Тепло твоих рук

      Сегодняшний день у Леры выдался неудачным. В школе она получила плохую оценку за домашнее задание, на тренировке не могла выполнить наилегчайшее задание из-за боли в мышцах, вследствие тренер был недоволен. Да и Лера была неудовлетворена собой. Чувство вины и злости на саму себя заполняло её изнутри. И с каждым днём нарастало всё больше.       Вечером Лера принимала душ и чувствовала себя недостаточно сильной, недостаточно умной, недостаточно нормальной. Чувствовала себя плохой и ненужной. Слёзы навернулись без причины, но девушка быстро их смахнула и успокоилась. Слёзы - признак слабости. Слова мамы, которые засели глубоко в голове ещё с самого детства.       Последней каплей стала одна из самых больных тем. Лера расчёсывала волосы, как вдруг её взгляд упал на электронные весы под раковиной. Недолго думая, девушка достала их и, выдохнув лишний воздух, встала на платформу. На маленьком экранчике показались неудовлетворительные цифры. Плюс два килограмма за неделю. Лера сжала пальцы в кулаки и прикусила губу. Её вес постоянно колебался, но никогда не доходил до идеала. Она смотрела на цифры около двух минут и не понимала, что с ней не так.       После долгой паузы девушка всё-таки сошла с весов и посмотрела в зеркало. Ей было противно от своего вида. Живот казался недостаточно плоским, бёдра недостаточно худыми, волосы какие-то странные. Руки задрожали, но Лера взяла себя в руки. Рука поднялась будто сама собой, пощёчина пришлась по правой щеке. Недостаточно. Второй удар получился сильнее, зато дрожь пропала. Щека едва заметно покраснела, кожа болела, но эта боль была успокаивающая.       Через десять минут Лера уже сидела в комнате, обнимая подушку. Она смотрела на список контактов в своём телефоне. Хотелось кому-нибудь выговориться, поделиться проблемами. Хотелось услышать слова поддержки, хотя бы просто осознать, что она кому-то нужна. Подругам жаловаться точно не вариант. Они, конечно, выслушают, но им будет плевать. Да ещё и высмеять могут. Была идея написать брату, но Лера уже представила насмешки, поэтому она сразу отпала. В самом верху всех чатов был Артём. Он выслушает, поддержит, но Лера не стала ему писать. И так слишком часто с ним разговаривает. По-любому достала уже, а тут ещё и с проблемами лезет.       На этих мыслях её накрыла тревога. "Что будет если я надоем Артёму?", "Что если он меня бросит?", "Что если найдёт себе другую?", "Что я буду делать без него?". Тревожные мысли летали в голове с невыносимой скоростью. От этого заболели виски, а правая нога начала дрожать. Лера старалась игнорировать своё состояние, но получилось плохо. Она откинула телефон в сторону и сильнее обняла подушку, утыкаясь носом в тёплую ткань. Хотелось спрятаться от всего этого ужаса. Но от самой себя не спрячешься.       Снова пощёчина. Вторая. Третья. Не помогает, слишком слабо. Ещё две секунды, и на кисти девушки появляется след от укуса. Вроде стало легче. Лера вздохнула и легла обратно на подушку. "Что со мной не так?"       Через некоторое время тревога вернулась. Лера сама не знает почему, ведь её даже ничего не провоцировало. Она понимает, что тревожные мысли не уходят, а просто заседают глубоко в её голове и со временем возвращаются. При этом становятся более мрачными, более неконтролируемыми. И это самое мучительное.       Вновь укус, но это уже не помогает. Руки дрожат. Слёзы вновь появляются на глазах. Недолго думая Лера сняла с телефона чехол и достала оттуда то, что прячет от всех. Маленькое лезвие, которое она когда-то достала из точилки, всегда было с ней рядом. Всегда помогало, будто верная собака, которая делает всё для своего хозяина.       Спустя две минуты Лера успокоилась. На бедре появились порезы. Свежие, яркие, прямо поверх старых. На глазах уже не было слёз, руки не дрожали, а мысли вновь засели куда-то глубоко. Стало легче, но было противно от самой себя. Девушка неспеша обрабатывала порезы перекисью водорода. Было больно, жидкость сильно щипала кожу, но Лера даже не морщилась, ведь уже привыкла. Лезвие опять оказалось под чехлом, а порезы были спрятаны под одеждой. Стало легче, и это хорошо. Неважно каким образом.

