***
— В чем дело? — сухо спросил Зуко, заходя в помещение. — Зачем ты меня позвала в этот подвал? Я думал, ты отправилась на войну. — Ох, Зуко. Мне нужна от тебя маленькая услуга. Ты узнаешь эту вещь? — Азула двумя пальцами подняла камзол и протянула ему, внимательно наблюдая за реакцией. — Да, этой мой камзол. Я носил его в детстве, а в чем дело? — Зуко посмотрел через плечо сестры и скривил лицо в гримасе отвращения. — Кто это у тебя тут? — Даже если я скажу, ты все равно не поверишь, братик, — засмеялась Азула. — Удиви же меня. — Это Аватар, Зуко. Зуко на миг вздрогнул, но не подал виду. — А почему он похож на отбивную? Ты отняла его у стаи волко-тигров? — Ты меня недооцениваешь, Зу-уко, — надула губы Азула. — Еще час назад он был цел и невредим, клянусь здоровьем мамочки, — проговорила она, кровожадно глядя на пленника. — Докажи, что это и вправду Аватар, — холодно сказал Зуко, подходя ближе. — Из-за крови ничего не разглядеть. Азула хмыкнула, подошла к Аватару, и рукавом стерла кровь, обнажая татуировку на голове. — Доволен? — Вполне. Отец будет рад, когда вернется. — И ты даже не обижаешься, что это я поймала Аватара? Кстати, почему ты не с отцом? — Мне плевать на Аватара. Я не с отцом, потому что он приказал мне остаться здесь. — Оу, Зуко. Ты опять расстроил его? — Я стану новым Лордом Огня по завершении операции. — Но как? — Отец совсем скоро станет Королем Феникса, о чем сообщил мне перед отъездом. Он собирался назначить Лордом Огня свою преданную дочь, но тебя не оказалось на месте в столь важный момент, — он развел руками. — Так что развлекайся с Аватаром, сколько твоей душе угодно, Азула, — с долей насмешки проговорил Зуко. Было приятно стереть триумф с наглого лица сестры. — Проваливай, Зуко. — С удовольствием пойду готовиться к коронации, к которой ты шла столько лет, сестренка, — уголками губ улыбнулся Зуко, и стараясь не смотреть на то, что осталось от Аватара, покинул подвал. Когда эхо его шагов растворились о стены подвала, Азула подозвала Ха Ру. — Отыщи мне Мана, срочно, — прошипела она.***
Едва переступив порог своих покоев, Зуко быстро зашагал в ванную комнату. Рвотные позывы начались как только он увидел кровавое зрелище. Но ему пришлось сдержаться. При Азуле категорически нельзя было показывать никаких эмоций. Зуко согнулся пополам и содержимое желудка быстро вышло наружу, брызгами оставаясь на краях раковины. Даже для него это было слишком. Да, он и сам весомый отрезок своей жизни охотился за Аватаром, мечтая его убить. Но он не собирался быть с ним жестоким. В его представлении он бы просто… Просто что, Зуко? Задушил бы его, чтобы не мучался? — съехидничал внутренний голос с гадкой интонацией. Зуко умылся холодной водой и посмотрел в зеркало. Он старался не терять самообладание. Было еще слишком рано. Но этот чертов камзол. Где она вообще его взяла? Впрочем неважно. Последний раз он надевал его за год до того, как отец наказал его. За год до шрама. Он носился по Угольному острову беззаботным ребенком. Принцем, мечтающим стать Лордом Огня. Что ж, мечты сбылись, улыбнись, идиот. Предстоящая коронация и так выбила его из колеи. Это означало, что ему придется перестать отсиживаться во дворце и перейти от мыслей к действиям. Благо, насчет ведения войны можно было не беспокоиться какое-то время: Озай еще долго не наиграется в правителя мира. Получается, Зуко мог налаживать другие сферы внутри страны и при этом легально пересекать ее в любой точке. Это было на руку для его плана. Коронация, так коронация. Лишь бы Азула ничего не испортила. Кажется, она была расстроена сегодняшней новостью.***
