Ведьма и Волк

      Лэйн чувствовала слабость с самой ночи. Но и спать не могла — силы чувствовались иначе, чужими, жадными. С рассветом Лэйн сдалась, поднялась с кровати, глянула на свои руки. Пальцы дрожали так, словно она воды перетаскала с реки на всю деревню. Девушка умылась ледяной водой, бодрило, но слабость на отставала. Душа была не на месте.       Раннее утро, туман, деревенская тишина. На улицах пустота, все по дворам сидят, либо спят еще — в тумане не видно, да и не надо. Лэйн вышла на улицу, утренний воздух бодрит, придает сил. Рассветную тишину нарушил топот лошадей. И как назло именно к ее двору.              - Лэйн! — крикнул Норд откуда-то из угла двора. Тоже воздухом дышал, наслаждался своей недолгой свободой без своей хозяйки, - там волки! — он подошел ближе к девушке, - Видать, к нам едут.       - И без тебя знаю, - тихо ворчит ведьма, сложив руки на груди. Брови хмуро сдвинулись, - Ничем хорошим их появление здесь не закончится. Чувствую.       - Чем я могу помочь? — серьезно спрашивает Норд, верно заглядывая Лэйн в глаза. Верно, безвольно и пусто. Ровно так, как ведьма от него и ждала.       - Подготовь воды теплой, - серьезно начала Лэйн, смотря за калитку, где сквозь туман показалась повозка, - А еще собери вещи мои немного и траву из своей спальни.       - Какую траву? — Норд переспросил непонятливо, но быстро пожалел.       - Ту самую траву! — прошипела Лэйн, в ее глазах проявилась тьма, всего на пару мгновений, но Норду хватило и этого, - не задавай глупых вопросов. Иди делай.              Где-то за иконой хранилась чаша с зельем, но оно еще не было готово. Зато дурман-трава была всегда. Лэйн не знала, чего ей ждать от сегодняшнего дня, но точно была уверена, что ничего хорошего. Нет, она не готовила свой побег заранее, просто попросила Норда подготовить необходимые травы, просто чтоб чувствовать себя увереннее.       Повозка установилась у ворот, но помимо повозки Дмитрий приехал верхом на коне. Лэйн вышла за калитку, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри все содрогалось от страха. Дмитрий почти на ходу спрыгнул с коня, девушка сразу заметила его осунувшееся лицо, словно он не спал всю ночь. Взгляд был тяжелым, тяжелее обычного. Лэйн уверенности этот взгляд не добавлял.              - Лекарь, - быстро начал Дмитрий, подходя к Лэйн почти вплотную, - Осмотри тела. Скажи все, что видишь.       - Я не работаю с мертвыми, я лечу живых, - возмущенно ответила Лэйн, заглядывая в глаза Дмитрию, но его это не задело, даже ухом не повел, так же смотрел на девушку.       - А я убиваю чудовищ, а не сопровождаю мертвых до кладбища, - в тон девушки говорит волк, - поэтому ты осмотришь тела и скажешь мне все, что на этих телах увидишь, - Лэйн хотела ответить колко, ядовито, как у них обычно получалось, но сдержалась. Что-то ей не нравилось в повозке. Что-то манило ее внимание. Лэйн сделала полшага к повозке, со страхом смотря на грубую тряпку, которой накрыты тела. Дмитрий продолжил, - Норд! Разбуди Анну, ей тоже найдется что сказать про них.       - Ты уже и моим помощником управляешь, - голос Лэйн стал хриплым, но четким. Она сделала глубокий вдох и на выдохе подошла к повозке вплотную, сдернула тряпку.              Мужчина был сильно изуродован: вместо глаз две бездонные дыры, грудь разорвана, местами торчат ломанные ребра. Но внимание Лэйн было обращено к девочке. Девочке, которую она сама спасала, чью тьму приняла на себя и только научилась жить с ней. Маленькая, хрупкая. С аккуратным порезом на горле и лицом в темных прожилках, словно корни деревьев.       Лэйн почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Она сделала два шага назад, ноги начали подкашиваться, но она не упала, уперлась во что-то твердое. Вернее, в кого-то. Дмитрий стоял у нее за спиной и не сводил с нее глаз, боясь пропустить хоть какую-то реакцию.       - Когда?… - голос Лэйн был хриплым, она сорвалась на кашель, главное, постыдно не стошнило перед волками. Перед князем, - Когда их нашли?       - Утром, - коротко ответил Дмитрий, заметил, как девушка закрыла глаза, но на обратной стороне глаз картинка уже осталась. Вожак часто видел такую реакцию у новобранцев после первого боя или после знакомства с чудовищами. От Лэйн эту реакцию он почему-то не ожидал. Лекарь, раны чудищ залечивала и не раз, уже видела всякое. А если и правда ведьма, то тьма ее не должна так пугать. Дмитрий не был удивлен, скорее был обеспокоен. Он хотел застать девушку врасплох. Но теперь хотел, чтоб она забыла увиденное, - Лэйн, посмотри на меня, - Волк не скрывал своего волнения, ему стало плевать на свои подозрения. Всего на мгновение, но это случилось.       - Все в порядке, - тяжело выдохнула Лэйн, повернувшись лицом к Дмитрию, точнее, он ее повернул к себе, крепко держа за плечи, - Просто девочку жалко. Еще не пожила толком, - Лэйн вновь заглянула Дмитрию в глаза, но в этот раз старалась отвлечься от повозки. Правда, взгляд сам притягивался к ней.       - Лэйн, - тихо и совсем не похожи на себя начал Дмитрий и чуть наклонился, чтоб не возвышаться на девушкой. Он обхватил ее лицо руками, не давая ей смотреть в повозку, чтоб ее взгляд был только на нем. Девушка дрожала, сейчас волк ощущал это как никогда раньше, - мне и правда нужно, чтоб ты осмотрела их. Там есть нечто важное.       - Я же сказала, все в порядке, - было видно, Лэйн уже взяла себя в руки, опять начала язвить, но из рук Дмитрия вылезла не сразу. И скинула его ладони со своего лица несколько неловко, словно не хотела, - Пока вас не было, убитых отродьями не привозили.       - Все когда-то случается впервые, - тоже вернувшись в привычный тон, сказал Дмитрий и сложил руки, что еще помнили ее дрожь, на груди. Он смотрел, как Лэйн уже увереннее подходит к повозке. Взгляд ее стал внимательнее, а его более цепким. Сказал Дмитрий тише и только для себя: я тоже впервые жду помощи ведьмы, - Лэйн замерла на мгновение. Услышала ли она его?              Девушка замерла над телами, над девочкой. Не трогала, только рассматривала. Воздух вокруг стал тяжелее, словно сама смерть кружила вокруг. Лэйн смотрела на маленькое личико, застывшее в вечном покое. Но этот покой был обманчивым. От висков вниз расходились темные линии. Не вены — слишком ровные, слишком правильные. Эти линии извивались, как корни старого дерева, проросшего через мертвую плоть бедного дитя. Тонкие, почти черные, они расходились веером, заполняя щеки, спускаясь к шее и теряясь под воротом платья. Только ровный порез поперек горла рушил всю эту мрачную красоту.       Лэйн осторожно коснулась пальцем самой тонкой линии у виска, едва заметной. Кожа под пальцами была холодной, как и все тело, но тьма словно грела изнутри. Как будто там было что-то живое. Или что хуже. Девушка склонилась ближе, принюхиваясь. Запах был знакомый, иной. Чем-то похожим пахло от Анны, но там было больше живого. Так же наверняка пахнет и от самой Лэйн. Тьма. Чистая, настоящая. Только здесь ее не должно было быть. Лэйн завороженно провела пальцами по самой темной линии, от виска до вскрытого горла, на пальцах осталась кровь и черная гниль, но под кожей, где-то глубоко внутри были крошечные искры — едва заметные, красные, как остывающий уголь. Они пульсировали в своем такте, Лэйн не слышала его, но чувствовала кожей.              Что это? — девушка почти подпрыгнула на месте, напугано, когда услышала голос Анны. Она уже стояла рядом, волосы убраны под платок, лицо сосредоточенное. Если она и была так же взволнована как Лэйн, то хорошо это скрывала. Сразу было видно, она такие тела уже видела, они ее так не тревожили, она была собрана, как настоящий специалист. Сразу видно, врач. Не деревенский лекарь, как Лэйн.       - Не знаю, - почти честно ответила девушка на вопрос Анны, - Звучит страшно, но если бы не вскрытое горло, то девочка могла бы выжить.       - Это как? — Дмитрий подошел ближе в два шага. Голова не воспринимала услышанное.       - Если бы ей не перерезали горло, она стала бы сильной ведьмой, - глухо сказала Лэйн, смотря на почерневшие вены ребенка. Такие же, как те, что она сама скрывает. Взгляд упал на детские руки, левая была сжатой. Лэйн нахмурилась, - там что-то есть.              Дмитрий проследил за ее взглядом. Взял холодную детскую ручку в свою, разжал. На его ладонь упал маленький серебряный крестик на веревке. Серебряный. У деревенской девочки. У них даже Робберт своим детям не мог позволить такую роскошь — носили деревянные. А он староста, персона куда важнее.              - А у вас в деревне умеют развлекаться, - тяжело выдохнул Дмитрий, смотря на Лэйн. Он сжал крестик в кулак. Загадок для волков стало больше. Девушка закусила губу. Ей происходящее не нравилось с каждым днем все сильнее.              

