И как мне сделать предложение семерым?!

Это действительно вполне осуществимо. Хотя база совершенствования Лин Сюаня сегодня несравнима с той, что была четыре тысячи лет спустя, его врожденное чувство боя чрезвычайно сильно. Взять его туда - это не только не помеха, но и большая польза. Самое главное, что, поскольку от него не избавиться за короткое время, лучше не тратить время впустую. В конце концов, пилюлю удачи ци не так-то легко сконденсировать, особенно с ленивым темпераментом маленького лисёнка, который не любит практиковаться. Приняв решение, Чу Муюнь посмотрел на него: — Собираешься пойти со мной вместе? Лин Сюань был явно поражён. Чу Муюнь сказал: — Это немного опасно. Если хочешь, следуй за мной, но не мешайся под ногами. Лин Сюань сказал: — Что ты собираешься сделать? Чу Муюнь: — Взять кое-что. Лин Сюань сузил глаза, но сказал: — Хорошо. После того, как всё было решено, Чу Муюню больше не нужно было ничего говорить, поэтому он встал и отправился во Дворец Всех Явлений. Потребовалось всего около часа, чтобы найти пункт назначения, но теперь вопрос о том, как пройти этот лабиринт, не привлекая внимания Се Цзивэя, был более сложным. Лин Сюань бродил снаружи почти тысячу лет и, естественно, знал имя Се Цзивэя, но не знал, что дворец, скрытый за туманом, был его резиденцией. Но ему не нужно было знать, кто был владельцем дворца, ему просто нужно было знать, что владелец был очень силён, достаточно силён, чтобы устроить такой запутанный лабиринт. Но... Чу Муюнь сильнее, потому что он мало-помалу прорывается сквозь эту, казалось бы, невежественную формацию. Без доверия Чу Муюня Лин Сюань последовал за ним, ступая на каждый шаг с предельной точностью, и не мешал идти сквозь строй. Как и ожидал Чу Муюнь, потребовался целый день, чтобы пройти лабиринт, и только когда иллюзия была устранена, его глаза внезапно открылись. Внезапно увидев этот великолепный и изысканный дворец, Чу Муюнь был в оцепенении. Тысяча лет подобны одному дню, и время здесь, кажется, застыло, остановившись, когда он ушёл. Пыльные воспоминания просто спрятаны в запечатанной коробке. Хотя они серые и скрытые, они на самом деле существуют. Когда потерянный ключ будет найден, они вытеснят ярким светом, и в них совсем не будет черствости. Совершенно новые, как всегда. Чу Муюнь опустил глаза и тихо сказал: — Пойдём. Хотя он очень хорошо знал Се Цзивэя, именно потому, что он понимал его, было трудно угадать, куда он положит вещи. Если он действительно хотел что-то скрыть, он найдёт самый надёжный способ обмануть даже самого себя. Се Цзивэй - такой персонаж, поэтому, даже если Чу Муюнь понимает его, он не может проанализировать, куда он положил духовную траву. Тем не менее, он мог искать её только медленно. Чу Муюнь выбрал несколько более вероятных мест и сказал Лин Сюаню: — Давай разделимся. Лин Сюань уже знал, чего хочет Чу Муюнь. Хотя он никогда не видел духовную траву, Чу Муюнь показал ему картинку, и это было легко понять. Чу Муюнь не беспокоился о нём, и, поскольку время поджимало, он первым делом отправился на поиски. Прогуливаясь по этому дворцу, Чу Муюнь смотрел повсюду, необъяснимо с очень абсурдным чувством, потому что память слишком ясна, потому что сцена слишком знакома, потому что ничего не изменилось, это фактически дало ему иллюзию, что он никогда не покидал это место. Время, которое он прожил здесь, недолгое, но очень приятное. Каждой минуты и каждой секунды достаточно, чтобы почувствовали вкус. Чу Муюнь улыбнулся, закрыл свой разум и стал серьёзно искать её. Но Лин Сюань, который был отделён от него, просто вошёл в первую комнату, и всё его тело застыло на месте. Это не столько комната, сколько навязчивая идея человека: она охватывает время и пространство и попадает на кончик