В Активном Поиске. Шелест на снегу

Представь себе весь этот мир, огромный весь. Таким, какой он есть, на самом деле есть, С полями, птицами, цветами и людьми, Но без любви, ты представляешь, без любви. Есть океаны, облака и города, Лишь о любви никто не слышал никогда... Крылатов, Дербенев - Огромный этот мир В раннюю утреннюю зимнюю тишину гаража высотной парковки ворвался звонок. Хозяин гаража собирался в очередную утреннюю будничную дорогу, но его выезд опередили. В салоне электромобиля затрезвонили сигналы входящего вызова. — Да, ангар Беляева слушает, — спокойно, но с ухмылочкой, произнёс белобрысый паренёк в очках. — Да, — утвердительно ответил он на вопрос. Потом это «да» повторилось подряд в четырёх вариантах и с разными интонациями. — Понял. Космич кэт шот, плиз стенд бай. Собеседник в замешательстве и с нотками сарказма что-то переспросил. — Да не хэд шот, а кэт шот, дуралей! Хах! Не, не кошачий шот, это на забугорном палубный взлёт с катапульты — Илья, заулыбавшись, понял, что собеседник его перешучивает. — Сам придурок. Да. Халф стьюпид мэн. Выезжаю я уже. Илья завершил звонок, но прежде чем дать жару в педали, весело хехнул со своей же фразы. По ходу в этом году он будет для всей студенческой оравы тем самым робомэном на летучей тачке. Слава — вот она. Как только у парня появился Мираж, как только об этом узнали в гидросферке, так телефон Ильи не замолкал от просьб «не в службу а в дружбу» кого-то довезти, подбросить, десантировать из одного места в другое. Половина его одногруппников жили не в Саратове. Из них весомая часть приютилась по общагам и квартирам. Были некоторые индивиды, до малой родины которых на машине ехать не один час, а то и не один день. Студенческая житуха-бытуха. Машина мгновенно стала продолжением рук и ног, ибо для среднестатистического студента любая тачка была непозволительной роскошью. А тем более - такая. Илья старался не афишировать то, чем обладал, но реклама про суперуниверсал цвета серый металлик сама пошла гулять по знакомым. Один из знакомых ещё с первого курса стал общим другом по учёбе, а теперь с появлением машины, ещё и постоянным пассажиром. Валера «Фиксик» Николаев. Энгельс, улица Степная, 53. Спиральный съезд замаячил фонарями бесконечной скрученной лентой. Было что-то гипнотизирующее в чередовании вертикалей стен и темноты проездов на другие этажи парковки. Десяток лет назад здесь же он скатывался ещё пацаном на велике, развивая к улице совершенно дикую скорость с подобием боковой перегрузки. Тогда это было кайфом и драйвом. Сейчас он просто медленно ехал, ещё сонный, в утреннюю зимнюю рань сумерек. Без десяти семь — на улице ещё ночь. Февраль — время для того самого чувства глухой изоляции от буйства вселенной. Зима словно устраивала миру период белосумеречного отдыха от всего лишнего. Повезло ему родиться в январе, тут не поспоришь. И с подарком в этом году тоже повезло. Февральский утренний Саратов был похож на январский. Только сугробы поплотнее и покруче. Панорамные окна пропускали в салон всё сияние огней улиц, окон, фонарей, вывесок, что в утренний час ещё не прекратили работать. Начало восьмого утра, а на горизонте ещё обманчивая запоздалая ночь. Огни попутных машин и фонари трассы сплетались в единый световой поток неонового стробоскопа. Мираж мурлыкал тихо качающей электронной музыкой под стать пейзажу и городской динамике. Илья недавно нашёл в своей машине такое, что нельзя показывать просто так импульсивным парням из его группы. Пашке Коновалову бы такая интеллектуальная мощь, к примеру, вообще бы крышу снесла. Тот два года прослужил в войсках дроноводом до учёбы в универе и осязаемо знал, что такое дополненная реальность. Илья нигде ещё не служил и с такими фишками знакомился только сейчас. Вот прямо сейчас, когда ехал. На голове визор, а в его линзах город, как на ладони. Мираж видел дорогу, сигнатуры машин, подсказывал куда подрулить и где притормозить, чтобы надёжно войти в зеленый поток светофоров. От функций кружилась голова — Илья никак не был готов, что в обычный с виду электромобиль инженеры засунут такой лютый тактический компьютер. Если водитель сомневался в дистанции перед соседом по трассе, достаточно было войти в режим передней фронтальной камеры — камерами Миража Илья мог видеть всё, будто глаза