Секрет

В пустоте своей квартиры Васе хотелось выть в голос от одиночества и тоски. Длинный выезд сыграл с ним злую шутку, и Вася успел привыкнуть к тому, что Зак постоянно находился рядом. И не просто в поле зрения, а буквально на одних и тех же квадратных метрах. В той же комнате, в той же постели… В первую же ночь дома Вася выяснил о себе нечто новое и, мягко скажем, безрадостное: он разучился спать один. Он честно пролежал в постели до рассвета, но так и не сомкнул глаз. В голове по кругу, как пони в цирке, носились одни и те же мысли: как жить дальше, как жить одному и как вообще выжить, когда Зака не будет рядом. Не за горами был его отъезд в Екатеринбург, который Вася просто не знал, как пережить. Ох, как же чертовски сильно он завидовал младшим. Вадим и Виталик уезжали вместе, Егор и Даня вместе оставались. И только Вася и Зак должны были расстаться на несколько дней. И ладно бы просто расстаться. В конце концов, у них всех были телефоны, интернет и прочие прелести технического прогресса. Но Зак должен был улететь вместе с женой, а Вася ― привезти из Челябинска сына на каникулы. Казалось, что у них даже на переписку могло не остаться времени. Вася надеялся, что сможет отвлечься, сосредоточиться на проблемах и интересах Макса, но понимал, что обманывает себя. Зак занимал все его мысли, как воздух. Ему предстояло научиться существовать вместе с бессонницей, рассеянностью и глухой тоской. А ещё с бесконечным обманом. Потому что всем окружающим предстояло врать, что всё в порядке, что Вася справляется, что он совершенно не грустит и всем доволен. Роль, за которую в Голливуде вполне могли бы удостоить Оскара. Но Вася был не в Голливуде, а в промёрзшем насквозь Минске. И хотя Вася давно привык к холоду, сейчас он не мог его не чувствовать, не замечать, не воспринимать как лишний груз на своих плечах. Впрочем, сейчас практически всё, что его окружало, ощущалось как тот самый лишний груз. Васе было тяжело нести даже собственные мысли, не говоря уже о теле, которое ощущалось тяжёлым, громоздким и неповоротливым. При этом Вася отлично отдавал себе отчёт, что то, что с ним происходило, ни в коем разе не являлось нормой. Он просто не справлялся с собой, со своими чувствами и мыслями, со своей жизнью, за которую, как взрослый человек, нёс ответственность. И если он хотел что-то изменить в обозримом будущем, начинать стоило прямо сейчас. Вася старался. Он действительно старался, когда нахаживал километры с Локи по утреннему сумраку январского Минска, когда до боли в мышцах работал на тренировке, когда работал на льду, пока пот не начинал заливать глаза. Вместе с ним до чёрных точек перед глазами тренировался младший Вадим. Все остальные воспользовались правом на выходной и предпочли провести время дома со своими семьями. В конце концов, все жили в элитных комплексах с фитнес-центрами, спа и прочими прелестями жизни. Для поддержания формы не обязательно было тащиться на Арену. Нет, конечно, некоторые другие ребята тоже появились на льду. Приехал Ксавье, которому совершенно нечего было делать дома одному, потом подтянулись Алекс и Брэди, чьи девушки сейчас тоже где-то отсутствовали. Со стороны компанию на льду можно было принять за клуб холостяков. ― Ты спешишь после тренировки? ― поинтересовался Вадим, когда они последними уходили со льда в раздевалку. Вернее, последним пытался уйти один Вася, но Вадим терпеливо дожидался его у борта. ― Куда мне спешить? ― Вася поднял маску, чтобы допить остатки воды. ― А что такое? Случилось что? ― Пока нет, ― не слишком убедительно ответил Вадим, но глаза в сторону отвёл, словно опасался, что Вася мог что-то такое заметить в его взгляде. ― Пиня? ― Вася убедился, что в бутылке не осталось воды, и вздохнул. ― Морозик, выкладывай, не тяни. ― Может, пойдём куда? Я не хочу здесь говорить, ― наконец выдавил из себя Вадим. ― Можем в рестик какой… Я угощаю. ― Тошнит меня уже от рестиков, ― Вася вздохнул. Общая усталость и плохое настроение требовали, чтобы он послал Вадима по матушке в пешее эротическое путешествие куда-нибудь на край географии, но добровольно взятая на себя ответственность за младших не позволяла сделать этого сразу. ― А это никак нельзя отложить? ― Не знаю, ― Вадим помялся, подбирая слова, но всё-таки продолжил: ― Мне не с кем больше поговорить. Но если тебе в тягость… ― Конечно, мне в тягость, ― Вася закатил глаза. ― Нашли, блять, себе мамку. Ладно… Переодевайся, дома поговорим. Заодно и пообедаем. ― Где дома? ― тут же вскинулся Вадим. ― У меня? ― У меня, ― Вася насмешливо фыркнул. ― У меня там хотя бы еда есть. И Локи скучает… ― О-о-о-о, ― растерянно протянул Вадим. ― Ты зовёшь меня в гости? ― Не зову, ― поправил его Вася и уточнил: ― У меня нет выбора. Иди уже переодевайся, а то мы тут так и простоим до вечера. ― А ты на тренировку вечером пойдёшь? ― тут же спросил Вадим, но вместо ответа получил по бедру вратарской клюшкой: ― Морозик, беги! Вася даже занёс клюшку для следующего удара, уже более убедительного, но тут Вадим наконец опомнился и лихо стартовал с места, даже коньки не помешали. Вася неторопливо побрёл за ним, по пути размышляя, как он дошёл до жизни такой. Одну ночь всего и полдня он провёл без Зака рядом ― и уже ошалел настолько, чтобы приглашать к себе в дом посторонних. Нет, конечно, Вадим как человек и как партнёр по команде Васе даже нравился. А его привязанность к Виталику, фантастическое терпение и готовность ждать вселяли уважение. Где-то в глубине души Вадиму хотелось помочь, и Вася как мог помогал. Но до сих пор он не планировал сближаться с Вадимом настолько, чтобы приглашать его домой. Но сейчас уже поздно было что-то менять, а потому Вася предпочёл переключить внимание на более насущный вопрос: как избежать мучительной смерти от рук Зака? В том, что смерть будет именно мучительной, Вася нисколько не сомневался. До сих пор Зак раздражался из-за любого проявления внимания в сторону Васи. Это касалось разговоров, телефонных звонков, сообщений и любых других форм коммуникации. Предсказать реакцию Зака на посиделки с Вадимом Вася не брался. Но и полагаться на авось и надеяться, что Зак не узнает, Вася не стал. А потому, даже не переодевшись, схватил телефон ― подарок Зака, между прочим, ― и торопливо написал: «Потренировался, сейчас поеду домой. Морозик напросился поговорить. Надеюсь, что ничего серьёзного«». «А обязательно его домой тащить?» ― тут же отреагировал Зак, сопроводив сообщение возмущёнными эмодзи, а Вася не удержался от смешка: такая предсказуемая реакция. «Он предлагал пойти в ресторан. Надо было соглашаться?» ― Вася отдавал себе отчёт, что вполне осознанно Зака дразнил и даже немного провоцировал. «Надо было слать его на хер«», ― прилетело в ответ от Зака, и Вася решил, что пора заканчивать: «Ты же понимаешь, что если бы любой из них пришёл к тебе, ты бы тоже согласился и пошёл разговаривать. Может, и в ресторан. Или ещё куда. И никого бы ты никуда не послал». «Понимаю, ― вполне миролюбиво согласился Зак и продолжил: ― И я даже не ревную… то есть ревную, но не особо. Я же знаю, что Морозик влюблён. И ты не его типаж. Просто я ему завидую». Наверное, вслух Вася бы этого не сказал, просто не решился бы. Но сейчас, в сообщении, торопливо набрал: «Я тоже завидую твоей жене». Зак ничего не ответил, но Вася на это и не рассчитывал. Впрочем, и о своём порыве высказать откровенно то, что тяжёлым камнем лежало на сердце, он уже успел пожалеть. Но слова уже прозвучали, и забирать их обратно было бы глупо. Убрав телефон, Вася принялся переодеваться. Вадим болтался рядом, перекатывался с пятки на носок, но молчал и терпеливо ждал, пока Вася обратит на него внимание. ― Эй, Дёма! ― вдруг окликнул его Ксавье. ― Ты вечером придёшь? ― Приду, ― Вася кивнул, потому что тосковать дома не входило в его планы. Он собирался приходить на все тренировки, заниматься как проклятый, да хоть марафон бежать по минским сугробам, лишь бы чуть меньше думать о Заке. От того, что он скучал, никому из них легче не становилось. ― Тогда мы тоже, ― Ксавье улыбнулся. ― Без вратаря тренироваться смысла нет. ― Договорились, ― Вася закончил с переодеванием, собрал личные вещи и кивнул Вадиму: ― Готов? Можем идти. ― Вечером я тогда тоже пойду, ― пообещал Вадим. ― Если вы будете… Не хочу один дома сидеть. ― А у тебя здесь совсем компании нет? ― зачем-то спросил Вася, хотя, казалось бы, его это никак не должно было касаться. ― А у тебя? ― вопросом на вопрос ответил Вадим, а Вася даже удивился слегка, уловив в интонациях сопротивление. Как будто своим любопытством и попыткой поддержать разговор он вторгся на опасную территорию. ― Откуда? ― сам Вася в этой информации ничего секретного не видел. ― Мне кажется, у меня сейчас даже в Челябинске компании нет, не то что здесь. Конечно, если не брать в расчёт команду. ― У меня тоже, ― немного помедлив, всё же поделился Вадим, пока они шли по коридорам Арены к выходу на парковку. ― Друзья детства все разъехались… или дома остались, в Новополоцке. Это ближе, конечно, чем твой Челябинск, но всё же… ― А город большой? ― Вася попытался представить себе место, где родился и вырос такой человек, как Вадим. ― Не очень, тысяч на сто человек… и в Полоцке ещё столько же примерно, ― Вадим невесело усмехнулся и тут же спросил: ― Что, мало? Деревня по вашим меркам? ― Да брось, ― Вася нахмурился. ― Мне вообще всё равно. Это разговор ради разговора. Ты же не будешь сейчас ничего серьёзного обсуждать… ― Я вообще не знаю, как это обсуждать, ― после некоторой паузы признался Вадим. ― Мне вроде и хочется поделиться, и совета спросить… И какой-то протест внутренний есть. ― Ладно, разберёмся, ― Вася не стал настаивать на продолжении разговора, потому что они как раз вышли на улицу. В ту же минуту их с Вадимом окружили дети. Конечно, людей было значительно меньше, чем в дни игры, но Васю до сих пор удивлял тот факт, что эти люди были. Утром и вечером, до тренировки и после, до выезда и после, перед игрой, после игры… люди ждали их постоянно. Они восторженно кричали, подсовывали под маркер альбомы, фотографии, чехлы для телефонов, вообще всё, что попадало в руки. Вася каждый раз внимательно смотрел, чтобы не расписаться в чьём-нибудь паспорте. Фотографии просили тоже, а потому путь до машины затянулся на добрых минут пятнадцать. ― Каждый раз думаю, что нужно уходить с легами через другие двери, ― пробормотал Вадим, устроившись на пассажирском сидении. ― Там не лучше, ― Вася пожал плечами. Он обернулся, упёрся рукой в подголовник и осторожно сдал назад, выезжая с парковки. Каждый раз, когда он так делал, сердце замирало, потому что шансов заметить человека, подошедшего к машине сбоку, у него практически не было, а охрана Арены хоть как-то регулировала потоки только в дни игр. Пока спасало только то, что белорусы в силу менталитета не наглели слишком уж и под