ты можешь передать мне клубнику? — спросил Миша Илью, который стоял прямо перед клубникой, проводя инвентаризацию. — Пожалуйста, Илья, — ответил тот, не глядя на него, но наклонился, чтобы поднять клубнику и передать её удивленному Мише. Илья никогда раньше так с ним не разговаривал. Миша даже не подумал поблагодарить его. Вернувшись к бару, он отдал клубнику Джунхвану со словами: — Твой друг ведёт себя по-хамски по отношению ко мне. — Он был твоим другом ещё до того, как стал моим, — ответил на это Джунхван. — Я не понимаю, что я ему сделал, что он ведёт себя так всю неделю без всякой причины, — пожаловался Миша, но ушёл, прежде чем Джунхван успел защитить Илью. Это было бессмысленно. Он обходил столики, чтобы убедиться, что все гости довольны, когда одна из клиенток подняла руку, держа в руках чек. Начинается. Миша вздохнул и подошёл к ней с его самой лучшей улыбкой. — Чем я могу помочь? — Ваш светловолосый коллега насчитал мне пять бутылок пива вместо двух, — ответила гостья, злясь, словно это невозможно уладить. Миша взял чек и попросил её подождать минутку, он был не в настроении разбираться с ней. Он даже не мог оформить возврат, поэтому пошёл искать Эмбер. — Илья сделал ошибку в чеке, и нам нужно оформить возврат. Можешь подойти к столику? — попросил Миша Эмбер, как только увидел, что она освободилась. Эмбер просто кивнула и подошла к кассе с чеком. Издалека Миша наблюдал, как она вежливо общается с гостями и даже смешит их, оформляя возврат. Неудивительно, что она нравилась Илье. — Что случилось? — услышал он голос рядом, от которого подпрыгнул. Это был Илья, который уже закончил инвентаризацию, и он тоже смотрел в сторону Эмбер. Сердце Миши сжалось. — Ты посчитал с них пять бутылок пива вместо двух. Илья лишь кивнул и продолжил убирать пустые тарелки со столов. Когда его смена закончилась, Миша пошёл в комнату отдыха и столкнулся там с Ильёй. Отлично. Он действительно был очень спокойным парнем, это было одно из тех качеств, о которых Алексей Евгеньевич часто ему напоминал, но в последнее время Илья заставлял его нервничать. Пытаясь игнорировать друг друга, они оба начали переодеваться, повернувшись друг к другу спинами. Раньше это был лучший момент недели для Миши: поглядывая на Илью, пытаясь поймать взгляд, или даже немного задерживаясь, прежде чем одеться, чтобы Илья посмотрел на него, на случай, если тот захочет его увидеть. Но сейчас это не было забавным. Закончив одеваться, Миша повернулся и понял, что Илья перестал двигаться секунду назад, и только звук упавшей потной одежды Миши на пол заполнил тишину. Как только их взгляды встретились, Илья посмотрел на свои ботинки и злостно снял их. Миша быстро вышел из раздевалки. Он не понимал, почему Илья вдруг его возненавидел.

∙ ∙ ∙

      В воскресенье, как раз, когда его смена подходила к концу, Илья убирал грязные стаканы со стола, за которым только что сидели 25 человек. У него был полный поднос, и он расставлял стаканы так, как это мог сделать только Илья Малинин. Единственный раз, когда он разбил стакан, был в его первый день, и с тех пор все его стаканы были целы – он точно знал, как их расставить, чтобы всё было в порядке. Джунхван подошёл к нему с пустыми руками, видимо, не для помощи, а чтобы воспользоваться уединением, находясь у стола, который расположен дальше всех остальных. — Бро, тебе нужно поговорить с Мишей, — без колебаний сказал Джунхван. — Ты ведёшь себя очень странно. — Я не веду себя странно, — ответил Илья, сосредоточившись на стаканах. — Да, ведёшь. — Нет. — Да. — Нет. — Так расскажи мне почему ты больше не хочешь, чтобы он тебя подвозил? — сдавленно спросил Джунхван. Ему было всё равно, что некоторые столики остались без присмотра, ему нужно было выяснить, что происходит между его коллегами. — Я хочу ходить пешком, чтобы сжечь свою дневную норму калорий, — Илья уже закончил составлять стаканы и собирался всё убрать, когда Джунхван остановил его, преградив ему путь. — Чушь собачья. Илья уже собирался снова спорить с Джунхваном, когда увидел, как Миша вышел из кухни, чтобы отнести десерт к столику трёх девушек. Одна из них демонстрировала особый интерес к Илье. Она не могла оторвать от него взгляд, пока он работал, даже игнорируя временами разговоры своих подруг. Илья подумывал воспользоваться случаем и попросить у неё ссылку на Инстаграм, если она действительно заинтересовалась им. А сейчас Миша выносил им десерт, и для Ильи больше никого не существовало. Он смотрел, как Миша доброжелательно улыбается им и возвращается к работе, и он больше не мог лгать Джунхвану или самому себе. — Мне нравится Михаил. — Воу, так официально… — И теперь все знают это из-за того отзыва, — наконец сказал Илья, с испуганным выражением лица глядя на Джунхвана. — Миша знает, Джун. Это так неловко. Он был мне просто замечательным другом. — Илья, в отзыве даже не упоминается, что ты говорил о парне, — заверил его Джунхван, и выражение лица Ильи изменилось на недоуменное. — Миша думает, что ты его ненавидишь без причины. — Разве там не было написано…? — Илью прервала Эмбер, которая несла две тарелки в одной руке и чек в другой, придя за Джунхваном, потому что заказы накапливались, пока он болтал с Ильей. Илья отнёс стаканы к посудомоечной машине и вышел, чтобы найти Мишу и узнать, не нужна ли ему помощь, проверяя почву. — Не мог бы ты отнести чек к пятому столику? И к тридцать первому. И, пожалуйста, прими заказ на десерты за двадцать девятым столиком, но сначала иди к тридцать первому, потому что они, кажется, выглядят расстроенными. — Конечно, — сказал Илья. Взяв чеки из рук Миши, он быстро принялся за дело и, следуя рабочему потоку, обслуживал все столики, вместе с Мишей, как команда. Когда они закончили, оба направились к раздевалке, но Илья остановил Мишу в коридоре. — Мы можем поговорить? — спросил он, снимая галстук-бабочку, который они должны были носить. Миша всё ещё был обижен, но решил выслушать его, тоже сняв бабочку. — Прости, что вёл себя как придурок последние несколько недель. — Всё в порядке, Илья, — тихо сказал Миша. — У меня нет причин, я просто идиот. — Я хотел дать тебе немного пространства, поэтому и не спрашивал тебя об этом, а потом…, — начал Миша. Илья даже не заметил, что парень никак не отреагировал на его поведение. — Я тоже был идиотом, мне следовало поговорить с тобой об этом раньше. — Всё в порядке, это же я начал это всё. В глубине души Миша хотел бы попросить у Ильи объяснений. Потому что он его друг, и Миша хочет знать, что происходит в его жизни, что заставляет его вести себя как придурок в одночасье. Но он не хочет слышать, как безнадежно Илья влюблен в кого-то другого, в того, кого он знает, и притворяться, что ему всё равно. Поэтому, не найдя слов, Миша крепко пожал Илье руку, обнял его и несколько раз похлопал по спине, как обычно делают друзья. Они отправились переодеваться в уличную одежду, снова развернувшись спиной друг к другу.