— Сокка, его нет уже целый день! Я начала переживать уже через час после его ухода, а теперь мне уже откровенно плохо, нужно срочно идти его искать еще раз! — Катара не находила себе места. Паника в груди нарастала с каждой минутой. Она привыкла, что Аанг исчезает перед важным событием. Но в этот раз что-то было не так. В этот раз он уже вернулся со своего «аватарского» исчезновения. И оповестил перед уходом. Это означало, что он не собирался никуда деваться. С ним точно что-то случилось. Интуиция редко подводила в такие моменты. Наспех собравшись, они снова всей группой отправились в сторону рынка. Они скользили между павильонами, и возвращались друг к другу ни с чем, разводя руками. — Давайте пройдемся по городу, умоляю. Вдруг он куда-то пошел и отвлекся, — не сдавалась Катара. — Комета вернется завтра, а Аанга нет… Так не должно быть. Не должно! — Катара, с ним все будет в порядке. Он ведь Аватар, — похлопала ее по плечу Тоф. — Но буду честна: я тоже волнуюсь за него. Нам необходимо покинуть этот чертов остров как можно скорее. Аанг если что догонит. — Или он уже вперед нас помчался устранять Лорда Огня, — подхватил Сокка. — Не нравится мне это, — мрачно пробормотала Суюки. — Ты это о чем? Об Аанге? Да не парься, он… — Я о том парне сзади нас. Он ходит за нами с тех пор, как мы пришли на базар. И следит. Это может быть один из людей Огня. — Этого еще не хватало, — взвыла Катара, хлопнув себя по лбу. — Тоф, что скажешь? Тоф присела на корточки и дотронулась ладонью до земли. — Хм. Он не желает нам зла. Давайте отойдем в более укромное место. Уверена, он последует за нами. Остановившись в тени дерева неподалеку, они принялись ждать. Сокка держал бумеранг наготове на всякий случай. Человек в простой одежде и с маленькой сумкой через плечо медленно подходил, с опаской взирая на каждого. — Кто ты и почему следил за нами? — грозно спросила Тоф. — Простите, что следил за вами, ребята. Я знаю, кто вы. Вижу, что вы потеряли своего друга, — он понизил голос до шепота, — Аватара. Катара сорвалась с места, налетела на человека, и крепко схватила его за горло. — Что ты об этом знаешь? Ты видел его? Отвечай, или я вырву тебе язык! — Прошу, отпустите. Я не сделал ничего плохого, клянусь. Я просто слышал ваш разговор, прошу, — хрипя умолял он. — Я не желаю вам зла, выслушайте меня. — Катара, дай ему сказать, — выставила ладонь Тоф. — Если что мы убьем его, он не успеет сбежать. С нескрываемой злобой Катара ослабила хватку. — Говори. — Меня зовут Хан. Я из народа Земли, еще давно мою родную деревню разгромили солдаты Огня, и я попал в плен. Но мне удалось сбежать и поселиться здесь, на Угольном острове. Я прикинулся бедным торговцем и смог осесть. Я знаю кто вы, потому что периодически посылаю письма своей матушке. Она старается держать меня в курсе последних новостей мира. Я на вашей стороне, поверьте. Я могу помочь вам с поисками Аватара, если хотите. Я хорошо знаю остров и здешних людей. — Так ты видел Аватара или нет? И учти: соврать не получится, — оборвала его Катара. — Кажется да, я видел его. — Когда это было, где? Отвечай! — Катара схватила его за ворот одежды и принялась трясти. — Я не знаю! Несколько часов назад…эм… Здесь неподалеку, он шел и… — затараторил Хан. — Докажи, что ты не маг Огня. Подчини Землю, ну-ка, — потребовал Сокка. — Но я не владею магией, — в отчаянии произнес Хан. — Я могу доказать свою честность присоединившись к вам, если вы, конечно, позволите. Я что угодно готов сделать, чтобы война поскорее кончилась. Аватар ведь именно этим занимается? Он ведь хочет остановить Лорда Огня, верно? — Не твое дело. Хочешь помочь — отыщи Аанга, — грубо сказала Катара. — И покажи нам свой дом, если хочешь, чтобы мы тебе верили, — добавила Суюки. — Давай, пойдем же. — С-спасибо, да. Я провожу. Идемте за мной, тут недалеко, — обрадовался Хан и отряхнул одежду. — Я живу один, поэтому проблем не возникнет. — Только иди так, чтобы мы тебя видели, иначе бумеранг быстро тебя догонит. Хан торопливо кивнул несколько раз и повел их по каменистому склону, огибая жилые дома деревни, чтоб не привлекать лишнего внимания. Через четверть часа их встретила скромная хижина, затерянная среди угольных насыпей. Первым вошел Сокка и осмотрел жилище. — Кажется, тут давно не жили. Это точно твой дом? — нахмурился он, недоверчиво глядя на Хана. — Я очень много работаю на угольном заводе и не часто прихожу ночевать. Мне приходится проводить там по три, а то и четыре смены к ряду, — с тяжестью в голосе поведал тот. — Что скажешь, Тоф? — обратилась к ней Суюки. — Ты считаешь, что ему верить? Учти, мы принимаем судьбоносное решение, — напомнила она. — Он точно не врет. Ну или я этого не чувствую. Но такое было лишь раз с очень опытной лгуньей. Не думаю, что с ней может потягаться простой работяга с завода, — снисходительно хмыкнула Тоф. — Ладно, ты принят, нам нужны люди. Но ты будешь всегда у нас на виду. Каждую минуту своей жизни, — нехотя согласился Сокка. Умом он понимал, что этот человек был последним, кто видел Аватара. — Учти, я за тобой слежу, — сказала Катара и провела ребром ладони себе по горлу. — Предлагаю вернуться в наш «дом» и подумать, что нам дальше делать, — заключила Суюки. — Но перед этим мы еще раз прочешем деревню, — с грустью в голосе произнес Сокка, глянув на Катару.***