пера. То, что изображено, - это уже не просто картинки, а глубокий промах и глубокая эмоция. Это делает невозможным войти внутрь. Кажется, что когда он сделает шаг, он растопчет хорошо скрытое сердце. Лин Сюань остановился и не двигался, пока луч света не поднялся из угла и не распространился по всей комнате, и он смог ясно разглядеть размытые свитки. В одно мгновение зрачки Лин Сюаня резко сузились. Это был мужчина со стройной фигурой и красивыми чертами лица. Его чернильные волосы были похожи на шелковистый атлас, рассыпанный по гладкой спине, подчеркивающий очаровательный цвет, который заставлял людей задуматься. Есть бесчисленное множество картин, на каждой из которых изображен этот человек, он либо улыбается, опускает глаза, сидит, либо борется... С бесчисленными выражениями и бесконечными жестами, один за другим, он рисует живого человека. Лин Сюань, наконец, подошёл, и по мере того, как он подходил ближе, он становился всё более и более уверенным.…… Это Лин Му. Даже если есть некоторые различия между чертами лица, идеально очерченные глаза всё равно выдают правду. Лин Сюань слегка нахмурился и внимательно посмотрел на эти свитки... Время продолжало двигаться вперед: сто лет, двести лет, триста лет.…… Тысячи лет назад здесь жил Лин Му. Всё тело Лин Сюаня застыло на месте…… Лабиринт этого дворца очень мощный, и мало кто в мире может прорваться сквозь него, но Чу Муюнь тихо вошёл всего за один день. Дело не в том, что он действительно разрушил тайну своими силами, а в том, что он был настолько знаком с ней, что запечатлел всё в своем сознании. Это ему так знакомо, ведь именно здесь он когда-то жил. ''Лин Му, кто ты, чёрт возьми, такой? Что ты собираешься делать?'' Лин Сюань оставался перед этой комнате долгое время, пока Чу Муюнь не связался с ним божественным сознанием. ~ Уходи. ~ Лин Сюань внезапно пришёл в себя: ~ Ты что-то нашёл? ~ ~ Да.~ Голос Чу Муюня казался немного встревоженным: ~ Я у главного входа, так что мы можем уйти прямо сейчас. ~ Лин Сюань ответил: ~ Хорошо. ~ Это потому, что владелец этого дворца в спешке вернулся? Он не хочет встречаться со своим старым любовником, поэтому хочет поскорее уйти? Глаза Лин Сюаня сузились, а его плотно сжатые тонкие губы почти превратились в тонкую линию. На самом деле, Чу Муюнь не чувствовал присутствия Се Цзивэя, но он был осторожен и сделал небольшое движение в лабиринте. Пока у лабиринта были силы для маневра, он заметит это как можно скорее. Се Цзивэй может дистанционно управлять этим лабиринтом, полагаясь только на силу, пока поток внутренней силы заблокирован, его можно обнаружить. Чу Муюнь уже получил духовную траву, и после того, как он заметил, что Се Цзивэй что-то заподозрил, он, естественно, больше не оставался здесь. В конце концов, независимо от того, где сейчас находится Се Цзивэй, для него всегда важно захотеть вернуться сюда. Если он не хочет встречаться с ним, ему лучше уйти прямо сейчас! Предварительные приготовления Чу Муюня были действительно достаточными, и с помощью пилюли удачи ци он успешно сбежал из Дворца Все Явлений, и как только он вышел, у Се Цзивэя перехватило дыхание. Он ещё далеко, но уже быстро приближался. Чу Муюнь даже не подумал об этом, выполнил технику и ушёл.