∙ ∙ ∙

      Безмятежность Миши не продлилась и дня. На следующий день Илья не должен был работать, поэтому Миша удивился, увидев его после окончания смены. Впрочем, он был рад его видеть. — Там пошел дождь, а я просто проходил мимо, так что ты мог бы подвезти меня домой, — сказал Илья, прислонившись к барной стойке, потягивая оставшийся лимонад. Миша лишь рассмеялся и согласился подвезти его. Возможно, он уже привык к тому, что Илья не собирается покупать машину. Когда Миша закончил, они ушли вместе, попрощавшись с Джунхваном и Эмбер. Если Илье нравилась Эмбер, то он не прилагал особых усилий, чтобы завоевать её расположение. К тому же, в какой момент он решил, что их дружба может перерасти в романтические отношения? Эмбер была старше и правой рукой менеджера, а также потрясающей девушкой … Но и Илья был очень красивым и талантливым, у него определенно был шанс. Миша не хотел зацикливаться на этом дальше. Дождь, барабанивший по крыше всё громче и громче, заставил Мишу на светофоре спросить Илью: — Тебе нравится Эмбер?  — Илья чуть не подавился собственной слюной. — Что ты сказал? — Если тебе нравится Эмбер… и ты не сказал мне об этом. — Почему мне должна нравиться Эмбер? — Поэтому я и спрашиваю, — ответил Миша, нажимая на сцепление и переключая передачу, не глядя на Илью. Илья уставился на него с изумлением, не обращая внимания на то, как Миша разгоняется или какая песня играет по радио. Эмбер? Почему Эмбер? Это из-за… — Это из-за отзыва? — спросил Илья, на что Миша кивнул. Джунхван был прав, отзыв не имел уточнений. — Там написано про коллегу. Я подумал, что ты говорил о ней. — Я говорил не о ней, Миша, — ответил Илья, пытаясь поймать его взгляд. Они остановились ещё раз, и Миша молча повернулся к нему, не задавая больше вопросов, а на его губах появилась лёгкая улыбка. Он не хотел ничего знать. Когда они подъехали к дому Ильи, Миша хотел подъехать как можно ближе к входу, чтобы Илья не промок, но это было невозможно без заезда в гараж у дома. — У меня на заднем сиденье есть зонт, подожди, — Миша уже собирался потянуться за ним, когда Илья остановил его, напомнив, что зонт ему нужен больше, так как у него вообще нет крытого парковочного места. — Подожди, — повторил Миша. Миша вышел из машины с зонтом и подошёл к Илье с другой стороны, чтобы они могли разделить зонт до самого входа в его дом. — Спасибо, — сказал Илья, выходя из машины. Стоя перед Мишей, он понял, что они находятся очень близко друг к другу под зонтом, и не мог не любоваться лицом Миши в свете уличных фонарей. Он был благодарен себе за идею пойти в ресторан, чтобы Миша мог отвезти его домой. — Так получается и тебе, и мне, — сказал Миша с улыбкой, и они направились к входной двери дома Ильи. Свет уже был выключен, а на часах – за полночь. Прощаясь, они не обнялись, их бешено бьющиеся сердца не позволили им этого сделать.

∙ ∙ ∙

      На следующий день на катке пока Илья тренировался, Миша во время передышки решил написать Джунхвану.

Я:

Ему не нравится Эмбер

Джун бар: Что ты имеешь в виду?

Я:

Илья

Ему нравится кто-то другой

Ты знаешь кто

Джун бар: Это ты Ха-ха

Я:

Это совсем не смешно

Джун бар: 😴 — Михаил Шайдоров! Иди сюда! — услышал он зов Ильи, и ему ничего не оставалось, как вернуться и продолжить тренировку. — Ты зависим от телефона, — поддразнил Илья, катаясь вокруг Миши. — Я просто отдыхал; вообще-то я здесь дольше тебя. Илья взял Мишу за руки и начал кружить его, спрашивая: — И что, ты уже уходишь? — Последний прогон и я ухожу, — ответил Миша с улыбкой, забавляясь тому, как Илья его закружил. — Ты же останешься посмотреть на меня, как раньше? — Если твоя развлекательная программа того стоит, то, конечно.

