Шепот жизни

День неумолимо склонялся к закату, но всё происходило плавно, словно их жизнь больше не выносила суеты. В воздухе, да и в самой природе было нечто магическое, и если бы они не верили в волшебство, то приняли бы это за игру воображения. Небо отражалось на бархатной поверхности воды этого кристально чистого озера. Казалось, картина сошла с холста и явилась перед глазами. Его, должно быть, нарисовал небесный слуга, обладающий талантом к художеству. Вокруг, как неприступные крепости, расположились очертания гор. Гермиона сидела на открытой террасе ресторана у воды, расслаблено откинувшись на подушки, которые для неё заботливо наколдовал муж. Шелк её небесно-голубого платья, с провокационно открытой спиной до самого копчика, приятно холодил кожу, позволяя летнему ветерку обдувать спину. Это платье ей выбирал Драко, когда они останавливались в Милане. Их путешествие скоро заканчивалось и она с тоской думала о возвращении домой. Конечно, она соскучилась и по родителям, и по друзьям, и по их удобной, ставшей для неё такой привычной, кровати… Но это приятное единение с ним, оно казалось благословением, посланным им за все те годы, прожитые ими в вечной тревоге. На этом этапе жизни, ей хотелось, чтобы их третий по счёту медовый месяц не заканчивался. Она не стала заглядывать в меню, положившись на его изысканный вкус. Еще ни разу выбранный им ужин для неё, не разочаровывал. Он так хорошо её знал… Она перевела свой взгляд на горизонт. Там догорали розовые огни заката, среди этих величественных гор, они казались мазками, вышедшими из-под кисти импрессиониста. Оставалось совсем недолго и скоро они растворятся на плавно сереющем небе. Ночь вступит в свои владения и раскроет им не менее прекрасный вид на звездную карту, раскинутую на небесах. Внезапно ритм её дыхания сбился. Она замерла, стараясь не дышать и не упустить этот волшебный момент. Она называла это самой сильной магией на свете. Она шла из её глубины, меняя всю её суть. Гермиона жила в ожидании этого чувства, оно приносило ей успокоение и самое сильное счастье. Счастье, которое она пока до конца не осознавала. Небольшой, но чёткий толчок. Словно крошечная серебряная рыбка виляла хвостиком и плескала им по воде. Гермиона улыбнулась, это была самая нежная улыбка. Она дарила её только двум людям, что существовали в её теперешнем мире. Её ладонь, на которой покоилось обручальное кольцо с сильнейшей родовой магией, оберегающей её, легла на округлившийся живот. Это было самое привычное и любимое движение в последние месяцы. С тех пор как её живот заметно сильно округлился. Она чувствовала ответную магию на своё прикосновение, словно её ладонь окутывали теплом и неким чувством, которое она не могла описать словами сколько ни пыталась. О нём не писали в книгах, не рассказывали на курсах для будущих мам, не предупреждали целители, которые осматривали её каждые две недели. Напротив неё сидел он. Мужчина, который когда-то вызывал у неё лишь дрожь и ярость. Сейчас же он был для неё центром жизни, якорем, который сдерживал её в бушующих чувствах, которые он сам же и посадил в ней. Они напоминали ей цунами в океане или шторм в заливе Дрейка. Такие же необузданные и прекрасные в своей силе. Драко Малфой - прекрасный и холодный в своей изысканности, в светлой рубашке напоминал ей античную статую, вышедшую из под руки Микеланджело, в которого магическим образом вдохнули жизнь. Он выглядел расслабленным, но ни на грамм не теряя в этом своего достоинства. Сейчас это была не та надменная гордость, которой он обладал в их школьные годы. Это был человек, что нашел свой причал и построил у него нерушимый каменный замок. - Драко, - её голос прозвучал мягко, и был едва слышен среди убаюкивающего плеска озерной волны о парапет, на котором находился выбранный ими ресторан. - Наш сын снова решил напомнить о себе. Твой наследник сегодня на редкость активен и радует свою маму. Серые глаза, напоминающие своим цветом предгрозовое небо, некогда дарившие ей только ледяное пламя, сейчас горели