Особая терапия
22 июня 2026 г., 16:18
Ноябрь 2019 года.
Как отличить реальность от фантазии, когда эти самые фантазии были настолько частыми гостями в голове, что ощущались реальностью? Все прикосновения губ к коже, поглаживания слегка грубыми, подрагивающими пальцами, плавные толчки в дрожащее от наслаждения худое тело.. Очередная фантазия во сне, пробуждение от которой будет сопровождаться неприятной болью в паху, или наконец случившаяся реальность? Снизу послышался тихий стон, а после в плечо Сто Второго вонзились зубы Второго. Мужчина сжал челюсти с шумным вздохом, почувствовав отчётливую боль. Он не пробудился. Значит, происходящее — реальность. Прекрасная реальность, в которую верилось с трудом. А ведь как долго Сто Второму приходилось смотреть на Второго без возможности хотя бы просто обнять его, не говоря уже о большем. Любоваться, подавлять широкую улыбку, стараться не краснеть. А наедине проклинать свою чёртову влюблённость, параллельно с этим утопая в пучине возбуждающих фантазий. Второй чуть ли не задыхался от той волны приятных чувств, что его накрыла с головой. Безусловно, парень прекрасно знал о том, что интимная близость приятна до дрожи в конечностях. Но одно дело знать и совсем другое — чувствовать на своей собственной шкуре. Содрогаться от каждого интенсивного толчка, слышать тяжелое дыхание где-то над ухом, ощущать кожей мягкую обивку дивана. Ладони осторожно легли на влажные плечи Сто Второго, и спустя мгновение он уже был плотно прижат к телу Второго. Тот специально так сделал, чтобы затянуть мужчину в долгий-долгий поцелуй непосредственно перед приятным бонусом в лице оргазма. Реального. Совместного. А не одиночного, от которого парню приходилось страдать довольно долго. Взгляд Второго на то, что он дико желал, всегда был пристальным, изучающим. В какой-то мере пугающим. Мысли, кишащие лишь сексуальными картинками, были не лучше. Парень жаждал понравившееся ему тело, словно маньяк. В этом желании не крылось что-то плохое, просто оно было настолько сильным, что сдерживать себя было трудно. Второй пока что справлялся с этим, но только один взгляд не поддавался, впиваясь в желаемое тело. Дыхание постепенно выравнивалось, дрожь покидала тело, как и приятная волна эйфории. Остались только два уставших, потных тела, всё ещё прижимающихся друг к другу. Хотя пора бы уже отлепиться друг от друга, иначе Сто Второй отдавит Второму всевозможные органы. — Ты уверен, что это не ошибка? – осторожно спросил мужчина. Он уже успел сесть на край дивана и сейчас собирал всё ещё дрожащими руками свои раскиданые по полу вещи. На его слова парень усмехнулся. — Что именно? – Второй поднял руку, бегло осмотрел её и убедившись в том, что она чистая, медленно провёл ладонью по влажным волосам, приводя их в порядок. — То, что мы потрахались? — Не только это, – Сто Второй поджал губу. Уши, что совсем недавно перестали гореть, вспыхнули по-новой. И даже интересно от чего: от того, что обычно правильный Второй бросается такими словами, или от того, что мужчина начал сомневаться именно сейчас, после того, как они уже переступили черту. — В общем вся ситуация. И этот договор, и эта ночь.. — М-м.. – парень промычал. Ни задумчиво, ни раздраженно, ни устало. Просто «м-м», после которого последовал спокойный, уверенный ответ. — Нет, точно не ошибка. У меня всё было продумано. Я бы не стал предлагать тебе взаимовыгодные отношения, если бы не был уверен. Сто Второй опустил задумчивый взгляд, уперевшись им в пол. Хорошо. Второй был абсолютно уверен в своих желаниях и стремлениях. Но что насчёт самого мужчины? Был ли он так же сильно уверен в том, что это хорошая идея? Или просто слепо поддавался соблазну парня, заглушая сознание приятным возбуждением? Пока Сто Второй задумчиво сверлил взглядом пол, Второй сел. Даже после активной близости он выпрямил спину — привычки были сильнее усталости. — Чего ты так боишься? – осторожно, почти шёпотом спросил парень, нарушая осанку ради того, чтобы обнять мужчину за плечи и прижаться. Сто Второй моргнул, его зрачки