Особенности пенитенциарной системы Глизе-581

Вязкая голубая сперма комочками сползала вниз по его подбородку и капала на пропитавшуюся всеми возможными жидкостями футболку. Где-то почти на границе восприятия играла музыка, такая, что была популярна сейчас в ночных клубах во всей обитаемой части вселенной. По большой части она состояла из писка и гудков. Лео ее ненавидел. — Пожалуйста, хватит, — прохрипел он, ни на что особенно не глядя. — Я... не могу... «Вы не достигли необходимой дневной квоты», — высветилась надпись на проецируемом экране точно перед его глазами. От этой надписи Лео не смог бы отвести взгляд даже если бы попытался; инженеры-умельцы запрограммировали проектор так, что он всегда цеплялся к окуляторной системе организма любого вида и не отпускал. — Да... пошли вы... со своей... на... «Даже непрямое оскорбление в данном контексте считается оскорблением представителя власти и будет расценено соответственно. Вы хотите продолжить?» Лео едва соображал из-за термоядерного коктейля из пульсирующей боли в голове, ноющего горла, бурлящего желудка и ожогов от желейных наручников на запястьях и щиколотках, но тут справился сразу и без труда прочитал то, что скрывалось от него между строк. Если он не заткнется прямо сейчас, то его наказание увеличится. — Нет, — прошептал Лео. «Вы готовы продолжить отбытие наказания?» У Лео не хватило духа ответить, поэтому он просто кивнул и постарался предугадать позу, в которой ему будет хотя бы немного удобнее отсасывать новый незнакомый член. Лео молился, чтобы ему достался обычный и желательно человеческий пенис чуть меньше среднего размера, но у его богов в этой части вселенной очевидно плохо ловила связь. *** Когда напарник сказал Лео, что им лучше не попадаться местным стражам общественного порядка, ведь их «совершенно точно посадят в куб», то Лео решил, что это что-то вроде карцера, и не стал выспрашивать детали, только равнодушно пожал плечами. Когда их маленькая махинация прогорела, он принял арест со спокойным достоинством, равно как и приговор, который ему выдал искусственный интеллект в абсолютно пустом помещении. «Три дня заключения в кубе на щадящих условиях», — высветилась надпись на небольшом квадратном экране, что висел точно на уровне его глаз. В соседней системе, где Лео, к слову, все еще находился в розыске, пусть и под другим именем, за подобное преступление ему бы отрезали палец или даже несколько, поэтому он не стал расстраиваться. Каких-то три дня? Подумаешь! *** Новый член был такого огромного размера, что Лео уже был готов проститься со своей жизнью. Это чудовище размером чуть меньше бейсбольной биты не влезло бы ни в какое его отверстие не порвав на две половины. Лео хотел было отпрянуть и закричать, как вдруг по члену пошли трещины. Четыре идеальные вертикальные трещины от головки и до странного утолщения в самом низу стали быстро расширяться и расходиться в стороны. Инопланетный пенис раскрывался перед лицом Лео как настоящий цветок, и это было настолько уникальное зрелище, что у него сама собой отвисла челюсть. В небольшом углублении утолщения замерцала странная искорка. Лео, подгоняемый своим чисто гуманоидным любопытством, придвинулся ближе, так близко, что едва не уткнулся носом в эту блестящую штуку, которая больше напоминала маленькую полусферу, сделанную из стекла или чего-то вроде того, вдавленную в небольшой отросток. Потом он на пробу лизнул ее — никакого вкуса и запаха — и существо отреагировало, очевидно вздрогнув. Лео оценил это за дрожь удовольствия и приник губами к полусфере, перекатывая ее языком у себя во рту. А потом случились две вещи сразу. «Лепестки» члена обвились вокруг его лица, прижав Лео ближе к своему естеству; даже если бы он мог двигаться, то сорвать бы этот биологический капкан ему бы не удалось. Полусфера исчезла из-под губ Лео и отросток, на котором она находилась, резко увеличился в размере, резко прошел вглубь рта и дальше, в горло и, кажется, даже вниз по пищеводу. К счастью, отросток был относительно тонким и податливым, но это не сильно облегчало страдания Лео. Он не мог дышать. Лео мгновенно поддался панике — еще бы, сегодня у него ни разу такого не было — задергался в своих путах, оставляя себе новые ожоги на коже, в панике начал искать перед глазами спасительную строчку проектора, но ничего не происходило. Пять секунд, десять, пятнадцать... «Я умру, — пульсировала в голове мысль. — Я задохнусь». Когда мир перед глазами начал расплываться, непроницаемая плоть чуть отступила от лица Лео и ему было дозволено сделать вдох. Сработал рвотный рефлекс, но содержимое желудка не поползло наверх по пищеводу — оно поползло наверх по отростку. Это существо изначально планировало не отдать ему свою сперму или ее аналог, а высосать все, чем его накачивали вот уже шесть с половиной земных часов. Отросток вышел из него безболезненно и по пути почти ласково слизнул с его лица остатки той самой голубой спермы, что под влиянием кислорода сразу превратилась из жидкости в липкие комочки. Если бы Лео мог, то рассмеялся бы, но у него не хватало сил. Ему вдруг очень сильно захотелось спать. «К сожалению, вы не достигли необходимой дневной квоты, — объяснил ему вернувшийся проектор. — Сладких снов. Увидимся завтра».