вмонтированы в бампер. Большую часть коррекций по движению Мираж вообще делал почти автоматически, интуитивно, словно был продолжением рук. Илья обнаружил всё это почти случайно вчера, когда ехал по городу и искал возможности что-нибудь сделать с дорожной картой в бортовике. Сделал, проверяй. Официально робомэн нашёл в своём пепелаце очередную лютую ульту, от которой даже у него самого челюсть отвисла посреди потока движения. Сначала Илья обнаружил проектор монитора на лобовой экран, увидел всё это великолепие на стекле, которое ещё и оказалось проекторным монитором с обратной связью, а уже потом подключился к Миражу через его визор. И его мозг ушёл в отвал от таких возможностей. И вот тогда-то — понеслась! Ему и на обычном старом американском бензиновом чудище было по кайфу вот так утром прокатиться по городу, а тут электрический зверь предоставлял возможности нереального контроля всех событий. Саратовские дороги стали потоком предсказуемой информации. Магазины, конторы, достопримечательности, забегаловки и рестораны, встречные машины, люди - Мираж выводил информацию обо всём водопадами. Поворот, ещё один, зеленый перекресток, снежный коридор… Огромный автомобильный саратовский мост через Волгу, вмерзший во льды февральской громадной реки, весь в огнях и машинах… И тишина в салоне, такая, что можно слышать шуршание собственной одежды в движении, улицу и музыку, не напрягая притом ни уши, ни голос… Валера топтался со своей бессменной студенческой сумкой через плечо в дверях подъезда родного дома. Морозец и ветерок поджимал. Мираж бесшумным шелестом эффектно и тихо подкатил к повороту на угол дома. Илья подозвал через панорамную кабину одногруппника и тот трусцой погреб через заваленный снегом дворик. Илья вышел из машины. Руки пожались, толчок в плечо, хлопок по спине. Резво и по-дружески. — Здоровеньки! Как зверюга? — Валера был хоть и сонный, но уже весёлый. — Огонь. Сена не просит, подавай кулоны. Валера ухмыльнулся на шутку и на вытянутом узком лице поступили бороздки впалых щёк, контрастируя с высокими скулами. Парень был невысок ростом, долговязый, внешностью был похож на сармата. Местный. Всю сессию он зубрил так, что опух и казался немного пучеглазым. Зато сдал всё, как полагается. Сейчас, после двух недель каникул, отдохнул и выглядел свежо, несмотря на кромешную рань. — Ну чего, ходу? Видел кого из наших за каникулы? — Илья бросал фразы на ходу, перемещаясь с улицы в машину. Валера плюхнулся на переднее пассажирское и поежился от неожиданно нахлынувшего тепла. — Наську Кузнецову видел с парнем еёшним, чисто в Энгельсе столкнулись на новогодних праздниках, а так кого… Я ж не выхожу больно. Тут с одного ретро местечка пару компов на переборку прислали. Я глянул, а там, мать честная, не убиралась лет сто. И это не фигура речи, я такого мха давно не видал. Блин, а тепло у тебя тут! — Как в бане могу сделать. — Не, баня нужна в бане, а не в машине. Лучше как дома. Ты не против, я шапку куда-нибудь кину? Разговор продолжался на ходу, Илья уже выруливал на дорогу. — Куда-нибудь кинь, — с ухмылочкой ответил Илья. Валера с запозданием заметил, что машина развернулась прямо на месте и юрко вырулила со двора. — А че, так можно?! Блин, я всё никак не привыкну к этим вон стикам на руле в этом твоём космолёте. Илья скромно улыбался. Он, не говоря ни слова, протянул Валере визор, который до этого лежал на заднем сиденье. — Глянь. Валера осторожно надел устройство на голову и видимая его часть лица вытянулась ещё сильнее от удивления. — Ааа-фи-геть… На горизонте дополненная реальность нарисовала ему десятки движущихся по трассе сигнатур автомобилей и подсвечивала условными зонами траекторию выгодного движения. — Ну как? — Афигеть… Я уже говорил, да? Они с Валерой не виделись всего две недели. В январе постоянно попадали в разные подгруппы сдачи экзаменов. В это время было вроде и не до разговоров, а ведь событий вокруг Миража уже накопилось столько, что хватило бы не на одну байку. — Я вообще-то у тебя тут впервые! Друг ещё называется, ты бы хоть позвал на днюху, а? Илюх, ты серьёзно? Это батя тебе подарил звездолёт?! — спросил Валера, косясь на руль с подогревом, сенсорной площадкой и стиками. — Я думал, ты на маршрутке катаешься, как все. — А я и катаюсь, — усмехнулся Илья, выводя «Мираж» из