лепестки камелии

***

      Они всё ещё были в ванной комнате, с крана в раковину капала вода. Ямато всё также сидел на коленях Сатори, сжимая пальцы на ткани его футболки. Судзуки осторожно держал руки на бёдрах Мори, нежно проводя пальцами. Он бросил взгляд на предплечья Ямато и вздохнул. — Даже смотреть больно... Как ты это делаешь?.. — Я не знаю, я просто... Мне просто становится легче.. Синеволосый чуть сильнее уткнулся в теплую ткань и снова задрожал. — П-почему ты вообще такое говоришь?.. — Что?.. О чём ты? — Тебе не должно быть б-больно, это же мои порезы... — Ну... Потому что ты мне.. Нет, не так. Я люблю тебя... Ямато сильнее сжал одну руку, а другой слабо ударил Сатори по плечу. — Э-это не должно быть т-так.. Не так... Тори почувствовал как ткань на его плече едва намокает от солёных слёз. — Что не так?.. М-можешь объяснить? — Всё. Всё не так. Любовь это что угодно, н-но не собственная боль от ч-чужой... — Я.. Не совсем понимаю... — Л-любовь это боль которую причиняют тебе или наоборот... Но не так как ты говоришь.. — ..Мне кажется ты немного не понимаешь концепцию любви... Давай ты расскажешь мне всё о чём сможешь сказать. Хорошо? — Зачем? — Я хочу понять, как ты пришёл к тому, что любовь это боль. — ..Я не знаю о чём рассказывать... Мори немного разжал пальцы, но не отпускал. Сатори осторожно положил ладонь ему на спину, мягко проводя сверху вниз. — Тогда я расскажу. Для начала, любовь это не боль, никогда. Любовь это когда тебе спокойно с человеком. Любовь это когда тебя не.. Не игнорируют... Любовь... Ямато тихо всхлипнул и чуть сильнее обнял. — ..Не боль?.. — Нет. Не боль. — Я.. Я не хочу чтобы ты страдал... Как тебе помочь?.. — Мм... Я не знаю. Прости.. — Разве ханахаки не лечится взаимностью?.. — Ну, да.. — ...Я ведь люблю тебя.. Так как ты описал... Сатори улыбнулся, чуть прижав его к себе. — Тогда наверное мне скоро станет лучше... — Обещаешь? — А ты? Обещаешь что перестанешь резать? — ...Постараюсь. — И я постараюсь. В ванной комнате всё ещё витал запах крови и антисептика, но сейчас было немного лучше. Совсем незаметно, как будто если не присматриваться и не заметишь. Ямато снова коснулся губ Сатори, нежно, но всё так же жадно, почти сразу углубив поцелуй, словно Судзуки его наркотик, только зависимость сместилась с боли на теплоту, он осторожно опустил руки под одежду. Брюнет сжал пальцами серую футболку Мори, ладони снова медленно опустились чуть ниже, бледные пальцы сжали бёдра синеволосого.

***

      Сатори всё таки ушёл, где-то через полчаса. Ямато лежал на кровати, глядя в белый потолок. И кто мы друг другу?.. Он ведь парень. И я тоже... Эмоции переполняли изнутри, что же делать с ними?.. Парень приподнялся на локтях и потянулся к тумбочке у кровати. Ручка?.. Он на секунду задумался, а потом уголки губ слабо приподнялись, щёки едва потеплели..

...

      Спустя пятнадцать минут, звучали тихие, почти робкие стоны. Но на этот раз не от крови, хотя боль и приносила больше удовольствия, Ямато же сам сказал Тори, что постарается не резать. Именно поэтому не притронулся к лезвию, занялся.. Другим. Ритмичные движения, раскрасневшиеся щёки, колени плотно прижаты друг к другу... Мастурбация ручкой, тоже не самая лучшая замена селфхарму, но хотя-бы без членовредительства. Он чуть ускорился, стоны стали громче и более прерывистыми. Парень сжимал ткань футболки на груди одной рукой, а другой набирал темп. Сладкий, протяжный стон слетел с уст с едва влажным звуком. Между губами тянулась тонкая ниточка слюны. Ноги сжались сильнее, а тело слабо напряглось и мелко задрожало, он ещё ускорил темп и ещё. — Блядь.. Он не м-мог довести дело до конца?.. А то только объятия и п-поцелуи...