По возвращении в дом Лорда Огня, путем долгих размышлений, было принято тяжелое решение: разделиться. Катара, Тоф и Хан остались в доме Лорда ждать возможного появления Аанга. Сокка и Суюки на Аппе отправились на передовую. Попытаться помешать Озаю или предупредить Хакоду, что Аватар исчез и, возможно, придется действовать самим. Или же спасаться от огня. Связываться договорились через почтового ястреба Сокки.***
В день возвращения Кометы Созина Аанг не появился. Небо в вечер рокового дня окрасилось в алый, а неимоверный жар в воздухе не позволял покинуть дом даже на минуту. На утро следующего дня пришла весточка от Сокки. Внутри свитка торопливым почерком было выведено всего четыре предложения: Все кончено, Озай победил. Аанг не пришел. Не покидайте дом ни в коем случае. Ждите моего сигнала. Перечитав послание несколько раз, Катара заплакала. Слезы капали на папирус, оставляя прозрачные разводы. Она не верила. Не верила, что Аанг не пришел. И совершенно точно не верила, что он мертв. Тоф поняла все без слов и молча ушла в свою комнату. Хан прочитал письмо, растерянно взглянул на Катару и прошептал «Мне очень жаль.». Ничего не ответив, она направилась в комнату, откуда пропал Аанг в ночь, когда встретил Льва-черепаху. Катара села на его постель, прижала к груди подушку, на которой еще оставался его запах, и предалась громким рыданиям, отказываясь мириться с тем, что война продолжится с новой силой. Что ее лучшего друга не стало. Что они проиграли. Все, к чему они шли так долго сгорело в самом прямом смысле этого слова. Надежда на мир была разрушена в ту самую секунду, когда она получила послание от Сокки. Необъятная рана разрасталась в ее душе, которую она заливала горькими слезами. Катара не помнила, как заснула. Не помнила, как проснулась и снова погрязла в страданиях. Вчерашний день сменился сегодняшним, но мир для нее перестал существовать. Она думала об Аанге, о Сокке, об отце. О всех, кто был ей когда-то дорог, и снова сокрушалась в безмолвном крике боли. Она трогала ожерелье матери и впервые ощущала зависть к умершим. Убей ее люди Огня тогда вместе с мамой — она не чувствовала бы сейчас эти тонны ненависти и горя, не убивалась бы, утопая лицом в подушке. Но реальность насквозь пронзала ее острым равнодушием, ни капля не щадя.***
Прошло три дня. Три дня тишины в доме Лорда Огня на Угольном острове, которую нарушали лишь звуки плача. Хан не решался заговорить ни с одной из девушек. Не решался позвать их на ужин. Он знал, что еще больше разозлит их или спровоцирует на конфликт. Он тихо читал книгу, найденную в доме, коротая время. Пока не раздался многократный стук в дверь. Хан обеспокоенно схватился за нож, взятый до этого на кухне. Он знал, что это вряд ли вернулся Сокка и его девушка, а больше они никого и не ждали. С лестницы спустилась Тоф. — Какого дьявола ты стучишь? — Это не я. Кто-то постучал в дверь. — Этого нам еще не хватало. Схожу за Катарой, никуда не уходи. Войдя в комнату к Катаре, Тоф поняла, что та спит. Растолкав ее, она коротко сказала: — В дверь кто-то стучал. Нужно выйти всем вместе. Катара вскочила и кивнув пошла за Тоф, на ходу пытаясь прийти в себя. Голова гудела, а глаза сильно болели после трехдневного марафона слез. — Ты уверен, что стучали? — уточнила она у Хана, напряженно сжимающего рукоятку ножа. — Ну значит ты и проверишь, давай, — она пихнула Хана к двери и вытолкала его в нее. Хан вышел на крыльцо, но ничего не сказал. — Ну что там? — нетерпеливо спросила Тоф. — Ох… Вам лучше самим взглянуть на это. Не