с пола дёрнулись на руки, в которых он всё ещё сжимал одежду. Немного помолчал, думая, сказать об этом Второму или всё же лучше промолчать. Но решив, что раз они устроили этот спектакль с терапией, то парень должен знать. — Правил психолога, – с губ Сто Второго слетел тихий, но полный тяжести вздох. — В одном из пунктов чётко прописано: психолог не должен начинать отношений со своим пациентом. Губы Второго изогнулись в лёгкой усмешке. — Серьёзно? – парень потянулся за штанами, откуда достал пачку сигарет и зажигалку. Привычно вставил сигарету между губ и зажёг. Затянулся и продолжил: — Сто Второй, ты же бывший психолог. Да, я обратился к тебе за помощью, как к профессионалу, но это не значит, что наша терапия является такой же профессиональной, – Второй затягивался после каждого предложения, делая короткие паузы, после чего продолжал, выдыхая едкий дым. — Это нигде не учитывается, следовательно, об этом никто не узнает. Мы можем быть спокойны. Сто Второй почувствовал, как в его губы что-то нелепо ткнулось. Медленно перевёл взгляд с рук на тлеющую сигарету — именно она прижималась к губам мужчины. — Да.. Думаю, ты прав, – Сто Второй прикрыл глаза и затянулся. Тело расслабилось, избавляясь от напряжения. Мысли слегка прояснились. — Вот и хорошо, – Второй, почувствовав как плечи Сто Второго расслаблено опустились, довольно улыбнулся. — Давай дадим нашим отношениям название? Для более красивого звучания, – недолго думая, парень положил подбородок на плечо мужчины, смотря на него с той же улыбкой, пока тот забирал у него из рук сигарету, чтобы снова затянуться. — Особая терапия? – долго думать не пришлось. Раз всё начиналось с терапии, ей должно и продолжиться. — Самое то, – Второй удовлетворенно кивнул, забирая сигарету обратно. Оставшееся время, которое они привыкли выделять на сеансы, мужчины провели в приятной тишине с тихим звуком равномерного дыхания и запахом сигаретного дыма.— — —
Второй на ночь не остался. Объяснений не дал, да и Сто Второй особо не расспрашивал. Может это и к лучшему, что парень вернётся к себе домой, и у мужчины будет время подумать. А думать было о чём. Правила психолога: 1. Молчи (конфиденциальность). 2. Держи дистанцию (запрет двойных отношений). 3. Не навреди (не берись за решение проблем, выходящих за рамки твоей компетенции). 4. Будь честен с собой и клиентом. Насколько бы правила не звучали простыми, придерживаться их было не так легко. Тяжело молчать, когда ты слишком любишь говорить о своей работе. Тяжело отказывать клиенту помочь с проблемой, с которой ты пока не можешь справиться. Тяжело быть честным. Сто Второму приходилось привыкать к правилам, учиться с ними жить. Они въелись в его сознание, прям в подкорку, что нередко прослеживалось и в повседневной жизни. Мужчина не замечал, как во время дружеской беседы переставал просто слушать — вместо этого он начинал анализировать. И при разговоре Сто Второй часто неосознанно переключался с «себя» на «профессионала». Да, мужчина давно не психолог. Да, он просто порой помогает своим коллегам, и это не означает, что он снова профессионал. Но как можно стереть из памяти то, что мучило Сто Второго на протяжении нескольких лет? Как отдаться в притягивающие магнитом объятья Второго, когда память о правилах бьёт тревогу? А может их «особая терапия» и правда ошибка? Сто Второй окончательно запутался. Желание быть с любимым приглушалось настойчивым голосом бывшего психолога с жёсткими правилами, и снова затыкалось осознанием, что эти отношения со Вторым — его единственный шанс. Разве мужчина мог его лишиться? — Об этом стоит ещё раз поговорить.. – сидя на том же диване, подрагивая левой ногой и нервно теребя край футболки, озвучил окончательную мысль Сто Второй. На этом его размышления были окончены и он, глубоко вдохнув и медленно выдохнув, отправился пить зелёный чай. Всё же следовало успокоить нервы.— — —