К тому времени, когда человек в красном вернулся во Дворце Всех Явлений уже было пусто. Божественное сознание Се Цзивэя высвободилось и мгновенно окутало весь Дворец Всех Явлений. Он уловил дыхание двух незнакомцев, а затем обнаружил потерянные вещи. Духовная трава и портрет А'Юня. Духовная трава не стоит упоминания, но портрет…… Се Цзивэй повернулся и пошёл в комнату. В тот момент, когда дверь открылась, он понял, что кто-то был здесь и оставался долгое время. Кто это? Кто мог прорваться через лабиринт, который он создал. Внезапно из глубины его сердца вырвалась мысль. Спустя тысячи лет он так и не смог найти душу Шэнь Юня. Это из-за особенности зверя ледяного духа, или... он не мёртв? **** Во Дворце Всех Явлений Се Цзивэй всю ночь просидел в комнате, полной портретов Чу Муюня. А Чу Муюнь тем временем вернулся в секту Линъюнь. После успешного получения духовной травы поход прошёл очень гладко. Лин Сюань всё это время был очень молчалив, Чу Муюнь заметил, что у него что-то на уме, смерил взглядом и сказал: — Это просто дом старого друг, с которым я давно не виделся. Он, естественно, мог догадаться, о чем размышлял Лин Сюань. Ему было слишком легко войти и выйти из Дворца Всех Явлений, и он был слишком хорошо знаком с планировкой внутри. Было странно не сомневаться в этом. Он объяснил очень небрежно, но Лин Сюань ответил ему: — Я тоже старый друг? Чу Муюнь на мгновение остановился и поднял брови, когда посмотрел на него: — Да, мы старые друзья. Он выглядит очень симпатичным, с красивыми чертами лица. После улыбки эти глаза становятся особенно игривыми, а поднятая дуга подобна опьяняющему прекрасному вину. Его ещё не пробовали, но отдаленный вкус уже покорил сердца людей. Как сильно Лин Сюаню нравилась его внешность, так сильно он ненавидел его безжалостное лицо. Он, очевидно, ничего не сделал - он не причинил ему вреда, не обманул его, не говоря уже о том, чтобы оскорбить его, но почему он всё ещё ждет его?…… Лин Сюань был ошеломлён. Почему у него возникла такая идея? Почему он так думает? Кто причинил ему боль? Кто обманул его? Кто его оскорбил? Кто его бросил? Лин Сюань был потрясён этой мыслью, и он долго не мог прийти в себя. Хотя Чу Муюнь мог угадать его мысли, он не был всеведущим и всемогущим. В этот момент он даже не знал, что промелькнуло в голове Лин Сюаня. Видя, что Лин Сюань молчит, Чу Муюнь не стал задерживаться надолго, повернулся и сказал: — У меня есть кое-какие дела, я уйту первым. Прежде чем он сделал шаг, Лин Сюань схватил его за запястье. Чу Муюнь повернулся, чтобы посмотреть на него: — Что еще? Лин Сюань уставился на него, из его глаз внезапно вырвалось большое количество чёрного воздуха, выражение его лица было мрачным и экстремальным, как будто он освободил боль, которая была подавлена в течение долгого времени, и сказал хриплым голосом почти без температуры: — Почему... Чу Муюнь был поражён. На самом деле, даже Лин Сюань не знал, о чём спрашивал, как и не знал, что скрывалось за "почему", но глубокое нежелание и глубокое отчаяние охватили его сердце, заставляя его хотеть заставить его, расспросить его... хотеть…… Лин Сюань внезапно проснулся. Мрачная аура внезапно сгустилась, Лин Сюань слегка нахмурился и медленно сказал: — Нет, ничего. Сказав это, он повернулся и ушёл. Был уже вечер, и заходящее солнце опустилось, и небо в царстве духов стало густого тёмно-фиолетового цвета. Медленно восходящая яркая луна выглядела жалкой, потому что была слишком слабой и шла прямо к небу, но всё равно выглядела маленькой. Когда Чу Муюнь пришёл в себя, он обнаружил, что стоял здесь так долго, что забыл о времени. Но в течение такого долгого времени он на самом деле ни о чём не думал, он действительно полностью опустошил свой мозг. Это состояние отсутствия даже малейших мыслей было просто невероятным для Чу Муюня. У человека, который привычно использует свой мозг и всё точно просчитывает, не должно быть такого момента. Но это произошло. Чу Муюнь собрался с мыслями и вернулся в секту Линъюнь. После полугода мирной жизни Чу Муюнь полностью имплантировал куклу в тело Лин Суюна, и всё, казалось, было готово.