отъезжающую машину не кидались. Провожали, конечно, всегда, руками махали, иногда что-то выкрикивали, но дистанцию держали и устраивать ДТП с летальным исходом не торопились. Вася тихонько включил музыку ― эра «Агаты Кристи» в его жизни продолжалась и прекращаться в обозримом будущем не планировала ― и аккуратно выехал на дорогу. Глеб Самойлов вкрадчиво спрашивал: «Любишь или нет», и Васе нестерпимо хотелось ответить. Себе самому, Заку, да просто любому, кто спросит. Но обстоятельства складывались так, что свои чувства приходилось оберегать как самый страшный секрет. ― А почему ты не спрашиваешь ничего про Виталика? ― спросил Вадим, когда они миновали шлагбаум и повернули на Нарочанскую. ― А что ты хочешь, чтобы я спросил? ― теперь Вася предпочёл ответу встречный вопрос. ― Как у вас продвигается? Или что дальше делать? ― Никак у нас не продвигается, в том-то и дело, ― Вадим в сердцах даже хлопнул ладонью по подлокотнику. ― Я уже не знаю, что мне делать. И надо ли мне что-то делать. Мне кажется, я хернёй страдаю. ― Тебе не кажется, ― Вася хмыкнул, когда Вадим посмотрел на него с искренним возмущением: ― Ты вообще можешь серьёзно меня выслушать? ― Я и так уже тебя слушаю, но ты ничего конкретного не говоришь, ― Вася остановился на светофоре и посмотрел по сторонам, оценивая обстановку. ― Так что, да, сейчас ты страдаешь хернёй. Заканчивай и рассказывай нормально, что ты хочешь. Или просто сделаем вид, что этого разговора не было вообще… ― Нет, я хочу поговорить, ― поспешил отреагировать Вадим. ― Я реально не знаю, как начать. Мне кажется, все и так уже в курсе. Тем более, ты. Ты столько раз нас видел… ― На моё счастье, я ничего не видел, ― Вася тронулся с места, плавно направив машину в поворот. ― Кроме того, что ты смотришь на него как на праздник, а он смотрит куда угодно, но не туда, куда надо. ― И что мне делать? ― тут же спросил Вадим, но в ответ получил только приподнятую бровь: ― С чем? С кем? Ты инструкцию хочешь? ― Хочу, ― немного помедлив, признался Вадим. ― Я уже не знаю, что ещё можно сделать. Я стараюсь изо всех сил, но этого явно недостаточно… ― Смотря для чего, ― Вася уже осознал, что ему предстояло взять на себя роль наставника и духовника, но всё равно как мог старался этот момент оттянуть. Разве десяток лет разницы давал ему право советовать, оценивать и учить? Впрочем, Вадима его кандидатура очевидно устраивала, иначе он не навязался бы в гости, чтобы обсудить перспективы своих отношений с Виталиком. ― Для того, чтобы Виталик начал уже со мной встречаться! ― выпалил Вадим и залился краской от смущения. Покрасневшие уши показались Васе особенно трогательными, но комментировать вслух он не стал. ― А ты ему предлагал? ― Вася свернул во двор дома и сразу же свернул к воротам подземного паркинга. ― А смысл? ― Вадим потёр всё ещё красные щёки. ― Смысл в том, что Виталик не экстрасенс. Он и обращённую речь временами плохо понимает, ― Вася заехал на своё место и заглушил двигатель. ― А ты хочешь, чтобы он всё понял по вздохам и взглядам. Так не бывает. Хочешь, чтобы он тебя правильно понимал, говори. Говори и спрашивай, понял ли, проверяй. ― Как в школе, ― Вадим поморщился, а Вася посмотрел на него с недоумением: ― А ты как хотел? Если ты доверишь ему самому делать выводы, результат может оказаться какой угодно. И застрянешь ты в роли верной подружки, жилетки или собутыльника. А потом окажется, лет так через сорок, что вы всегда друг другу нравились, просто упустили время. ― А что ты предлагаешь? ― Вадим нахмурился. ― Всё в лоб говорить? ― В лоб или нет, тут ты сам решай, но говорить точно надо. И говорить прямо, ― Вася кивнул на дверь: ― Выходи. Вадим послушно выбрался из машины, не слишком аккуратно закрыл дверь, но, видимо, по Васиному лицу понял, что стоило бы нежнее и тут же извинился: ― Прости! Я не специально! ― Проехали, ― Вася, конечно, свою машину нежно любил, но точно не собирался из-за неё напрягать отношения с партнёрами по команде. Он жестом пригласил Вадима следовать за собой сначала к лифтам, а потом и в квартиру. ― А у тебя классно, ― Вадим скинул ботинки у порога и сделал несколько шагов внутрь. Пройти дальше он не успел, потому что из гостиной, размахивая ушами, выскочил Локи и с разбегу ткнулся головой Вадиму в колени. ― Ох! Тише ты, тише! Дёма, как его зовут? ― Это Локи, знакомься, ― Вася походя поправил ботинки Вадима, чтобы не мешали, перевесил куртку, чтобы не торчала с вешалки, по мелочам навёл порядок и указал: ― Ванная там, кухня там. Как устанешь тискать собаку, мой руки и приходи, будем обедать. На кухне Вася наконец нашёл минуту, чтобы проверить телефон, и присвистнул, увидев пять пропущенных от Зака. Он тут же нажал «перезвонить» и даже не удивился, когда Зак ответил сразу, даже без гудка: ― Ты живой? ― Живой. Звук забыл включить после тренировки, ― Вася прижал трубку плечом. ― Что случилось? ― Хотел спросить, ― бодро начал Зак, но вдруг оборвал фразу и ничего больше не сказал. ― Что спросить? ― Вася на всякий случай обернулся, чтобы убедиться, что всё ещё был на кухне один. ― А ты… Ты вечером пойдёшь на тренировку? ― голос Зака звучал так искусственно, что Вася даже на долю секунды ему не поверил. ― Заки, ты же знаешь ответ. Что ты реально хотел спросить? ― Просто хочу знать, что у тебя происходит, ― наконец смог сформулировать Зак. ― Я не могу ни на чём сосредоточиться. ― У меня ничего не происходит, ― Вася подошёл к окну и слепо уставился вдаль. ― Морозик не может никак решиться и внятно объяснить, что ему надо. Так что мы ведём светские беседы. Вернее, вели, пока Морозик не увидел Локи… Дальше им стало не до меня. ― Вася, ― мягко позвал Зак. ― Я хочу сейчас оказаться рядом с тобой. Неужели ничего нельзя сделать? ― Заки, ты сам хотел провести день с семьёй, ― осторожно напомнил Вася, всё так же глядя в окно, но не видя за ним ничего. ― Ты хотел дать Карине отдохнуть, хотел побыть с мальчишками, ты не видел их больше недели… Я не знаю, что можно сделать… ― Дёма? А с ним погулять не надо? А то я мог бы выйти, ― громко прокричал из прихожей Вадим. Зак, услышав его голос, опомнился и сбавил напор: ― Ладно, я потом тебе позвоню ещё. Только звук включи. Люблю, ― последнее слово было сказано так тихо, что Вася не столько услышал его, сколько угадал. И ответил: ― И я тебя люблю. Спрятав телефон в карман, Вася наконец отлип от окна и выглянул в прихожую, где Вадим всё ещё продолжал гладить Локи. ― Так что? ― Можешь сходить, Локи будет только за, ― Вася бросил Вадиму сначала поводок, а потом комплект ключей от квартиры. ― Только не долго, где-то минут через сорок будет обед. Едва за Вадимом закрылась дверь, как телефон Васи снова ожил. ― Да что вам надо всем от меня сегодня? ― спросил Вася в пустоту, после чего принял вызов и сразу устало поинтересовался: ― Пиня, у тебя уже что случилось? ― Привет, ― Виталик звучал осторожно и немного нервно. ― А Вадим у тебя? ― Формально да, ― Вася хмыкнул. ― Но конкретно сию минуту он носится где-то по улице с моей собакой. У них случилась любовь с первого взгляда. Взаимная. Да, Вася слегка перегибал. Но ему казалось, что момент для такого давления очень даже подходящий. Виталик ведь не из праздного любопытства звонил, нет. Его волновало, почему Вадим оказался у Васи, что он там собирался делать и о чём говорить. Внутри Виталика проснулся собственник, который не слишком хотел делиться тем, что считал своим. Жаль только, что своим реальным отношением к Вадиму Виталик с этим самым Вадимом делиться не спешил. Поспешил бы, глядишь, этого странного разговора, как и этого странного визита в гости, просто не было бы. ― А ты не знаешь, на вечер у Вадима есть планы? Может, он что-то говорил? ― Виталик выдавал слова очень осторожно, как будто в любой момент ожидал неприятной реакции. ― Он вечером собирался на тренировку, ― Вася решил больше Виталика не мучить. ― Ты же сегодня занят с семьёй. Что ему ещё делать здесь? ― Мало ли, ― Виталик помолчал. ― У него же есть ещё друзья, какие-то знакомые… ― Может, и есть, я не знаю, ― Вася хоть и помнил прекрасно, что ему сказал по этому поводу Вадим, но Виталику предоставил возможность разбираться самостоятельно. Добавил только: ― Я думаю, с тобой он бы что-то придумал. Или тебе компанию составил в твоих планах. Но раз ты уехал, то тренировка, тренировка и ещё раз тренировка. ― Я понял, ― Виталик основательно приуныл. ― Ладно, я тогда пойду…. Мама зовёт. ― Конечно, ― Вася сбросил вызов и тихо выругался себе под нос, что не нанимался в няньки, воспитатели и психологи своим младшим партнёрам. Пока Вадим где-то таскался с его собакой, Вася разобрался с обедом и даже вполне пристойно накрыл стол. Вика, может быть, и раскритиковала бы, но Вася в целом остался собой доволен. Тем более, что для себя одного он давно уже перестал стараться. Возвращению Вадима Вася даже немного обрадовался. Уж больно много мыслей и лишних эмоций появилось в голове после разговора с Заком. А поделиться ими, как-то реализовать или хотя бы компенсировать себе тоску и бессонницу близостью не представлялось возможным. Зак, хоть и находился чертовски близко, сейчас оставался для Васи недосягаемым. Не мог же Вася просто вторгнуться в счастливую семью и потребовать, чтобы ему тоже уделили внимание. Он и так получил этого внимания немало, пока находился рядом с Заком. А за такие щедроты мироздания нужно было дорого платить. ― Ты сам всё приготовил? ― с неподдельным восторгом поинтересовался Вадим, утолив первый голод. ― Это так круто! Я только пельмени варить умею. Ну там, яичницу могу сделать… ― Ещё научишься, ― Вася отложил вилку и отодвинул от себя пустую тарелку. ― Особенно, если женишься. ― Ты так шутишь, да? ― Вадим, этот растущий организм, положил себе ещё. ― На ком я женюсь? На Виталике? Так у нас нельзя. ― Чтобы кормить Виталика, жениться не обязательно, ― Вася усмехнулся. ― Ты просто почаще его приглашай к себе… и корми. Только потом, когда он привыкнет, ты его уже не выгонишь. ― Да я и не хочу, ― с тихим вздохом признался Вадим. ― Я реально хочу научиться готовить, чтобы он у меня оставался. Я же знаю, что он любит… ― Так и пользуйся этими знаниями, ― в глубине души Васе было чертовски Вадима жаль. Виталик сам не понимал, чего он хочет, не мог разобраться в своих чувствах, отчаянно нуждался в поддержке и утешении, но взамен не давал Вадиму почти ничего. ― Предлагаешь мне скрутить Борика, перевязать бантом и подарить ему на следующий день рождения? ― Вадим помрачнел. ― Предлагаю не пороть херню, ― Вася не мог не заметить резкую перемену в настроении Вадима. ― А на этот день рождения ты что ему подарил? ― Гарнитуру новую и контроллеры, ― Вадим наклонил голову к плечу, откровенно не понимая, к чему этот вопрос. ― А как отметили? Или только с командой? ― Вася же намеренно продвигался к теме издалека, чтобы Вадим по максимуму осознал всё