дворика. — Зачем мне маршрутка, я теперь сам себе маршрутка. Бомбила по найму, фирма «не в службу а в дружбу». — Эээто для кого? — Да для всех, — Илья восклицая хмыкнул, поглядывая на дорогу. — Ты, кстати, крайний в списке, надеюсь. Поздравляю. Валера насторожился: — В смысле крайний? — В смысле — ты закрывающий. Пока тебя не было, в этой тачке пол группы нашей уже побывала. Кроме Андрюхи с Серёгой — эти вообще как у себя дома. Тот случай, когда машина появилась и каждому куда-то приспичило. Я уже чувствую себя водилой междугороднего автобуса. — Илюх, слушай, не, ты не водила. Ты теперь коменда общаги на колёсах. Шутка влетела на ходу, оба студента гоготнули. Валера заинтересованно прищурился. — Ну-ка, колись. Кого бомбишь то? — Блин, вот зачем ты это сказал… То тачка «дом родной» была, а сейчас как комната шарыжная по клиентам пошла. Хех. Ладно. Давай по порядку. Самый ушлый, самый первый. Отгадай. - Матвей Буйнов? - Десять из десяти! Сразу после экзамена, числа пятого вроде, помнишь? Вылетел с фразой «всё хана, в армейку». Он тогда очухался, вечером того же дня звонит: «Беляк, десантируй меня до Волги на точку, я там должен кое-что проверить». Я говорю: «Там лёд, холодрыга, а тебе снова чета сбрендило искать?» Он: «Илюх, пять минут, я только гляну. Ну одним глазочком». Я не повёз. Он обиделся. Илья нарочито пародировал игрой в голоса, но без злости, пренебрежения или обиды, что выглядело забавно. — И что, больше не просил? — Просил. На следующий день — до набережной, мол, «там место приметить». Уговаривал, прям как в чипок сгонять хочет в самоволку, как в старые добрые. Ну, я сдался, довёз до причала. Он полчаса там торчал, смотрел на острова, у себя в планшетке чета черкал. Потом просил до центра докинуть. И ушёл. Краба кинул на прощание, мол "от души душевно в душу". Смысла ноль, но в машине отметился. Заценил мою подвеску заодно. Валера фыркнул: — Правильно про него говорят «шальной пацан». — Шальной погранец, картинка маслом… — Илья криво ухмыльнулся. — А ещё кто? — Игнат. Батька наш. Куда ж без него. Этот вообще с гитарой наперевес. Экзамены сдал, да сразу на сходку «бременских музыкантов» в каком-то клубе на окраине. Гитара — большая, в чехле, в маршрутку не влезет. Да он сам то в маршрутку не влезет, шкафина, а с гитарой так подавно. Он подошёл на парковке, грит: «Сынок, закинь до Политехнической, я тебе песню спою в подарок». Я, дурак, согласился. Всю дорогу его армейский блатняк слушал вперемешку с байками да анекдотами. Он как завёл шутейки, чему учат в спецподразделениях, я угорел до слёз. Потом классика пошла. Тяжеляк про то, как деды служили-воевали, как их женщины бросали. Мы на вокзал подъезжаем он завыл: «Эх, дороги»… Главное, чехол у меня умудрился забыть когда расходились, куда-то ему срочно деру до дела надо было. На следующий день повёз ему в общагу. Он мне опять по новой завёл шарманку. Еле ноги унёс. — Классика, — хмыкнул Валера. — На день первачка он помнишь как гарланил? Он хоть трезвый с тобой ехал то? — Ага, а мне делать вот нечего, солдатский фольклор впитывать по вечерам. Вроде трезвый. А черт его поймёшь... — А Паша Коновалов? Он же с дронами своими… — О, Паша! — Илья заулыбался. — Паша Коновал... Цирковой номер. Притаранил коробку со своими моделями — размером почти с холодильник. Говорит: «Илья, надо отвезти в аэроклуб, а то автобусы не ходят, а маршрутки не хотят». Не, а я, главное, хочу, да?.. Я открыл багажник, и мы полчаса пытались этот набор чудес техники туда запихнуть. Едва закрыли. Главное, мы то с Серёгой малыши-крепыши туда влазим, а его коробас-барабас нет. Он посыльный грузовой беспилотник полтора года собирал, это самое крупное в коллекции. Ехали медленно, он всё боялся, что растрясём. Прикинь, да? Где «растрясём» и где адаптивная механика у Миража… Пашок сзади сидел, через сиденья прислушивался че там с его летягами. Вот соблазн был на нём тоже подвеску испытать… — Илья вспомнил про этот момент и широко залыбился. —А чё с подвеской то? —А ты, как приедем, Андрюху спроси. Он знает. Башкой проверил. Валера знал своего друга. Илья не особо любил смеяться, но серьезный вид и искрящиеся смеющиеся глаза выдавали нечто весёлое и неуёмное. — Потом на следующий день — Натан, — Илья покачал головой. — Серёга Натальин. Они с Матвеем в паре