They Were the Moon, the Sun, and Everything in Between | Луна, Солнышки и всё, что между ними

      Луна прекрасна — она высокая, серебристая и грациозная. Патриция любит Луну. Она всегда приходит лишь по ночам, прокрадывается по лестнице наверх и ложится спать, гладя Патрицию, свернувшуюся калачиком возле Луны, пока та засыпает. Её уже нет дома, когда Патриция просыпается, но она предполагает, что это то, что Луна должна делать. Когда она была щенком, Луна показывалась и в течение дня, гуляла с ней, дрессировала и играла, но такого времяпровождения становится все меньше и меньше. Но ночью Луна бывает всегда. Патриция любит Луну.       Патриция заметила, что Луна годами была одна. Даже когда Подлый находился в её постели — где лучше б спала Патриция, чем он — её прекрасной Луне было одиноко. Грустно. Патриция могла заверить в этом. Иногда появлялись Солнышки в своём золотом, ярком сиянии, и Луна была рада видеть их. Тогда она была менее одинока, но иногда даже они оставляли её одну. Подлому не место рядом с Луной.       А потом появилась та, что была обманута Солнышками. Солнышки однажды попытались подставить её перед Луной, но это был их метод. Их тест. Как и Патриция, они знали, что Подлому скоро придётся свалить от них, чтобы они стали счастливыми. И они не могли позволить появиться ещё одному Подлому. Им нужно быть осторожными с теми, кому они доверяют.       Та, которую обманули Солнышки, оказалась Миром — тёплым, устойчивым, земным. Она держала Солнышек в узде, расцветая в их пламени, стала вращаться вокруг них, а Луна — вокруг неё. Она сделала Луну счастливой, стала силой, которая заставляет Луну снова показываться даже при свете дня. Патриция всегда могла получить ласку от Мира вечером, когда они вместе ждали восход Луны. Мир никогда не сбрасывала Патрицию с кровати, никогда не заставляла Луну исчезать в ночи — она сделала так, что Луна теперь сияет даже ярче, чем до этого, счастливая и целая.       Патриция любила Мир.