***

      На следующий день Лера с Артёмом гуляли в парке. Девушка смеялась, шутила, в целом была активной. Ничего необычного. Артём даже не подозревал, что было ночью. Ему и не надо знать, больше всего Лера боялась, что Артём разочаруется в ней, поэтому усердно скрывала все свои эмоции.       Через некоторое время они сели на лавочку. Лера как обычно, прижалась поближе к нему, стараясь уловить приятное тепло, исходящее от его тела. Артём приобнял её одной рукой за талию, а вторую положил Лере на бедро. Вдруг он услышал тихое шипение. Лера сжала руки в кулаки. Парня это сразу же напрягло, и он почувствовал что-то неладное. — Лер, ты чего? Я едва коснулся, — Артём, конечно, убрал руку, но отстраняться не стал. Лера прикрыла глаза, стараясь успокоиться. Свежие порезы под тканью начали отдавать пульсирующей и жгучей болью. — Всё хорошо, просто мышцы после тренировки болят, — Лера как обычно усмехнулась. Защитная реакция — скрывать боль под маской весёлого человека. Лера даже не контролировала это, оно просто переросло в привычку. — Когда мышцы болят, люди не издают таких звуков. Я как будто тебе ногу сломал, — вдруг до Артёма дошло. Он хотел верить, что ошибается, но проверить стоит. Сердце забилось быстрее и у Артёма, и у Леры.       Артём осторожно приподнял край длинных шорт Леры примерно наполовину. Он уже видел старые порезы, но теперь видел новые. Он поджал губы. Стало больно. Лере было не лучше. Она стыдливо уткнулась лицом ему в плечо, стараясь спрятаться. Ей стало максимально противно от самой себя. Она понимала, что Артём расстроен и, возможно, зол, и это чувство пожирало изнутри. Это было ужасно.       Вместо криков и ругани Артём погладил чистую кожу рядом с порезами. Нежно, максимально аккуратно. Он понимал, что Лера тревожный человек, всё-таки давно уже встречаются. Самым больным было то, что он не знал, как ей помочь, хотя очень хотел. — Лер, почему опять? Что-то случилось? — Тихо, чуть ли не шёпотом спросил он. Парень видел, что Лере плохо, потому всё же опустил шорты обратно и обнял уже двумя руками. Лера же не отрывала лицо от его футболки. — Прости. Прости, пожалуйста. Я не хотела, честно, — Лера хотела заплакать, но подавила это чувство. Она не хотела выглядеть слабой. Артём начал гладить Леру по голове. — Почему ты мне не написала? Почему сразу резаться? — Артём говорил спокойно, стараясь не напугать лишний раз своим тоном. Лишь прижал к себе чуть сильнее. — Не хотела, чтоб ты расстраивался, — от ласки и нежности на глаза навернулись слёзы. Артём делает для Леры всё, а она как малолетняя дура не может даже со своими чувствами справиться. С каждым словом становилось всё сложнее сдерживаться. — Я бы помог. Поддержал бы, — небольшая пауза, — Давай не будем сейчас это обсуждать, но я хочу, чтоб ты кое-что пообещала, — Лера не ответила, просто слушала. Казалось, если она сейчас заговорит, то сдерживаться будет нереально, — Если опять будет плохо, то напиши мне. Я не буду злиться. Обещаешь? — Лера лишь кивнула.       Дальше они сидели молча. Лера беззвучно плакала, Артём чувствовал влагу у себя на плече. Её тело слегка дрожало, но спустя немного времени она всё-таки успокоилась и отстранилась. На удивление, её глаза были сухие, никаких признаков слёз. Лишь слегка красные в уголках. — Всё хорошо. Ничего серьёзного, — отмахнулась Лера и откинулась на спинку лавки. — Сильно болит? — спросил Артём, тихо вздыхая. Лера отрицательно помотала головой, — Ладно. Только давай ты мне всё-таки расскажешь, что случилось, хорошо? Не сейчас, попозже. Но расскажешь, — дальше они сидели молча. Лере было сложно говорить, а Артём думал, как ей помочь.       Через пару минут Лера вновь обняла парня. Уже не так крепко, более нежно. — Прости, я не хотела тебя расстраивать. Просто так получилось. — Тише, всё хорошо. Я не злюсь. Я тебе помогу, обещаю, — Артём поцеловал Леру в макушку и прижал к себе. Он обязательно ей поможет, даже если это будет сложно.