работают, чета вечно ищут, но он пришёл отдельно. Говорит: «Илюха, ты же всё равно в ту сторону, в центр?» Я говорю: «Нет». А он: «А мне надо в музей боевой славы, там выставка, я деду обещал». Дед у него поисковик, коллекцию хотел передать. Я его повёз. Он всю дорогу рассказывал, как под Сталинградом в прошлом году на праздники авария была на теплотрассе, её перерывали чуть глубже, экскаватор ковшом черпнул, а там снаряд лежит. И вытаскивать нельзя. —А че за снаряд? —Аналог ФАБа пятисотого. Ты прикинь как бы оно жахнуло? Кстати, Натан хотел железки довезти до музея, я его сначала послать хотел. Железо ещё в новом салоне не возить! Вот и вроде не удобно, а с другой стороны я чё грузовик что-ли… Нашли блин, шишигу, а… — И ты повёз? — А чё делать, дело исторической чести, мать его. Повёз. Он потом ещё на вокзал просил подкинуть. Постоял у вокзала, заснял старый паровоз и выдал: «Всё, теперь я доволен». Цифровал всякую артефаковщину наверное. А потом мы благополучно в пробку встряли на полтора часа. Ой как я был тогда «доволен»… И так каникул кот наплакал, а тут… — Ну, а девчонки? — Валера хитро и задорно прищурился. — Девчоны были же? Зоя, например. Она же в деревне живёт? Илья нахмурился. Шутки про флирт с Зоей были расхожими в группе. — Зоя — да. Неделю назад, когда мороз завернул, встретились тут возле универа. В километре примерно. Она попросила подкинуть её до остановки за СКАДом. Я говорю: «Зоя, ты что, пешком?» По Лесопарковой прогуляться захотела. Видать, настроение было такое у человека, сопли поморозить. Они с Андрюхой, кстати, шизой вот этой похожи. Она плечами вся такая пожала, вроде как не напрашивалась, а мороз же. Ну, посадил, повёз. По дороге она мне скетч Миража накидала. Ты прикинь, я еду, она рисует. Это то есть вибраций ноль, подвеска всё сглатывает. Ща не покажу, он в бордачке лежит. — Эх, их бы с Андрюхой свести реально. —Валер, ты шо. Они весь декабрь почти за одной партой сидели. Оба молчуны. Что он дева по гороскопу, что она. В смысле, сентябрьские. Ну ты понял. Валера с этой фразы сначала заржал, а потом прибавил: — Блин, прикинь такая семья молчунов, а? Таки нашли друг друга! — Не, это ты Андрюху плохо знаешь. Он у нас в плане девушек тот ещё эстет. Правда, его уже раза четыре то отшивали то посылали. А Зоя добренькая, да страшненькая. Он к ней сам не подойдёт. Так сказать, "не вкусно". Хотя... — Хах, хорош! А чё, остальные? Васька, Каролинка? — О блин… Каролина! — Илья закатил глаза. — Это уже в феврале, пару дней назад. У них по ходу между общагами соревнование по бурным гулянкам. Сдали сессию и дали дури на неделю. Она пешом вечером топала до дальней общаги. И тоже с гитарой своей цветастой. Не знаю, через мост хотела что-ли, прям в Энгельс… Тут как бы идти, ну ты видишь, мы уже минут двадцать едем. Испытательная дорога, с экстримчиком. И шла ещё вся грустная такая. Столкнулись, говорит "Автобус это фигура, я её наблюдала". Опоздала короче на остановку. А от неё прям разит чувствительно. Говорит, "девичник затянулся. Мы все с парнями разругались". Ну, взял её на попутку, выяснилось, что она тоже это... Ну ты понял. Я подробности не спрашивал че там и как там, не моё дело. Ехала молчала. Сначала. Села на заднее сиденье, скинула варежки, этюды какие-то перебирала с полифониями. И всё приговаривала: «Илюха, у тебя машина — будто летающая тарелка». — И что, это все? — спросил Валера, прикидывая. — Почти. Масяня залетала — Наська Кузнецова. Я в Мегацентр катался за всякой шнягой, смотрю, прёт деваха, полные пакеты ништяков: «Илюх, подкинь до дома, а то у меня ноги замёрзли». Я смотрю — на ней прикид как на весенний дискач. Юбочка из плюша считай. Мини. По ходу с того же девичника, что и Каролинка. Я её довёз. Она мне про технологии сценариев в сериалах втирала всю дорогу. Главное, с примерами сериалов. Надушнила, что забей просто. Честно ничего не понял, но очень интересно. Мозги она впаривать умеет, ну ты знаешь. — Слушай, а староста наша? Она не просилась? — удивился Валера. — Дурак чтоль? А кто её пустит, — Илья выдавил ухмылку через раздражение. — Марина — сама себе транспорт. Ещё потом меня волонтёром запишет всякую дичь по корпусам развозить? Вся наша орава была по разу, хорош, так сказать. Валера засмеялся, откинулся на кресло. — И теперь я. — Теперь