∙ ∙ ∙

      С тех пор, как они поговорили и перестали вести себя неловко друг с другом, для Миши всё изменилось. Илья был таким же Ильёй, но стал лучшей версией себя. Возможно, это Миша видел по-другому, потому что, если подумать, на самом деле ничего не изменилось в том, что они делали вместе. Илья ждал его, чтобы они могли вместе поехать домой; они проводили больше времени, чем нужно, болтая в машине, прежде чем Илье нужно было уходить. Когда они ездили на тренировки поодиночке, парни дожидались друг друга, а иногда после тренировки ходили куда-нибудь поесть. В среду Илья пригласил Мишу к себе домой посмотреть фильм. Его отец тепло поприветствовал Мишу на русском. Илье всегда было приятно слушать, как Миша говорит на своём родном языке, поскольку Миша родился и вырос в Казахстане, пока не уехал в 14 лет оттуда вместе со своей семьей; его голос звучал глубже обычного, и говорил он довольно бегло, гораздо лучше, чем Илья на русском языке. — Пойдем ко мне в комнату, — позвал Илья, продолжая разговор по-русски, и Миша попрощался с отцом. — Я никогда не слышал, чтобы ты разговаривал на русском, — сказал ему Миша. — Я говорю на нём только дома, как и ты. — Хотел бы ты как-нибудь съездить в Россию? — задал вопрос Миша, когда они вошли в комнату Ильи и сели на кровать. — Да, — ответил Илья, ища пульт, — но не сейчас. — Я мечтаю вернуться в Алматы, — признался Миша. — Поедешь в будущем, когда повзрослеешь? — Надеюсь. — Тогда и мне придётся туда поехать. Когда Илья пригласил Мишу посмотреть фильм, Миша представлял, что это будет в гостиной, на диване. Возможно, кто-то из его родителей тоже будет сидеть рядом и смотреть с попкорном. Но они оказались вдвоём в комнате Ильи, деля кровать и не зная, чем бы занять руки. — У тебя есть попкорн? — спросил Миша, прежде чем Илья окончательно устроился в кровати. Илья кивнул и пошёл за попкорном. Миша тут же достал телефон и, нервничая, начал скроллить ленту в Инстаграме, пока не получил сообщение. София <3: хэй бой чд?

Я:

Я у Ильи

София <3: https://open.spotify.com/track/2mdEsXPu8ZmkHRRtAdC09e

Я:

ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ

София <3: и как оно там между вами?

Я:

Он для меня уже в прошлом, ты знаешь это

София <3: ага Илья вернулся с миской попкорна и лёг рядом с Мишей, зажав его между собой и стеной. Миша мог бы ещё побороться со сном, если бы не был так измотан тренировкой с Алексеем, и он заснул на середине фильма. Илья, заметив это сразу, убавил громкость телевизора, чтобы Миша мог отдохнуть. К концу фильма Миша уже крепко спал, устроившись на боку удобнее, положив руку рядом с плечом Ильи. Илья не мог отвести от него взгляд, любуясь его длинными ресницами и спокойным дыханием. В итоге он почти полностью убавил громкость телевизора и досмотрел фильм практически в тишине. Когда пошли титры, Илья повернулся, чтобы поискать телефон на тумбочке, и случайно разбудил Мишу. — Всё закончилось? — спросил он, уже полностью проснувшись. — Ты уснул, даже не досмотрев до середины, — поддразнил его Илья, садясь, от того, что Миша проснулся. Миша же растянулся среди подушек. — Твоя кровать очень удобная, — сказал он. — Хочешь остаться в ней на ночь? — На ночёвку для взрослых? — спросил Миша с улыбкой, глядя на Илью. Но вместо смеха в ответ Илья покраснел. — Мы можем посмотреть другой фильм, — бросил Миша, увидев, что Илья не ответил. — Ты же знаешь фильм, под который я точно не усну? — Дай-ка угадаю. — Именно – «Кунг-фу Панда». И вот, они решили, что Миша останется на ночь. Для каждой проблемы, с которой мог столкнуться Миша, у Ильи всегда находилось решение. У него был неиспользованный контейнер для контактных линз и новая зубная щетка. Для Миши всё было идеально: ему было вполне комфортно остаться в доме парня, с которым он расстался навсегда, в очень платоническом смысле, в свои 19 лет. Или так он думал, пока Илья не дал ему пижаму, а Мише пришлось переодеться в одежду Ильи, которая была ему немного велика, но определенно комфортна. Перед сном они спустились вниз, чтобы перекусить. Родители и сестра Ильи уже легли спать, поэтому они старались вести себя как можно тише, перешептываясь и глупо хихикая, потому что в это время суток всё казалось смешнее. — Где масло? — спросил Миша, наблюдая за хлебом в тостере. Илья подошёл к нему вплотную и, встав на цыпочки, потянулся за маслом с верхней полки. Не попросив Мишу отойти в сторону, он так и передал ему пачку. Миша невольно посмотрел ему в глаза, поблагодарив, а их пальцы соприкоснулись, когда он принял масло. Илья улыбнулся и немного отступил назад. Когда он составил всё на тарелки и отнёс их в гостиную (всё на одной руке, как настоящий официант), Миша почувствовал пустоту в сердце. Он бы хотел, чтобы это стало его рутиной. Они тихо ели в гостиной, шепчась обо всём на свете, потому что разделяли всё, кроме учёбы в колледже, поэтому они наверстали упущенное и тут. Они находились в гостиной дольше, чем ели на самом деле. Вернувшись в комнату около двух часов ночи, они всё-таки начали смотреть фильм, но на этот раз Илья заснул первым. Планировалось, что он будет спать в соседней комнате, но они оба так крепко уснули, что план оказался неосуществим. Кровать Ильи была достаточно большой, чтобы вместить двоих. Тем не менее, они проснулись очень близко друг к другу, когда зазвонил будильник. Миша был уверен, что их лица были очень близки друг к другу, прежде чем он повернулся, чтобы быстро выключить будильник. Увидев время, Илья что-то пробубнил и прижался к Мише назад. Миша, чувствуя себя невероятно комфортно и всё ещё сонно, потянулся и обнял Илью, пока они снова не уснули. Будильник разбудил их снова через десять минут. На этот раз, Илья поднялся. — Доброе утро, Миш, — сказал он, потягиваясь. У Миши было реально доброе утро.