теряя ни секунды, Катара быстро вышла наружу и обомлела от ужаса. Внутри все похолодело, а душа ушла в пятки. На земле перед домом лежало окровавленное бездыханное тело. Оно было сильно обгоревшим, но среди запекшейся крови проглядывались синие татуировки на кистях в виде стрел. — Не-е-е-е-ет! — закричала она и бросилась к телу. — Нет-нет-нет, пожалуйста, нет! — она щупала холодные конечности и пыталась обнаружить признаки жизни. — Тоф, быстрее, сюда! Скажи, он жив? У него есть пульс? Он ведь не может быть мертв, правда? Тоф медленно подошла и приложила руку к земле. — Что же ты молчишь, говори! Он дышит?! Тоф молчала, а из невидящих глаз скатились две слезинки. — Он… Он жив, Катара. Но он в глубокой коме. Больше я ничего не могу сказать. Его сердце едва бьется, за минуту я еле насчитала десять ударов. — Но мы ведь можем его спасти? — сквозь слезы спросила Катара, с надеждой взирая на Тоф. — А ты чего уставился? Быстро сооруди носилки, нам нужно занести его в дом. Хан что-то согласно пробормотал и побежал в дом. — Не знаю, Катара. Он скорее мертв, чем жив… Больше они не говорили. Тоф сидела на земле, склонив голову. Катара сжимала ладонь Аанга и что-то шептала, прижимаясь к ней губами. Спустя какое-то время из дома показался Хан с наспех сделанными носилками, но способными выдержать тело. Втроем они занесли Аанга в дом и уложили в постель на первом этаже. — Хорошо, что ты этого не видишь, Тоф. На нем нет живого места… Его словно жгли живьем, по всему телу следы очень глубоких ожогов. Я никогда не видела такого зверства…— сокрушалась Катара, закрывая лицо ладонями, чтобы хоть на секунду не видеть ужасающего зрелища. — Как думаешь, кто мог это сделать с ним? — Кто-то из магов Огня. Из сильных магов Огня, Тоф. Я думаю, что это Зуко. Это ведь он все время пытался убить Аанга. Наверняка он пронюхал, что мы на Угольном острове и похитил его! Хан! Ты видел принца Огня в тот день, когда пропал Аанг? — Я не уверен, — замялся Хан и почесал затылок. — Возможно… В тот день было много людей на рынке. — Но Аанга ты же разглядел как-то. — Там был парень в черном капюшоне с двумя мечами? Давай, напряги же извилины! Окажись полезным, чтоб тебя! — зло воскликнула Катара. — Да! Да, был парень с мечами, я вспомнил. Он ходил и высматривал кого-то, заглядывал в каждую торговую палатку, — залепетал Хан. — Ты уверен или просто согласился с моими словами? — Уверен, точно уверен. Я видел его. Да. Катара мрачно вздохнула. — Значит точно Зуко, — мрачно подвела Тоф. — Ничего удивительного. Скользкий гад столько времени пытался навредить Аангу. Я сотру его в порошок, когда увижу еще раз. Он пожалеет, что родился на свет. Он и вся его гнусная семейка! — решительно проговорила Катара, через силу глядя на увечья Аватара. — Но сейчас самое главное вылечить Аанга. Хан, ты знаешь, где здесь продают лечебные снадобья? Или, может быть, в деревне есть знахарь? Мне необходимо как можно больше лекарств от ожогов. А также настои трав, которые смогут поддерживать в нем силы. — Да, я знаю одну старуху, она живет на другом конце острова. К ней ходят все из деревни, — кивнул Хан. — Тоф, отправляйся с ним и проследи, чтобы все прошло хорошо. Я останусь и промою ожоги, подготовлю все к лечению. И пошлю ястреба Сокке. На выходе Тоф замерла и обратилась к Катаре с сомнением в голосе: — Если это Зуко, почему он не напал и на нас? — Думаю, ему никогда не нужны были мы. Его целью всегда являлся Аанг.***
Катара вывела на клочке бумаги короткое послание: Аанг в коме. Шансы на выживание малы. Все очень плохо. Лечим. Смахнув слезы, она поместила запечатанный свиток в футляр, укрепила у ястреба за спиной, и отправила его к Сокке. Вернувшись к Аангу, она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Нужно было сосредоточиться на лечении, отложив истерику на потом. Весь следующий час она бережно промывала каждый ожог, стараясь не усугубить ситуацию. От вида повреждений ее переворачивало изнутри, а местами проступали рвотные позывы. Она не была уверена, что справится. Впервые в жизни она усомнилась в своих способностях. Катара пообещала себе: Кто бы это ни совершил — он жестоко поплатится.