сам. ― Там времени было всего ничего, ― Вадим вздохнул. ― Виталик только дома успел отметить… ― С семьёй? ― С семьёй, да, ― Вадим кивнул. ― Мама его, старший брат, его семья, ну я ещё… ― А ещё кто из команды? Борик, может? Кузя? Сэми и Алекс? ― Вася хотел уже взять Вадима за уши и как перископ навести на цель, но держался из последних сил. ― Нет, только я, ― отозвался Вадим, осознал сказанное и завис, только что не загудел от напряжения. ― Теперь дошло? ― Вася откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. ― Если нет, то вспомни, где ты ночевал последние несколько дней. Ладно, Ярославль не берём, там мы все жили по двое. Но в Питере… и в Москве. ― Ты хочешь сказать, что… ― Вадим выдержал паузу, пытаясь сформулировать свои мысли, которые явно сейчас метались из стороны в сторону и выстраиваться в нечто цельное не собирались. ― Я хочу сказать, что Виталик слушается тебя. И не тяготится твоей компанией. И воспринимает тебя как неотъемлемую часть себя, своей семьи. Поэтому, когда ты начинаешь показывать характер, он теряется и тормозит, ― Вася дал Вадиму время вспомнить, как проходили их последние конфликты. ― Но ему же Борик нравится! ― Вадим всё же не выдержал, едва ли не выкрикнул в сердцах, потому что это противоречие раздирало его изнутри. ― Может, и нравится. Борик хорошенький, молодой… и достаточно дерзкий, чтобы дать понять, что его мнение тоже имеет значение. И Борику точно нравится другой человек. Ты знаешь, кто именно. ― Знаю, ― Вадим положил руки на стол и опустил на них голову. ― Я просто не знаю, как мне относиться… Как мне понимать его? Дёма, мне, блять, к нему инструкция нужна, понимаешь? Иногда я думаю, что всё правильно у нас, всё нормально… А потом я вижу, как он коровьими глазами смотрит на Борика… и ладно ещё на Борика. Он же на тебя так смотрит! ― Ой блять! ― Вася со звоном хлопнул себя ладонью по лбу. ― Ты осторожнее со своими гипотезами. Я уже устал выслушивать теории, что у меня с Бориком что-то есть. Пиню я тупо не потяну. ― Но он же смотрит, ― растерянно протянул Вадим, а Вася не выдержал: ― Так он и на тебя так смотрит. Другое дело, что он старается, чтобы ты не видел. Может, стесняется, может, ещё что… ― Ты думаешь? ― Вадим поднял голову и недоверчиво посмотрел на Васю. Он в очередной раз напомнил Васе его собственного сына, когда тот не мог сразу переварить не слишком удобную правду и переспрашивал, переспрашивал и переспрашивал. ― Я знаю, ― Вася решительно встал и хлопнул ладонями по столу. ― Возьми уже дело в свои руки. Чуда ты можешь ждать ещё долго. ― И что мне сделать? ― Вадим тут же подобрался, сел ровно и приготовился слушать и внимать. ― Да что хочешь, ― Вася привычным жестом убрал волосы от лица. ― Пригласи его на свидание. Только сразу скажи, что это именно свидание, а не дружеская тусовка. И действуй… ― А если он откажется? ― Вадим нахмурился. ― Не откажется, ― Вася понимал, что рискует, вселяя в Вадима излишнюю уверенность. Но он чертовски сильно устал вытирать взрослым уже парням сопли, давать советы и разгребать последствия опрометчивых решений и резких слов. Продолжению разговора помешал Локи, который решил, что его давно не чесали и не гладили. Бросив хитрый взгляд на хозяина, Локи положил голову Вадиму на колени, грустно вздохнул ― и заполучил глупого человека в своё полное распоряжение. Время до выезда на вечернюю тренировку пролетело незаметно. Вася успел позвонить сыну, сделать какие-то мелкие домашние дела и даже набросать список продуктов, которые нужно было купить, если Зак всё же не передумает и решится собирать гостей у него дома. Вадим всё это время тискал собаку и был готов с ней вместе уйти, лишь бы только Локи не смотрел на него скорбными чёрными глазами. Васе стоило немалых усилий, чтобы разъединить эту новоиспечённую парочку и напомнить, что собакам на тренировке не место. А в раздевалке Минск-Арены их уже поджидал сюрприз. Заметив на скамейке уже полностью переодетого и готового в любую секунду выйти на лёд Виталика, Вася понимающе ухмыльнулся. И посмотрел на Вадима многозначительно, мол, ты хоть понимаешь, что происходит, но от комментариев вслух воздержался. Ещё не хватало спугнуть этих трепетных голубков, которые явно планировали кружить друг вокруг друга до конца сезона. Вадим, который явления Христа народу не то что не ожидал, но даже в сокровенных фантазиях не воображал, просто остолбенел и замер в дверях, как суслик. ― Ты же не думаешь, что он так по мне соскучился? ― Вася толкнул его локтем, чтобы заставить пошевелиться. ― Я вообще ничего не думаю сейчас, если честно, ― признался Вадим, голос которого звучал неуверенно и даже как-то робко. ― Мне кажется, что я сплю. Он же не собирался… ― Не собирался, но узнал, что я тебя забрал к себе обедать ― и засобирался. Как думаешь, приревновал? ― поддел Вадима Вася, чтобы получить в ответ искреннее недоумение: ― Кого приревновал? Меня? ― Ну не меня же, ― Вася усмехнулся, но потом, вспомнив теорию Вадима, всё же добавил: ― Хотя чёрт его знает, конечно. Я бы спросил. ― Виталик, тебе дома надоело? Так быстро? ― Вадим всё же приблизился и протянул руку для приветствия. Виталик спешно вцепился в его ладонь, крепко сжал, но не выпустил, наоборот, потянул Вадима сесть рядом: ― Не надоело… Просто я что-то привык, что ты рядом. А ты со мной не поехал. ― Так ты и не звал, ― Вадим растерялся. ― Я бы поехал, если бы ты позвал… Дальше Вася слушать не стал. Похоже, мозги у Виталика встали на место, и он начал наконец смотреть не только на Егора, но и на людей вокруг. И увидел то, что должен был увидеть уже давно. Переодевшись обратно в свою форму, Вася надвинул шлем, подхватил клюшку и отправился на лёд. Он из коридора слышал удары шайбы о борт и знал, что кто-то из ребят уже работал. Оказавшись на льду, Вася уже привычно задвинул все лишние мысли подальше, поправил маску и начал тренировку по своему привычному алгоритму. Сделав несколько кругов по льду и пару стандартных упражнений на растяжку, Вася поехал в ворота, которые без него безжалостно расстреливали Ксавье, Алекс и присоединившийся к ним Тай. Брэди разминался в стороне и в нападении на пустые ворота не участвовал. Вася выгреб шайбы из створа и занял своё место. Перекладина ворот ощутимо давила на спину, но в этом давлении Вася чувствовал привычность, правильность и надёжность. В этом была вся его жизнь. В холоде и гладкости льда, в шорохе коньков, в стуке шайбы о борт и звонких отскоках от стоек ворот. Он привычно двигался в створе, не столько разминаясь, сколько пробуждая память тела, и внимательно следил за шайбой. Ксавье и Тай без слов выстраивали диалог, пасуя друг другу и не позволяя Алексу шайбу отобрать. При этом, Вася понимал, любой из защитников был готов рискнуть и попытаться забить, когда вратарь перестанет ждать или допустит ошибку. Первая атака не заставила себя ждать. Тай запустил шайбу от синей линии с такой силой, что Вася невольно вспомнил свой инцидент с Наилем. Но, к счастью, у Тая с прицелом дела обстояли лучше, и шайба полетела в ворота, а не Васе в лицо. Впрочем, ловушка сработала, и хоть от инерции удара рука загудела до плеча, Вася шайбу зафиксировал. И прикрикнул: ― Вы там полегче! ― Извини, ― Тай виновато улыбнулся, но почти сразу же заложил вторую шайбу по той же траектории. Вася чудом достал её, буквально сняв «с ленточки». Практически сразу же в щитки ударилась шайба, отправленная в полет Ксавье. Тот, похоже, тоже жалеть и беречь Васю не собирался, а потому лупил от души, которая у него, крупного канадского бородача, оказалась невероятно широкой. Алекс действовал тоньше и пытался завезти шайбу из-за ворот, но Вася успел увидеть его, а потому вовремя сел на лёд и закрыл лазейку щитком. В правую верхнюю девятку уже летела следующая шайба, когда Васе в уши ввинтился двухголосый пронзительный детский визг. Концентрация разлетелась на мелкие осколки, как стекло, в которые бросили камнем. Кое-как отмахнувшись от шайбы, Вася вскинул голову и увидел, что на скамейке шумели и сходили с ума Зак и две его уменьшенные копии. ― Вася! ― Вася!! ― Сюрприз, ― Зак широко улыбался, хоть вид имел слегка ошалевший. ― Привет, ребята! ― Ксавье тут же перешёл на французский, первым подъехал к борту и попытался переключить внимание мальчишек на себя, но не преуспел. Что Тео, что Лукас видели только Васю и жаждали только его внимания. ― Привет, ― Вася поднял шлем и стянул с рук перчатки, чтобы отдать Заку в обмен на детей. ― Я думал, они хоть немного посмотрят, но они сразу тебя узнали и начали верещать, ― пояснил Зак, всё ещё широко и ярко улыбаясь. Дети улыбались тоже, в четыре руки дёргая и шлем, и Васины волосы. ― Конечно, зачем им обращать внимание на кого-то ещё, ― с ухмылкой прокомментировал Ксавье. ― Это у вас семейное, да, Зак? ― Ты про что? ― Зак не выдержал первым, перегнулся через борт и снял с Васи шлем, пока мальчишки не вырвали застёжки с мясом. ― Про вашу тягу к Дёме. Что тебя палкой не отогнать, что твоих детей. Что вы все в нём нашли? ― Ксавье спрашивал мягко и даже шутливо, но Зак ответил неожиданно серьёзно: ― То же, что и все остальные. Безопасность. Надёжность. Опору. ― Ты же сам вратарь, зачем тебе? Разве ты не сам должен? ― Ксавье слегка нахмурился под пристальным взглядом Зака. ― Мне ещё нужнее, чем остальным. Потому что нельзя всё тащить на себе, можно надорваться. Ты же сам знаешь, ― пояснил Зак, а Вася только бровь удивлённо приподнял. Он и не знал, что Зак был готов так откровенничать с Ксавье. Складывалось впечатление, что Ксавье вообще знал больше остальных. Или он просто так хорошо читал ситуацию, как и полагается классному защитнику? Впрочем, спрашивать об этом сейчас Вася точно не собирался. Он балансировал двумя детьми и размышлял, когда их отец вспомнит наконец о своих прямых обязанностях. ― А Карине тоже здесь? Что-то я её не видел, ― к бортику подъехал Алекс, эффектно притормозив и взметнув за собой ледяную крошку. ― Ава спрашивала тоже… ― У Карине выходной, ― Зак повернулся к Алексу. ― Она должна отдохнуть, пока я здесь. ― И ты не нашёл лучшего места для детей, чем Арена? ― Алекс засмеялся, ожидая в ответ шутки о банальности и предсказуемости, но Зак и в этот раз удивил: ― Лукас и Тео соскучились по Васе. А я сдуру им сказал, что он на тренировке… Собственно, у меня был выбор или привезти их сюда, или пытаться успокоить их дома и отвлечь… ― Это выбор без выбора, ― Ксавье, как отец с опытом, знал, о чём говорил. ― А Дёма хорошо с ними справляется, я смотрю. ― С такими, как они с ним, я бы тоже хорошо справлялся, ― Зак мученически вздохнул и тяжело опустился на скамейку, правда, Васин шлем и перчатки из рук не выпустил. ― Может, тебе просто волосы отпустить? ― предложил Тай. ― Смотри, как их занимают кудряшки Васи. ― Мне не пойдёт, ― Зак фыркнул насмешливо, в то время как Вася, которого, как плюшевого