Очередная глупость Питера Паркера

      Ветер едва колышет растрепанные русые волосы, раскидывая их повсюду. Телефон, спрятанный в рюкзаке, тихо завибрировал, оповещая о новых уведомлениях. Он схватил его, наспех вводя пароль. Пропущенный от контакта «Мистер Старк». И чего это он? Обычно Старк не беспокоил Питера ночами (Старк вообще редко когда его «беспокоил», но ведь это не значит, что ему не может понадобиться помощь, так?). Он наскоро написал в чат сообщение: «Всё в порядке? Я уже спать ложился». Да, с недавних пор он ложился в 9 и прилежно учился, не прогуливая ни одного занятия. И что, что прямо сейчас, в 10 вечера, он находился на крыше в Манхэттене (даже не в Квинсе!) и ждал человека с наихуёвейшей репутацией. Старку-то об этом зачем знать? Впрочем, ответ пришёл быстро. «Ок, завтра придёшь в башню, перетереть надо. Спи, ребёнок». «Спокойной ночи, Мистер Старк». Старк просто поставил реакцию «👍» и вышел из сети. Ну, значит, точно всё хорошо. Теперь оставалось только зайти в чат с Дэдпулом. Негнущимися пальцами еле печатает одно простое сообщение: «Ты где?». Питер нажал на кнопку «отправить» и принялся ждать. Ответ пришёл моментально. «Я на всех порах мчу к тебе, минибро!!!!» Набор из кучи смайликов Паркер даже просматривать не стал. Слишком долго. Он уселся на парапет и свесил ноги вниз, вслушиваясь в шум ночного Нью-Йорка. Внизу, где-то между Таймс-сквер и Пятой авеню, ребята спорили о том, какая часть «Звёздных войн» лучше, кто-то едва справлялся с тем, чтобы успокоить ревущего ребёнка. Питеру нравилось порой наблюдать за людьми, это было интересно. Услышав в толпе знакомый голос, он подскочил, натягивая маску. Сверху ветер едва ли доставлял неудобства, но стоило спрыгнуть вниз, как ледяной воздух — на скорости становившийся ещё холоднее — ударил в грудь. Ждать, пока наёмник доберётся на крышу, не хватило терпения, так что Паркер решил, что сегодня они тусят на земле. Выстрел веб-шутером быстро приклеил его к ближайшему зданию, и он, легко маневрируя между высотками, отправился прямиком к цели. Завидев впереди красное пятно, идущее меж узких улочек, он направился прямиком туда. Воздух бил в лицо, прикрытое маской, с такой силой, что казалось, спандекс прямо сейчас улетит. Приземлившись на ближайшую крышу, он резко спрыгнул вниз, хватаясь паутиной за бетонную стену рядом с Дэдпулом. Тот, заметив летающее меж домов нечто, тут же подпрыгнул, глупо захлопав в ладоши. — Паучо-о-ок! — крикнул он бодро. — А я нам поесть принёс! Лети ко мне! — С этими словами Дэдпул встал у кирпичной стены, облокачиваясь на неё спиной, и принялся раскладывать принесённую им еду на пожарной лестнице. Питер, быстро долетев до места, не спешил опускаться на землю, а вместо этого опустился на паутине так, что свисал вниз головой перед наёмником. Его взгляд тут же метнулся на буррито, покоящиеся на ступеньке. Он хотел было метнуть паутину, чтобы заполучить желаемый ужин, но тут раздался писк. — Я сейчас кончу, отвечаю. Это отсылка, да? Отсылка? Мы же будем целоваться вниз головой под дождём, под мелодию Дэнни Эльфмана? — Он быстро сократил расстояние в два шага — Питеру потребовалось бы четыре, а то и пять шагов. Грубые руки медленно, почти благоговейно, тянулись к маске, пропахшей потом и ещё чем-то неуловимым. (Может, фастфудом, которым последнее время только и питался Паркер). Пальцы мягко потянули за края маски, закатывая тонкую ткань до кончика носа. Дэдпул потянулся вперёд, удерживая лицо Питера в руках. — Ты меня через маску целовать собрался? — Верно, Дэдпул так угондошился мыслями о каких-то отсылках, — быть честным, парень понятия не имел, что имел в виду наёмник, но целоваться Питер никогда не был против, — что и вовсе забыл стянуть маску с себя. — Ой! — Он наигранно громко вскрикнул и