благоговейным огнём. Этот пожар что тогда, что сейчас, он дарил только ей. Даже в те самые дни их прошлого, полного неприязни, его глаза всегда горели для неё. Цинизм в его взгляде давно исчез. Его сместило с пьедестала обожание. Драко медленно поднялся, в его движениях была грация и решительность. Он игнорировал изумлённые взгляды посетителей и работников ресторана, нарушал все правила этого пафосного места, где даже у приборов было строго определённое место. Драко Малфой больше не подчинялся никаким правилам, это он оставил в далёком прошлом. Обогнув стол он остановился около неё. Медленно опустился на колено и его ладонь легла на её ладонь на животе. Его рука спокойно и нежно оглаживала её пальцы, та самая что в прошлом сжимала палочку в попытке убить, та самая, что сейчас перелистывала страницы её любимой книги, пока он читал ей её на ночь. Гермиона высвободила свою руку и поменяла их местами, желая чтобы он ощутил то же самое что и она. Он застыл изваянием у её ног, прикрыв глаза и наслаждаясь этим чувством. Драко весь погрузился в это ожидание. Когда очередной толчок повторился, еще отчетливее и требовательнее, словно узнавал своего отца, Драко зажмурился в удовольствие и прижался лбом к её животу. Он стоял на коленях словно подчинялся ей, давно капитулировал отдавая себя и свою гордость во власть этой прекрасной ведьмы. Он оставил поцелуй, передавая свою магию и тепло, через тонкую ткань платья, и Гермиона даже не касаясь его, чувствовала тот трепет, что окутал всё его тело. Смотря на его светлую макушку, что прижималась к её животу, Гермиона невольно провалилась в воспоминания. Каменные своды Хогвартса и взгляд серых глаз, всегда обращённый на неё с жаром ненависти. Жестокие насмешки, которые её ранили, но она отчаянно делала вид, что они не имеют никакой власти над ней. Безразличие, за которым прятался сломанный и трусливый мальчишка. Тот, что не знал иного пути, кроме как, того что за него выбрали его предки. Она удивлялась тому, как он из того самого мальчишки, смог превратиться в мужчину что способен быть одновременно властным Лордом и поразительно нежным мужем с ней. Она смотрела на него и видела как ему тяжело скрывать свой страх. Да она и сама боялась, понимая что, ни одна книга в мире не станет для них инструкцией. Библиотека Малфой-мэнора была полна редких изданий, но в ней не было ни слова о том, как утешить плачущего младенца. Никакой опыт Нарциссы, привыкшей к штату домовых эльфов, ни советы её собственных родителей, которым она с таким трудом вернула память, не могли подготовить их к этой роли. Это был их личный путь. Путь, что они пройдут вместе. Драко мог часами слушать Блейза Забини, который с гордостью рассказывал о своих двух дочерях. Малфой внимательно слушал, но знал - его опыт будет другим. Уникальным, принадлежащим только ему и ей. Это будет мир, построенный на прощении их собственных душ. На обломках что они смогли выстроить в новый мир для себя. Драко медленно поднялся с колен. В его движениях не было суеты. Он всё еще пребывал в сакральном контакте с сыном. Он не спешил возвращаться на свое место. Вместо этого он взял её руку в свою, переплетая пальцы. Когда он сжал её руку, ей показалось что он боялся, что этот приятный ветерок унесёт её прочь. Что она растворится, как дымка его самой смелой фантазии. Она знала, и он не раз говорил ей об этом вечерами у камина за чтением, что ему иногда кажется что это лишь сон. Но разве могли бы они оказаться в этом прекрасном сне вместе? Ощущая так ярко все эти чувства и эмоции… Когда он наконец вернулся на своё место, их руки остались лежать на столе. Он смотрел на её хрупкую ладонь в своей и снова благодарил всех богов, в которых верил, и в которых нет. Обручальное кольцо на тонком пальце Гермионы, отбрасывало блики в этом красивом закатном свете. Драко огладил кольцо пальцами и в его памяти снова и снова прокручивался день их свадьбы. Он вспомнил, как дрожали его руки, а затылок покрылся испариной, когда он открывал коробочку с фамильным кольцом