Когда подъездная дверь захлопнулась за спиной Второго и он остался один на один с тёмной, снежной улицей, он чуть не свалился с ног. Вовсе не из-за усталости — от осознания того, что у него получилось. Получилось добиться того, что долгое время казалось невозможным. Получилось добиться Сто Второго. И надо же — даже переспать в ночь признания. Уголки губ Второго дёрнулись в лёгкой улыбке. Коленки дрожали, будто эйфория всё ещё преследовала его. Хотя может так оно и было. Невозможно так быстро успокоиться после всего, что произошло на том диване. Воспоминания сами воспроизвелись в голове, особенно ярко выделяя самые жаркие моменты, пока Второй не спеша направлялся домой. Парень даже не пытался скрыть лёгкую улыбку, наоборот — шёл с гордо приподнятой головой. Одна из привычек, привитых ещё в детстве: если ты чего-то добился, то должен гордиться собой за это. И Второй гордился, идя прямо, грациозно ступая по снегу. Предавали только дрожащие в карманах пальто руки. Они выдавали то, что парень глушил внутри себя — страх и беспокойство. Да, он добился своего. Да, теперь он чуточку счастливее. Но что последует потом и как надолго затянется их «особая терапия»? Протяжный вздох слетел с губ Второго, белым облаком растворившись в зимнем воздухе. Думать парень будет потом. Сейчас же стоило смело идти вперёд. Также смело, как он несколькими часами ранее позволил себе усесться на колени Сто Второго и затянуть его в долгий поцелуй. Второй кивнул сам себе. Он живёт здесь и сейчас, наслаждаясь тем, о чём долго мечтал. Больше его ничего волновать не должно.— — —
Сто Второй внимательно следил за каждым часом, за каждой циферкой, сменяющей другую на экране телефона. Чувствовал, как сердце начинает биться быстрее с приближением долгожданного обеда. Ощущал предательскую дрожь во всем теле по пути к автобусу Второго, стоящего поодаль от общего сбора. Перед тем, как потревожить коллегу своим визитом, Сто Второй решил заглянуть в форточку. Второй удобно развалился на водительском кресле. Его глаза были закрыты, но подрагивающие ресницы выдавали его — парень не спал, просто лежал. Возможно, дал себе возможность расслабиться пока никто не видит. Ведь как только Сто Второй постучал по стеклу, Второй тут же раскрыл глаза и моментально выпрямил спину. Мужчина обошёл автобус, дождался пока парень откроет водительскую дверь, после чего зашёл внутрь, прям в кабину. — Извини, что.. — Ничего, всё нормально, – резко перебил Второй. Он провёл ладонями по лицу, снимая напряжение и усталость. — Что хотел? Что-то важное? Сто Второй замялся, услышав важный тон коллеги. Парень выглядел и вёл себя так, будто это не он вчера ночью стонал и извивался под мужчиной. Это немного сбивало с толку. — Да, важное, – Сто Второй кивнул, складывая в замок дрожащие пальцы. Он не мог угомонить дрожь в теле, но, слава богу, хотя бы голос был ровным. — Помнишь, я говорил тебе про правила? Второй молча кивнул. Он пытался сосредоточить внимательный, привычно сщуренный взгляд на вроде спокойном, но всё же слегка взволнованном лице мужчины. — Извини, но я не могу так просто их выкинуть из головы, – Сто Второй сорвался, начав тараторить. Руки затрясло сильнее. — Я слишком долго жил с ними, они буквально вросли в сознание, понимаешь? Я просто не могу.. — Ты хочешь меня? – вопрос Второго, заданный с настолько спокойной резкостью, что застал Сто Второго врасплох. Он уставился в яркие зелёные глаза парня, глупо моргая. — Хочу, – спустя несколько секунд тишины тихо, но уверенно ответил мужчина. Дрожь в руках немного утихла. — Тогда перестань думать о правилах, – грубо отрезал Второй, его брови раздраженно дёрнулись. — Я буду отвлекать тебя, если ты снова будешь о них вспоминать. Второй повернулся обратно к лобовому стеклу и не выдержал — всё же слегка ссутулился от усталости. Он был напряжен, что прослеживалось в сжатых в тонкую полоску губах и сдвинутых к переносице бровях. — Хорошо, давай хотя бы так, – Сто Второй слегка улыбнулся, после чего спешно покинул автобус Второго, оставляя парня остыть. Слабо верилось в то, что его вмешательство помож ет, но мужчина был бы очень благодарен, если бы парень смог ненадолго приглушить назойливое «сознание психолога».