потянулся было снять с себя маску, но ловкие пальцы Паркера уже поддевали неровные края маски так, чтобы максимально касаться его кожи. Она была шершава и полностью устлана россыпью шрамов. Но как же Питеру это нравилось. Нравилось касаться, и нравилось, когда пальцы Уэйда, такие же, по ощущениям, грубые, касались его. Стянув маску до переносицы, он тянул её дальше, но Дэдпул положил свои руки поверх тонких пальцев на маске. — Эй, не порть романтический момент. Это ведь так возбуждает: целоваться в масках, ещё и когда ты вверх ногами. — Он состроил максимально грустное выражение лица, подгибая губы в тонкую полоску, а мышцы, виднеющиеся за тканью на лице, указывали на то, что он и глаза прищурил, чтобы казаться ещё грустнее. И Паркер не выдержал, он прижался губами к губам напротив. Из-за шаткого состояния Питер чуть промазал и вместо чужих, припухлых губ ткнулся в их уголок. Но Дэдпул уже перехватил инициативу на себя, подавшись вперёд и сминая под собой губы Питера. Он целовался так, как будто отвоёвывал мир, или наоборот, весь мир сократился до одного ощущения: влажных губ на своих, кусающих и дразнящих. Да, Дэдпул очень любил кусаться. Питер даже думал, что у него есть пунктик на каннибализм. Но думать в такой момент было не лучшим занятием. Он положил свободную руку на щёку Уэйда, пытаясь притянуть того поближе. Ему всегда не хватало. Внезапно с неба начало накрапывать. Дождь, тьфу ты. Теперь понятно, откуда столько ветра. Крупные капли стали стекать сначала с костюма, а после и с кончика носа, попадая прямо на лицо Дэдпулу. Разорвав поцелуй, Питер погладил большим пальцем израненную щёку Уэйда и спросил: — Отсылка, говоришь? — ДА! Даже дождь пошёл вовремя. Я не люблю дождь вообще-то, но в той сцене они целовались под дождём, и Тоби Магуайр даже говорил, что ему в нос постоянно лилась вода. Тебе лилась вода в нос? Нет? Ну ладно, тогда не совсем канон. Но это всё равно было очешуенно. А теперь я могу со спокойной душой и стояком в штанах сесть и съесть своё буррито. Вообще-то я хотел взять тако или принести пиццу, ты её любишь же. Но потом Белый предложил сегодня сделать вечер буррито. Я заказал его в той забегаловке, где меня чуть не привязали к фонарному столбу в прошлый раз. У них вкусно. С перчинкой. О, кстати... — Болтать он не прекращал ни на секунду, едва сел на выступ у стены. Паучок, недолго думая, спустился, обрывая паутину, которая добрых две — или около того — минуты держала его вверх тормашками. Он присел рядом с наёмником, взял свою порцию и с непомерным аппетитом начал поглощать кусочек за кусочком. Да, он определённо точно был голоден. Вечные драки, ползанье по стенам и полёты на паутине явно утомляли и заставляли хотеть есть ещё сильнее. Дождь медленно сходил на нет, оставляя после себя лишь мокрые костюмы и лужи на асфальте. Дэдпул продолжал о чём-то болтать, иногда справляясь о мнении Паучка. Он слушал вполуха, но достаточно внимательно, чтобы не терять нить странного повествования и не пропускать вопросы мимо ушей. Покончив с едой, он кинул обёртку в мусорный бак, стоявший у стены напротив, и просто смотрел. На город, живущий какой-то своей, отдельной жизнью; на небо, затянувшееся тучами в дальних местах, — видимо, дождь будет идти и в Квинсе, тучи туда и летят. Не самый приятный исход событий. Ему нравилось сидеть, не думать ни о чём и обо всём одновременно. Нравилось держаться за руки с Уэйдом, — он то и дело подрывался с места и начинал активно жестикулировать, разрывая сцепку, но исправно возвращался на место, — болтая о чём-то отвлечённом. Время текло, абсолютно неподчиняемое любым законам, слишком быстро, и заветные два часа ночи наступили так, как будто и не было никаких посиделок, поцелуев у стены и громких смешков. Он перехватил руку Уэйда поудобнее