ты. — Надо тебе мзду начинать брать. — Со своих не беру. Пока. Да и волчара не особо прожорливый. Я за январь один раз только заряжался. — Илюх, ты не обижайся, но ты теперь это… Гаечка из бурундуков спасателей. Илья вытаращил голубые глаза, отвлёкся от дороги, ткнул пальцами в переносицу, загоняя оправу очков поглубже, вопросительно вскинул бровь а потом рассмеялся. — Не, ну ты вспомнил! Так та ж крыса была. А я Беляк. В смысле белка. Белка мужик. Белыч. — Бельчара. На волчаре. Они оба заржали и хлопнули ладонь по ладони — новая шутеечка в копилочку. Вообще в гидросферке всегда царила атмосфера легкомысленной паранойи и лёгкого студенческого безумия, особенно это проявлялось во времена начала семестра, когда ещё никто ничем и никем не занят. Но в двадцать второй группе прикладной гидроэкологии эта атмосфера иногда искрилась и выходила из-под контроля. Собрал господь под одной крышей пятнадцать парней и пятерых девушек, среди которых каждый второй тот ещё юморист… Илья за время недолгих каникул уже и отвык от этой искрометной атмосферы тяжких крайностей и страстей. От некоторых одногруппников и отвыкать не приходилось, но то они были в Мираже по отдельности. А вот когда все вместе... Аудитория встретила его вальяжным гомоном и весёлым настроением. Не все ещё успели отойти от праздников, а уж тем более наговориться друг с другом за время отсутствия. Ребята долго не виделись и восполняли пробелы семимильными шагами. Уже на пороге в лекционный кабинет Илью с Валерой встречала совершенно дикая смесь духов, парфюмов, аромат нескольких видов кофе и тяжелый стоический душман - послевкусие гулянки, которая была у кого-то накануне. Как обычно, на передних партах были девушки. Пятеро девчонок - все в сборе. Крайним в правом ряду пустовато место Знахаря, тот уже второй месяц торчал в паре с Зоей на отшибе аудитории. Зоя скучала, что-то черкала, что-то читала. Увидев Илью, она подняла глаза и улыбнулась. Совсем не сходились в ней внешнее и характерное. Илья вспомнил про случай в машине, подмигнул ей. - Дреша ещё не дошёл? - Опаздывает Андрюша. Сижу жду вот, пока. Наверное, одна буду. - Ну куда мы все без него... - Илья договорить не успел, потому что с задних парт, там, где девчонками прикрывалась от преподов элита курса, выбрался смугловатый бородатый дружбан. - Ооо! Илюшочек! Милок! Добро те здоровья! Пошли к нашему шалашу, мы без тебя как без рук! - Шо опять?! Кого везти?! Куда?! - А? Да не, мы тут соображаем на пятерых, не получается нихрена. Шестым буш? - Фигась вы опасные. На дворе пол девятого, уже соображаем на общагу? Первый день семестра как вовод, м? - Ой дурак, да не в том смысле. Айда, ща всё объясню! Илья подошёл ближе к задним партам. Он явно включился в дело, когда обсуждение подошло к финалу. В полукруге четверых бывалых студентов восседал пятый - Игнат Котулевич. С его манерой говорить и занимать позы по человеку мгновенно можно было сказать, что парень уже который год на гражданке, но так и не вышел из образа прожженного дембеля. Игнат был грубой внешности, которая ему полностью соответствовала. Глубокие тёмные глаза прятались под густыми бровями между горбинкой орлиного носа, острые скулы оттеняли широкое и вытянутое лицо. Игнат, видимо, брал пример с Серёги, но в отличае от того, не растил специально бороду, а просто редко брился. В службу, видимо, ему так надоела уставная внешность, что на гражданке парень, что был старше всех года на четыре, отпустил тёмные вьющиеся волосы, которые теперь его обрамляли. Если не знать биографию второкурсника, который оттарабанил на малой родине в Белоруссии срочку в два года, а потом ещё и сверхсрочку - ещё два года, можно было бы подумать, что в стане экологов затесался типичный геолог. Да и гитара у него была совершенно подходящая для внешности, а ещё для старинных романов и давних песен. Пока все увлекались шестиструнками, Игнат горланил под нескладный седьмой строй. - Короче! Решено! Матвей, с тебя планшета со старыми картами. Серёжа, лодка есть? - Лодка? У Знахаря была. - А ещё у кого есть? Не охота бы мне с ним связываться. Не компанейский он. - Да ты шо, наш человек! Вот вам Илюха ещё. - О, Беляк, здорова. У тебя лодка есть? - Вы чего, подледным плаванием в феврале заняться хотите? - Илья то ли сострил, то ли хмуро напрягся, он ещё сам