∙ ∙ ∙

— Чего-чего ты говоришь, а? — недоверчиво спросил Джунхван Илью. — Вы что, спали вместе? — Мы буквально просто спали вместе, Джун, — сказал Илья с улыбкой на лице, вспоминая ночь. — Это было очень приятно. — И ты просто спал? — Чел, — сказал Илья с притворным раздражением, — мне нужно действовать осторожно, теперь, когда он знает, что он мне нравится. Джунхван не мог поверить своим ушам и словам Ильи. — Теперь, когда он знает, что он тебе нравится?! — повторил парень. Он явно упустил одну важную деталь. Невозможно, чтобы Илья признался, а Джунхван так или иначе не узнал об этом. Ему даже показалось более правдоподобным, что они спали друг с другом. — Когда он спросил меня, нравится ли мне Эмбер, помнишь? Я тебе это рассказывал. — А в какой момент диалога ты сказал ему, что коллега, который тебе нравится, — это он?! — воскликнул Джунхван отчаянно. Он надеялся, что посетители, которые сейчас сидят за столиками (обслуживаются, на минуточку), не оставят плохой отзыв. — Я намекнул ему… — Илья. — И он улыбнулся мне! И с тех пор всё изменилось, он точно знает. — Илья, послушай меня, — Джунхван прервал свои дела и взял за руки Илью, поверх барной стойки. — Миша ничего не знает, я на сто процентов уверен в этом. Илья нахмурился: — С чего ты это взял? — Потому что Миша спросил меня, кто тебе нравится, и он не поверил мне, когда я сказал, что это он! Илья смотрел в широко раскрытые глаза Джунхвана, пытаясь найти в его словах намёк на ложь, но Джунхван отвлёкся, чтобы обслужить гостя. Илья наблюдал, как Джунхван кивнул и передал Илье солонку, чтобы тот отнёс её к тридцать первому столику. Но Илья больше не мог сосредоточиться, переваривая новую информацию. Он действительно думал, что всё идёт так, как должно быть. Неужели он всерьёз подумал, что Миша в него влюблён по взгляду? Просто взглянув после двусмысленного ответа? Боже, какой же Илья идиот.