и пролез пальцами под перчатку, отодвигая ткань, чтобы чётко увидеть детские часы, за каким-то хуем спрятанные под этой самой перчаткой у Дэдпула. Точное время — 2:17 AM. — М-да... — выдохнул Питер. — На патруль пора бы уже. Завтра в шесть вставать, так ещё и к Старку пиздошить. — Он выпустил руку Уэйда из хватки и поднял голову, встречаясь с ним глазами, — Питер уже успел снять маску полностью, так что его глаза ничего не прикрывало, наёмник же, напротив, тряпку свою не снял. Пришлось глядеть в белые линзы маски. — Эхх, паучок уже уходит. — Он опять состроил ту же самую гримасу абсолютной грусти. — А я только хотел сказать тебе самое слезливое признание в любви. Но ты уже уходишь... — Спаси и сохрани, теперь я постараюсь свалить быстрее, чем ты начнёшь говорить. — Беззлобно кинул Паркер, едва сдерживая смешок. Он схватил маску, лежащую справа на какой-то груде металлолома, и подошёл вплотную к мужчине. Он был чуть ниже Дэдпула, — десять сантиметров, это не так уж и много! Он в самом расцвете сил, ещё догонит, — так что ему пришлось слегка подняться на носочки, чтобы быстро чмокнуть Уэйда. — Спасибо за буррито. Реально вкусный был. Ты только в ту забегаловку не иди, пожалуйста, они тебя как Иисуса подвесят на фонарный столб. — Разве тебя не возбуждает, когда я... — Питер быстро прикрыл его рот рукой, в надежде, что это удержит наёмника от безудержной похабной болтовни. Зря надеялся. Дэдпул всё же продолжил, даже сквозь тонкие пальцы, накрывшие его губы. — Когда я — или ты, как тебе угодно — обездвижен, руки прикованы, пошевелиться невозможно, а я буду спускаться всё ниже, буду... — На этот раз Питер заткнул его поцелуем, прекращая любые попытки совратить его прямо в этом переулке. (Да, хотелось, но не здесь же, в самом деле!). Одним движением натянув на обоих маски, Питер стрельнул паутиной, улетая, пока его развратник не очухался.       Приземлившись на крыше какого-то здания, по всей видимости офисного, он сел на краю и принялся ждать — быть может, и работа на сегодняшнем патруле найдётся. Прошло пятнадцать минут. Тридцать минут. Час. Ничегошеньки. Куда же делись все плохиши? Нет, это хорошо, что никого не грабят, не насилуют и не бьют, но впервые за всё время, что он был Человеком-пауком, ночью было так спокойно. Он начал пуляться паутиной в бетонную стенку напротив, закрывающую ход вниз. Паутина стреляла резво, хоть какое-то развлечение. Огни города ярко мерцали, не давая заснуть, но глаза всё равно предательски горели. Наверное, спать по три часа и жить на энергетиках и божьем слове было не лучшей идеей. Питер — он уже успел встать с края крыши и уйти на другую её сторону — прислонился спиной к всё той же бетонной стенке, которую атаковал совсем недавно. Глаза слипались, предвещая скорый сон, но вдруг раздался механический голос Карен (вообще-то Пятницы, но Карен Паркеру нравилось больше). — Мистер Паркер, вам не стоит ложиться здесь спать. Вы очень измотаны, но вы находитесь на слишком холодном покрытии. Процент замерзания уже приблизительно двадцать два процента, если вы заснёте, то рискуете проснуться закоченелым. — Роботизированный голос пробубнил всю свою речь разом, сбивая пацана с толку. — Ого, Мистер Старк даже градусник встроил в костюм. — удивился он. — А что ещё есть в костюме? — Много чего, Мистер Паркер. Из основного: термометр, индикатор повреждений, экстренная кнопка на случай, если что-то произойдёт. Запись всего, что видит костюм. И... — Остальное Питер уже не обрабатывал. Старк опять засунул прослушки и камеру в его костюм? Сколько раз Паркер уже доставал из костюмов следящие устройства, а старик никак не успокоится. Это плохо. Это определённо точно очень плохо. А если он за тем и звал Питера в башню? Может, он увидел, как Питер ошивается с