Отныне и навсегда

Битва с Доктором была окончена. В Нод Крае воцарилось спокойствие. Эвакуированные жители возвращались в свои дома. Жизнь продолжалась, улицы наполнились привычным шумом. Люди радовались и во всю отмечали победу. И только в укрытии Богини Луны было тихо. Когда все разошлись отдыхать после изнурительного сражения, Коломбина погрузилась в скорбь по погибшей в битве подруге. Сандроне была самой близкой для Богини Луны и с её уходом, Коломбина будто потеряла частичку себя. Она не давала себе плакать при посторонних там, на поле битвы. Но теперь, когда никто не видел, горе накрыло девушку с головой. Слёзы беззвучно катились по щекам, а в душе разверзлась настоящая пропасть. Боль в душе не утихала. Как много Коломбина ей не сказала, как много не успела сделать. В Ночь лунной молитвы, когда они вместе играли, Коломбина хотела сказать намного больше. Она хотела, чтобы Сандроне знала, что она уже давно не просто подруга для Богини Луны. Она — кто-то намного больше. Но Коломбина так и не решилась признаться. Когда она прощалась с Марионеткой в тот день, то и подумать не могла, что это будет прощанием навсегда. Теперь же было слишком поздно, ничего нельзя было изменить и оставалось только жить дальше, неся на сердце этот тяжкий груз. День за днём Коломбина проводила в своём укрытии. Она закрылась от всего мира и почти не принимала гостей. Только путешественница иногда заглядывала и скорбела вместе с ней. Летели дни, за ними месяцы. Коломбина уже не грустила так часто. Она выбиралась на прогулки в Нашгород, навещала Детей Морозной Луны. Отношение к ней изменилось. Почитание на расстоянии сменилось близкой дружбой, хотя и не всем удавалось вести себя так в присутствии Богини. И тем не менее, Коломбину приняли как свою везде. Она больше не боялась и не старалась сбежать от внешнего мира. Но острой на язык Сандроне ей всё равно не хватало. В сердце Коломбины всё ещё теплилась надежда, что учёным из Фонтейна удастся спасти подругу. Но никаких новостей не было. Она уже сама хотела поехать в исследовательский институт и разузнать, что да как. Но вот в один из дней, когда Коломбина сидела в своём укрытии, она вдруг почувствовала чужое присутствие рядом. Оно показалось ей смутно знакомым, хотя девушка пока не могла понять, кто же к ней пришёл. Точно не путешественница или Лаума, у них была другая энергетика, которую Коломбина уже научилась распознавать. Посторонний сюда войти не мог. Но кто же тогда это был? Коломбина затаилась и стала молчаливо наблюдать, кто же потревожил её покой. Вскоре она увидела небольшую фигуру вдалеке. Осознание пришло мгновенно. Знакомый наряд, знакомое телосложение. А когда незваная гостья подала голос, не найдя Коломбину, всё встало на свои места. Среди цветов стояла Сандроне, живая, целёхонькая. — Коломбина, ты здесь? — звала она, не находя подругу. Коломбина сорвалась с места, покинула укрытие и бежала как никогда быстро. Сандроне даже не успела среагировать, как оказалась заключена в крепкие объятия. — Сандроне, как я по тебе скучала! — воскликнула всегда спокойная Коломбина. Сандроне стояла неподвижно, давая себя обнимать, но очень быстро сдалась, обняв Коломбину в ответ. Богиня Луны прижимала девушку к себе так крепко, словно боялась, что она вот-вот растворится, исчезнет как мираж. — Это правда ты, Сандроне? Мне ведь это не кажется? — Ну конечно я. Кто же ещё? — фыркнула она. Коломбина потыкала пальцем в щёку Марионетки, проверяя её реальность, от чего последняя заметно бесилась, но в этот раз стерпела. Если подруге нужно подтверждение, что с ней всё в порядке, Сандроне была готова потерпеть. — И правда, — кивнула Коломбина. — Твоя кожа стала ещё более нежной и реалистичной, впечатляет. — Это действительно то, что ты хочешь сказать?! — вспылила Сандроне. — Сколько меня не было? Полгода? Год? И тебя впечатляет только реалистичность моей кожи?! Сандроне уже хотела отстраниться и уйти. Не такой реакции она ожидала по возвращении. Но Коломбина не дала ей уйти. Она крепче обняла девушку и поцеловала её в щёку. — Я правда очень скучала по тебе, — прошептала Богиня Луны. — Но я верила, что ты ещё вернёшься. Я знала, что всё не может закончиться вот так. Губы Коломбины коснулись шеи Сандроне, оставив пару поцелуев. Девушка поднялась дорожкой поцелуев от шеи Марионетки к её щеке, а затем вдруг не сдержалась и прильнула к губам. Но что стало ещё более неожиданным — Сандроне без раздумий и запинки ответила на поцелуй, будто только его и ждала. Они целовались легко и непринуждённо, без излишней настойчивости и страсти. Всего пара мгновений, но как же много они значили для обеих. Когда Коломбина отстранилась, Сандроне молчала. Её лицо налилось краской и она отвела взгляд в сторону. Обычно шумная и бойкая девушка сейчас вела себя удивительно тихо и скромно. — Я рада, что ты вернулась, Сандроне, — первой нарушила тишину Богиня Луны. — Я так много тебе не сказала, когда мы виделись в последний раз. — Я… — Сандроне помедлила, открыла рот, закрыла, снова открыла. А затем она наконец взяла себя в руки и выдала: — Я заметила. К Марионетке вернулась привычная манера поведения. Она отстранилась, скрестила руки на груди и продолжила: — Вот так вот без разрешения нападать с поцелуями на только что вернувшуюся подругу. Разве так можно? Ты на всех так кидаешься, Коломбина? — Только на тебя. И ты, кажется, была совсем не против, — девушка пожала плечами. Она видела, как Сандроне начинала злиться от того, что ей нечего возразить, и это выглядело невероятно мило и смешно. Коломбина тихо засмеялась, прикрывая рот ладонью. — Над чем ты смеёшься?! — прикрикнула Марионетка. — Ты очень мило злишься, — честно ответила Богиня Луны. Сандроне поджала губы и отвернулась. — Я пришла не за тем, чтоб ты надо мной смеялась. Хочешь продолжать в том же духе — оставайся здесь одна! Коломбина вновь обняла девушку, на этот раз со спины, сцепив руки в замок на её талии. — Я рада, что ты всё такая же, Сандроне. Без тебя здесь было слишком скучно. С возвращением. — Ты тоже всё такая же невыносимая, Коломбина, — смущённо ответила девушка. — Теперь, когда ты вернулась, я больше не хочу молчать и упускать возможность. Ты мне нравишься, Сандроне, — прошептала Коломбина, положив голову на плечо Марионетки. — Намного больше, чем близкая подруга. Сандроне замерла. Какое-то время она молчала, смущённая внезапным признанием бывшей коллеги. Но всё же она набралась смелости и тихо, едва слышно ответила: — Ты мне тоже, Коломбина. Время словно застыло. Девушки стояли среди цветов, наслаждаясь обществом друг друга. Теперь всё хорошо. Недосказанности между ними больше нет, все чувства озвучены. Теперь у них всё будет хорошо. Отныне и навсегда.