∙ ∙ ∙

      В пятницу Джунхван начал вечернюю смену немного раздраженным. Он ожидал смены с невыносимыми Ильей и Мишей, которых, конечно же, раздражало поведение друг друга. Но оба парня удивили его, выйдя из раздевалки, смеясь над какой-то глупой шуткой, и начали смену с идеального распределения работы, как одна команда. — Всё нормализовалось, — сказал ему Илья, когда Джунхван затронул эту тему. Если Миша думал, что Илья его не любит, то ничего не изменилось. Джунхван иногда замечал унылое лицо Ильи. Если бы он присмотрелся, то понял бы, что Илья не так счастлив, как сутки назад. К счастью, все столики были заняты (и даже пытались заработать положительные отзывы), когда менеджер вышел из офиса, вероятно, после того, как оформил еженедельный закуп. Он же и начал раздавать какие-то бумажки персоналу. — Что это? —поинтересовался Миша скорее у Джунхвана, чем у начальника, стоя у барной стойки, когда получил свой билет. — Билеты на корпоративную вечеринку. Нам нужно прийти, — ответил менеджер. Он снова выглядел изможденным. Миша работал с ним только в первый день, когда тот учил его носить поднос, и с тех пор они не пересекались. Но он всегда видел его уставшим. — Когда она будет? — спросил Джунхван. — 13-го, через две недели. Вам нужно будет приодеться, — сказал менеджер, не глядя на них. — Я думал, нас на такие мероприятия не приглашают, — произнёс Миша, изучая приглашение. Адрес показался ему знакомым – это была популярная улица. «Вам, за ваш труд», — гласило приглашение. — Похоже, в этом году у них не хватает персонала, и они пригласили нас, чтобы заполнить места. Михаил, передай это Илье, — попросил менеджер, и Миша кивнул, направляясь сразу же выполнить просьбу. Илья разливал вино по столикам, когда к нему подошел Миша, ожидая, когда тот закончит. Илья, держа в руке бутылку вина и салфетку на предплечье, повернулся, и, они оказались лицом к лицу посреди зала. — Вечеринка компании, — сказал Миша, протягивая Илье билет. Илья взял билет и улыбнулся, изучая его. — Но мы же франшиза, — сказал он. — Я подумал тоже самое, но похоже, им всё равно, — сказал Миша и увидел, как один из клиентов позади Ильи уронил вилку на пол. Он повернулся, чтобы взять новую, чувствуя, что Илья следует за ним. — Это обязательно? — спросил он. — Да, босс был рад. — Он старается изо всех сил, — бросил Илья, и Миша рассмеялся. Он поставил бутылку вина на барную стойку и наблюдал, как Миша относит вилку. Менеджер также пригласил их пропустить по напитку в тот вечер, спасибо хорошим отзывам, которые они получили. Позже, сидя в машине Миши перед домом Ильи, они оба допивали свои газировки, прежде чем попрощаться. — Переспать, замуж, убить… босс, Джун, Юдзуру Ханю. — Замуж за Юдзуру Ханю, — тут же ответил Илья. Он сделал ещё один глоток газировки и откинулся на спинку сиденья, погрузившись в размышления. Уличный свет был приглушенным, но Миша мог видеть его силуэт и главные черты лица. Было холодно, и они включили обогрев. — Убить босса… — Переспать с Джуном?! — воскликнул Миша, едва сдерживая смех. — Нет! — Я не знал, что у вас такие отношения. — Чёрт побери, нет! Убить Джуна и босса и никого не трахать, жить целомудренно. Миша продолжил смеяться и вычеркнул Джунхвана из списка потенциальных возлюбленных Ильи (опять). — Я никогда не… — произнёс Илья. — Это не та игра! — Миша тихонько хихикал, а его брекеты были видны во всей красе, без тени смущения. Илье нравилось видеть его таким. — Я никогда не … думал о пирсинге, — всё же сказал Илья. Миша не сделал глоток газировки и покачал головой. — Я никогда не думал о татуировке. Илья сделал глоток газировки, прежде чем объяснить Мише свой имеющийся план, даже дизайн. — Что за такое «Квад гад»? — спросил Миша, представив себе креативную татуировку. — Лучший в четверных прыжках, во всех квадах. — Я никогда не видел, чтобы ты делал только четверные. — Вот почему я и не сделал эту татуировку. Возможно, в другой жизни я единственный, кто сможет делать четверной аксель, — сказал Илья. — А ты –олимпийский чемпион. — Золотой медалист? — со смехом поинтересовался Миша. — Да, такая тёмная лошадка. Они заметили, как погас свет в доме Ильи, но не спешили заканчивать игру, хотя это был всего лишь предлог, и газировка у них уже заканчивалась. — Ты снова собираешься засиживаться допоздна- — Я никогда не… — снова перебил его Илья, — не влюблялся. Улыбка с лица Миши не исчезла, но он замолчал на несколько секунд из-за смены темы. Он уже однажды говорил с Ильёй об этом, очень поверхностно, но он понял, что Илья никогда не влюблялся. — Ну, моя бывшая… — Почему вы расстались? — с любопытством спросил Илья, допивая содовую и на мгновение отводя взгляд. — Она сказала мне, что у нас ничего не получится, — ответил Миша. — Мы были вместе шесть месяцев, и я подарил ей цветы, огромный букет, но она их не приняла. — Значит, проблема была в ней. — Я до сих пор не знаю в чём была проблема, но это случилось внезапно, и… потом было трудно с этим справиться. Илья не знал, как удовлетворить своё любопытство, не показавшись отчаянным: — Как ты это пережил? — Время лечит, — просто ответил Миша, не придавая этому вопросу такого значения, как пару лет назад. Она ему действительно нравилась, он помнил, как с нежностью покупал букет, и все планы, которые у них были. Прошло достаточно времени, но он не хотел показывать Илье пережитое отчаяние. — Как ты понял, что всё прошло? Миша мог только вздохнуть и устроиться поудобнее, положив колено на сиденье; он повернулся лицом к Илье, который всё ещё смотрел на уличные фонари. Он видел профиль его лица в зеркале заднего вида. Наконец, он ответил: — Когда я смог поговорить с кем-то другим, не думая о ней. — Но с этой новой девушкой ничего не произошло…? — спросил Илья. — Нет, я испугался и перестал с ним разговаривать, — осмелился сказать Миша. — О, — выпалил Илья, не подумав, с удивлением на лице. — Извини, для тебя это кажется странным? Он не знал, что делать, если бы Илья ответил отрицательно, если бы он сказал, что не ожидал, что Миша перекочует на другую сторону, или если бы он поспешно вышел из машины, чтобы больше его не видеть. Он чувствовал, что сердце вот-вот выскочит из груди, и в каком-то смысле ему действительно нужно было, чтобы Илья ушёл, пока у него не закончилось дыхание. — Почему? — спросил Илья. — Я тебе никогда не говорил. — Тебе не нужно было. Миша снова замолчал на мгновение, воздух вернулся в его легкие, на лице появилась странная улыбка. — Ты этого ожидал?! — Нет, не так! — воскликнул Илья, расхохотавшись. — Я стараюсь быть объективным! — Спасибо, спасибо, — Миша тоже рассмеялся и поёрзал на сиденье, глядя на уличные фонари. Илья посмотрел в том же направлении. — Некоторые люди знают, это не потайной секрет. — А этот парень, ты с ним виделся ещё раз? — Я этого не заслуживаю, нет, — сказал Миша, отмахиваясь. — Наверное, ему было тяжело, — заметил Илья, — получить отказ от Михаила Шайдорова. — Наверное, это пятно на его резюме.