для себя не решил, потому что не понимал о чём речь. Игнат немного обиженно, выразительно шершавым голосом протянул ему в ответ: - Да мы ж не сейчас. Чего, рыбаки мать вашу за ногу, ни у кого лодки нету? - Допустим, есть. А в чем суть смысла? - Илюш. Мы ищем клад, - загадочно и коротко продекламировал Серёга. - Ого. Ого... Совсем видать, делать нечего. А чего за клад? - Дубина ты, Серёга. - Игнат, до этого сутулившийся, вытянулся, ожесточился в лице и принял позу прапорщика, - Я те чего, дядя Фёдор? Не клад, а схрон. Матвей, просвети товарищей в суть вопроса. - Я долго размусоливать не буду, - протяжной присказкой завёл байку Матвей, раскрывая блокнот с записями, - Короче, артефакт времён Великой Отечественной войны. На одном из островов немцы оставили при отступлении диверсионную группу. По другой версии это было соединение огневого прикрытия. Их быстро оттуда выкурили, но гады окапывались основательно. Дело было между сорок вторым и сорок третьим годами. Сталинградская битва. Где конкретно, черт его знает, я пока ищу сам остров, про который речь. Это на севере нашего района, в фарватере Волги. Суть. Блиндаж радиосвязи и схрон боеприпасов. Илья пока слушал, осознал, что у него задергался глаз. - Ну и... - И летняя практика на наших убогих биостанциях начинает играть совсем иначе! - довольно и вальяжно протянул Игнат, - Но нам не хватает оборудки. Серёг, ты ж сетевых дел мастер, да? Есть че по металлоискателям? Илья раздражённо потёр виски, понимая, что шиза в группе гидроэкологов приобретает симптомы клинического явления. В этот момент он задумался и принюхался. - Блин, чем таким воняет? То ли кофе, то ли гудрон. - А? Ааа это Барсик. Он в курилку отошёл, - пояснил Паша, молчавший всё это время в углу. - Во! Ребятки, я нашёл! - Серёга вынырнул из смартфона, - Только модель надо другую, эта простенькая. - Ну ка! - Игнат притянул Серёгу поглубже в кружок юных кладоискателей. Мобильник пошёл по кругу и каждый разглядывал штуковину из интернета. - Че по цене? Мы ж не потянем. - Так я же о чём. Илюх, без тебя никак. Вещь добротная, а? Давай к нам в компашку, весело же! - Так я же летом на Байкал. - Да ты хоть дистанционно. У Матвея вон дед этим занимается, от него корни информации. Давай, братка, мы ж без тебя, как без рук! - Ага. Кто с деньгами, тот с руками, - скептически буркнул Илья, недоверчиво глянув на компанию и их затею. - Ах, черти, ладно, хренушки с вами. - Вот это другой разговор! Вот это хороший разговор! - улыбнулся Игнат. - Братцы, давайте спешить не будем. - Артистично заявил Серёга, - Я агрегат подыщу, чтобы огонь-пушка-бомба. Чтобы как Илюхин звездолет был. И по дешевке. Вовчик появился неожиданно, он широким шагом вторгся в аудиторию и в свойственной ему молниеносности, почти угрожающе приблизился к компании парней на задней парте. Он пролетел мимо первой парты вихрем и окатил сидевшую за ней Зою нагловатой улыбкой и ореолом терпкого табака и только что выпитого кофе. Та мгновенно сгорбилась ещё сильнее над книгой и смартфоном, старательно делая вид, что не замечает Ирбиса, его брутальную выправку и мушкетерскую бравадность. Владимир был статным и нескладным одновременно. Крупные рельефные скулы и густые брови контрастировали с пухлыми губами и треугольным носом на широком лице. Он был худым и подтянутым - вся энергия легкоатлета институской сборной уходила в движение, потому крупноватая челюсть резко очерчивала лицо от такой же широкой шеи. Лицо у Вовчика было продолжением рук. Как-то Серёга пошутил, мол "не быть тебе, Вовчик, шахматистом, у тебя все эмоции на лице написаны". А эмоции у Вовчика были прямолинейны, как у провинциального гусара и честны, как у дворянина. - Здорова, деды! - с ухмылкой, оголяя выщерблинку между передними верхними зубами, выпалил он своим скрипучим баритоном, - Чего кумекаете с утреца? - О, Барсик! Милости к шалашу, - улыбнулся Серёга в ответ, - Седьмым буш? У нас тут план-капкан. - Парни, да с вами я за любую авантюру. Что за план? - Клад искать собираемся, - Илья ворчал, он не мог поверить, что только что ввязался в такую несусветную дичь в первый же учебный день семестра. - Ох, даже так! Ну что, я в деле. А чем искать будете? - Да вот мы и соображаем, чем искать. Серёг, покажи-ка братку эту палку-копалку. Серёга достал смартфон и