зайца, во все стороны тянули и тискали дети, только глаза закатил. И вовремя, потому что Зак, как оказалось, сказал не всё: ― В отличие от меня Вася красивый. Может, в этом дело? ― Что у вас тут за собрание? ― к их компании подъехали Вадим и Виталик. ― О, Фукс пришёл! ― Вадим искренне обрадовался и продолжил: ― А почему твои дети у Васи? ― Спроси у них, ― Зак поморщился. ― Я здесь, потому что они соскучились. Сейчас они счастливы и молчат… ― Ладно, пока вы тут беседы беседуете, мы прокатимся, ― Вася устал слушать про себя и маяться от неловкости. Он хотел Зака только себе, а делить его внимание с Ксавье, Алексом и другими ему не хотелось. ― Сейчас они от папы отъедут ― и начнут шуметь, ― предположил Ксавье, но Зак только головой покачал: ― Эти не начнут. Вернее, не с ним. Дальше Вася слушать не стал. Он перехватил мальчишек поудобнее и просто поехал на большой круг, чтобы захватить и дальние ворота. Лукас, совсем ещё малыш по сути, восторженно попискивал, в то время как Тео вытягивал голову и жмурился от удовольствия, когда Вася слегка прибавлял скорости. Вася мог бы поспорить на деньги, что мальчишки могли сидеть так до глубокой ночи. Когда Макс был маленьким, таким, как Лукас, он даже спать умудрялся, пока Вася наматывал круги по площадке. Главным условием было не останавливаться, иначе Макс оповещал о своём пробуждении пронзительным криком. Сейчас Макс уже уверенно катался сам и скорее предпочёл бы поиграть против отца, нежели вот так бездумно кататься. И хоть раньше после таких заездов Вася ещё долго не чувствовал спину и морщился от боли в плечах, сейчас он бы с удовольствием повторил это время. Впрочем, взрослый ― относительно, разумеется, ― Макс обещал Васе впечатления совсем новые, и последний с нетерпением их ожидал. И едва ли его нетерпение было меньше, чем у сына. Что Тео, что Лукас, похоже, были согласны катиться с Васей хоть на край света. Они даже не болтали толком, хотя, при желании, давно могли бы Васю оглушить. ― Всё, заканчивайте! ― громко прозвучало со скамейки, когда Вася зашёл на десятый круг со своим грузом. Зак нахмурился и жестом поманил Васю к себе. Остальные так и толпились у борта, и было понятно, что вечерняя тренировка прошла в пустую. ― Давай, Тео, иди ко мне, ― Зак протянул руки к сыну, но в ответ получил только спущенную детскую улыбку, после чего ребёнок извернулся и прильнул к Васиному плечу, прижался, как котёнок. Лукас, глядя на брата, сразу же сжал в пухлом кулачке прядь Васиных волос. ― Мы в раздевалку, ― резюмировал Вася, пока ещё хоть какие-то волосы оставались на его голове, а не в шаловливых ручонках детей Зака и первым двинулся внутрь. За ним потянулись и остальные, потому что, как справедливо заметил Ксавье, тренироваться без вратаря смысла не было. Едва ли Зак собирался сейчас воспользоваться Васей как нянькой, чтобы поиграть самому. ― Такое чувство, что если ты сейчас уйдёшь, они не заметят, ― тихо пробормотал Алекс, но Вася его услышал. Сию минуту ему и самому так казалось. Мальчишки совершенно не обращали внимания на Зака и, казалось, совсем его не слышали. В раздевалке Вася со всей осторожностью пересадил детей на лавку и принялся переодеваться. Зак болтался в проходе, подпирал плечом дверной косяк и буквально пожирал его взглядом. Вася мог поклясться, что чувствовал тепло там, куда Зак смотрел в конкретный момент времени. ― А куда вы теперь? ― между делом поинтересовался Ксавье, и Вася прислушался тоже, потому что пока у него не было идей, как Зак собирался разруливать сложившуюся ситуацию. А разруливать было что. Как минимум, следовало подумать, как отцепить от Васи детей так, чтобы не запустить многочасовую истерику. И как выйти из Арены так, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания и не напугать детей. ― Честно сказать, понятия не имею, ― Зак неловко пожал плечами. ― Я как-то не подумал даже, что дальше делать. Они так ныли, что хотят к Васе, что я просто сдался… ― А если им что-нибудь другое предложить? С моей племянницей обычно такое прокатывает, ― предположил Виталик, но Зак покачал головой: ― Ты же видишь, что они меня даже не слышат. Вася торопливо переодевался, уже привычно развёрнутый к остальным так, чтобы как можно меньше было видно следов, оставленных Заком на его теле. А посмотреть было на что. Той ночью в Ярославле Зак словно вознамерился не оставить на Васе живого места. Вся спина была даже не исцарапана, а изорвана в клочья. Вася отдавал себе отчёт, что сам его спровоцировал. Но кто же знал, что затяжной, неторопливый и чувственный секс так сорвёт Заку все стоп-краны и сожжёт все предохранители. У Васи почти получилось сохранить свою бурную личную жизнь в тайне, но Лукас решил, что уже достаточно долго сидел тихо и попытался дотянуться до телефона. Васиного. Подаренного ему Заком как раз перед той самой ночью. Слишком большой и тяжёлый для крохотной детской ручки телефон выскользнул ― и Вася молниеносно дёрнулся к нему, чтобы поймать. Конечно же, телефон Вася поймал. В конце концов, он был первоклассным вратарём с отличной реакцией и профессиональным навыком ловить хоть шайбы, хоть что угодно ещё. Но для того, чтобы проявить свой талант, Васе пришлось ненадолго повернуться спиной к остальным. ― Ох ни хуя себе! ― искренне, по-русски выдохнул Виталик, а Ксавье усмехнулся: ― Горячая тебе подружка досталась. Чтобы так… ты, наверное, умеешь угодить женщине? ― Подружка? ― с удивлением переспросил Виталик, а потом вдруг хлопнул себя ладонью по лбу, осенённый пониманием: ― Так вот почему тебя вечером в номере не было! А мы пришли, стучали… Прежде чем Вася успел сообразить, как на это отреагировать, Вадим решил, что ситуация недостаточно сложная и добавил тем для размышления: ― Так Фукса тоже не было. Ксавье тут же уставился на Зака с искренним интересом: ― Так вы вместе развлекались? Но прежде, чем Зак вспыхнул от возмущения, Вася всё же вмешался: ― Я свободный человек и могу себе позволить не оправдываться за то, как провёл вечер. И нет, женатых коллег, у которых всё хорошо дома, я с собой не приглашаю! Остаток времени в раздевалке прошёл в тяжёлом, напряжённом молчании. Вася едва дождался, пока Зак оденется сам и оденет детей, после чего вышел, из последних сил сдержавшись, чтобы не хлопнуть дверью. ― Прости, я… ― ещё в коридоре начал было извиняться Зак, но Вася только бросил коротко: ― Иди на хер. В конце концов, нечто подобное рано или поздно должно было случиться. И Зака за это Вася не винил. Более того, он любил каждый след, который оставался на его теле, и искренне им гордился. Он с ума сходил от того, как Зак терял голову в постели с ним. Но делится с кем-либо этим знанием Вася не собирался. Более того, он надеялся, что никто так и не заподозрит, какова истинная природа отношений между ними. И уж точно он не хотел, чтобы кто-то из команды ставил под сомнение верность Зака жене. ― Я вызову такси, ― тихо пробормотал Зак, когда от улицы их отделяла последняя дверь. ― Не выдумывай, ― Вася держал притихших мальчишек за руки. ― Ни в какое такси они у тебя сейчас не сядут. Я сам вас отвезу куда скажешь. ― Я не знаю, куда, ― немного помолчав, признался Зак. ― Я специально забрал детей, чтобы дать Карине время наедине с собой. Если я сейчас вернусь… какой смысл? ― И куда же ты собирался ехать на такси? ― ехидно поинтересовался Вася, уже решив для себя, как действовать дальше. Чем бы ему это ни грозило. ― Может, в какое-нибудь кафе, ― Зак пожал плечами. ― Или в торговый центр, где есть детская комната. На улице с ними холодно… ― Понятно, ― Вася осторожно выглянул на улицу через стекло в двери и поморщился: на парковке снова топтались люди, в основном, конечно, дети в фирменных джерси, шапках и шарфах. ― Мы даже до машины не дойдём, как всё в интернете будет… ― И что ты предлагаешь? ― Зак нахмурился. ― Ты с мальчишками пойдёшь сейчас к другому выходу… где заходят абонементы, под большой лестницей. Я сделаю круг, чтобы думали, что я уехал, и подъеду за вами. Понятно? ― Да, но… эти чудовища тебя не отпустят, ― Зак кивнул на Лукаса, который от невозможности держать Васю за руку, крепко сжимал в кулаке низ его куртки. ― Мы договоримся, ― Вася присел на корточки, чтобы видеть лица мальчишек, поманил их к себе и что-то тихо сказал. Буквально пару фраз, после которых оба сосредоточенно кивнули и послушно подошли к отцу. И даже ручки протянули, чтобы тот мог их обоих взять. ― Идите, я быстро… ― Дёма! ― оклик Вадима заставил Васю остановиться. ― И нас подкинь тоже, пожалуйста! ― Хорошо, идите к тому выходу, ― Вася махнул рукой в сторону, куда ушёл Зак с детьми. ― Только быстро. На парковке Васю ожидаемо окружили, но он управился достаточно быстро. Несколько автографов, десяток фотографий ― и вот он уже добрался до машины, чтобы разложить третий ряд сидений и установить детские автокресла. Как знал, что не стоило убирать их далеко. Закончив с приготовлениями, Вася выехал с парковки и на грани нарушения повернул направо на проспект. К счастью, в дни без игр милиция на углу не караулила, а потому его манёвр остался безнаказанным. Заехать под лестницу было шагом ещё более смелым, если не сказать дерзким, но ради Зака и, что немаловажно, его детей, Вася был на это готов. Спустя каких-то пять минут все были загружены, усажены и даже пристёгнуты, а Кадиллак снова выехал на дорогу, как и полагается гражданскому транспортному средству. ― Морозик, вас куда? По домам? ― Вася перестроился, чтобы повернуть в сторону своего жилого комплекса. ― А можно до магазина? Мы потом ко мне пойдём, ― Вадим мягко улыбнулся, а Виталик смущённо отвернулся к окну. ― Хорошо, ― Вася кивнул, а потом бросил взгляд на Зака, задумчиво выстукивавшего какой-то замысловатый ритм по подлокотнику. ― Ты ничего не хочешь? ― А? ― Зак растерянно моргнул, а потом встряхнул головой. ― Не знаю… Я бы уже поужинал. И детей надо покормить. ― Тогда нам бы тоже не помешало, у меня в холодильнике только мясо для собаки осталось, ― Вася потёр лоб. ― Будет весело, особенно, если мы все зайдём. ― Может, доставку закажем? ― Зак словно очнулся из забытья, встряхнулся и начал соображать. ― Хорошо, ― Вася кивнул и на светофоре обернулся к Вадиму с Виталиком, чтобы сказать им по-русски: ― Мы вас высадим на парковке возле магазина. Нормально? ― Вполне, ― Вадим кивнул. ― Оттуда уже недалеко. Дёма, а можно вопрос? ― Можно, ― Вася мученически вздохнул, заранее догадываясь, что вопрос ему либо не понравится, либо заставит напрячься, подбирая слова для ответа. ― А ты заметил, что ты уже практически всё время по-английски разговариваешь? Ты даже с нами иногда забываешь, что можно по-русски, ― поинтересовался Вадим, а Виталик тут же подобрался и превратился в одно большое ухо, готовый внимать. ― Нет, не заметил, ― быстро отреагировал Вася, который и правда не заметил. В какой-то момент он просто привык пользоваться