Паучья лилия

Трава на поляне шевелилась под лёгким ветром. Медленно, размеренно. Погода становилась прохладной, ведь время близилось к вечеру, но находиться на улице было хорошо как никогда. Как же прекрасна эта поляна... Сотни цветов, таких чудесных и красивых, нежных, будто его прикосновения. Ветер периодически усиливался, подбирая с земли забытые и сорванные кем-то цветки жёлтой штернбергии. Прелесть... С дерева неподалёку аккуратно, словно танцуя в воздухе, летели листы и приземлялись на траву, а иногда прямо на лоб. Щекотно и забавно до того, что не хочется их убирать, хоть они и мешаются. Найс поймал один из листков налету, рассматривая этот листок так, будто пытается заглянуть ему в душу. Голубые глаза то сосредоточенно глядели на лист, то перебирались на товарища, который прилёг рядом. Рек поставил термос с ещё горячим чаем справа от себя и повернул свою голову влево, чтобы посмотреть на сосредоточенного Найса. Интересно, как ему удаётся быть таким обаятельным даже в такие моменты? Белые волосы легонько гладили щеку Река. Так мягко... Рядом цвело так много цветов... Но взгляд Найса зацепился за паучью лилию. Одновременно столь аккуратная, но в то же время хаотичная, если не приглядываться. Листок в руках Найса уже был забыт, и Рек забрал его, при этом поглядывая на ту самую паучью лилию, которую так усердно рассматривал друг. Рек стал сам рассматривать лист и задумчивым голосом рассуждать в слух. — Знаешь... Я так рад, что мы с тобой близки и держимся вместе по сей день. Мы столько всего прошли вместе, и, честно говоря, я тебя невероятно сильно ценю. — Рек посмотрел на Найса с некой надеждой, но, вместо ожидаемого и свойственного ему удивления, не получил абсолютно никаких перемен эмоций на лице друга. Рек вздохнул. — Думаю, когда нибудь судьба разлучит нас. Но... я даже не могу представить себя без тебя. Это странно, да? — Рек сухо усмехнулся, помешивая чай в термосе и наблюдая, как Найс аккуратно срывает паучью лилию и проводит большим пальцем по бутону. Идеальному и прелестному, но необычному своими свойствами. Движение было повторяющимся и таким нежным... Парень не удивился молчанию в ответ на его признание. Для них было давно не в новизну молчание, ведь это молчание говорило больше, чем какие либо слова. Они оба давно привыкли к тому, что находятся рядом друг с другом ни смотря ни на что. Рука Река соскользнула с термоса на землю, невольно прикасаясь мизинцем мизинца друга. — Послушай... я думаю, что если ты уйдёшь раньше, чем уйду я, то я не смогу этого пережить. — Рек взглянул на Найса, борясь с желанием обнять его, чтобы то, что он описал, никогда не случилось. Обнять и никогда, никогда не отпускать... — Рек, — Найс наконец заговорил размеренным, спокойным тоном, — но меня уже нет. С лица Река пропала лёгкая улыбка, он посмотрел на свой термос, а после взглянул на пустое место слева от себя. Там лежал сорванный бутон паучьей лилии. Трава качалась на ветру и щекотала руку парня. Всё это время это были не волосы Найса. Рек достал из кармана таблетки, посмотрел на них, а после сжал банку в руке и зажмурил глаза. Дыхание затаилось. Через секунду он швырнул банку со всей силы в неизвестном направлении. Он никогда не хотел их принимать. Ведь это был единственный способ, с помощью которого можно было снова встретиться с ним. Рек поднял с травы тот самый бутон паучьей лилии, смял и бросил в термос, а после перемешал и выпил залпом. — Прости меня.