Узда

Гермес в ужасе следил за своими руками. Ткань падала на пол, а тело всё больше и больше обнажалось. Гермес уставился на старшего бога. Аполлон не двигался, он смотрел на него. Смотрел будто, изучал с какой стороны лучше напасть. Бог торговли хотел возразить, но в горле встал ком. Нет. Это же шутка? Он же бог. Как проклятие может подчинить бога? Последняя вещь упала на пол. Тихо. Будто даже ткань стыдилась того, что происходит. Хотелось выть от унижения. Исчезнуть на месте. Гермес остался обнаженным. Холод в комнате обдал тело, заставляя съёживаться. Мурашки невольно пробежали по телу. И было не ясно от чего, то ли от холода, то ли от страха. Он же бог, но теперь ведет себя как напуганный кролик. Такой же слабый и уязвимый, перед лицом хищника. Аполлон не сказал ни слова. Он молча разглядывал тело младшего. И совсем не стыдился. Взгляд неприлично долго задержался на интимных местах. Аполлон ухмыльнулся, и его улыбка не предвещала чего-то хорошего. Горячая рука бога солнца скользнула по груди. Гермес стиснул зубы. Бог воров резко замахнулся, но его кулак замер в сантиметре от лица Аполлона. Бог порядка только наклонил голову и с интересом уставился на Гермеса. — Пытаешься ударить меня? — Его улыбка стала ещё шире. Он взял руку Гермеса в свою и поцеловал её.  — Как мило с твоей стороны. Но причинить боль здесь могу только я. Рука Аполлона скользнула в верх и сжала горло младшего. Гермес схватился за руку Аполлона и попытался её оттащить. Но на удивление — этот изящный бог искусства держал мертвой хваткой. Пальцы впились в горло младшего перекрывая дыхание. Наверняка завтра останутся синяки, но сейчас бога воров это наименьше волновало. Аполлон пригвоздил его к полу нависая сверху. Гермес пытался его оттолкнуть, пытался оторвать руки бога солнца. Но пальцы только больнее впивались в горло. Легкие жгло от недостатка воздуха. Он бог, и он не мог просто так умереть от удушья как смертные. Но знатную боль это причиняло. Наконец рука разомкнулась, давая вдохнуть долгожданный воздух. Гермес закашлял и отвернул голову от старшего. Аполлон схватил его за подбородок и повернул к себе. — Смотри на меня. — Рука скользнула между ног младшего и развела их. Аполлон по-хозяйски сел между их. Словно Гермес был его собственностью. Хотя, наверное, так и было. — Я хочу видеть твои глаза. — Аполлон! — Гермес в ужасе крикнул имя старшего бога и попытался свести ноги. Бесполезно. — Что ты…?! — Не трать силы. — Холодно сказал Аполлон, отбрасывая свой хитон в сторону. — Ты знаешь, чем это закончится. Гермес замер. Он не думал, что Аполлон на самом деле… Бог торговли отчайно попытался отползти. — Замри. Всё тело замерло на месте не в силах пошевелиться. Внутри всё скрутилось в тугой узел. Не ужели сейчас его… Бога. Трахнет его же собственный брат? На глаза невольно навернулись слезы. — Я ещё не начал. — Тихо сказал Аполлон, притягивая Гермеса ближе к себе. — А ты уже плачешь. Он никогда не был ему братом. Только мишенью. Только жертвой. Аполлон просто ждал момента отыграться. Но из мыслей его вывела разрывающая боль внизу живота. Крик обжег горло. Гермес не кричал так даже когда был ранен на войне. Сейчас боль была другая, словно с него сейчас сдирают кожу целиком. Гермес дрожащей рукой сжал запястья брата. Всё-таки да же проклятие не могло до конца подчинить бога. — Аполлон…! Пожалуйста…! — Поздно.  Аполлон наклонился ближе. И сжал бедра брата. Он вошёл до конца. Гермес вскрикнул и вцепился в плечи брата в попытке его оттолкнуть. Но Аполлон был словно скала, он навалился, сверху прижимая его к полу. Он не обращал внимание на крики брата, на слезы. Он брал свое. Гермес по началу пытался его оттолкнуть, но Аполлон быстро подавил его сопротивление. Он был сильнее. На много сильнее. Горло охрипло и под конец он молча лежал и смотрел в потолок считая трещины. Слезы без остановки текли по щекам, а в голове крутилась только одна мысль. За что? Аполлон ускорился и кончил внутрь брата. Он замер тяжело дыша. Гермес же не как на это не отреагировал. Аполлон сузил глаза и укусил его в плечо стараясь хоть как-то вывести на реакцию. Кровь потекла по плечу, но Гермес даже не дёрнулся. — Гермес. Гермес не ответил. Аполлон приподнялся на локтях и убрал волосы с его лица. Почти нежный жест, несмотря на то что эти руки делали несколько секунд назад. Глаза были плотно закрыты. И когда он только успел потерять сознание? — Вот же. Раздраженно кинул Аполлон. Всё же его самолюбие это задело. Он отстранился от него наконец выходя из измученного тела.