∙ ∙ ∙

      В среду у Миши был свободный час между занятиями в университете; час, который он мог бы с пользой провести, если бы действительно хотел чем-то заняться. Вместо этого он сидел и бездельничал со своими однокурсниками, из которых часть он не знал, потому что они были студентами по обмену. Просто бил баклуши; на самом деле он болтал с Ильёй. — Что это за улыбочка? — спросила София, садясь рядом с ним и изо всех сил стараясь не заглядывать в его телефон. Илья только что прислал ему фотографию, где он ест на занятии. — Я переписываюсь с Ильёй. — Понятно, — сказала Софа со взглядом это всё объясняет. Миша решил сменить тему и убрал телефон: — Я тебе говорил, что у меня скоро вечеринка на работе? — Ты не говорил об этом. Идёшь с Ильёй? — спросила София. Хорошая смена темы, Миша. — Идти обязательно, так что да. — Никогда не обязательно идти на вечеринку компании, — сказала София, и Миша знал, что она права. Возможно, он воспользовался наивностью Ильи, чтобы быть уверенным, что они пойдут туда вместе. Миша не знал, спрашивал ли Илья у остальных, правда это или нет. — Да всё нормально, вы же двое в последнее время часто тусите вместе. — Не так уж часто. — Каждый раз, когда я тебе пишу, ты с ним. — Это просто совпадения, — сказал Миша, глядя на экран телефона, который оповещал о новых уведомлениях из чата, недавно ставшим его любимым. — Конечно, у меня есть радар, который показывает, когда ты ведёшь себя как гей, так что я могу написать тебе именно в эти моменты, — монотонным голосом сказала София. — Софа! — Миша подавился смешком. Никто в группе, похоже, их не слушал. София ничего не сказала, просто улыбнулась Мише; ей нравилось видеть своего друга счастливым, даже если это было из-за Ильи Малинина. Она видела его всего пару раз, когда каталась на коньках с Мишей, потому что им нужно было сделать презентацию по аэродинамике прыжков для одного из курсов. Сначала она понимала, почему Миша в него влюблен: Илья был очень красивым, а на льду он выглядел в тысячу раз лучше, но потом стало труднее ему симпатизировать, когда он, казалось, полностью игнорировал существование Софии. Он смотрел только на Мишу. Позже она получила запрос на подписку от Ильи, и Софе совсем не понравились эти противоречивые действия. Парень был для неё загадкой. — Думаю, я не до конца его забыл, как думал раньше, — сказал Миша через некоторое время, застав Софию врасплох. — Почему ты так думаешь? — Это правда, что мы проводим много времени вместе, ну, я имею в виду, больше, чем раньше, и разговариваем каждый день. С утра до ночи, — сказал Миша. София наблюдала, как он теребит шнурки на ботинках, его длинные ноги, поджатые к подбородку на лестнице, делали его визуально меньше, чем он был на самом деле. Она знала, что Миша более сентиментален, чем хотел казаться, и он сам этого не осознавал. — Миша, — позвала его София, чтобы он посмотрел на неё во время разговора, — я не думаю, что он делает всё это только потому, что ты его друг. — Что ты имеешь в виду? — Ты когда-нибудь вёл себя также с другими друзьями? Или только с тем, кто тебе нравится? — спросила Софа. Миша лишь покачал головой и ничего не ответил, просто посмотрел на неё. — Возможно, у Ильи то же самое. — Ему нравится кто-то другой, — с абсолютной уверенностью сказал Миша. — Ты уже выяснил, кто? — Нет, но я исключил некоторых… Когда Миша рассказал Софии об отзыве, она была уверена, что Илья имел в виду Мишу, но парень не хотел этого понимать. Ладно. — Ты точно узнаешь на вечеринке, — сказала София. Выражение лица Миши мгновенно изменилось на испуганное. Сокурсники прервали их вопросами о практических занятиях по физкультуре для детей младшего возраста, и Софа взяла на себя задачу ответить на них, потому что мысли Миши были где-то в другом месте, а его сердце немного сжималось.