тем языком, который понимал Зак. И даже пару раз подумывал, чтобы начать учить французский. Хотя бы через дурацкое приложение с настырной совой. Просто чтобы однажды иметь возможность сказать Заку нечто особенное. Предназначенное только для него. ― Ты сейчас так разговаривать стал, словно сам из Канады приехал, ― добавил Виталик. ― Быстро, бегло, с разными выражениями разговорными… ― Это плохо? ― Вася искренне обрадовался, увидев магазин. Он не мог не замечать, с каким напряжением Зак вслушивался в разговор, пытаясь ничего не упустить. ― Нет, конечно… ― Вадим даже руками замахал, чтобы прибавить своим словам убедительности. ― Для тебя это хорошо. Ну, тебе и с иностранным тренером теперь проще будет, и с другими легионерами… ― А Фукс учит русский? Ну, кроме того, что выучил в Челябе? ― прищурился Виталик, но Вася решил, что отвечать на этот вопрос у него нет никакого желания. Он остановил машину у входа в магазин и кивнул, указав на выход: ― Приехали. Завтра тренировка обязательная, если что. Не проспите. ― Да, мам, ― широко улыбнулся Вадим, первым выбравшись из машины. Виталик выбрался за ним и сразу же втянул голову в плечи, ссутулился, чтобы казаться ниже. Он словно боялся быть замеченным и узнанным, но, при этом, держался рядом с Вадимом и даже на пару шагов от себя его не отпускал. ― Что они хотели? ― тихо спросил Зак, когда они наконец остались в машине одни. Ну, как одни. Дети, разумеется, никуда не делись, но, похоже, плавная езда в большой машине действовала на них как мамина колыбельная. ― Любопытствовали, как ты компенсируешь мне необходимость всё время говорить по-английски, ― Вася не видел смысла что-либо скрывать. ― Мол, я вот с тобой всё время говорю, а ты мне что… ― А я что? ― растерянно переспросил Зак, но быстро собрался и поморщился: ― Они хотели сказать, что я должен говорить по-русски? Да? ― Не знаю, наверное, ― Вася пожал плечами и поморщился, когда ткань свитера зацепилась за корочку особенно крупной царапины. ― Заки, мне ты точно ничего не должен. Меня устраивает то, что есть… Я благодарен за то, что у нас есть здесь и сейчас. ― И за это тоже? ― Зак бросил быстрый взгляд на спящих детей. ― Я везу тебя к себе домой, ― Вася не ответил прямо, но Зак всё равно его понял. ― Я вообще не думал, что увижу тебя сегодня. И мечтать не мог, что смогу тебя поцеловать… ― Однако же, пока ты меня ещё не поцеловал, ― Зак кокетливо прикусил губу, а Васе едва сдержался, чтобы не уронить голову на рулевую колонку: ― В следующий раз я тебя поцелую там, где увижу. И мне будет плевать и на свидетелей, и на последствия. Хочешь? ― Хочу, ― Зак торопливо кивнул. ― Я ужасно хочу. И я даже ждать не стал бы, я бы сам… ― Ладно, ― Вася перебил его, пока Зак не съехал в разговоры о несбыточном и обсуждение причин, почему этого никогда не произойдёт. ― Сейчас мы приедем, поставим машину ― и я тебя поцелую. Потерпи немного. ― Потерплю, ― Зак послушно согласился, чем напомнил Васе Тео и Лукаса, которые точно так же смотрели на него тёмно-карими глазами и смирно кивали в ответ на любую просьбу. ― Я терпел всю ночь и весь день. Ещё несколько минут я точно смогу… Вася не удержался и сжал ладонью колено Зака. Да, это было так банально, так заезженно, но одновременно с этим и так приятно. Васе нравилось чувствовать под ладонью сильные мышцы, нравилось ощущать жар тела, который легко пробивался даже через плотную зимнюю одежду. Зак тут же накрыл его руку своей, сладко вздохнул и улыбнулся своим мыслям. ― Я люблю тебя, ― Вася прошептал это по-русски, потому что так это звучало максимально искренне, и вздрогнул всем телом, когда в ответ услышал французское: ― Я тебя люблю. Конечно, французского Вася не знал. Но конкретно эти слова он слышал раньше и точно мог понять. И почувствовать, как сильно Зак хотел выразить свои чувства на том языке, который считал своим родным. В установившемся между ними уютном молчании они заехали в подземный паркинг, где Вася заглушил мотор и почти сразу же потянулся к Заку. Тот помедлив буквально одну секунду, просто убедился, что дети не проснулись, и сам рванулся навстречу. Их поцелуй получился яростным, горячим и страстным, словно они не виделись год, а не каких-то несколько часов. Они целовались, как голодные, как странники в пустыне, что наконец набрели на оазис, как те, кто уже и не надеялся на новую встречу. Вася упивался вкусом губ Зака, его сорванным дыханием и едва слышными стонами, где в равной мере сплетались удовольствие и боль. ― Вася… ― Зак позвал его по имени, и Васю тряхнуло от того, как сладко, горячо и требовательно это прозвучало. Зак хотел от него большего, и, что главное, Вася мог ему это дать. ― Детка, ― Вася отстранился буквально на несколько миллиметров. ― Пойдём домой… Давай… Заки! ― Домой, да, ― Зак посмотрел на него совершенно пьяным взглядом. ― Я хочу… ― Я знаю, ― Вася быстро поцеловал его ещё раз, пользуясь тем, что на парковке не было никого кроме них. ― Просто пойдём скорее. Давай, ― Вася сам отстегнул ремень Зака, а заодно воспользовался моментом и скользнул ладонью по выпуклости на его брюках. От интенсивности ощущений Зак охнул, но почти сразу же зажал себе рот. Его тёмные глаза сейчас казались почти чёрными, бездонно глубокими и завораживающими. Вася смотрел в них и видел костры своей личной преисподней, в которых он мечтал сгореть дотла. Но задача добраться до квартиры в этот раз оказалась со звёздочкой, потому что нужно было как-то донести двоих детей, не потревожив их и не разбудив. Вася двигался, как будто по минному полю шёл, одной рукой открывая двери, а другой удерживая Лукаса. Зак следовал за ним, с осторожностью прижимая к себе Тео. Едва переступив порог квартиры, Вася зашипел: ― Локи, сидеть! Тихо сидеть! Ни звука! Пёс бросил на него обиженный взгляд, но послушался, застыл в дверном проёме между гостиной и прихожей. ― Куда? ― Зак растерянно посмотрел по сторонам, словно впервые там оказался. ― В спальню неси, ― Вася кивком указал на нужную дверь. ― Локи, только не шуми, я тебя умоляю. Зак тебя обязательно погладит… В спальне Вася и Зак с аккуратностью сапёров, вставших на мину, едва дыша и даже не разговаривая, в четыре руки избавили детей от обуви и верхней одежды, укрыли и даже подушек на пол набросали для безопасности. И только оказавшись снова в прихожей они позволили себе выдохнуть. Зак тут же скользнул к Васе в объятия, уткнулся лицом в его шею и пробормотал тихо: ― Я чуть не сдох. Я так сильно по тебе скучал. Я спать без тебя разучился… ― Я тоже, ― Вася мягко погладил Зака по затылку. ― И спать, и жить… Вася не мог понять, чего ему сейчас хотелось больше: целоваться или просто стоять вот так, обнимая друг друга и просто напитываясь теплом и близостью. Но Зак, похоже, в своих желаниях уже определился, потому что попросил хрипло: ― Давай в ванную… или куда-нибудь. Я уже не могу больше! Зак торопился так сильно, что они даже свет не включили. В последний момент Вася догадался мазнуть рукой по подсветке на зеркале, чтобы хоть что-то видеть и не натыкаться на вещи. Зака такие мелочи не волновали, он просто молча избавлял Васю и себя от лишней одежды, чтобы как можно скорее добраться до обнажённой кожи. Вася даже не пытался ему помогать, потому что резкие, нервные движения Зака ощущались как приказ не вмешиваться и не претендовать на его единоличное право проявлять инициативу. Впрочем, Вася не собирался жаловаться. Он опирался на мраморную столешницу под зеркалом и старался не обращать внимания, как её острый край впивался ему в поясницу. С каждой следующей секундой на осознание неудобных мелочей из реальности ресурса оставалось всё меньше. Зак достиг своей цели, и в Васиной голове не осталось ни одной мысли. Словно все клетки мозга выжгло ядерным взрывом, и теперь в пустоте черепной коробки эхом звучали тихие вздохи, всхлипы и другие звуки, которые производил Зак, лаская его своим самым любимым способом. Ну ладно, не только своим. Вася обожал подобные ласки не меньше, в полной мере наслаждаясь любой ролью, которая ему доставалась. И да, он бы с удовольствием поменялся с Заком местами, если бы тот мог сейчас оторваться и хотя бы просто обдумать такую возможность. Но Зак уже отпустил контроль над ситуацией и сейчас стремился к единственному приемлемому для себя сценарию её разрешения. Васю же просто тащило за ним как крохтную щепку бурным горным потоком. Он чувствовал, как пальцы рук скользили по холодному мрамору, пытаясь удержать его в вертикальном положении, упирался затылком в зеркало и до крови кусал губы, потому что помнил, что шуметь нельзя. Стонать, кричать, материться вслух нельзя. Он не смог бы сказать, почему нельзя, но это и не имело значения. Когда интенсивность ощущений превзошла возможности его организма, Вася инстинктивно откинулся назад, ударяясь о зеркало, но боли даже не почувствовал. Удовольствие, которое он испытывал, работало как глубокий наркоз. Перед глазами создавались и разрушались новые вселенные, взрывались сверхновые и открывались чёрные дыры. Где-то далеко и, одновременно, восхитительно близко тяжело дышал Зак. Он сидел на полу, прижавшись щекой к Васиному бедру, и бездумно выводил на коже какие-то узоры. Локи появился на пороге ванной и пронзительно гавкнул, в одно мгновение разрушив густую, вязкую томность момента. ― Ты не вовремя, приятель, ― Вася не удержался, опустил руку и позволил себе потрепать Зака по волосам. Локи снова гавкнул, а из спальни послышался звонкий детский голос: ― Папа? ― Зло пробудилось, ― Зак вздохнул, инстинктивно подавшись к ласкавшей его руке. ― Нужно идти к ним. ― Конечно, ― Вася кивнул, но руку не убрал, потому что ему нравилось вот так гладить Зака. ― Локи, присмотри за ними. Мы сейчас подойдём. Умный пёс послушно убежал в спальню, чтобы своим появлением отвлечь мальчишек от сиюминутных поисков отца, тревоги и слёз. ― Помоги мне встать, я сам не могу, ― тихо попросил Зак, и Васе пришлось собрать в кулак все свои силы, чтобы перестать опираться на столешницу и перенести вес на собственные ноги. Колени дрожали, будто кто-то заменил все его кости, мышцы и связки на желе, но он справился и буквально вытянул Зака наверх, прижал к себе и поцеловал в шею: ― Живой? ― Относительно, ― Зак позволил себе несколько секунд постоять, уткнувшись лбом в Васино плечо, после чего всё же отстранился и оглянулся, чтобы понять, куда подевалась одежда. ― Но здесь легче, ― Зак потёр грудь, чтобы Вася точно понял, о чём шла речь. ― Вы же останетесь? ― Вася не мог не спросить. Сейчас он даже представить не мог, что придётся отпустить Зака, снова расстаться с ним, пусть и только на одну ночь. ― Я бы хотел, ― Зак словно и не задумывался о такой возможности до того, как Вася спросил. ― Ты думаешь, мы можем? ― Почему нет? ― Вася пожал плечами. ― Может, хоть поспать немного получится. Раз уж порознь не получается. ― Ты тоже