Уэйдом-Мать-Его-За-Ногу-Уилсоном... Его ждёт выговор, да? Его выгонят из Мстителей? Мистер Старк расскажет всё тёте Мэй? Этого точно нельзя допустить, она из него всю душу вытрясет. Не найдя лучшего решения, Питер, вскользь глянув на время (полчетвёртого это уже утро!) набрал номер на телефоне и приложил его к уху. Раз гудок. Два. Три. Четыре. Да сколько можно, ну в самом деле. На пятый гудок трубку подняли, и послышался сонный голос. — Питер? Ты в своём уме? Ты видел время? — Нед, естественно, сладко спал, видя сны о Бетти и четырёх щенятах. — Нед, это пиздец. — Братан, что случилось? Тебя похитили? Ограбили? Сняли штаны, и ты бегаешь по Нью-Йорку голым? У тебя началась алопеция, и ты лысеешь? — Так, стой, подожди. — Питер приостановил поток непонятной, абсурдной информации и продолжил. — Слушай, вот в теории. У меня есть друг, и он встречается с человеком с очень, ещё раз, очень хуёвой репутацией. А теперь его отец об этом узнал. Что бы ты посоветовал ему делать? — Ну, сигануть с крыши тоже ва... — Небольшая пауза. — Стоп! Ты назвал Тони Старка отцом? — При чём тут Мистер Старк? — Он громко вдохнул, глотая воздух. Чёрт, как только догадался? — Питер, у тебя из друзей я, Эм-Джей и тот таракан, который сидит у тебя в углу, а ты никак его не прихлопнешь. Так с кем ты там встречаешься? — Господи... — Паркер закрыл руками лицо, сгорая со стыда, едва ли находя в себе силы проговорить это. — Я не знаю, как Старку признаться, что я встречаюсь с Дэдпулом.

...

Тишина. Оглушительная, почти осязаемая, повисла на проводе. Интересно, если Питер повиснет на проводе — разговора можно будет избежать? — ТЫ ЧТО, БЛЯТЬ. — Нед орал, не сдерживаясь в своих эмоциях. На фоне слышался истерический смех, похожий больше на припадок, а через секунду в трубке, через смех, послышалось только: — Ты серьёзно? Дэдпул? Так, ладно, окей. Это... Это многое объясняет. — Что конкретно это могло объяснить, Нед сказать не удосужился. — А как так вышло-то? — Нед, давай потом расскажу. Что мне Старку-то сказать. Суть в том, что он поставил мне в костюм прослушку, а этим вечером писал, что ждёт меня завтра в башне. Я не собирался ничего рассказывать, а тут, блин... Пиздец, короче. — Так. — Он сделал небольшую паузу «на подумать». — Окей. Попробуй сразу извиниться и, не знаю, оправдаться, а не ждать, пока Тони Старк начнёт тебя отчитывать. Будет хуже, если он начнёт пересказывать всё, что слышал. — Несмотря на позднее время, мозги у Неда работали как надо. Он был чертовски прав. Надо просто начать первым. Лучшая защита — это нападение.

***

— Мистер Старк, простите, пожалуйста, что раньше не сказал, я очень боялся! Я знаю, что вы это не одобряете и вы абсолютно точно против, но я его люблю, и он меня тоже, и я счастлив рядом с ним. Он единственный, кто понимает меня настолько сильно. Я хотел сказать вам раньше, но думал, что вы будете сильно злиться. И в общем, да. Простите. — Господи, выталкать такую речь на одном дыхании дорогого стоит. Питер присел в кресло напротив Старка и, сжимая руки в кулаки, пытался сдержать эмоции. Губы начинали кровоточить от того, насколько сильно он их закусил. Пальцы нервно, ползая туда-сюда, теребили край футболки — ту самую, что подарил Дэдпул, когда они вместе забрели в переулок к торгующим туркам и те втюхали-таки им одежду. Тони Старк выжидающе посмотрел на Питера, оценивая нервозность, едва держащуюся грань между спокойствием и нервным срывом, и странный, до ужаса растрёпанный, внешний вид. Рука, держащая кружку с кофе, опустилась на стол, ставя за собой стакан. Он медленно встал, расхаживая вдоль комнаты, и выдохнул: — Я звал тебя, чтобы ты протестировал новую технологию, — Старк устало потёр переносицу. — А теперь ты расскажешь мне, с кем ты там встречаешься. Он влип. Питер Паркер по уши влип.