***

      Сатори сидел на кухне, держал в руках кружку горячего чая. — Он поцеловал меня, – пробормотал он, чуть запнувшись — Не слишком ли всё быстро?.. Но как бы то ни было.. Дышать стало легче. Брюнет тихо хмыкнул, улыбка незамеченно коснулась губ. Иронично. То, что он рассказал Ямато о любви, ни разу не встречал сам. Как они будут учиться любви если никто из них не умеет... На кухне прохладно, январский холод проходил даже в квартиру с отоплением, хотя и смягчался немного, всё равно доставлял дискомфорт. Горячий чай согревал ладони, мягко, приятно, почти аккуратно. С Мато было тепло, даже жарко... И по-настоящему, с ним всегда по-настоящему.. Он слишком красноречив даже когда молчит, хотя и старается не показывать. — Хотя меня пугает то как он себя ведёт... – тихо сказал Сатори, улыбка сорвалась с лица, исчезая, — ..Он, слишком... Даже не знаю как и описать.

***

      В ванной комнате больше не чувствовался запах антисептика. Ямато стоял перед зеркалом, ноги чуть дрожали. Он смотрел на своё лицо – покрасневшие щёки, сбитое дыхание и губы с едва заметными бордовыми следами укусов. Наверное стоит избавляться от этой привычки. Внутри тонким слоем оседали чувства стыда и вины. С порезами такого не было, только облегчение, восторг, восхищение и никакого стыда... — Дрочить на парня... Какой же я всё таки мерзкий. Мори вздохнул и взял в руки телефон. Сообщения от Татсуки, уже почти полчаса висят непрочитанными... «Привет, ты как? На уроках выглядел ты немного непривычно.» — Нормально я выглядел... – тихо хмыкнул Ямато, нахмурившись. Но ответ напечатал – «Привеь. Нормально, ты просто драматизируешь.» – и отправил. Где-то с минуту ничего, а потом пришёл ответ – «Ясно. Знаешь, кажется мне что ты пренебрегаешь мной..». Синеволосый на пару секунд замер глядя на сообщение. Это точно писал Татсуки? Раньше он не был таким. Или был, просто Ямато не замечал?.. Но ответ написал – «Чего? Не, ты наверное накручиваешь себя.». Минута. Вторая. Пятая... Симада писал ответ, дольше обычного. «Серьёзно? Блядь, Ямато. Почему каждый раз когда я пытвюсь поговорить с тобой об этом ты отнекимааешься? Почемк ты в упор не замечакшь очевидногл?» Потом ещё одно сообщение – «Знакшь я взаправду хотел стать тебп друглм, но ты слишком зациклнн на чужрм одобрении и одном человекп. Ты хоть раз интеречовадся мноц? Нкт. Ты эгомт, Ямато.». Мори написал ответ, чуть помедлив – «Успокоишься напишешь.» «Схучли? Не напмшу, идт нахцй» «Успокойся. В таком состоянии я не могу с тобой разговаривать.» «А ч разговприввл, дажк когдв теюк бвлр хуже и тв ткло скбн ркзал в мясл, и я не ныл, а тф сразк уходишт» «Спокойной ночи.» «Дп пшкл ты» Ямато вздохнул и выключил телефон. Спать. Нужно пойти спать и завтра поговорить с Татсуки, "утро вечера мудренее".

***

      Ночь тянулась неумолимо долго. Холод и темнота за окном сковывала и тело, и душу, крепкими оковами, не давая и кроткого шанса на полноценный вдох иль выдох. Звёзды мягко мерцали, слабым светом, облака, тяжёлые и мутные, закрывали большую часть ярких ночных точек. Но вот, наконец, рассвет. Солнце медленное настолько, что поднимается ближе к девяти утра, а звёзды уйдут уже в семь. Снег лежал на земле, машинах и крышах, серебристо-белым одеялом, укутывая каждый миллиметр этой холодной,но живой, части Земли. Утро, мягкого ссеро-голубого цвета с легким синим оттенком, окрашивая небо в почти сказочную атмосферу.