Малфоев. Он трижды проверял его и отчищал от тяжести вековых заклинаний. Он вспомнил, как стоял у цветочной арки с благоухающими розами, и боялся обернуться. Вспомнил парализующий страх, от того что ожидал что она словно очнётся от забвения и поймет что он её не достоин. А потом она вошла в этот сад, украшенный повсюду цветами и светящимися сферами. Мистер Грейнджер вел свою дочь под руку. Она была в белом платье, и в его глазах казалась ангелом, спустившимся с небес. В тот момент он, наследник, двух самых гордых фамилий Британии, был готов упасть на колени от одного её взгляда. Он смотрел на неё сейчас и ему казалось что, на фоне заката над Комо, Гермиона была еще прекраснее. Свет заходящего солнца золотил её локоны и ему казалось он видел этот сияющий золотом нимб над её головой. Тени от верхушек гор украшали террасу, превращая всё вокруг в разные причудливые пятна наложенные кистью, какого-нибудь великого мастера. А она была центром этой картины, словно снизошла с картин великого Яна Вермеера. Он четко видел те же оттенки света, ту же тишину, что она излучала и сакральное успокоение от момента что отпечатался очередным вечным воспоминанием в его чертогах разума. Он вспоминал картины Караваджо, который умело вырывал свет из тьмы, делая всё остальное ненужным и незначительным. И она была воплощением этой идеи. Она вырвала маленький огонёк света из него, когда он верил что тьма окончательно поглотила его. Но ей удалось и он был безумно счастлив что позволил себе поверить ей. Разве он мог иначе? И хотя мысль о том, что он не заслужил этого снова и снова проносилась в его голове, Драко не ощущал больше той привычной боли, что была вначале. Это стало для него фактом, с которым он научился жить. Который он прятал в закромах сердца, чтобы вспоминать в те моменты, когда смел думать что он имеет право, владеть ею полностью. Но надо было отдать должное его жене, она каждый день говорила ему о том что, она только его. Что хочет чтобы он знал об этом. Как бы он не старался скрывать своих демонов от неё, она умела понимать его только лишь по его дыханию. Он любовался ею и видел в ней не только свою жену и мать своего ребенка, нет. Он видел в ней саму Любовь. Та, что проявляется в своем истинном обличии. Она дала ему шанс не только выжить после судов над его семьей и позора что тянулся за ними следом, она сделала так что он ожил. Только она смогла убедить его, что он всё еще имеет право, быть счастливым. И она подарила ему это счастье. Она дарила ему его и ничего не просила в ответ. Но он старался делать всё что в его силах, если бы он мог сорвать солнце с небосвода, несомненно оно было бы её. Она вручила ему в руки веру в то, что его наследник не будет нести на плечах тяжесть ошибок его деда. Но ей было этого недостаточно и она решила пойти дальше и собиралась подарить ему этого наследника. Только благодаря ей он знал, в этот раз она была абсолютно права, его наследник будет всегда с гордо поднятой головой и никогда не опустит постыдно глаз. Ведь его мамой будет Гермиона Грейнджер. Она добилась того, что его сын будет наблюдать как отец в открытую держит его мать за руку, не боясь осуждений и обсуждений за спиной. Драко не знал, кого ему благодарить - судьбу или магию? Эта девушка что в далёком прошлом ударила заносчивого подростка кулаком в лицо, позже спасла ему же его израненную душу. Они молчали наслаждаясь этим моментом и тишиной около друг друга. Каждый из них вспоминал что-то из прошлого, перематывая каждый кадр что тронул струны души, снова и снова. Для Драко, эта свобода в таком абсолютном спокойствии, его любимая жена носящая их ребенка под сердцем были самой огромной наградой. За то чтобы получить её он боролся. Он так отчаянно боролся, великий Салазар. Он вел борьбу с никому неведомой борьбой внутри себя. Он сражался отчаянно, словно из хитрого змея в одночасье оказался храбрым львом. Он смог одолеть тьму, ступить на дорогу света и идти по ней протянув руки к ней. Той единственной, что стоила всей этой борьбы. Всех