разыскал картинку с обозначением маркировки навороченного металлоискателя. Вовчик вытянулся в позе и лице, заинтересованно вскинув брови. Его угловатые скулистые щёки стали ещё острее, когда тот нахмурился. Секунда раздумий, и вот Владимир уже стал седьмым в компании заговорщиков, усевшись на первое попавшееся свободное место. - А чего там в кладе то? - А в кладе снаряды. Игнат, давай заряжай свою байку про немецких диверсантов, дай человеку суть дела. - Чем это таким воняет? - неожиданно сморщился Илья, поглядывая на Вовчика, - Барсик. Не дыши на меня. В потолок тоже не дыши, сигнализация сработает. Вовчик с вызовом и достоинством смерил взглядом Илью. - Обижаешь, дядь. Табак. Натуральный, колумбийский. - Кофеё тоже колумбийское, а? - Не кофеё, а кофэ. Тоже. - Вов, ты это всё у каких пиратов отжал? - Илья не мог пропустить мимо такой повод поддеть одногруппника в шутку. Вовчик рассердился, но стерпел. А вот того, что произошло следом, Вова Ирбис стерпеть уже не смог. Игнат не успел ничего толком рассказать, потому что в компании семерых появился восьмой одногруппник. Панкратов Влад, которого все за короткую стрижку и светлые волосы называли "монахом", а компания студентов со сверхсрочной службы пренебрежительно "духом", сравнялся с задними партами и недовольно уставился прямо в гущу обсуждений. - Барсик. Это моё место. Брысь давай. Вовчик был невозмутим, только бровью вскинул, глянув снизу вверх на возникшую помеху. - Ох ты какой, - Барсик гордо окинул взглядом аудиторию, - Пожалуй, все собрались, а? Он хлопнул рука об руку, энергично потёр ладони, пригласил Влада за соседний стул и неожиданно выставил правую руку в угол, показывая готовность побороться. - Место твоё, говоришь? А давай оспорим! И обсуждение плана поисков клада мгновенно потеряло всякую зрелищность по сравнению с разворачивающейся импровизацией, потому что Влад принимая пари, смело включился в борьбу. Он стремительно сел рядом. - Раунд? - Погнали! - рявкнул Барсик, подтверждая своё прозвище Ирбиса, - Игнат! Пиши счёт! Игнат подоспел мгновенно. Третья рука легла поверх замка из двух борющихся. - Реди! Ре! Го! Рука Игната взлетела от замка и борцовский поединок начался. Илья смотрел на этот утренний сюрреализм сквозь пальцы. Послал господь в группу гидроэкологов пятнадцать пацанов и пять девушек, среди которых каждый второй юморист и каждый третий - как Серёга... Этот самый Серёга решил доканать Илью в первый же день. Он с утра завёл свой байколет за историю и все четыре пары по спирали бухтел про то, что ему срочно нужно купить этот металлоискатель. Серёга не унимался даже в машине, когда ребята собирались ехать домой. Сегодня они были вдвоём. - Андрюха таки дал лево руля с последней пары? - Да он по делам по заказам куда-то рванул. Илья погрустнел. Он думал, что третий друг составит компанию к вечеру, но не складывалось. Они с Серёгой сейчас сидели в машине и чего-то не хватало. Вернее, кого-то. - И главное, не предупредил. Может звянкуть? - Забей, это бесполезно. Если Знахарь занят, то лечить ему чего-то бесполезно. Это было неприятно, но не смертельно. Однако возникла неловкая пауза. - Серый, а чё хоть там в схроне? - Илюх, да какая разница? ЭТОЖ КЛАД, понимаешь?! - Клад времён войны… понимаю. И накой вам снаряды? - Ну… рыбачить будем. Илья громко прыснул, представил себе такую рыбалку. - Я с тобой на Каюковку больше не поеду. Серёгу это будто даже не огорчило. - Слушай, идея, так может оно в промышленном виде выпускается, мм? - Слушай, - Илья нарочито вторил - Я не уверен, но ты посмотри. - У меня трафик закончился, черт! Печаль беда, не повоевать! - Глянь прям отсюда. И только тут Серёга осознал, что сидит внутри смартфон на колёсах. Он ткнул несколько раз в бортовик Миража и по-детски залыбился, когда увидел главную страницу виртуальной барахолки "кладовка". - Да ладно! ДА ЛАДНО! А че, так можно было?! Такс. - Сетевой взвел пальцами над монитором, как будто был пианистом, - А нкусь. Поисковый чавошник. «Блесна на крупную рыбу, взрывчатая. Материал изготовления — пластид». За сегодня Илья уже подустал от дури и прыти, поэтому даже не улыбнулся. - Серый, не боишься, что мы за один это запрос с тобой на пару на нару это… присядем? Серёга измелился в лице, когда увидел результаты поиска. - Слушай. Нету такого. Блин! План-капкан