Бензин

      — Я никогда не пробовала ссанину, но уверена, что она на вкус такая же, — даёт свою оценку Нитара после того, как выплёвывает пиво из пустого окна автомобиля. Над ними — почти чистое небо и солнце, плавит, почти как летом в жарких странах. Но только когда нет ветра. Когда ветер есть, по коже бегут мурашки от контраста температур, и появляется желание закутаться в куртку или хотя бы закрыть крышу машины.       — Не оскорбляй наш любимый напиток, — возражает Хавик, чокаясь банками с Рейко. Они оба лежат, только первый — откинув водительское кресло как можно дальше и положив ноги на бардачок, а второй — заняв задние сиденья полностью. Хавик в солнечных очках на пол лица, украденых когда-то из фирменного магазина Гуччи, и обмундировании более старого поколения панков (из секонд-хенда, разумеется).       — Ммм, — соглашается Рейко. Он стоически смотрит незащищёнными глазами прямо в режущую голубизну дня и ловит каждый луч, что может подарить загар.       Благо, хотя бы в трусах.       — Ты про ссанину или про пиво? — подкалывает Нитара и ставит недопитую банку на бардачок.       — Не будешь допивать, дай сюда, — вместо ответа ворчит Хавик и тянется за жестянкой.       Лето ещё нескоро по меркам студентов, скоро — по меркам работающих, хотя им вообще плевать, какое время года на дворе, главное деньги зарабатывать и по погоде одеваться. Для работающих студентов, коими с недавних пор являются Нитара и Хавик (и Рейко, но только в летний период, так что он готовится усиленно) разница только в количестве свободного времени. Либо его просто нет, либо его нет, но с оговоркой, что они получают бóльшую оплату за более долгое нахождение на рабочем месте. А пока ни учёба, ни работа не мешают отлынивать, самое время готовиться к лету, распивая мочу в банке и стараясь загореть к пляжному сезону без солярия.       Особенно Рейко, который снова будет всех удивлять стопроцентным знанием алгоритмов первой помощи при утоплениях и прочих бедах в воде и привлекать девушек в процессе. Хавик удивлялся, как ему при этом удаётся отказывать в перепихоне абсолютно каждой вешающейся на него красотке, однако, видимо, сердце и чистоту анализов на ЗППП он хранит для кого-то одного. Бывает и такое.       — Вот ещё, — Нитара его по руке шлёпает и снова откидывается на спинку, когда Хавик недовольно возвращается в прежнее положение.       — Пей тогда, чего добру пропадать.       — Чтобы вы не травились.       — Кто вообще может отравиться пивом? — лениво недоумевает Рейко, красный то ли от холодного ветра, то ли… нет, впрочем, солнце ещё не настолько сильное, чтобы вызвать гиперемию.       — Знаю я некоторых, — Хавик косится на Нитару, думая, что незаметно. Та позволяет ему продолжать так думать и отворачивается посмотреть на пустынные виды бездорожья.       До черты города километров десять. Они остановились здесь после поездки в соседний город, так что теперь была хоть какая-то причина не присутствовать на занятиях помимо собственного нежелания. Погода великолепная, только сиди и любуйся ею, но их в городе проклятущий Би-Хан с братией найдёт в любом уголке, даже если сам в это время должен сидеть в колледже. Так что отъехать ради спокойных посиделок — самое то.       День выдался тёплым (если не считать ветер, как и было сказано), так что с утра настроение сразу же скатилось из «ладно, посидим у вас тут за партой» в «вы вообще знаете, чего пропускаете, пока стулья протираете?» А пропускать было что.       Впервые за несколько недель наконец-то вышло солнце, еле скрываемое перьями облаков, и можно было снять куртку без боязни промёрзнуть, не согреваясь, или внезапно промокнуть до нитки из-за эпизода дождя. Потихоньку начинают распускаться почки — одна большая, примерно с человеческий кулак, стала расползаться листьями в стороны, как улитка. Рейко специально фотографировал её каждый день, чтобы потом сделать таймлапс, и по ним было видно, насколько стремительно идёт рост. Прогноз рисовал, что это единственный день в ближайшую неделю, когда будет такая погода.       Разнежившись, Нитара тоже раскладывает кресло. Несильно, чтобы Рейко окончательно не задавить, однако достаточно, чтобы тоже уставиться в небо. Синее-синее, облака ребристо прочерчивают его. В вышине летит самолёт, оставляя за собой длинный след. Лето нескоро, а значит, переводные тоже; благодать, скрытая за ненадобностью перечитывать учебники, наполняет лёгкие и улетает с выдохом прочь. Со вдохом приходит понимание, что давненько они не собирались за пределами класса для наказаний. Ужас.       Когда на простые дружеские встречи времени не остаётся — это кошмар, который высасывает душу по кусочкам вместе с мыслями о том, что ничего, кроме общего учебного заведения, эту дружбу не держит. Когда осознание, что на подобные встречи время есть, ударяет со всей силы — это сон в ночь перед выходным днём. Долгожданный, сладостный, приносящий энтузиазм при одной только мысли о возможности в него погрузиться.       — Вот бы каждый день так, — тянет она.       — И чтобы деньги просто так давали, — добавляет Хавик.       — Кто о чём, а ты о материальном, — фыркает Нитара и возвращается на землю, к неминуемому будущему, в котором времени вообще ни на что, кроме работы, не останется.       — Ты знаешь, сколько денег на машину уходит?       — Да ты всё отобьёшь за пару продаж!       Мимо проезжает автомобиль и сигналит. Из открытого окна раздаются ругательства по поводу их молодого возраста и умения с машинами справляться. Никто из них не взрывается словами в ответ, так что человек удостаивается лишь среднего пальца вслед.       — А вообще он прав, — говорит Рейко. — Могли бы и на обочину съехать.       — Не могли бы, — возражает Хавик.       — Могли бы, если бы кое-кто не по приколу права получил, — вздыхает Нитара, за неимением лучшего берёт банку с пивом и покачивает её из стороны в сторону, собираясь с духом.       — Кто-то из нас должен был, а вы оба не захотели, так что не жалуйтесь, — напоминает Хавик и выпивает остатки своего пойла залпом. — Ну что, сколько там?       «Четырнадцать часов, тридцать две минуты», — отвечают умные часы Рейко голосом Микки Мауса.       — Пора, что ли, — ворчит Нитара и выпрямляется. А кажется, что только недавно разложилась.       — Ага, — Хавик тоже возвращает кресло в вертикальное положение и пытается завести машину. Рейко двигаться не собирается. Нитара к нему поворачивается.       — Ты так поедешь?       — Да ну, никуда мы не поедем.       Нитара хмурится. А когда Хавик не может завести машину с третьего раза, до неё доходит.       — Бензин? — спрашивает она.       — Бензин, — подтверждает Рейко, а затем и горе-водитель.       — Клёво.       Впрочем, это значит только одно: втроём они проведут ещё несколько увлекательных часов, пытаясь либо машину завести, либо поймать кого-то, кто поможет им довезти несчастную жестянку до ближайшей автозаправки. Либо позвонят единственному, кому до них есть дело (особенно когда они нарушают порядок колледжа и позорят его репутацию) — Би-Хану — со слёзной просьбой подсобить и парой обещаний, про которые они после помощи забудут. Либо, что более вероятно, им придётся самим толкать автомобиль все десять километров.       Впрочем, это в любом случае уже другая история.