Горы зовут

Когда слух уловил знакомо обволакивающую горное пространство тишину, знаменующую завершение строительного дня, Юс поднял взгляд от бумаг на столе. Посмотрел на прячущееся за ближайшую вершину солнце, разбрасывающее повсюду мягкие оранжевые тона, потом посмотрел на часы. Запихнув бумаги в пластиковый стенд, он потянулся, поднялся на ноги, прихватив пиджак под мышку, и лёгким шагом человека, позволившего себе не думать о насущных проблемах, направился на выход. Выйдя из готового уже снаружи здания будущего отеля, Юмарис остановился. Поднял голову, оглядев золотящиеся тонкие облака, потянул носом воздух. Привычная уже смесь керосина, мокрого бетона, свежевспаханной земли, скошеной травы и отдалённого цветения очищала разум. Где-то очень далеко надрывалась кукушка. Юс перевёл глаза с неба на тянущуюся перед ним грунтовую дорогу с неизбежными рытвинами, плодящимися как грибы под весом тяжёлых машин. На парковку наискосок просеменил последний из рабочих, на ходу стягивая ядрёно-салатовый жилет. Уши уловили хлопок двери, чирканье зажигания и постепенно удаляющийся шум мотора. Запихав руки в карманы брюк, Юс постоял ещё минутку, на мгновение прикрыл глаза, отдавшись слуху и удовлетворённо хмыкнул, не заприметив никого лишнего на объекте — только ночной сторож уже начинал кипятить себе кастрюльку на переносной печи. На парковке Юс постоял опять, разглядывая свою машину. Выбирал между вариантами спуститься до города пешком — всё равно пить будет — или всё-таки доехать до дома. Победили лень и опасение случайно обратиться по дороге. Юс забрался в машину и направился к куску закатанной асфальтом дороги, который был тут задолго до начала строительства. Изначально он вёл лишь к ферме ещё выше в горах, где разводили пчёл и лошадей. Кабинет мэра пообещал провести освещение, когда построят отель, но без каких-либо подтверждений на бумаге Юс мог лишь надеяться на благоразумие чиновников. Мотнув головой, он позволил холодному вечернему ветру вынести мысли в открытое окно. Проблемы он всегда решал по шкале насущности, откладывая на потом то, что можно было безопасно отложить. Разрушительные бессонные ночи отца, постоянно держащего в уме каждую проблемку, принесённую очередным проектом, привели его к выводу, что в подобном времяпровождении он не нуждается. Пропустив на пешеходном подростков с мороженным, Юс завернул во двор новенького пятиэтажного дома. Именно с него Плейны начинали прощупывать Шенью, выстроив апартаменты для многочисленных рабочих, требующихся на стройку отеля — в городе просто не соглашались сдавать недвижимость на столь долгий срок, предпочитая срубать деньжат за аренду в сезон. По завершении проекта планировалось подновить интерьер и продать дом на квартиры, либо же устроить апартаменты под сдачу. Но и этот вопрос отпихивался Юсом в задний ящик сознания как совершенно не важный в данный момент. Важным было добежать в ресторан вовремя. Назвать Шенью посёлком было нельзя — тут были и мини-отели, и рестораны разной кухни, и простенький горнолыжный подъёмник, активничавший в зимний сезон, а растёкшиеся разноцветной волной по склонам и долинам домики местных явно намекали на численность населения. Но и назвать Шенью городом у Юса язык не поворачивался — настолько местный колорит походил на деревню: громко болтающими на тротуарах знакомыми, кричащими «привет!» с другой стороны улицы, свежим горным воздухом, не загаженным ещё стабильным движением транспорта, периодически появляющимися на проезжей части кучками овец… С кривой улыбкой обогнув возвращающееся домой стадо, Юс толкнул дверь ресторана. — Бронирование на Коррадо Да Ли, — опередил вопрос девушки на входе. Та с дежурной улыбкой указала в сторону закрытой веранды, с трёх сторон окружённой панорамными окнами, открывающимися в более тёплые вечера. Кора, сразу попросивший звать его именно так, читал меню с видом старательного инспектора, положив локти на стол и склонившись над бумагой. Юс улыбнулся себе под нос и скользнул в кресло напротив. — Добрый вечер. Зелёные глаза взглянули на него почти одновременно с приветствием. — Добрый. Юс принял протянутое ему меню. — Как насчёт тарелки гриль? — Кора не зря всё это время штудировал меню. — И графинчик. Лёгкое движение рукой, напоминающее опрокидывание стопарика, сопровождалось сдержанной улыбкой и озорным огоньком в глазах. Юс испустил смешок и согласился. — И салатика бы. Только на улицу выйдешь, всё так цветёт и растёт… — Что сразу хочется зелени? — Угу. — Давайте какой-нибудь, где сыра побольше. — Для закуски? Мужчины обменялись понимающими взглядами — во вкусах они совпадали почти идеально. Юсу думалось, что Кора, возможно, относился к тому же семейству оборотней, что и он, но спрашивать напрямую не решался — пришлось бы рассказывать о себе. Сходились они и в том, что работу обсуждали лишь перед тем, как принесут еду. — Посмотрите, пожалуйста, профессиональным взглядом, как покрасили третий этаж. Они напутали с оттенком, перебеливали, а потом заново. — А-а-а. Бывает. Хорошо. Свеча на столике мерцала, отражая блики в высоких стаканах, куда официант разливал воду, а затем — в бокалах с толстым дном и звенящими кубиками льда, перекатывающимися в благородно золотистой жидкости. — Вот это вам на сверку и подпись, — Кора быстренько вынул папку с документами из