Пюре

Вечерело. Солнце освещало маленькую кондитерскую, чтобы затем спокойно скрыться за горизонтом. Панси, уставшая после тяжелой смены, спокойно протирала стойку. Ей не нравилось, когда было грязно. Поэтому она ворчала на других сотрудников, чтобы сразу же убирали грязь, а не оставляли, потому что ни за кем домывать она не собиралась. В тишине раздался скрип двери, после чего Панси снова услышала шум воды в раковине. В воздухе витал еле слышный аромат корицы и ванили, создавая приятную атмосферу. Спустя мгновение перед женщиной появилась она. Ее жена и министр магии Гермиона Грейнджер. Панси не смогла сдержать улыбку. - Привет, - кивнула она. - Привет. - отозвалась уставшим голосом Гермиона. Она села за барную стойку, протерла виски. - Снова? Сейчас принесу. - Не нужно... - попыталась возразить Грейнджер, но Паркинсон уже убежала за таблетками. Гермиона вздохнула, буквально ложа голову на холодную поверхность стойки. Тут же исчезли всякие силы ее поднять. Она с трудом подавила зевок, папка с бумагами легла рядом. Спустя время Панси вернулась. перед Гермионой оказалась чашка мятного чая. Та взяла, благодарно улыбнулась. - Спасибо. Панси кивнула. Гермиона сделала глоток, чувствуя, как силы потихоньку начинают возвращаться. Такая атмосфера ей нравилась. Любимый человек рядом, тишина и спокойствие. Но мысли крутились около одной проблемы. - Нотт. - заговорила она. - Снова. Пытался протащить поправку о регистрации маглорождённых. Панси скривилась. - Когда уже Себастьян Нотт успокоится? - нахмурилась она. - Ну погиб его брат, так зачем нам портить жизнь? Из принципа или из вредности? - Я ничего не могу сделать, - пожала плечами Гермиона. - у Нотта больше власти, чем я могла представить. И пока мы думаем, он уже делает первый ход. Это только усугубляет наше положение день за днём... - А ты пыталась что-то... - Конечно! Я пыталась блокировать, пыталась как-то его отвлечь... Но все безуспешно. Как обычно, Нотт оказался впереди нас. Я не понимаю, почему раз за разом... Заметив, что Гермиона вот-вот заплачет, Панси тут же бросилась к ней и обняла. - Тише, тише, маленькая, - ласково сказала она, обнимая её. - Такой мерзавец как Нотт не стоит твоих слёз. Ни в коем случае. Ты же Гермиона Грейнджер, всегда найдешь способ в любой ситуации. Просто поверь в себя, милая. Я буду с тобой. Всегда с тобой. Гермиона всхлипнула, утыкаясь в плечо Панси. - Ты в самом деле думаешь, что у нас есть шанс против того, кто всегда на шаг впереди? - Он всегда есть. Нотт рано или поздно ошибется. И тогда мы этим воспользуемся, - твёрдо ответила Панси. Грейнджер не могла не улыбнуться снова. Панси принялась за чистку картошки. Волшебница не заметила, как мелькнули воспоминания о прошлом. День, когда мама приготовила ее любимое пюре, был самым лучшим в ее жизни. Как же она тогда радовалась и смеялась! Пюре мисс Грейнджер всегда было самым вкусным и лучшим, потому что она делала все своими руками. И Гермиона любила наблюдать, как мама ловко справляется с картошкой. Память унесла ее дальше, через год после битвы за Хогвартс. Мелькнуло воспоминание, когда она заказала пюре с котлетой и самый обычный тыквенный сок. Тогда в кафе она увидела Панси и Драко Малфоя. Обе девушки ничего друг другу не сказали. Только Панси бросила короткий взгляд, задержав его чуть дольше, чем обычно. И внимание Гермионы тогда привлекла именно Панси. Не Драко, на которого всё равно все заглядывались. А именно Паркинсон с ее дерзкой ухмылкой и вечным всезнающим выражением лица. - Ладно. Чем ныть и срываться из-за какого-то идиота, лучше смотри, что