не спал сегодня? ― Зак переспросил, хоть и знал ответ заранее. Он поморщился, попытавшись натянуть обратно бельё и брюки, но Вася жестом остановил его: ― Тебе нужен душ. Я займу их пока что… Где вещи лежат, ты знаешь. ― А ты? ― Зак бросил красноречивый взгляд в область молнии Васиных джинсов, но Вася только усмехнулся: ― Я потом. Вася вышел, прикрыв за собой дверь в ванную и как можно тише заглянул в спальню. Мальчишки радостно тормошили Локи, забравшегося на кровать, и, казалось, совершенно не замечали отсутствия взрослых. Впрочем, в какой-то момент Лукас всё же увидел его и расплылся в неподдельно искренней, широченной улыбке: ― Васяяяяя! ― Привет, ― Вася присел на постель и позволил обоим мальчишкам перебраться к нему поближе. Локи тоже воспользовался моментом, положил свою морду Васе на колени и умильно вздохнул. На долю секунды в Васиной голове мелькнула мысль, что он хотел бы всё так и оставить. Разве что Макса перевести к себе, чтобы ощущение семейной идиллии стало полным. Но какой бы сладкой и привлекательной ни была эта фантазия, Вася отдавал себе отчёт в её тотальной нереальности. Ни Карине, ни Вика не допустили бы, чтобы их дети росли у двух повёрнутых друг на друге безумцев, способных разве что шайбы отбивать да клюшками размахивать. ― Всё, я готов, ― Зак появился на пороге спальни. ― Что мы будем заказывать? Продукты или что-то готовое? ― Ориентируйся на них, ― Вася кивком указал на мальчишек, которые сосредоточено гладили Локи и, казалось, могли просидеть так до утра. Зак кивнул и уткнулся в телефон, чтобы оформить заказ. У самого Васи он ничего не спрашивал, потому что за прошедшие дни успел неплохо изучить его вкусы во всех смыслах. Вася доверял выбору Зака и даже мысли не допускал, что тот может не угадать или как-то ошибиться. Он сосредоточил своё внимание на детях, которые сегодня провели Зака к нему, и собаке, чтобы не допустить даже условно опасной ситуации. Но вскоре стало очевидно, что дети долгое время росли с собакой, а потому отлично знали, что можно делать с животным, а что нельзя. Локи, ужасно тосковавший по Максу, искренне наслаждался детским вниманием и только что слюни не пускал от восторга. ― Минут через сорок всё будет, ― объявил Зак, прежде чем пройти в спальню и тоже забраться на кровать. ― Ты всё ещё хочешь, чтобы мы остались на ночь? ― Хочу, ― Вася кивнул. ― И не только на ночь. Но хотя бы на ночь, если ты понимаешь, о чём я. ― Понимаю, ― Зак снова взялся за телефон и встал. ― Я позвоню Карине. Если она не будет против… ― Звони, ― Вася кивнул. Конечно, они не могли просто так взять и вынести за скобки Карине, как он сам не мог исключить из своих отношений с сыном бывшую жену. Мнение женщин, матерей, имело основополагающее значение, и они обязаны были с ним считаться. Именно поэтому Вася настраивал себя на отказ, на невозможность провести эту ночь вместе, в одной квартире и в одной постели. Просто потому, что Карине могла этого не захотеть. А у Васи не было никаких причин лишать её времени с мужем, которого и так оставалось немного между играми, тренировками и выездами. Вася ожидал, что Зак уйдёт разговаривать на кухню или в гостиную, чтобы иметь возможность не выбирать выражения и не беспокоиться о невольных свидетелях, а потому искренне удивился, осознав, что Зак остался в спальне, только к окну отошёл, чтобы посмотреть на залитую ночными огнями улицу. ― Привет, ― Зак говорил по-английски, и Вася не мог не оценить оказанного ему доверия. Он видел тёплую, нежную улыбку Зака в отражении оконного стекла и отчаянно завидовал. Или ревновал. Он не мог в полной мере дифференцировать свои чувства, а потому просто переживал их глубоко внутри себя и старался не ловить жадно каждое слово, не прислушиваться и не тешить себя надеждами, которые могли не сбыться. Которые, сказать по правде, и не должны были сбываться. Хотя бы потому, что ни на что подобное Вася не имел права. ― Карине, как ты смотришь на то, что мы с мальчиками дадим тебе возможность отдохнуть до завтра… Вася буквально запретил себе слушать. Он спросил какую-то сущую ерунду у Лукаса и внимательно ловил каждое его слово, пытаясь уследить за мыслью, которая ускользала, как крохотная серебристая рыбка, которую, казалось, можно было легко поймать голыми руками. Тео присоединился к импровизированному «разговору» тоже, окончательно заглушив голос Зака и не позволив сосредоточиться. И даже Локи, как будто понимал, что происходит, тихо повизгивал то ли от удовольствия быть объектом всеобщего внимания, то ли от желания тоже быть частью момента. ― Карине не против, просила только не закармливать их сладким и уложить пораньше, ― Зак подкрался со спины и украдкой поцеловал Васю в шею. ― С «пораньше» будут проблемы, учитывая, что они спали в машине, ― Вася запрокинул голову, подставляя под следующий поцелуй губы. В том, что этот поцелуй состоится, он не сомневался. Зак тут же отреагировал, поцеловал, правда, куда горячее, чем к тому располагали обстоятельства. И сам же пробормотал: ― Вася, не дразни меня. ― Это трудно, ― признался Вася, когда Зак наконец отстранился и сел рядом, перетянув на себя внимание Локи. ― Пока что мне кажется, что у меня температура. И мне это всё снится. Потому что с чего вдруг ты и мальчишки у меня дома… на всю ночь? Как это вышло? ― Какая разница? ― Зак пожал плечами. ― Я тоже не осознаю пока… Но у нас есть этот вечер и эта ночь… ― И будет ещё утро, ― Вася улыбнулся, когда Зак пристроил голову ему на плечо, а потом поцеловал его в макушку. ― Мне кажется, что это такой сон. Но я хочу смотреть его долго-долго… Конечно, с долго-долго у них ничего не вышло, но даже за то, что в итоге получилось, Вася был признателен высшим силам. Они с Заком действительно получили в своё распоряжение вечер, ночь и целое утро перед тренировкой. И хоть практически всё время они вдвоём кружились вокруг детей и их потребностей, желаний и капризов, они всё равно находили время друг на друга. На то, чтобы поцеловать, обнять, просто погладить. Каждый из них изо всех сил старался напитаться теплом друг друга, насытиться этой возможностью прикасаться друг к другу не оглядываясь, не боясь быть замеченными и неправильно понятыми. Или правильно. В любом случае, ни то, ни другое не сулило им ничего хорошего. А потому полная безопасность частной квартиры ощущалась как благословение. Карине, как заботливая и любящая мать, несколько раз напоминала о себе, интересовалась, не замучили ли дети своих нянек, но мужчины справлялись и где-то даже наслаждались процессом. Вася даже погулять выйти с детьми и собакой умудрился, чтобы дать всем выплеснуть лишнюю энергию. Зак наблюдал за ними из окна, и в этом тоже была своя магия. Ночь пролетела как одно мгновение, но никто из них не жаловался на бессонницу. Спать ни Вася, ни Зак не спешили, потому что предпочли потратить драгоценное время на другие занятия. Утром, правда, оба зевали чаще детей, жадно глотали крепкий чёрный кофе, но точно ни о чём не жалели. После абсолютно домашнего, ― хоть на обложку журнала с советами по семейной жизни помещай, ― завтрака и суматошных сборов Вася отвёз мальчишек домой и передал в руки заметно отдохнувшей, посвежевшей и довольной жизнью Карине. Зак, что забавно, остался у него и вызвался погулять с собакой. Наверное, со стороны это могло показаться странным, может быть, даже абсурдным, но и Васю, и Зака это устраивало. Карине же только пошутила про то, что Зак нашёл для них слишком дорогую няню, забрала детей и пообещала быть на ближайшей игре. По пути на Арену, бесстыдно пользуясь возможностью держать руку на колене Зака, Вася впервые пожалел, что поселился так близко. Сейчас он бы с радостью ехал через весь город, а то бы и в часовой пробке постоял, просто растягивая удовольствие от времени наедине. Зак задумчиво выводил пальцем узоры на Васиной руке и о чём-то думал. ― Может, поделишься? ― осторожно поинтересовался Вася, когда Зак тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. ― Что-то случилось, о чём я не знаю? ― Пока нет, ― отозвался Зак, выдержал долгую паузу, как будто не мог решить, говорить ему вслух или нет, но потом всё же решился: ― Я не могу перестать думать, что сегодня приедет Тихий. Возможно, он уже приехал. И он ждёт тебя, он хочет тебя увидеть, и он будет пытаться… ― Главное, что я его видеть не хочу, ― Вася нахмурился. В эйфории от прошлой ночи он сам об Андрее и думать забыл. Просто выбросил его из головы, сосредоточившись на том, что действительно имело для него значение. ― Я тебе обещаю, что не стану с ним как-то отдельно встречаться или даже просто разговаривать. ― Ты один не можешь за двоих решить, ― здраво заметил Зак. ― Ты не станешь, а он станет. И не факт, что он себе помощников не найдёт. Тот же Пиня… ― Пиня, я думаю, сам от него спрячется, ― Вася крепче сжал пальцы на колене Зака. ― Ты же видишь, что на Пиню наконец снизошло просветление… ― Целебный секс с Морозиком на него снизошёл, а не просветление, ― жёстко отреагировал Зак, но Вася только усмехнулся: ― Ты думаешь, они уже? ― Не знаю, ― немного подумав, ответил Зак. ― Чего тянуть? Они вообще себе могут позволить жить вместе. ― Мне кажется, они пока не спешат, ― Вася чувствовал себя странно, обсуждая чужую личную жизнь. ― Пиня ― неплохой, просто глупенький. Сколько у него опыта жизненного? ― У Морозика и того меньше, однако же он столько херни не делал, ― Зак вздохнул, а потом снова вернулся к тому, что волновало его на самом деле: ― Я не знаю, как я буду реагировать. Я понимаю, что не должен никак… но у меня сейчас уже в глазах темнеет, когда я просто представляю, что он к тебе подходит. А он с тобой полсезона играл вместе, как мы сейчас… ― Притормози, ― Вася даже голос немного повысил. ― Пока тебя не занесло совсем, остановись. Ничего не было и не могло быть… ― Почему? У нас же получилось, ― Зак повернулся в своём кресле в пол-оборота, чтобы лучше видеть Васино лицо. ― У нас получилось, потому что это мы. Это ты и я. И я тебя люблю. С Тихим ничего получится не могло, ― строго и сдержанно ответил Вася. ― Просто осознай главное. Дело в тебе. Только в тебе. Я никогда не искал и не ждал кого-то, в прошлом году ещё я думал, что у меня классная семья. И что я состарюсь рядом с Викой, что у нас будет классный большой дом возле Касарги, что мы родим ещё детей, дочку, такую же красивую, как Вика… или даже красивее… Тихому там не было места. ― А сейчас… ― голос Зака дрогнул, но Вася не позволил ему продолжить: ― Сейчас у меня есть ты. Да, не каждую ночь. Да, я вынужден делить тебя с твоей женой… Но ты есть, и ты мой насколько это возможно. Места для Тихого так и не появилось, понимаешь? ― Понимаю, ― Зак кивнул и как-то подозрительно шмыгнул носом. ― Я должен был сам это понять… ― Ты мог бы, ― Вася согласился, потому что да, действительно, с учётом всего того, что уже между ними