потраченных сил и каждой секунды того времени. Та тьма не желала отпускать его, она сидела в нем переданная с отцом и матерью, вписанная в его кровь, в каждую клетку его измученного пытками тело. Он кружил словно хищник в поисках своей добычи, но не на поле боя. Нет, там бы одолел противника легко. Он выискивал его в самых потаённых уголках своего разума. Выискивал в себе то, что так отчаянно желали в нём видеть его родители, а он… Он мечтал от этого избавиться. Он давно понял что не хочет быть реликвией своей семьи. И только его сын, что мирно рос под сердцем своей матери, помог ему окончательно найти природу того, что мешало ему все эти годы. Именно они вдвоём помогли ему окончательно победить тьму. Его сын будет первым ребенком, за многие десятки, а может и вовсе столетия, кто будет мирно спать в своей колыбели. Спать в доме, где царит только любовь и покой. Ради этого он готов был пойти на всё. Ради неё, этой нежной и хрупкой девушки, что пыталась всеми силами казаться сильной, он перевернул бы даже эти горы, перед ними, пиками вниз. Для него не было ничего важнее неё. Когда она с такой всепоглощающей и заразной любовью клала свою хрупкую ладошку на свой живот, разговаривая с его наследником, он готов был на коленях проползти весь шелковый путь, что тянулся от Восточной Азии до Европы. Лишь бы она была его, лишь бы она хоть на немного пустила его в свой свет. Сидящая перед ним Гермиона, думала о своей битве. О тех долгих месяцах, что она провела в бегах, чувствуя каждой клеточкой своего тела страх и холод. О чувстве безысходности в темном лесу, что каждую ночь пугал её своими звуками. О том чувстве, когда она впервые подняла глаза оказавшись в доме, который сейчас стал её крепостью, и встретила своё первое непростительное. В тот миг, она могла видеть перед собой только глаза. Глаза серые, как дождливое небо. Те глаза смотрели на неё с болью, словно принимали заранее свой проигрыш. Принимали всё то отчаянное положение, в котором они оказались. Возможно, именно в тот момент и произошёл разлом. Подмена чувств, никак иначе. В том бальном зале, пытали не её одну. Человек, которому принадлежали те серые глаза, тоже испытывал пытки. Он не ощущал заклятия брошенные ей физически. Нет, он ощущал их в своей голове. Она видела это в серых стеклах его зрачков. И сейчас смотря в эти же глаза, когда-то такие пустые и отрезавшие все эмоции, она видела только любовь. Он дарил её ей, не прося ничего взамен. Но она готова была подарить всю себя. Он не просил её об этом, но тем не менее охотно принимал её дары. И в тот первый раз, когда он поверил в её слова о том что свет заслуживают все, она поняла. Поняла простую истину. Её победа не была в тот миг что пал Том Реддл. Её победа была в том, что она смогла спасти души, что пали от его рук. Её победой стал мужчина, сидящий перед ней, делящий этот миг прекрасного заката и целовавший каждое утро её руки, рассыпаясь в благодарности. Он переродился, словно феникс. Сжег себя дотла ради неё. И она не собиралась ни на миг забывать об этом. Эта тишина, в которой они сидели любуясь последними лучами солнца, прощающиеся с этим дивным днем, была её личной наградой. За каждый её видимый и скрытый ото всех шрам. Будь он то на теле, то на сердце. За каждую пролитую слезу, либо из-за него, либо по родителям или друзьям, чьи глаза навсегда закрылись. За каждую секунду, что она провела тратя на то, чтобы выжить. Жизнь внутри неё, что они создали вдвоём была её призом. Была тем самым доказательством, что Свет окончательно победил Тьму. Они сделали это вместе. Рядом друг с другом. Сумев найти нужные слова и прощение. Гермиона снова перевела взгляд на озеро. Тени гор стали еще длиннее. Солнце окончательно уступило свою власть луне. Сейчас на небе блестели звезды. Те, что образовывают созвездия. Она сама предложила ему это, сама желала подарить ему веру в себя и своё наследие. Они выбирали звездное имя для своего сына. Он был назван еще даже не родившись. Смотря на красоту что окружала их, она мысленно