широкой сумки. — Мы же с вами уже по почте всё сверили? Юс пролистал страницы с таблицей и ценами, отпил из бокала не глядя, потянулся за ручкой во внутренний карман. — Я завтра предупрежу Жантена. Отдадите ему для перевода. Ручка красиво чиркнула по бумаге, не дав Коре возможности уточнить, не хочет ли директор всё же проверить смету получше. Не в первый раз Юмарис Плейн надеялся на его благопорядочность, и Кора считал, что лучшее, что он может сделать в ответ — промолчать и справиться с возложенной задачей. Всё-таки именно сидящий перед ним мужчина был тем, кто выбрал доверить проект ему. После первого своего лично возглавляемого строительства, растянувшегося аж на пять лет, Юмарис решил немного сменить деятельность, «отдохнув» в команде планирования и разработок, но не тут-то было: команда как раз подыскивала место для нового отеля по пришедшей в голову директору концепции «горного курорта». Заинтересованный, Юс втянулся. Ездил на места, разглядывал площадки, присутствовал в момент принятия решения. Подыскивал архитектора на замену зазвездившемуся знакомому, и с той, что выиграла контракт, по счастливой случайности частенько работал Кора. Мисс Сабилла не преминула предложить его для дизайна внутренних помещений, но Юс никогда не верил на слово — прошерстил работы ещё нескольких дизайнеров, встретился со всеми лично, и лишь потом предложил работу Коре. Прекрасно зная эту историю, Кора не мог не проникнуться уважением к дотошности будущего начальства, который на тот момент и не догадывался, что этим начальством окажется. — Люстры поставят на следующей неделе. — Как раз. Разговор естественным образом сошёл на нет в отсутствие дальнейших рабочих тем для обсуждения и прибытия блюд. Юс с явным удовлетворением переложил к себе в тарелку шашлычок и пару сосисок. Кора привычной рукой поднял тост. — За лёгкое завершение проекта. Юс улыбнулся, звенькнули бокалы. — И за прибыль. Аккуратно застучали приборы — то, что Юс особенно любил во времяпровождении с дизайнером из-за своего чрезмерно чувствительного слуха: Кора работал вилкой и ножом почти невесомо, будто когда-то учился этикету. Если бы он ещё выбирал столики у стены, а не посреди зала, цены б ему не было. — Я тут решил по горе прогуляться, — Кора лёгким движением отправил кусочек в рот и продолжил резать следующий. — Погода хорошая, всё цветёт. Вдохновляет. На секунду нож в руке Юса завис над тарелкой, словно разбирая по кусочкам услышанное. Затем мужчина понимающе хмыкнул: — Шенья, может, и захолустье по столичным меркам, но природа здесь несравнимая. Кора покивал. — Так я о чём… думал, быстренько до куда-нибудь доползу — и обратно. А сам — иду, иду… Оборачиваешься — вид на озёра и город. Кажется, чуть-чуть повыше, и будет ещё круче. Юс улыбнулся себе под нос. Очень знакомое чувство. — Подумал даже, может, в особо хорошую погоду уходить с ноутбуком, садиться на камень и работать. — С таким видом, глядишь, вдохновитесь на великое. — Главное, чтобы не потеряли. Оба посмеялись, и Кора поглядел на мясо на тарелке. — И не съели. Почувствовав не себе удивлённый взгляд, рассмеялся. — Присел как раз под дерево отдохнуть. Миндаль так красиво цветёт сейчас. И вдруг — снежный барс. Прямо на скалах, близко-близко. Кора положил локоть на стол, чуть придвинулся. Юмарис глядел на него, не мигая, не давая расшифровать выражение своего лица. — Я даже не понял сначала, оборотень или правда барс — раз, и сбежал. Местные только потом сказали, что снежных барсов у них не водится. — Напугались? Мягким голосом. Кора внезапно почувствовал, что придвигаться не стоило — теперь слишком хорошо виднелись приятные черты лица и теплота в синих глазах. — Ну… Конечно, — неловко он откинулся на спинку кресла. — От внезапности больше. Так-то мне за себя постоять не проблема. — Даже с хищными кошками? Коре подумалось: «я сам хищная кошка». Но он лишь улыбнулся. — А то. Что ему ещё нравилось в Юмарисе Плейне, так это его мягкая обходительность в вопросах принадлежности к конкретному виду. У Коры не было необходимости скрывать свою форму зверя, но и рассказывать о ней всем подряд не было желания. Юмарис, по его мнению, так же предпочитал не открываться каждому встречному. Маленькие пересечения вкусов и намерений сближали больше прямых фраз. — Но странно, что он убежал. Обычно оборотни каким-либо образом показывали, что их не стоит бояться. — Молодой ещё, может, — протянул Юс, потянувшись к графину. — Разолью? — Давайте. Мне так не показалось. В голове промелькнуло видение крупного зверя, и Кора не смог сдержать улыбку. — Но шёрстка у них красивая, конечно. Чуть было не пролив мимо, Юс спохватился и усмехнулся себе под нос. — Это да. — Вы барсов раньше встречали? — А… Да, было дело. — А я впервые. — Влюбились? На явный подкол Кора сузил глаза и схватил бокал. — За ваш ужасный юмор. Ещё Коре нравилось слышать, как Юмарис смеялся: щуря глаза, чуть сгибаясь, будто щекочут живот, и склоняя ухо к правому плечу. Директорский образ рассыпáлся окончательно, открывая человека светлого и искреннего. Бокалы звякнули, стукнувшись стеклянными стенками, и Кора тут же разлил им ещё. — Вы, кстати, слышали?.. Никто из них уже не считал, которая это была по счёту посиделка с самого начала их совместной работы. И даже не думал, прекратятся ли они по завершении строительства.