не сработал! Но он не сдался. После металлоискателя там же Серый нашёл и лодку и комплекты для выживания и портативный ретро телевизор на аккумуляторах и... Внезапно... - Илюх! Илюшенька! Иллюшенция! - Че ты подлизываешься? - Илюх, давай купим реактивный планер? Ты прикинь, я планер нашёл. Глянь, красавец! Илья глянул, зачем только - не понятно. - Цена какая красивая. Ипотека лет на пятьдесят. Красавец, да. И где ты на нём летать будешь? И главное куда? - На пары летать буду. -Угу. С Дрешой на пару. Это ж самолёту надо полосу для разгона... - Так аэродром же? - Какой? Дубки? То есть Водник это Южная оконечность СКАДа, а ты хочешь это... Из Водника за Северный СКАД, в Дубки и потом в гидросферку, которая почти по пути в Водник. Серёга... Шальная башка ногам покоя не даёт, но ты прям это... Тебе как волку семь верст не крюк? - Блин, хреновая идея. Так слушай. А на воду. Поплавки... Они обсуждали черт знает что, вместо того, чтобы ехать домой. - Давай уже тогда авианосец сразу купим? И эскадрилью планеров на всю группу. Шоб наверняка. На двадцать рыл ипотека на три тысячи лет, в Союзбанке. От этой дичи Илья не выдержал и начал ржать. - Тебе какой, новый или б-у? - Новый?! Ты шо, дурак?! Новый - штанов не удержим! Слушай, дай я гляну, может старый американец есть какой... - Где ж ты его парковать будешь, Сержио? - Вон, у Водника. Река рядом. Прям в Волгу его по борта засадим... Они так и не тронулись с места. После обсуждения всей этой ахинеи оба захотели кофе, за кофе пошёл перекур, затем Серёгу понесло по его мгновенным делам куда-то во второй корпус гидросферки. Илья сидел уже в третьем часу вечера в фойе главного здания и рамышлял обо всём на свете. Его больше даже не тревожило то, на кой черт Серёге металлоискатель и каким боком он добрался в интернете до списанного натовского авианосца, который кто-то из забугорных реально в шутку выложил на продажу. Уже не волновало, куда свалил без объяснений Андрюха - в последнее время его закидоны всё учащались. Его даже не волновало когда он вернётся домой и вернётся ли Илья сегодня вообще домой, потому что студенческая жизнь штука непредсказуемая. Илью тронуло до тоски только то, что за весь день он не видел светловолосую кучерявую девчонку, которую недавно так душевно разыграл. Понимая, что Серёгу легче дождаться в машине, Илья тяжело вздохнул и поплелся в раздевалку. Олька не находила себе места сегодня. Среда, пары, неожиданно навалившиеся обязанности семестра — к середине недели всё это завязывалось в угрожающий клубок противоречий. Она опаздывала в танцевалку, уже был вечер, она ещё не была дома. Слава богу, привычка брать с собой сменные вещи у неё выработалась стойко и незыблимо. Она готова была стартовать в студию прямо сейчас, вот только до начала занятий было всего полчаса, а до студии пешком добираться было невозможно долго. Она вышла с пар, не зная, что делать. На автомате засеменила к раздевалке вдоль больших зеркал в фойе универа — мельком отсканировала свою внешность. Растрёпанная, усталая и совсем не красивая, ей даже времени не оставалось себя привести в порядок. Быстро одеться, застегнуться, не забыть сумку-сменку… А в голове уже громоздились совершенно невозможные планы-маршруты для того, чтобы хоть к середине занятия добраться до Дворца Культуры на попутках. И тут на входе в фойе, под низкой аркой-бойницей, чуть склонившись на автомате, чтобы не задеть головой потолок, она столкнулась практически вплотную с задумчиво шедшим Ильёй. Они разминулись, Олька на автомате вышла, он на автомате вошёл. Именно в этот момент что-то в ней замкнуло. Обернулась. Вспомнила и засветилась радостной надеждой. — Илья! Он замер, как по команде и с удивлённо-вопросительным выражением лица обернулся к ней, сверкнув отблесками стёкол очков. — Илюш, привет! Ты на машине же да? Да? — Да. Привет. — Ура! Ура-ура-ура, я без машины же как без рук… Опаздываю, Наташа Витальевна меня убьёт… Подвезёшь? — Танцевалка, да? — Угу. — Не вопрос. Эта её живая растерянность и взволнованный румянец на щеках. Эта его лаконичная улыбка и невозмутимость. В уюте вечернего фойе универа повисла необычная, нежная пауза. Они были очень удивлены такому приятному повороту событий и тому, что расписание сегодня их вот так просто свело в самом конце учебного дня.