разговаривала с сыном. Это был сакральный разговор. Тот, в который она не хотела впускать даже Драко. Она клятвенно обещала сыну, что над его головой всегда будет сиять чистейшая луна и звезды. Она общалась с ребенком, что был частью неё. Общалась словно он её понимал. И на каждую её мысль, обращенную ему, она получала ответ в виде отклика его магии или толчков. “ Малыш, - думала она. - Посмотри на этот чудный мир. Он не всегда будет тихим и спокойным, как сегодня. В нем будет много шума и возможно несправедливости. Но что-то будет стоять вечно. К примеру это озеро или эти горы. Мы с папой покажем тебе мир. Не только его красоту природы, не только культуру разных народов. Мы покажем тебе мир, тот что видим и знаем сами. Тот, который мы построили для себя. Мы научим тебя что сила не только в магии или палочке. Сила в любви и прощении. Сила в том чтобы найдя свою родную душу не отпустить её. Как бы она ни хотела вырваться, думая что вовсе не достойна стоять с тобой рядом. Посмотри на эти тени на воде, в них я вижу отголоски своего прошлого. Но не забудь также взметнуть голову выше и оглянуть это бескрайнее звездное небо. Оно всегда осветит тебе путь. Ты можешь пройти по нему в поисках своего счастья. Мы поможем тебе. Мы всегда будем рядом.” Ей хотелось запрятать этот момент в склянку, а потом снова и снова пересматривать в омуте памяти. Когда-нибудь, когда её сын спросит о том, что такое счастье, она просто покажет ему этот вечер на Комо. Драко по привычке бросил взгляд на платиновый циферблат часов. Старая привычка. Он всегда жил по графику, который был рассчитан по минутам - отчёты, контракты, заседания и встречи. Когда они стали встречаться, он начал считать минуты до их первых свиданий. А после решившись жить вместе, и создавая вокруг себя своё уютное пространство, он ждал время до момента, когда вернётся домой, к ней. Он считал минуты до её прихода, минуты до их ужина, минуты до того, как она закроет книгу и посмотрит на него. Это успокаивало его. Давало ему стабильность и чувствовать что он всё еще всё контролирует. Сейчас же, проведя с ней столь длительное время вдвоём… Хотя нет, втроём, он явно ощущал присутствие еще не рождённого, но уже столь любимого сына… Он осознал, что стрелки и цифры больше не имеют над ним власти. Время перестало быть его врагом. Драко пришёл к тому что, он готов его отпустить. Что в этом желанном пространстве, среди красоты дарованной им природой и умелыми руками архитекторов, живописцев, скульпторов и инженеров, он может себе позволить просто наслаждаться. Прошлое, со всеми ошибками и болью, осталось позади. Там, где каждая минута была врагом для его подсознания. Он жил как заводной механизм, словно жизнь, создавая его, забыла вложить в него душу. Но теперь, Гермиона с каждым днём открывала для него, всё новые и новые грани. Его счастье и спокойствие зависели только от неё. Если она дышала спокойно, он знал что мир находится в порядке. Если она улыбалась, солнце светило даже в ночи. Он снова сжал её руку, чувствуя прохладу её кольца. Слушая под мерный плеск воды, её пульс. Считая его и одержимо проверяя, в норме ли она. Он повторял ей свою клятву, что сказал в день их свадьбы снова и снова. Каждый день, каждую ночь. Он был благодарен ей, что больше не был одинок. Над озером Комо, сегодня, воцарилась поистине прекрасная ночь. Звезды отражались в воде, луна светила и серебрила верхушки холмов. Приятный ветерок освежал кожу. Это ощущение пьянило, сильнее чем итальянское вино. Ему показалось что терраса находится где-то в открытом космосе. Она плывет плавно, унося их с собой в нечто огромное и открытое. Туда, где нет ни времени, ни войны, ни предрассудков на которые ему давно плевать. Он смотрел в её карие глаза, тёплые и умеющие прощать. Только они двое, их сын что вскоре увидит этот дивный мир и бесконечная тишина, окутанная счастьем. Для людей вокруг, солнце зашло за горизонт, уступая место темной ночи. Для Драко и Гермионы, жизнь перестала быть чем-то эфемерным. Для них начинался новый восход.