∙ ∙ ∙

      Они продолжали переписываться каждый день, постоянно. Для Ильи это было словно зелёный сигнал. Возможно из-за того, что в какой-то момент он поверил, что Миша знает, что он ему нравится и испытывает те же чувства, что облегчало ему представление о совместном будущем. Раньше это был просто краш, но теперь он действительно был влюблен в этого парня и не думал, что есть какой-то путь назад. В день вечеринки было дождливо. В тот день Илья довёл до идеала каскад, над которым так усердно работал. Он записал его на видео, чтобы показать Мише лично, потому что хотел увидеть его реакцию, а получить от него комплимент было бы невероятно, ведь Миша был невероятен. Илья был уверен, что если бы у Миши был шанс, он мог бы представлять свою страну на международном уровне. Хотя представлять Штаты, вероятно, было бы невозможно, учитывая, как сильно он любил Казахстан. Когда он увидел Мишу, он чуть ли не растёкся, как мороженое на солнце. Тот немного подстригся и уложил волосы, а не просто зачесал их назад руками, как обычно. На нём была чёрная рубашка на пуговицах и пара подвесок, которые обычно терялись среди всей его одежды. Илья быстро сел в машину Миши, чтобы не промокнуть, не желая открывать зонтик. Он думал о том, что это был их первый совместный поход на вечеринку. Никто из них толком не сказал ни слова, увидев друг друга, и молчание тянулось несколько секунд, пока Миша не заговорил первым: — Белый тебе очень идёт. — Спасибо, чёрный тебе тоже к лицу. Миша завёл машину, и они поехали к месту назначения, которое действительно находилось на одной из популярных улиц с интенсивным движением, из-за чего им пришлось провести больше времени наедине. Илья распоряжался музыкой, используя Мишин телефон. Ему нравилось, насколько он отличается от его собственного, и в то же время насколько схож. Когда они приехали, то обнаружили на парковке Эмбер и Джунхвана, которые встретили их крайне тепло. — Эти очки тебе очень идут! — воскликнула Эмбер, внимательнее присмотревшись к Илье. Миша невольно снова взглянул на него, наверняка с глупой улыбкой на лице, потому что почувствовал, как Джунхван толкнул его локтем, смеясь. Все четверо решили немного опоздать на вечеринку, так как их всё равно никто не ждал, да и они никого там не знали. Место оказалось меньше, чем они ожидали, что делало еще более нелепым тот факт, что их пригласили просто для количества. Все это казалось шуткой. Вскоре они нашли остальных своих коллег, которых были рады их видеть. Миша с испугом наблюдал, как Илья приветствовал своих новых подозреваемых: новенького, работающего посудомойщиком (Илья, похоже, не помнил его имени, что было достаточно неловко), и повара, недавно ставшего шеф-поваром («Эндрю!» — воскликнул Илья, увидев его, и обнял его самым мужским образом, поэтому Миша вычеркнул и его). Постепенно ночь становилась более расслабляющей, даже босс выглядел веселым, разговаривая с другими мужчинами в костюмах, наверняка с важными лицами, на которых ему нужно было произвести хорошее впечатление. Несмотря ни на что, Миша и Илья оставались вместе: всегда танцевали вместе, ходили вместе за напитками или просто стояли рядом, болтая с другими людьми. Поэтому неудивительно, что они вдруг оказались совершенно одни. Мише казалось, что музыка каким-то образом становится громче с наступлением ночи. Илья, казалось, что-то говорил, но у Миши звенело в ушах. — Я тебя не слышу, — почти крикнул Миша. Илья наклонился ближе. — Как тебе напиток? — проговорив прям в ухо, и Миша наконец-то услышал его, но, тот был так близко, что вопрос с трудом дошел до него. — Довольно сладкий, хочешь попробовать? — ответил он Илье, склоняясь к чужому уху. Он почувствовал, как их щеки соприкоснулись, и лицо Ильи опасно приблизилось к нему. Это длилось долю секунды, но он успел разглядеть гладкую, слегка влажную кожу Ильи. — Попробуй мой, — сказал он. Они обменялись напитками, и Миша невольно скривился, попробовав горький напиток Ильи, который определенно больше походил на алкоголь, чем его собственный. Он не понимал, зачем они вообще согласились выпить, ведь они никогда этого не делали, да еще и когда Миша был за рулем. — Эмбер, должно быть, тебя ненавидит, раз заказала тебе это, — сказал Миша, и Илья расхохотался. Он, казалось, ответил, но Миша снова его не услышал. Он прижался ухом прямо к губам Ильи, и Илья тихо сказал: — Джун тебя любит, если он заказал это для тебя. Миша хотел объяснить, что напиток слишком сладкий на его вкус, но знал, что Илье он понравился больше из-за его любви к сладкому. Он просто улыбнулся и поменялся с ним напитками. Они продолжали танцевать в ритм битов, и было удивительно, сколько движений у Ильи было в рукаве, чтобы рассмешить его. Также было невероятно, сколько людей смотрели на него, не только из-за его движений, но и из-за его внешности, и это уже не удивляло. Видимо, смешивать напитки было плохой идеей, потому что он чувствовал себя немного опьяненным, хотя выпил всего один. Прежде чем он успел пожалеть об этом, Илья взял его за руку и повел к бару. Он заказал себе такой же сладкий напиток с помощью бармена, так как никто не знал названия напитка. Они продолжали танцевать вместе, пока не нашли своих коллег и снова не стали группкой. Миша почти допил свой первый напиток, когда к нему подошёл незнакомец, взял стакан из его руки и спросил, не хочет ли он ещё. Миша не слушал, поэтому мужчина наклонился к его уху, слегка коснувшись губами его уха (что Мише явно не понравилось), чтобы повторить вопрос. Миша покачал головой и жестом попросил незнакомца вернуть ему напиток. Мужчина снова попытался что-то прошептать ему на ухо, но Миша отстранился, снова покачав головой. Прежде чем он успел что-либо понять, Илья взял его за руку. Он услышал, как Илья сказал что-то вроде «занят», уводя его куда-то, а незнакомец был потерян в толпе. — Просто ты очень красивый, — сказал Илья, ссылаясь на ситуацию. — Что? — Алкоголь ухудшает твой слух, не так ли? — спросил Илья со смехом. Они ждали лифт. Миша не знал, куда они едут, но музыка уже звучала далековато. — Возможно, я просто не могу поверить тому, что услышал сейчас, — ответил Миша, посмеиваясь. Они зашли в лифт, когда тот приехал на этаж. Илья нажал кнопку первого этажа, сказав, что хочет подышать свежим воздухом, но его прервала группа парней примерно их возраста, которые залетели в лифт, прежде чем двери успели закрыться. Мишу и Илью прижало к задней стенке лифта, и они снова оказались очень близко друг к другу, но уже без музыки, которая сближала их ранее. — Ты меня правильно услышал, ты очень красивый, — сказал Илья. Парни в лифте очень громко разговаривали, они явно выпили больше, поэтому он не боялся, что они услышат, как он открыто флиртует. Миша и так уже покраснел от выпивки и атмосферы, но от слов Ильи он стал краснеть ещё сильнее. Он не знал, что ответить, но Илья продолжил: — Мне нравится твоя стрижка, — на этот раз он поднял руку к голове Миши, запустив пальцы в его волосы и поправил их. — Спасибо, — Миша воспользовался случаем, чтобы поправить воротник рубашки Ильи, которая растрепалась минут двадцать назад во время танцев. Илья взял руку Миши, лежащую на его рубашке, и, притянув её к себе. — Ты мне нравился и с длинными волосами, — сказал Илья. — А ты мне больше с короткими, — Миша нежился во фразе ты мне нравился и улыбался от этого. Короткие, длинные, светло-русые или темно-русые – он видел Илью со всеми причёсками, и все они казались ему потрясающими. Их отвлекал гомон на периферии, и они не возражали бы против (потому что были в своём мире), если бы один из компании парней не толкнул Илью, из-за чего он стукнулся о лоб Миши. Момент вышел более раздражающим, чем романтичным. Они отодвинулись от компании, не начиная ругань, даже Илья, что Миша оценил, поскольку это было лучшее, что они могли сделать. Когда лифт достиг первого этажа, они вышли последними. — Ты в порядке? — спросил Илья, но толчок больше не беспокоил Мишу. Он всё равно тысячу раз падал на льду. Он просто кивнул в ответ. — А ты? — вернул ему Миша. Илья не ответил, взял его за руку и повел во двор. Капли понемногу стекали с крыш, но дождь прекратился. Они сели на скамейку, самую дальнюю от входа. — Ты рад? — спросил Илья, залипая на окружающий мир. Было немного холодно, но это его не беспокоило. — Больше, чем я ожидал, — ответил Миша, улыбаясь. Больше всего он был рад Илье в этот вечер. Он ожидал, что при виде Ильи рядом с его предполагаемым крашем, он почувствует что-то неладное, но пока этого не произошло. Он даже почувствовал себя важным. — Я ожидал, что мы повеселимся, раз уж ты пришел, — сказал Илья, переводя взгляд на Мишу. Миша понял, что не может в полной мере оценить глаза Ильи из-за очков, которые отражали лунный свет. Миша решил снять его очки; на этот раз лунный свет отражали его глаза, приобретая более синий оттенок, который мог свести Мишу с ума. Илья наблюдал за его действиями сквозь ресницы, слегка улыбаясь. Миша сложил очки и вложил их в передний карман пиджака Ильи. Он терялся в мыслях, что делать со своими руками, если не может положить их на лицо Илье, его плечи, талию, бедра. Илья, казалось, прочитал его мысли и намерения, потому что он положил руку на бедро Миши, не отрывая от него взгляда. Миша чувствовал, что Илья приближается, но на самом деле это было не так – алкоголь мешал это определить. Поэтому он решился на первый шаг и прикоснулся к щеке Ильи, обхватив его лицо ладонью. Мог ли это увидеть краш Ильи? — Мне было весело, потому что ты здесь, — сказал Миша. Он не мог долго наслаждаться улыбкой Ильи, потому что тот тут же прильнул к его губам, притягивая Мишу к себе другой рукой за шею. Это был очень короткий поцелуй, соприкосновение губ, чтобы проверить на сколько это взаимно. И, о да, это было взаимно. Второй поцелуй последовал сразу же без раздумий. Он протянул другую руку на голову Ильи, поглаживая его волосы, наслаждаясь тем, как они ощущались под пальцами. Илья целовал его всё сильнее с каждым поцелуем, с каждым прикосновением губ, с каждым движением их языков. На этот раз он действительно приблизился, приподняв ногу над скамейкой, чтобы ему ничего не мешало. Если бы он мог, он бы слился с Мишей воедино, но, поскольку это было невозможно, он положил руки на его талию, притягивая как можно ближе. В тот момент он чувствовал тяжелое дыхание Миши сквозь поцелуй, но они не могли остановиться, даже чтобы перевести дыхание. Руки Ильи скользили по талии Миши, его спине, плечам, по всему телу, куда только могли дотянуться. Это был словно инстинкт, ведь он не мог толком думать, когда руки Миши обнимали его за шею, спину или голову. Илья горел изнутри, и ему было всё равно на дождливую и прохладную погоду. Он чувствовал себя таким благословленным. Миша же, наоборот, был в ужасе. Чёрт, София была права. Илья буквально пожирал его: он целовал его с такой жадностью, словно это было всё, о чём он когда-либо мечтал. Он не думал, что они смогут вернуться на вечеринку после этого. Но им нужно было, наверное. Они пробыли там максимум два часа. Возможно, Илья прочитал его мысли, потому что он начал постепенно отстраняться, оставляя на губах Миши крошечные поцелуи, вместо того чтобы кусать их. — Думаю, мне нужно тебе кое-что сказать…, — выдохнул Илья. — Не если ты пьян, — протянул Миша, соприкасаясь лбами с Ильёй, лаская его щёку, не желая, чтобы этот момент заканчивался. — Я всего-то немного выпил, — сказал Илья, звуча совершенно трезво. — Я не хочу, чтобы ты об этом пожалел, — Миша решил закрыть глаза, хотя и думал, что умрёт, если не сможет смотреть в глаза напротив. — Я никогда не пожалею о тебе, Миш, — сказал Илья, и этого было достаточно, чтобы Миша вернулся к поцелуям, укусам, трогая всего Илью, до чего он мог дотянуться под лунным светом. — Ты даже не представляешь, — прошептал Миша между поцелуями, — как сильно я тебя хотел, — и тут же услышал тихий стон. — Пойдем домой, пожалуйста, — взмолился Илья в ответ, к чёрту эти два часа, которые они провели на вечеринке. Миша увидел, как перед его глазами пронеслась вся его жизнь. Чёрт, Джунхван был прав с самого начала. На момент его осенило: — Я не смогу сесть за руль сейчас. — Верно, — сказал Илья и ещё крепче обнял Мишу, немного остывая, пока тот размышлял. Они провели так несколько мгновений: Миша гладил Илью по спине, успокаиваясь. — Ты хотел что-то сказать раньше, — напомнил ему Миша в объятиях, чувствуя, что с этого дня они не смогут вернуться к прежним отношениям. Илья вздохнул. — Ты же знаешь, что нас завалили плохими отзывами, — начал Илья. — Мне было очень стыдно за один из. — За тот, где ты так влюблён в свою коллегу? — Да, именно. Я говорил о тебе, — смущённо сказал Илья, немного отодвигаясь, чтобы Миша мог видеть его лицо. — Теперь я вижу, — ответил Миша с глупой улыбкой на лице, демонстрируя во всей красе те самые брекеты, которые Илья только что облизал.

