Кожа помнит лучше

Дома Даню встретила мать. Это была не молодая женщина. Своего сына она любила, хотя иногда была чересчур строгой, а ещё чаще просто равнодушной. Когда Кашин пришëл домой, его сразу встретил вопрос матери: –Опять дрался? – она устало вздохнула, вытирая руки кухонным полотенцем. – Сколько раз я тебе уже говорила насчëт этого... – голубоглазый немного вяло кивнул, опустив глаза. –Ну мам... – он посмотрел маме в глаза и вздохнул. Светлана закатила глаза и пошла обратно на кухню. Кашин кинул на пол в комнате свой рюкзак и прыгнул на кровать. Он быстро достал из закромов свои старенькие проводные наушники и включил музыки. Музыка для него была чем-то безопасносным и родным. Хотя с пацанами он как все "ровные" пацанчики слушал кальянный рэп, на едине с собой в наушниках он включал временами даже "девчачьи" песни. Монеточку, группу Френдзона. За свои вкусы Кашину зачастую становилось стыдно, но когда чувства с головой накрывали его (что тоже не по пацански), он доставал наушники и включал свои любимки треки. Сейчас было не исключение. Рыжий лëг на спину и просто смотрел в потолок, размышляя. Он снова и снова прокручивает в голове события сегодняшнего дня. Встреча в туалете, драка, эта вспышка дружелюбного отношения его самого к этому эмо бойчику. Дане самому показалось странным то, что он вот так протянул руку Руслану. Ещё и это чувство не понятное... Всë тело будто парализовало, но это было не неприятная скованность, а какое-то приятное чувство. Но парень понимал, что не правильно чувствовать что-то такое к парню. Да и тем более эмохую. В итоге, так и не поняв что вообще между ними происходит, Кашин уснул, зарывшись лицом в подушку.

Тем временем у Руслана:

Дома у Руса никого не было. Поэтому брюнет решил позвать к себе Илюху, чтобы не было так одиноко, да и что бы рассказать про Даню. Спустя минут 20 он пришëл. Парни решили покурить на балконе. –Ну чë ты там рассказать хотел? – Мазелов шмыгнул, затягиваясь сигаретой. –Ну бля с челом одним познакомился... – потирая пораненное лицо. –Точно с челом? Разве не с его кулаком? –Мазелов усмехнулся. – Ну хотя там скорее твоя хлеборезка с ним познакомилась, – добавил Илья. –Как смешно, – Рус закатил глаза. – Это короче новенький в школе у нас видимо. Рыжий такой. Его Даня Кашин зовут. С ним-то мы и посрались. А-то чë он распизделся. Борщит чë-то. Начал, блять, ко мне прикапываться. Типо мы, эмо, только и умеем ныть да резаться, – Тушенцов тяжело вздохнул. – Хотя он даже не понимает, через что я пришëл, – Руслан запустил пальцы в волосы. После небольшой паузы он продолжил чуть тише. –Но это ещё пол проблемы... – Мазел кивнул. – Там, короче... ну... –Да, сука, чë ты сопли жуëшь? – Илья закатил глаза. –Ну между нами что-то промелькнуло, – Руслан поник. –Чë, блять, у вас там промелькнуло? Звëздочки в глазах что ли после драки? – Илья усмехнулся, но Тушенцов тяжело посмотрел на него. –Иди нахуй, дай мне договорить. В общем, мы подрались там все дела и вдруг, этот Кашин говорит мне типо сорян, все дела, палку чуток перегнул. И руку мне протянул, чтобы я встал. Ну я в ахуе, короче. И у меня чувство ещё такое... – брюнет призадумался. – Что-то между дружбы, вражды и тех чувств... которые к нему точно не могут относиться, – Мазел не совсем понимающе кивнул. – Будто... будто чувства как к девушке... – это Рус сказал очень тихо, что он был удивлëн, что Коряков его услышал. –Чë ты блять сейчас высрал? – он даже слегка подавился дымом. –Да так, хуйня. Забудь, – кареглазый махнул рукой, а Илья, тяжело вздохнув, поднялся со своей табуретки и направился к выходу. –Ладно, чëт поздно уже. Пока, – сказал он надевая кроссовки. – И это... удачи со своим парнем... ахахх, – Илья смущëнно улыбнулся и выскользнул в подъезд. –Бляять, – Тушенцов прижался лбом к холодному окну. – Вот нахуя я ему сказал вообще? – он выдохнул. – И чë за "будто чувства как к девушке". Чë я пидр что ли, чтобы такое говорить, – Руслан закатил глаза и пошëл к себе в комнату, яростно откидывая мысли о том рыжем челе... ** С утра Руслан как обычно пошëл в школу. Там не было ничего нового или интересного. Учительница английского – Ирина Викторовна, женщина уже в возрасте орала на учеников. Другие учителя тоже были обычными. С Мазеловым Тушенцов решил особо не разговаривать, дабы не заговорить снова о Кашине, но первый и сам не спешил вспоминать это. Уже больше дня мысли в голове Руса постояно приходили к Дане... И вот задолбавшись этими мыслями Тушенцов решил пойти в школьный толчок, чтобы пару раз полоснуть себя по предплечиям лезвием. Зайдя в туалет, он увидел там рыжего собственной персоной. Парни перекинулись быстрым взглядом, и Руслан зашëл в кабинку. Закатал митенку на левой руке, достал из-под чехла остриë и пару минут посмотрел на него. Почему-то у брюнета не поднималась рука резануть себя, когда за этой тонкой дверью кабинки туалета на полу сидел то, из-за кого он хотел "наказать" себя... Ну не прям из-за него, но по крайней мере из-за постоянных мыслей об этом голубогоазом парне. Но у Руслана всë-таки не получилось резануть себя. Да, через силу, но это помогло ему чуть-чуть высплеснуть своих эмоции. Ему было не по себе, понимая, что объект его мыслей сидит сейчас за этой тонкой картонной дверью и просто курит свою электронку, спрятав еë в рукав красного худака. Выдохнув, он сжал кулаки. Сделал всего один надрез, быстро вытерев кровь ватным диском, натянул обратно митенку. На митенке появилась небольшая капля крови. Когда Руслан вышел из кабинки, Даня увидел это самое свежее пятнышко. Он промолчал, но в голове сделал отметочку. "Блять, этот пидрила реально что ли режется. Пиздец нахуй." – он вздохнул делая затяжку. Больше Рус и Даня не встречались сегодня. Просто старались сами справиться со своими мыслями, но всë-таки образ друг друга никак не выходил из головы обоих. Весь день они просто молчали. Молчание стало для них одновременно и спасение, и тупиком. Спасением, потому что они думали, что если они не будут разговаривать друг с другом и, в целом, видеть друг друга, то они смогут убрать свои навязчивые и надоедливые мысли. Но... была и тëмная сторона. То, что они не виделись заставляло их думать друг о друге ещё сильнее. Парни сами не понимали, почему после простой драки они стали буквально зависимыми друг от друга. Почти весь день у них в головах вертелась их встреча на заброшке. Но они оба решили ничего не предпринимали, не пытались понять почему они постоянно думают друг о друге. Они просто проглатывали эти мысли.