было, Зак мог бы и догадаться, что занял главное место в его сердце. Но ревность в очередной раз ослепила его и помешала рассуждать здраво. ― Но, в любом случае… просто вспоминай этот разговор, когда у тебя опять будет полыхать твоя ревнивая задница… Вася мог бы подобрать более красивые слова, более трепетные. Но он намеренно скомкал свою речь до грубоватой шутки, чтобы Зак нервно засмеялся и вышел наконец из своего лирического настроения. ― Моя ревнивая задница уже прожгла тебе кресло, ― Зак и правда заметно расслабился. Он бросил взгляд на Минск-Арену, к которой они наконец подъехали, и заметил: ― Я бы хотел куда-нибудь поехать. В путешествие… с палатками, с лодкой… Моя семья в Канаде обожает такое. ― Может, как-нибудь и поедем. Пусть только снег этот дурацкий сойдёт. Уже тошнит от него, ― Вася заехал под шлагбаум и направил машину на небольшую парковку возле служебного входа. Погода не баловала, пронзительный январский ветер пробирал до костей, а в лицо летели мелкие, колкие снежинки. Но была в этом и своя прелесть. В кои-то веки возле служебного входа их никто не ждал. Ну, почти никто. Стоило им обоим войти в здание, как от стены отделилась фигура человека, которого ни Вася, ни Зак сейчас видеть не хотели. ― Привет, привет, Василёк! ― Андрей даже руки раскинул, чтобы обняться, но Вася только поморщился: ― Это лишнее. Привет. ― Привет, ― Зак намеренно или нет, но попытался дать понять, что кое-что по-русски он тоже понимает. ― Ваша тренировка будет позже. ― Я в курсе, ― Андрей смотрел на Зака с таким очевидным, откровенным презрением, что у Васи тут же зачесались кулаки немного поправить ему фокус. Или хотя бы обзор закрыть. Но он сдержался, только Заку сказал тихо и, разумеется, по-английски: ― Не трать на него ресурсы. Нам ещё завтра целый день его терпеть. ― Василёк, я же по-английски тоже понимаю. Ты что это? ― попытался было уколоть его Андрей, но Вася только плечами пожал: ― Это твои трудности. Мы торопимся. ― Дёма! Фукс! ― до них донёсся сначала голос Егора, а потом и сам Егор подбежал и напрыгнул сзади, обнимая их обоих за плечи. ― Я вас ещё на улице звал, а вы не слышали! ― Он соскучился за один день, ― Даня подошёл гораздо спокойнее и как-то так очень удачно отсёк Андрея от остальных. ― Чуть на крыльце не навернулся. ― Борик, ты бы полегче с чувствами, ― Вася усмехнулся и переглянулся с Заком. ― А то наш кэп реально решит, что у тебя ко мне что-то есть. ― Ой, фу, ― Егор поморщился, но рук не убрал и даже на сантиметр не отодвинулся. В таком положении они прошли большую часть коридора, чтобы возле входа в раздевалку наткнуться на Виталика и Вадима, которые как будто специально вышли их встретить. ― Где вы ходите так долго? Ребята уже все на льду почти, ― Виталик начал с почти искреннего возмущения, а потом, как будто только заметил, что к его партнёрам по команде прибился кто-то посторонний, и пробормотал: ― Здрасте. ― Привет, ― у Вадима получилось поздороваться дружелюбнее, но всё равно не достаточно, чтобы Андрей почувствовал себя желанным гостем в этой компании. ― Там уже Квартал суетится, пошли… ― Василёк, ты же уделишь старому другу час своего драгоценного времени? ― Андрей всё же решился на открытую провокацию, но Вася только поморщился: ― Не могу. Может быть, в другой раз. Он поспешил зайти в раздевалку, где едва не врезался в Ксавье. ― Там Тихий? ― Ксавье успел заметить незваного гостя. ― А что ему надо? Он забыл, где раздевалка гостей? ― Дёму ему надо, ― отозвался Вадим, закрыв дверь, и тщательно проверил, чтобы её больше нельзя было открыть снаружи. ― Он уже всех достал. ― А-а-а, ― в глазах Ксавье неожиданно появилось понимание. ― Вот почему он мне написал на днях… ― Я надеюсь, ты послал его к чёрту? ― Вася тяжело сел на лавку и низко опустил голову, позволил длинным волосам спрятать его лицо от любопытных, пусть и понимающих в целом взглядов. ― Не буквально, ― Ксавье нахмурился. ― Я не понял, почему его так заинтересовало, с кем ты ходишь, куда и когда… но мне это не понравилось, поэтому я с темы съехал. А потом мне дочка позвонила, и я вообще про него забыл. ― И не вспоминай, ― Вася выдохнул, решительно вскинул голову и посмотрел Заку в глаза: ― Ты не передумал, кстати, гостей принимать? ― Моя решимость сильна как никогда, ― Зак окинул взглядом всех, кто собрался в раздевалке, и озвучил: ― Завтра вечером после игры не разбегайтесь. Вася любезно предоставляет свою квартиру, с меня ― ужин… ― Я понимаю, конечно, что, наверное, это меня не касается, но я бы хотел присоединиться, ― Ксавье улыбнулся такой немного неловкой улыбкой, мол, я пойму, если вы будете против, но Вася успел прочитать за ней страшную, почти нечеловеческую усталость от одиночества. Ведь если подумать, у него и Ксавье было куда больше общего, чем могло показаться на первый взгляд. Тот тоже вынужден был жить в другой стране, вдали от семьи, главным образом, от единственного любимого ребёнка, и коротать длинные вечера в пустой квартире. Поэтому даже быстрее, чем все остальные успели среагировать, Вася кивнул: ― Конечно. Это не закрытая вечеринка, где вход по приглашениям… ― Но и объявления по радио давать не надо, квартира у нас… у Васи не настолько большая, чтобы там всю команду собирать, ― поспешил предупредить Зак, а Виталик, по всей видимости до сих пор находившийся под впечатлением от последствий своих опрометчивых решений, внёс не менее важное уточнение: ― И без посторонних. Бывшие игроки не допускаются… ― Я понял, ― Ксавье покосился на запертую изнутри дверь раздевалки. ― Но мне любопытно, в чём суть конфликта… ― Потом расскажу, ― Вася натянул тренировочное джерси. ― Погнали. ― А Пиня-то реально соображать начал, ― тихо заметил Зак, догнав Васю в коридоре, через который они выходили на лёд. ― Мне кажется, мы должны Морозику какой-нибудь хороший подарок сделать. ― Номер для новобрачных им снять? ― Вася слегка притормозил, чтобы двигаться с Заком с одной скоростью. ― Лучше домик где-нибудь за городом, ― Зак усмехнулся. ― Без свидетелей им будет проще договориться, если они до сих пор ещё не… ― Ладно, давай потом об этом, ― Вася надвинул шлем и первым шагнул на лёд. Зак последовал за ним, готовый выложиться по полной, чтобы подготовиться к следующей игре. В разгар тренировки Вася поднял голову, чтобы увидеть, что Андрей Тихомиров стоял у бортика гостевой скамейки и пристально наблюдал за каждым его движением на льду. Сейчас те полгода, что Вася провёл с ним вместе в одной команде, играли против него. Андрей слишком много о нём знал и чувствовал, как пробить его защиту. Вася мог сколько угодно огрызаться, закрываться и злиться, но он вынужден был признать, что Андрей его задевал. Да, он не вызывал сочувствия или желания как-то извиниться за невольно вызванные чувства. Куда сильнее Васе хотелось Андрея заткнуть, как-то осадить, чтобы тому даже приближаться больше не захотелось. И дело было, главным образом, в том, что Андрей слишком сильно приблизился к секрету, который Вася и Зак пытались оставить только своим. Да они даже младшим своим не доверяли, хоть и были уверены на все сто процентов, что те были бы только рады разделить бремя секретности и помочь в меру своих возможностей. А потому такое настойчивое желание Андрея влезть под кожу провоцировало инстинктивный страх и готовность биться до смерти, лишь бы защитить то самое сокровенное, что у них с Заком было. Впрочем, желание оберегать личное от посторонних испытывал и Зак. Он тоже заметил Андрея, но, в отличие от Васи, он мог позволить себе больше: ― Кэп, а почему посторонние на тренировке? Ещё один Андрей, ― Васе на них везло, ― от неожиданности споткнулся и едва не свалился на лёд. Оглянувшись на лавки, он тоже увидел своего тёзку и бывшего партнёра по команде и поморщился: ― Фукс, это свои! ― Серьёзно? ― Зак моментально подобрался, расправил плечи и вскинул голову. ― А почему мы других бывших не приглашали? Что значит «свои», если мы против них играем? ― Фукс, не ной. Ребята не против… ― попытался было закрыть тему капитан, но неожиданно наткнулся на сопротивление со стороны Ксавье: ― Ты ребят даже не спросил, кэп. Я против, если тебе интересно моё мнение. ― Мы тоже, ― Виталик решительно выдвинулся вперёд и широким жестом обвёл ребят, что стояли на льду, опираясь на клюшки. ― Мы все. ― И мы, если тебе, конечно, это интересно, ― с другой половины льда к их компании подъехал Сэм, за которым вереницей потянулись и остальные легионеры. ― Андрей, ну реально, ― неожиданно подал голос Стас, который до сих пор предпочитал в конфликтах с капитаном не отсвечивать. ― Я понимаю, что он здесь когда-то играл. Но так и ты где только не играл. Но знаешь, я тебя в этом сезоне на тренировках Авангарда и Трактора не видел. ― И что-то мне подсказывает, что тебя там не ждут, даже если в другое время ребята будут тебе рады, ― поддержал Илья. ― И что вы все, такие умные предлагаете? ― капитан поморщился и окинул взглядом подозрительно единодушную команду. Даже его вечная опора и поддержка в лице старшего Вадима одобрительно кивала, пока высказывались Стас и Илья. ― Мы предлагаем тебе на правах капитана ласково пригласить нашего зрителя проследовать за кулисы, ― Стас же заметно осмелел. ― Или мы можем позвать кого-нибудь из руководства. Но тогда придётся объяснять, что за цирк ты тут развёл со зрителями. ― Галя, ты нарываешься на грубость, ― Андрей нахмурился, но Стас только плечами пожал: ― Я тебе озвучил своё мнение. И с этим мнением согласна ещё куча людей. Если это повод для грубости, то у меня есть вопросы к тебе как к капитану. ― И не у тебя одного, ― вновь встрял Зак, который, как оказалось, основной смысл уловил и без перевода. ― Тебе как будто важнее перед чужим игроком показать себя радушным хозяином, чем защитить интересы собственной команды. Может, ты завтрашний матч слить собрался? ― Фукс, я сейчас не посмотрю, что ты из моей команды, ― Андрей вспыхнул, но быстро сдал назад, когда наткнулся на кислое выражение лица старшего Вадима: ― Ты не на тех орёшь, кэп. Иди реально разберись, потому что время идёт, а мы мёрзнем тут стоим. И не психуй, парни дело говорят. ― Всё, работаем, ― Андрей с таким остервенением дёрнул застёжку на своей перчатке, что вырвал её с мясом. ― Самые умные нашлись. Будете тренироваться, пока не ляжете. ― Кто ещё первый ляжет, ― едва слышно пробормотал себе под нос Егор, но его услышал Даня и не удержался от короткого смешка. Виталик, похоже, общий смысл тоже уловил, потому что хмыкнул сам и тихо шепнул что-то на ухо младшему Вадиму. Шутейка распространилась по цепочке молниеносно, и нелепое веселье охватило команду как лесной пожар. Вася поспешил надвинуть шлем, чтобы спрятать улыбку, в то время как остальные парни разъехались в разные стороны, даже не скрывая, что сотрясались от тщательно, но безуспешно сдерживаемого смеха. Остаток тренировки прошёл