Не скрывай

Ночью атмосфера внутри дома была особенной, разговор между двумя существами на время прекратился. Новая встреча казалась чем-то необычным. Оай на вид выглядел невозмутимо. Привычно скрестив руки, выпрямившись и в их перерыве повернув голову в бок, рассматривая одну сторону дома. А вот напряжение с мышц Роджера не спадало. Оба молчали, что-то обдумывая, тогда выражение на лице Оая было спокойным, что было редкостью особенно для взора существа. — Роджер. — сердце пропустило слышный удар, на время напомнив о своей функциональности. Откликалось на знакомое сложение букв. Роджер поднял взгляд, мимолётно малость открыв веки чуть шире, когда к его глазам прикоснулись чужие. Этот зрачок отдающийся оранжевым светом, цветом огня, но за ним стояло тихое, глубокое море. Особенно сейчас, когда взгляд был таким спокойным, а губы сомкнуты. И глаза не прищурены в ненависти, презрении, хоть и отблести от них все ещё отдавались крупицами. Ведь за одним изменением не может последовать окончательно быстрая смена вражды на что-то определённое. В глуби зрачка отражающий на себе внутреннее состояние призрака точно что-то изменилось и Роджер догадывался. Теперь он знал, что их связывает одна душа, живая частичка, объединяющая их кровь, сущность, магию. Которая для двух врагов была чем-то неприемлемым, но последствия той ночи уже не изменить. Роджер всегда смущался вспоминая свои действия, казалось бы во время очередной их стычки, но переросшая во что-то большее. Ещё больше стыда прибавляло присутствие Оая, соучастника всех нынешних последний — спящего в соседней комнате ребёнка. Кровавые зрачки направились вниз, реагируя тем самым на резкий жар вокруг щёк. Когда же Роджер поднял глаза снова и встретился с немного недовольным взглядов Оая, он был даже рад, что его генетика скрыла прилив крови на лице. — Я не отпущу тебя, ни тебя ни Тина. — наконец проговорил призрак, опуская недавний момент. В ушах на время появился вакуум оглушая звуки. Голос прозвучал привычно, как будто эти слова многое не значили, слишком типично и монотонно. Но эти же слова поставили большую точку между одним из тем их разговора. Роджер понимал, что странная тяга этого парня к нему только усилилась. Первоначально имеющие корни ненависти, переросшие чем-то одержимым по отношению к нему: придавливать силой, властью, унижать словами, грубостью, насилием. И наслаждаться этим, ощущать как где-то в груди что-то ярко журчит и будоражит, заставляя продолжить. Как внутри складывается невероятное чувство утешения всем тем чувствам копившие столько лет. Но не сказать, что Роджер не поступал так же — эгоистично. Да, он не понимал что от этого чувствовать. С появлением Оая в его жизни он перестал понимать свои чувства, их истоки. Разбираться в них стало так же сложно, как понимать причину таких поступок по отношению к нему со стороны рогатого, строить догадки и каждый раз понимать как же это глупо. До сих пор он не знал причины его ненависти к нему. Не знал что сделала его мать и как самому поступать. Конечно во время разговора он поглядывал на Оая с надёжной узнать правду, но тот и не торопился это обсуждать. Глупые поспешные поступки, тихий смех над дурацкими ситуациями, когда Роджер и Тин привычно забавлялись, а Оай смотрел со стороны и реагировал, просто, будто для себя. Но моментами Роджер улавливал себя на том что замечает это и наблюдает за выражением чужой мимики, жестами, маленькими движениями. Как зрачки дрожат от одной мысли что его взгляд заменят, из-за чего он сразу отводит зрачки, но в те редкие моменты когда призрак не увидит, существо конечно же пользуется этим, чтобы наблюдать хоть и скрыто. И не тянуть слишком долго, как бы не затягивало дальше смотреть на маленькие изменения. Его всегда тянуло наблюдать, в мелочах он находит что-то интересное. В них всегда можно было увидеть то что порой скрыто за другим выражением лица, за звучанием голоса, движением. А больше его интересовал Оай. Моментами специально бегает глазами по комнате, чтобы увидеть его выражение лица и так же сильно смущается как его палят за этими маленькими инцидентами, хоть для второго эти мелкие поглядывания не имели значения. Да, поступки призрака и его спонтанность сильно удивляли Роджера. Когда он привык спокойно действовать и решать последующие действия, Оай был для него бурей, которая утянула его в этот хаос: сделала его нервным, небрежным на вид, путающимся в собственных эмоциях. Хоть существо и выглядел со стороны как обычно, но его глаза не скрывали, наоборот показывали пылающие чувства