я для тебя приготовила. - Гермиона вздрогнула, услышав голос Панси. Перед ней оказывается тарелка. И это не просто тарелка. Она заглянула внутрь, и это... - Это... Это пюре? - А на что это похоже? Ешь, Грейнджер. Опять ведь пропустила обед в министерстве. Гермиона сглотнула, пытаясь сдержать ком внутри. Она не ожидала, что Панси запомнит... - Это что, пюре? Ты серьёзно, Грейнджер? - хмыкнула Панси, становясь с ее столом. - А на что это похоже? - съязвила Гермиона. По-другому она не могла. - Выглядишь ужасно. Как и твоя еда. Думаю, тут и так все ясно. Кто же знал, что жизнь подруги знаменитого Гарри Поттера задевает и такие места. Грейнджер нахмурилась. - Тебе не на кого излить свой яд, Паркинсон? Я видела тебя с Малфоем. Иди к нему и язви сколько хочешь. Зависть - это плохо. - О, я бы сказала ему все, что думаю. - Панси усмехнулась противной улыбочкой, поправив рукав зеленой блузки. - Но твои присказки по поводу зависти.. Как же до жути тошно. Тебя самой не выворачивает от твоей правильности? - Знаешь что... Терпение кончилось. Хлопок заставил всех замереть. Даже Драко Малфой обернулся и посмотрел на Грейнджер. - Паркинсон, снова привлекаешь внимание? Пошли уже отсюда, - он потянул ее к выходу. Та даже никак не нахмурилась и просто позволила себя увести. - Куда улетела, Грейнджер? - Гермиона вновь вздрогнула, когда услышала голос Панси. - Вспомнила, как тебя ударила. Когда ты меня в кафе... - А, да. Я помню. Честно скажу, не ожидала, что ты такой дерзкой окажешься. - засмеялась та. Гермиона осторожно взяла ложку и попробовала пюре. - Откуда ты нашла мамин рецепт? - Это мой особый рецепт для героев, - улыбается хитро Панси. Она не может сдержать слёзы. Начинает есть, сначала медленно, потом жадно. Панси молчит. Отворачивается к раковине, начиная мыть кружки. Панси совсем не слышит, как плачет Гермиона. Только чувствует, как дрожит столешница, потому что пальцы волшебницы сжали ее довольно сильно. Так, что побелели костяшки. Бывшая слизеринка достает салфетку и аккуратно кладет их рядом с тарелкой жены. Грейнджер принимает салфетку, вытирая слезы. - Хорошо, что сегодня не красилась. Так бы снова тушь потекла. - Я тебе говорила, что это нужно делать только по собственному желанию, а не потому, что хотят поклонники. Пускай катятся лесом со своими требованиями, - ворчит Панси, заканчивая с мытьем кружек. Вскоре тарелка оказывается пуста. Панси забирает тарелку и кладет раковину. Слезы высыхают, и Гермиона шмыгает носом, потихоньку успокаиваясь. Она встает со стула и подходит к жене. Паркинсон невольно напрягается, но Грейнджер просто кладет ей голову на плечо. И замирает. Руки сжимаются вокруг талии. - Я не хотела тебя бить тогда. - вдруг говорит она. - просто сорвалась... - Тебе не нужно извиняться. Я сама тебя спровоцировала и получила. Малфой уже тогда начал меняться, отчитал меня за то, что я трачу время и силы не на то, что действительно стоит внимания. И Астории это не понравилось. - Она была, наверное, самой доброй среди вас, слизеринцев. - Не начинай, - руки сжимаются в ответ вокруг Гермионы, - самые добрые всегда уходят первыми. Гермиона молчит. Она не знала Асторию Гринграсс лично, поэтому ничего не может сказать. - Спасибо, - тихо шепчет. Панси кивает. Грейнджер забирает папку, ещё раз взглянув на жену. - Не засиживайся долго, милая, - ласково произносит она, целуя её в щеку. - Это бы тебе самой не помешало, - улыбается Панси в ответ. Гермиона прижимает к груди папку и уходит так же, как и пришла. Панси стоит, молча глядя перед собой, а затем приступает к мытью тарелки.