на удивление бодро, особенно, после того как Андрея Тихомирова ласково попросили удалиться и впредь на тренировках Динамо не показываться. Уже в раздевалке, когда парни переодевались, чтобы разъехаться по домам до вечерней тренировки, Вася не удержался от отеческого замечания в адрес Егора: ― Вот зачем ты нарываешься? Хочешь, чтобы кэп опять твоей маме звонил? Рассказывал, что ты дерзишь капитану… ― Лишь бы больше не пытался рассказать, что я за тобой бегаю, ― Егор закатил глаза. ― Вчера опять звонил, кстати. ― Я даже не хочу знать, зачем на этот раз, ― Вася взъерошил влажные от пота волосы. ― О, ты ни за что не угадаешь, ― вмешался Даня. ― Я свидетель. ― Мы вчера с Даней к моим домой поехали, ― пояснил Егор. ― И вот представь, сидим за столом, ужинаем, папа рассказывает какой-то случай с работы… И опять кэп звонит, как обычно маме… И начинает ей вещать, что я поддался твоему дурному влиянию, пропускаю тренировку… наверняка весь день болтался с тобой, но даже ты в итоге пришёл, а я даже не потрудился. И чем я был так занят… и не устал ли я с тобой… ― Бля-я-я-я, ― с искренней растерянностью протянул Вася, тяжело сев на лавку. Он запустил в волосы обе руки и несколько раз с силой потянул. ― Я, конечно, ожидал какой-то херни, но чтобы так… ― Фактически, кэп сказал маме Егора, что ты его трахаешь, ― резюмировал Даня. Виталик, который именно в этот момент решил хлебнуть водички, поперхнулся и закашлялся. Вадим тут же бросился к нему, чтобы помочь, а Вася устало выдохнул: ― Нет уж, это точно не я. ― Нам повезло, что мы как раз у меня были. И мама сама видела, где я, с кем и что делаю. Она, конечно, открыто конфликтовать не стала, разговор свернула, но кэпа заблокировала, чтобы больше не звонил и мозги не делал, ― эмоционально поделился Егор. ― Потому что я уже был готов матери сказать, кто на самом деле меня… ― Борик, остановись! Я тебя умоляю, просто замолчи прямо сейчас, ― Вася довольно грубо оборвал Егора и окинул раздевалку тяжёлым взглядом. ― Это просто не может так дальше продолжаться… ― Значит, нам надо придумать, как это остановить, ― Зак подошёл к Васе почти вплотную и положил руку ему на плечо. ― Мы можем официально… ― Мне кажется, это плохая идея, ― перебил его Ксавье. ― Если в разборки втянется руководство, проблемы будут у всех. ― Да кэпу только на руку будет, если Квартал вмешается, ― понизив голос до едва слышного, заметил Виталик, а Вася посмотрел на него с искренним интересом, уверенный, что продолжение мысли его не разочарует. ― Он та ещё белочка-истеричка, когда теряет контроль над ситуацией. А я сомневаюсь, что он в курсе, как реагировать, когда игроки не могут решить, кто с кем спит. Виталик действительно не разочаровал. Вася одобрительно кивнул и бросил торопливый взгляд на Зака, чтобы заметить, как тот нахмурился. ― А кто спит? И с кем? ― Сэм приблизился бесшумно и практически незаметно. ― Что у вас тут за собрание? Или это не для всех? ― Да я уже не знаю, если честно, для кого, ― Вася потёр переносицу. ― Давайте уже по домам, времени всё меньше. Насчёт завтра я вечером напишу. ― Я понятия не имею, что у вас завтра, но я с вами, ― поспешил встрять Сэм. ― И Тай с Алексом. И ребята… ― Хорошо, ― Вася устало махнул рукой. ― Заки, пойдём… Я ещё не теряю надежды смотаться на рынок за мясом… ― Я с тобой. Я хочу сам выбрать мясо, ― Зак сам потянул Васю к выходу, а уже в коридоре, когда все свидетели остались позади, тихо спросил: ― Ты уверен? Они же всю команду к тебе домой притащат. ― Да пусть, ― Вася махнул рукой. ― В каком-то смысле так будет даже безопаснее. И у Андрея будет меньше поводов придираться… ― А мне кажется, что у Андрея как раз поводов будет больше, ― Зак задумчиво взъерошил волосы. ― Особенно, если все придут, а он нет. ― А так и будет, ― Вася тяжело вздохнул, а потом добавил: ― Знаешь, мне сейчас вообще ровно, что он будет думать. Может, чем быстрее рванёт, тем быстрее уляжется. Потому что вот так ходить кругами друг вокруг друга… я уже задолбался. Так что давай подумаем о другом… Занятые разговором, парни вышли к машине и привычно, как семейная пара со стажем, расселись по местам. ― Что ещё надо купить на рынке? ― Зак пристегнулся и тут же достал телефон. ― Сейчас составлю список… ― Мне кажется, надо со списка людей начать. Там минимум десять человек. А я уверен, что это не все, ― Вася даже представить себе не мог, как разместить всех этих людей в квартире, которая была рассчитана на небольшую семью, а не на хоккейную команду в полном составе. ― Ты думаешь, ещё кто-то придёт? ― Зак прищурился. ― Мы же вроде уже пригласили… ― А Сэм сам себя пригласил. Ещё и с ребятами. Сейчас Борик решит, что Кузя и Липа давно никуда не ходили… ― Вася махнул рукой. ― Надо просто считать на всю команду, мне кажется. Пусть их будет меньше, чем я думаю… но хоть на всех хватит. ― А с напитками что будем делать? ― Зак явно имел немалый опыт организации домашних вечеринок. ― Если у каждого спрашивать, что он хочет… ― Пусть несут с собой, ― у Васи какой-никакой опыт тоже имелся. ― В конце концов, магазин рядом. Кому не хватит, тот сбегает за добавкой… Вася собирался вкратце рассказать Заку, как проходили подобные вечеринки во времена его юности в Челябинске, но не успел. Комфортную атмосферу разрушил входящий звонок с очередного российского номера, который не принадлежал кому-то знакомому. ― Начинается, ― плохое предчувствие охватило Васю уже при первых нотах стандартной мелодии. ― Может, не бери? Пусть звонят, ― предложил Зак. ― Или, если хочешь, давай я отвечу… ― Лучше не надо, ― Вася решительно выдохнул и принял вызов: ― Я слушаю. ― Василёк, тебя ничему жизнь не учит? Не хочешь со мной разговаривать, не бери трубку. Это же так просто… А раз ты отвечаешь, значит, ты хочешь… ― завёл свою шарманку Андрей, но Вася только фыркнул: ― Не льсти себе. Я отвечаю, потому что меня воспитали хорошо. И потому что у меня в России семья, дом, друзья. Знаешь, что это такое? Андрей уже привычно проигнорировал то, о чём ему думать было неудобно, и попробовал поддеть снова: ― А любовь у тебя где, Василёк? Только не говори, что ты не такой. Ты думаешь, я не знаю, почему ты с женой развёлся? ― Думаю, что не знаешь, ― Вася покосился на Зака, который сидел прямо, как будто палку проглотил, дышал нарочито глубоко и только губы кусал, не в силах полностью скрыть те чувства, что его переполняли. ― Но я могу предположить, почему ты разведёшься со своей, если ты от меня не отъебёшься в ближайшее время. ― Ты мне угрожаешь? Василёк, ну серьёзно. Ты поёбывашь паренька, которому сколько? Двадцать хоть есть? ― со спокойной уверенностью заявил Андрей, а Вася от неожиданности не удержался и засмеялся в голос. Зак тут же посмотрел на него с удивлением, но Вася только пальцем у виска покрутил, мол, Тихий уже того, совсем. ― Я смотрю, ты сменил информатора, ― Вася даже не пытался скрыть охватившее его веселье. ― Где-то я эту шарманку уже слышал. Кажется, от твоего тёзки. Скажи, Андрей ― это не диагноз психиатрический, нет? Вася, конечно, перегибал, но как ещё он мог себя защитить. Конечно, если разобраться, Андрей, который капитан, даже услугу ему оказал, переключив фокус внимания с Зака на Егора. Теперь они могли немного выдохнуть и перестать опасаться, что второй Андрей, Тихомиров, попробует добраться до Карине со своей жаждой разоблачения. ― Только не надо сказок, что ничего не было. Я сам видел, я на вашей тренировке был, ― продолжал настаивать Андрей, но Васе стало неинтересно дальше слушать этот бред. Да и что ещё он мог сказать? Андрей не желал его слышать, не желал принимать отказ ни в какой форме, даже угрожал. На что он рассчитывал? Что Вася впечатлится его тупой бараньей настойчивостью? Что оценит избранные Андреем методы соблазнения и прыгнет в его постель? Да с чего бы вдруг? Вася без объяснений сбросил вызов и уже машинально заблокировал номер, чтобы хоть так немного усложнить Андрею жизнь. Глобально с этим нужно было что-то делать, но где найти на это ресурс, Вася не имел ни малейшего понятия. Сейчас он с огромным трудом вывозил даже обычную рутину и лишний раз старался не думать, как он будет справляться, когда приедет Макс, а Зак улетит в Екатеринбург развлекаться и сиять. В том, что Зак будет именно сиять, Вася не сомневался ни секунды. Зак сиял везде, где оказывался. В воротах, на скамейке, в раздевалке, на улице в окружении фанатов, на любом мероприятии, да даже просто дома. За те несколько недель, что прошли с той ночи в Челябинске, Вася привык существовать в тени этого сияния, греться в тепле Зака и лелеять внутри себя тайное знание, что этот удивительный мужчина принадлежит ему. Ну и что, что не единолично. Вася уже смирился с тем, что Зака нужно было делить с его семьёй. Но даже так было лучше, чем никак, а потому Вася терпеливо принимал всё, что задумала для него вселенная. ― Что-то изменилось, ― тихо заметил Зак, когда они уже почти подъехали к рынку. ― Он же не говорил ничего про меня? ― Ты ― пройденный этап, ― Вася заметил место на парковке и направил машину к нему. ― Наш кэп, видимо, уделил бывшему напарнику немного своего царственного внимания… И теперь Тихий исповедует ту же религию. ― Какую религию? ― не понял Зак, но Вася с радостью пояснил: ― Идиотизм, конечно же. Кэп придумал, что у меня что-то есть с Бориком, разнёс это по всем свободным ушам ― и Тихому тоже рассказал. А тот же готов верить вообще всему, лишь бы подпитывать свои надежды. ― Надежды на что? ― Зак нахмурился. ― На что он надеется, если ты с кем-то другим? Я не понимаю. ― Всё проще, ― Вася аккуратно припарковал машину, чтобы не задеть дверью соседние автомобили, заглушил двигатель и вздохнул: ― Ему достаточно факта, что у меня есть что-то с мужчиной. Значит, и у него есть шанс. Так понятно? ― Не особо, ― Зак поморщился. ― То есть, он думает, что тебе вообще всё равно, с кем? ― Возможно, ― Вася пожал плечами. ― Слушай, чтобы понять, что он думает, мне нужно опуститься до его уровня. А я не хочу. Сейчас мне на руку, что он переключился и будет думать о том, что я с Егором. До завтра этого хватит, а потом он свалит обратно ― и будет сходить с ума на расстоянии. ― Ты не хочешь ничего делать с ним? ― Зак продолжал хмуриться. Его душа требовала насилия, крови и прочих способов реализации эмоций. Он ревновал и хотел как-то обозначить свои права на Васю и отстоять границы. Но любые активные действия сейчас угрожали нормальной жизни куда больше, чем любые нереализованные чувства. ― С ним? Не хочу, ― Вася усмехнулся. На парковке в это время дня практически не было людей, а те немногие, что были, находились слишком далеко, чтобы рассмотреть, что происходило внутри салона одного конкретного Кадиллака. Именно поэтому Вася уловил момент, когда Зак меньше всего этого ожидал, потянулся к нему и поцеловал: ― Я хочу с тобой. Всё, что угодно, но только с тобой.