внутри. Роджер впервые действовал не контролируя себя, на сильных эмоциях, которые сам же не понимал. Сказанное Оаем тогда и в правду заставило Роджера впасть в ступор, когда тот чуть ли не в притык навис над ним со своей странной улыбкой, что расплылась на лице. Тогда он впервые позволил себе исказить смущенное удивление. Не скрывать эмоцию от Оая и ему даже понравилось — видеть как чужие глаза с интересом наблюдают за его выражением лица. Сейчас он стоял сбоку от призрака, его довольный взгляд было не сложно заметить. Пока довольные глаза призрака сверкали, в отличие от взрослого Тин не скрывал всех эмоций. — Ваау! — детские глаза бегали во все стороны, а больше всего цеплялись, с нетерпением дергая Роджера за руку. Атмосфера в отличие от предыдущих мест ада отличалась своёй умеренной теплотой для ада, синими оттенками и зеленью. Здесь всё было спокойно, а неподалёку от трёх фигур большие столбы имеющие друг от друга равное расстояние, а между собой решётчатые заборы. И ворота особняка, имеющий за собой большую площадь. Моментом Роджеру показалось что он больше предыдущего где как-то и не раз бывал. Но да, здесь же все было по другому, особняк отличался, хоть очертаниями чем-то был похож. Тропа после ворот сразу направлялась прямо без всяких отклонений к входу, а по сторонам тропинки была чистая зелёная трава, свежая, ровная и только она, ничего больше. Внутрь их встретил чистый зал с почти небольшими лестницами вверх по разные стороны, слева оказалась с большим открытым проходом комната отдыха. Справа от зала обширная кухня и вид заднего двора через большие окна до пола. На кухню пришлось заглянуть сразу из интереса ребёнка, бегающего по все неизведанные стороны, чтобы заглянуть в каждый уголок. Но на этом первый этаж не закончился, при входе в зал осталось пару неизученных комнат и выход во двор находящийся между двух лестниц. Второй этаж оказался для двух существ слишком запутанным. Пока призрак где-то пропадал, Роджер старался следить за неугомонным Тином. Сначала он впереди возле стола с вазой, потом оказывается позади что-то изучая за другим столом, после вообще возле открытой из многочисленных дверей. Моментами Оай промелькал, расхаживая по гигантскому дому как по маленькой комнате, где каждый угол ему был известен. Находил он изучающих ребят быстро, что-то уносил на руках, бросал пару слов и снова пропадал. При каждой встрече вид призрака малость менялось, то вещи другие, то закатанные рукава, то малость растрепанные волосы, чем он занимался было непонятно, то ли раскладывал вещи по комнатам то ли ещё что. Под конец всей суеты и удовлетворённого изучениями сына, Роджер устало опрокинулся на диван гостиной, пока малыш привычно сидел за кофейным столом в новой обстановке и прервавшись от игр валялся на ковре повторяя за измотанным отцом. Ноги и руки раскинуты по стороны, а маленькое пузико чуть выпирает из-под одежды. Развалился так же, только уже на полу. Когда Роджер выглядел истощенным, малыш выглядел попросту отдыхающим. Неожиданно тень нависла над лицом Роджера, это был Оай стоящий по другую сторону дивана. Тело малость наклонено, руки скрещены и взгляд направлен на существо. Взгляды встретились, мышцы привычно сократились как бы не хотелось их держать расслабленными, но Роджер позволил себе так же раскинувшись и откинув голову на спинку дивана продолжить лежать, как бы глупо это не смотрелось. Взгляды хоть и встретились, но Роджер доверчиво сразу после закрыл глаза не услышал из уст призрака никаких слов или упрёков. Оай же перешёл на Тина чья поза и расположение на полу желало оставлять лучшего. Детское щекастое лицо, раскинутые по стороны ноги и руки, кратко говоря «поза самого уставшего на свете существа». Оай удивился тому что двое других уже валялись без сил, когда он по сути успел заглянуть к кристаллу и заняться своими делами, стоял перед ними и не устал ни капельки. Услышав эти слова из уст Оая Роджер бы посмотрел как тот присматривает за активным ребёнком. Но времени ждать долго не придётся как Роджер оставит их одних, а сам на время пропадёт. Глаза Роджера на время распахнулись, складывая непонятно откуда взявшиеся мысли в голове, и наблюдая исподтишка за Оаем, тот не особо меняя позу, только выпрямившись смотрел на Тина. Малыш по ритмичному дыханию просто отдыхал. На время в голове Роджера устроилась картина кого как он отдыхает на открытом воздухе, в тишине и наслаждении природы. Но это мысль сразу же отпала. Скидывать ребёнка на ещё не готового к такой ответственности и не привыкшему призраку не лучшее решение.