…… Единственное, чего нужно дождаться, так это причины смерти этого тела, а затем воскреснуть перед Обжорством из груды костей. Из этого следует вывод... Почему он стал грудой костей? Тогда Лин Сюань сказал, что это он убил его, так когда же он убил его и почему? На данный момент ответов на эти вопросы нет, но Чу Муюнь не спешил. Приготовления закончены, а остальным просто нужно подождать и посмотреть. По прошествии сотен лет Лин Суюнь больше не мог видеть ни малейшей тени Лин Сюаня на своём теле. Блуждающая душа, вероятно, была полностью скрыта, и поведение Лин Суюня становилось всё более и более импульсивным и безрассудным после того, как его природа была раскрыта. Он ненавидел Чу Муюня, испытывал отвращение от всего сердца, и это чувство становилось всё более и более сильным, и уже наметилась тенденция к негодованию. На самом деле было легко понять, почему. Лин Му был слишком хорош и слишком компетентен, настолько, что во всей секте Линъюнь не было никого, кто не восхищался бы им и не уважал его. Такой сильный человек подчинялся приказам Лин Суюня от начала и до конца. Если бы Лин Суюнь обладал соответствующими способностями, это могло бы стать хорошей историей двух боевых братьев. К сожалению, Лин Суюнь и Лин Му настолько далеки друг от друга, что похожи на дурака и гения. Их постоянно сравнивают, и он не мог этого вынести. Однако Лин Му позволял ему ходить повсюду, полагаться на него во всём и был готов сделать для него всё, что угодно. Власть, статус и всё остальное, казалось, зависели от одного лишь слова Лин Суюня. Но Лин Суюнь был недоволен, потому что это было ещё большим доказательством его некомпетентности, даже если он поднялся до положения главы секты, все думали, что это потому что Лин Му отказался от него. Никого не волнует, много он работал или нет. Он жил в тени Лин Му, но все только жалели Лин Му. Они чувствовали, что он был тем, кто издевался над Лин Му и был нелоялен к чувствам Лин Му! Но его совершенно не волновали грязные чувства Лин Му. Ему не нравились мужчины. Он чувствовал, что глаза Лин Му были отвратительными, когда он смотрел на него! Такие эмоции продолжали накаляться, становясь всё более и более невыносимыми. Под ошибочным руководством группы друзей он фактически стал убийственным по отношению к Лин Му. Конечно, Чу Муюнь хорошо это знал, но это не имело значения. Лин Суюнь хочет убить его? Это будет невозможно даже через тысячи лет. Неожиданно этот идиот фактически сам начал убивать себя. Если вы хотите убить Лин Му, Лин Сюань, безусловно, лучший кандидат. Особенно в глазах посторонних, братья Лин Му и Лин Сюань долгое время были друг против друга. Когда они встречаются, они ведут поединок не на жизнь, а на смерть, как будто хотят убить друг друга. Поэтому он на самом деле притворился умным и пошёл к Лин Сюаню.…… Лин Суюнь "старался изо всех сил", чтобы "тайно" доставить Лин Сюаня к Лин Му.…… Чу Муюнь посмотрел на рыжеволосого мужчину и смутился. Это действительно…… Лин Сюань непонимающе уставился на него: — Он хочет убить тебя. Чу Муюнь: — ...... Лин Сюань приподнял уголок рта и саркастически сказал: — Ты так много сделал для него, но он хочет, чтобы ты умер. Честно говоря, Чу Муюнь даже не хотел больше играть - в любом случае, искусство ''замены'' было завершено, и ему больше не нужно было связываться с Лин Суюнем. Эта мысль просто мелькнула, и внезапно поднялся порыв воздуха, сердце Чу Муюня заколотилось, но было слишком поздно, когда он понял, что что-то не так. Лин Сюань всё это время смотрел на него без какого-либо дополнительного выражения на его красивом лице, но рыжие волосы развевались на ветру, поднимались и опускались, странно перекликаясь с кровью, хлещущей позади него. Он убил Лин Суюня и забрал жизни людей позади него, даже не обернувшись. Сильная боль исказила черты лица Лин Суюня. Он широко раскрыл глаза, как будто не мог понять, почему это так. Почему... Лин Сюань убил его.