∙ ∙ ∙

— Что-то давно не видно Илью и Мишу, — сказала Эмбер Джунхвану, пока они танцевали на танцполе. — И слава богу, — ответил Джунхван.

∙ ∙ ∙

      Мишина машина ощущалась как дом. Они уже не могли вернуться на вечеринку и провести время с остальными, после признаний друг другу. Соблазн избежать толпы оказался слишком велик. Они снова переводили дыхание, так как им было жарко настолько, что Мише пришлось завести машину ради кондиционера. Они были вспотевшие, но влюблённые. — Кажется, я совсем не пьян. Мы могли бы отправиться домой, — сказал Миша Илье, который обнимал его с закрытыми глазами. — Так нам нравится опасность, — тихо пробормотал Илья. Миша гладил его по спине, чувствуя, как волосы Ильи касаются его подбородка. — Мне просто нравишься ты, — ввернул ему Миша, и Илья усмехнулся. — А ещё я должен тебе кое-что сказать. — Что-то, чего ты ещё не сказал? Вполне резонный вопрос, ведь Миша был достаточно в здравом уме, чтобы не ляпнуть я люблю тебя (хотя он был очень близок к этому) среди всего того, что у него крутилось в голове (например, ты даже не представляешь, как сильно я тебя хотел. Ты идеален; Илья, ты идеален для меня; ты сводишь меня с ума; я не могу поверить, что ты – мой; малыш, ты божественный). — Я действительно думал, что тебе нравятся все, кроме меня. Я просто очень рад, что это всё-таки я, — сказал Миша с улыбкой, которую Илья не мог увидеть, но наверняка мог себе представить.

∙ ∙ ∙

      В субботу, когда Илья шёл на каток, он получил сообщение от Джунхвана. Это была фотография с камер видеонаблюдения ресторана, которые тот видимо проверял вместе с Эмбер. В кадре был Илья, склонившийся над барной стойкой, с улыбкой наблюдающий за тем, как Миша обслуживает столик. «😍😍» Илья хотел убить их.