***

      Анна осталась наедине с телами, с мертвыми она работала больше Лэйн. Да и Дмитрий увидел достаточно. Они зашли домой вдвоем. Тела отнести в подвал старосты — там еще сохранился холод. Робберт, правда, был крайне недоволен тем, что в его доме будут лежать мертвые, но против княжеского слова пойти не мог. Сели за обеденный стол в доме Лэйн напротив друг друга. Волк бросил посреди стола крестик, что был в детских руках, сам сложил руки на груди и смотрел на девушку. Лэйн смотрела на крестик. Что-то в нем было не так.              - Где была ночь? — глухо начал Дмитрий без лишних предисловий.       - Спала, - спокойно ответила девушка, продолжая внимательно смотреть на крестик.       - Одна? — тут Лэйн подняла голову. Вопрос был не просто неожиданным, так еще и неприличным. Через пару секунд и Дмитрий осознал это, отвел взгляд в сторону, словно даже смутился, - Извини.       - Одна, - все же ответила Лэйн. Теперь она ловила каждое движение Дмитрия. Поняла, допрашивает, подозревает. Но она уже видела, как волк допрашивает людей в деревне: без лишних смущений, без стыда, спрашивает только то, что считает необходимым. А тут «Извини», - В соседних комнатах еще Анна с Нордом были, но тебя это кажется не волнует.       - У меня есть ощущение, что ты знаешь про происходящее больше, чем говоришь, - Дмитрий все же взял себя в руки, но его взгляд выдавал его сомнения.       - Ты думаешь, что это я убила их? — тихо, без паники спросила девушка, будто интересовалась о погоде. Она еще пару секунд смотрела на Дмитрия, после чего вернула взгляд на крестик. Что-то в нем все еще не давало ей покоя.       - Я не думаю этого, - князь как будто сдался, тяжело выдохнул, поднялся на ноги, начал ходить из стороны в сторону, - но ты явно не стоишь в стороне от этого.       - Конечно не в стороне, - фыркает Лэйн, тоже поднимаясь на ноги, - Я лечила эту девчонку от гнили чудовищ, я всю зиму лечила деревенских после любых встреч с разными тварями в лесу. Я… - девушка резко замолчала, перебивая себя же, чтоб не сказать лишнего. Но Дмитрий уже зацепился за эту паузу.       - Ты… что? — Лэйн села на место, вновь смотря на крестик. Дмитрий оперся руками на стол, нависая над девушкой, - Ты знаешь, что происходит в лесу? Ты знаешь, почему на вашу деревню не нападают чудовища? Что ты скрываешь, Лэйн?       - С крестиком что-то не так, - тихо сказала лекарь, игнорируя вопросы мужчины.              Тишина. Дмитрий опустил голову, чтоб внимательнее рассмотреть крестик. С ним действительно было что-то не так. Он был расцарапан. Но царапины не выглядели случайными или бытовыми. Кто-то специально иглой расцарапал всю поверхность. Как насмешка над святым. Как издевательство над верой. Как признак покорности темной госпоже. Дмитрий взял крест в руки, прикрыл глаза. Хотел почувствовать наличие магии внутри, но Лэйн и без этого могла сказать, крест был пуст. Как был пустым знаком веры, таким и оставался.              - Пустышка, - тихо сказал волк, бросив крест назад на стол.       - Знаю, - тихо ответила Лэйн. Дмитрий не услышал. Или не захотел слышать ее, - И что дальше? Продолжим допрос?       - Это был не допрос, - быстро ответил Дмитрий, - я просто вижу, что ты не просто обычный деревенский лекарь.       - Только доказать не можешь, - Лэйн впервые за это утро улыбнулась. По-настоящему, без издевки, - Ты определись для начала, чем ты занят. Ведьму ищешь или на отродий охотишься.       - Ты сама видела, девочке горло перерезали. Не перегрызли, - Дмитрий смотрит в глаза Лэйн. Она отвечает ему тем же.       - Если бы я хотела убивать, не стала бы даже пытаться лечить, - честно говорит ведьма, - И пока вы не приехали в нашу деревню, никто не умирал. Так что поищи среди своих.       - Скажи, почему за твой острый язык я еще не приказал тебя розгами пороть? — устало выдыхает волк после недолгой паузы.       - Хочешь, чтоб я тебя прокляла? — девушка склонила голову на бок и хитро прищурилась.       - Меня темные силы не берут, - быстро ответил Дмитрий, будто ждал этого вопроса.       - Это заметно, - Лэйн вновь улыбнулась.              Разговор зашел в тупик. Дмитрий искал, за что ему зацепится, чтоб продолжить общение, Лэйн безжалостно обрубала все его попытки и наблюдала за его мучениями. Одно оба поняли точно: они оба не причастны к убийству. Но волк явно чувствует магию в девушке, а ведьма чувствует тьму в приезжих.              

***

      День тянулся долго и для Лэйн мучительно. Толпы деревенских шли к ее дому, но не для поиска лечения. Чтобы посмотреть, как чудовища издеваются над людьми, чтоб посмотреть на ребенка, которого твари убили. Хотя Лэйн все еще была уверена, что самые страшные твари — это люди. И вскрытое горло у ребенка тому доказательство. Правда, волки их быстро отваживали от лекарского двора, ни к чему всем подряд глазеть на изуродованные тела. Еще поседеют раньше времени от ужаса.       Ведьма крутила в руках чужой серебряный крестик, но настоящего хозяина так никто и не знал. В самом деле, такой вещицы у деревенской девчонки быть не могло. Да и силы где-то внутри… Тьма не давала покоя. Тьма жаждала выхода, переворачивала все внутри ведьмы и откликалась на ее злобу и страх. Лэйн видела, как за окном снуют туда-сюда деревенские, как каждый заглядывает в повозку, с которой все еще работала Анна и Оливер. Ее взгляд все еще притягивался к девочке, она ее не видела, но знала, что та все еще лежит внутри, завернутая в грубую тряпку. И убита она была человеком. Точно таким же, как те, что теперь ходят и смотрят на нее. Кто-то теперь смотрит на нее и наслаждается своим творением, ведь не просто так сделал это. Лэйн не понимала еще зачем, но точно знала, что это не просто так. И вряд ли это было лишь однажды.       Ведьма устало села прямо на пол там, куда не попадали солнечные лучи из окна. Голова гудела. Или гудела тьма внутри. Своя так не мучила. Чужая все еще грызла изнутри, требуя выхода, требуя разрядки.              Резкий всплеск гнева.       Вокруг пустота.              Рука горит огнем. Та рука, в которой лежит крестик.              Вокруг ничего нет. Но внутри… Она видит звездное небо. Она слышит задыхающийся крик, но не может повернуть голову в сторону звука, но точно знает, что это отец. Ему больно, ему страшно, он ничего не может сделать. Но ей тоже страшно. Вены горят. Она не может пошевелиться, но находит в себе силы, чтоб поднять руку. По запястьям ползут линии. Черные, как сама ночь. И горячие как древний огонь.              Вспышка.              К ней кто-то подходит. Лицо знакомое, но она не видит. Все размыто, в глазах стоят слезы. От страха, от боли и от злости. Воздуха становится крайне мало. Она точно знает, что это мужчина. Он берет ее за руку. Его ладонь огромная, по сравнению с ее маленькой, детской. Он сжимает крепко, но боли нет. Больно и без него. Но тьма откликается на его касания, словно признает. Не равным, но близким. Она кричит, но он не слышит ее криков. Либо ему просто плевать. А потом боль становится сильнее, только кричать не получается.              Вновь пустота.              Лэйн нашла себя все там же на полу. Тяжело дышала. Перед глазами постепенно проявилась картинка. Вокруг все так же: тот же стол, те же травы. Только один горшочек был разбит. Она кинула в него крестиком. Видимо, была слишком злой.              - Что с тобой? — в дверях стояла Анна и была явно озадачена состоянием девушки.       - Ты второй раз за день меня пугаешь, знаешь? — все еще сидя на полу, выдыхает Лэйн, поднимая взгляд на Анну, но долго смотреть не получается. Свет из открытой двери больно по глазам бьет.       - У тебя кровь, - Анна кивает на Лэйн. Ведьма проводит пальцами по лицу, из носа и правда идет кровь, - И кажется ты сорвала ногти, - девушка быстро глянула на руки. Нет, ногти были на месте, но руки были изранены. Пальцы стерты об деревянный пол, пока она его царапала в бреду, на левой руке на ладони небольшая рана: сильно сжимала крест в руке.       - Кажется, я близка к тому, чтоб пойти к Борису исповедаться, - нервно усмехается Лэйн. Со стола стягивает тряпку, чтоб стереть кровь с лица и с рук.       - Нет, только не к Борису, - Анна качает головой. Она садится так же на пол рядом с Лэйн. Взгляд такой же цепкий как у Дмитрия, но мягче, - может быть расскажешь, что случилось?       - Сегодня или вообще? — серьезно спрашивает Лэйн, подтянув колени ближе к себе.       - А первое без второго не выйдет, - Анна пожимает плечами и улыбается приветливо, - так что просто расскажи все, что хочешь рассказать. Если Дмитрию этого знать не стоит, я ему не скажу.       - Конечно не скажешь, ведьмы умеют хранить секреты, - легко проговорила Лэйн и посмотрела на девушку. Увидела, как у нее меняется выражение лица с приветливого на испуганное, потом на злое. Это немного подняло настроение, - Да ладно, я тоже умею хранить секреты.       - И как давно ты знаешь? — испуганно спросила Анна, понизив голос. Опустила голову, чтоб не смотреть Лэйн в глаза.       - Как только ты приехала, - девушка пожала плечами, - Сначала я была уверена, что мне показалось. Но нет. Я видела, как ты выбираешь травы, как людей лечишь. Ты чувствуешь то, что делаешь. Не знаешь то, чему тебя учили в твоей столице, твои умения берутся глубже изнутри, - Лэйн тоже отвела взгляд в сторону, - Ну и сначала я думала, что ты сама не знаешь об этом. Только с утра поняла — все ты знаешь.       - Ну допустим, - в голосе Анны прорезалась строгость. Она сложила руки на груди, тяжелым взглядом посмотрела на Лэйн, - и что дальше делать будем?       - Не знаю, - ведьма, пожала плечами, - может быть расскажешь, как так получилось: брат охотник на нечисть, а сестра — ведьма.       - А ты расскажешь, как одна маленькая ведьма сумела защитить целую деревню от отродий? — Анна говорит в тон Лэйн. Сама Лэйн в ответ молчала, ждала откровение от Анны. И дождалась. Анна закатила глаза и заговорила первой, - Наша мама была ведьмой. Отец знал правду, но все равно женился на ней. Любил, - девушка выдохнула и улыбнулась мечтательно, явно воспоминания были приятными, - А потом у них родились Дмитрий и я. И оказалось, что силы передаются только девушкам, - наступила тишина, но продлилась она от силы секунд десять. Потом Анна хитро улыбнулась, - Но эта не самое интересное. Оказывается, если мама ведьма, а папа волк, то может случится такое, что у ребенка будет полная защита от магии. Так что Дмитрию ты мозги заморочить не сможешь.       - Я это уже поняла, - протянула Лэйн, с трудом поднимаясь на ноги. Дико хотелось попить воды, - только подумаю в его голову залезть, так словно стена перед глазами поднимается.       - Твоя очередь, - быстро говорит Анна, поднимаясь следом за Лэйн. Она же достает и две кружки, чтоб заварить травы для их долгого разговора, - рассказывай уже, как деревню защитила.       - А тут твой братец уже все выведал сам, чем меня успел напугать, - смеется Лэйн. Она садится на стул, лениво наблюдая за тем, как Анна хозяйничает в ее доме, - Травы запах создают отвратительный для чудовищ. А вырезанные письма на ветках еще и тьму отгоняют, - Лэйн взяла кружку с горячим напитком, сделала пол глотка, - Но я никого не убивала. Многих хотела, но никого не убивала.       - Я верю, - Анна села напротив девушки, тоже обхватила кружку руками, - Я и не обвиняю тебя. Я даже брату не собираюсь рассказывать о том, что мы с тобой тут обсудили.       - Что ты хочешь взамен? — Лэйн спрашивает серьезно. И даже без страха, который Анна в какой-то момент ожидала от нее.       - Хочу, чтоб ты меня научила защищаться от нечисти, - честно говорит Анна и внимательно смотрит на Лэйн, - Тем огнем, что внутри, не просто руками.       - Неожиданно, - признает Лэйн, сложив руки на груди, - Тогда тебе придется признать, что тот огонь, что внутри — темный. И нечисть ему родная, - ведьма наклонилась ближе к девушке, и Анна увидела красные зрачки Лэйн, и в этот момент профессиональный врачеватель испугалась, - И что мне мешает прямо сейчас задурить голову тебе? Служила волкам, будешь служить мне.       - Я наверное неправильно выразилась, - голос Анны дрожал совсем чуть-чуть, но она быстро это остановила, - я не буду говорить Дмитрию об этом разговоре лишь потому, что он и так все знает, - девушка улыбнулась, - Либо догадывается, но это уже не важно.       - Не-важ-но… - протянула Лэйн и тихо засмеялась. Почему-то с Анной не хотелось притворяться, не хотелось играть. Хотелось просто сидеть и пить отвар, - Возможно, в другой жизни мы бы были подругами. Сидели бы так же за одним столом и обсуждали женихов, а не темных тварей.       - Это было бы скучно, - Анна тоже посмеялась, - Хорошо, что мы встретились в этой жизни, где полно магии и всяких тварей.              

***

Лето уже было близко, по вечерам было уже тепло. День был отвратительно долгим. Но заканчиваться не планировал. Вечером Лэйн осталась одна в доме: Анна ушла к реке с Яном (якобы проверить следы отродья, но на самом деле побыть наедине), Норд бродил где-то по деревне, собирая слухи. Сама Лэйн уже собиралась ложиться спать, вышла подышать свежим воздухом в ночной рубахе да в шали сверху. Вышла даже босиком, почувствовать холодную землю своими ступнями.       Земля была прохладной, но не ледяной. В лесу уже наверняка появились первые цветы: негодные для лекарств, зато красивые. Лэйн никогда не любила бесполезные вещи. Красивые, значит бесполезные. Девушка сделала глубокий вдох свежего воздуха, прикрыла глаза. В груди все еще таилось переживание этого дня, отдавалось тупой болью в ребрах. В этом же дворе с утра было слишком много всего, но сейчас тишина, звездное небо и только она. Становилось легче.       Лэйн обвела взглядом двор. Все как всегда: немного покосившийся от времени забор, небольшой сарайчик с рабочими вещами Норда — девушка туда никогда не заходила, позволяя парню там быть самим собой, остатки сухих дров с зимы. Луна уже освещала деревню своим бледным, серебряным светом. Тени от веток падали на землю, подражая тем страшным линиям на теле девочки утром.       Ведьма замерла, прислушиваясь к ночи. Тишина стояла почти полная. Разве что где-то вдали лаяла собака, ветер едва слышно шелестел молодыми ветками и почти распустившимися листьями березы возле калитки. И только внутри Лэйн было неспокойно. Никаких чужих голосов в голове, никаких вспышек чужих воспоминаний, только собственные страхи и любопытство. То самое глупое любопытство, что могло сгубить ее в одно же мгновение. Тьма внутри уже не делилась на «свою» и «чужую», вся была единой. Вся была ее.       Она посмотрела на свои руки — больше не дрожат. Следы от ран на ладонях начали затягиваться — тьма внутри хорошо умела защищать своего носителя. И только лунка от крестика на ладони все еще саднила, напоминая, что в этом мире не все так просто. И не все можно разделить на «плохое» и «хорошее.              - Лэйн, - голос был тихим, почти неслышным, но лекарь вздрогнула всем телом. Обернулась.              Дмитрий стоял у калитки. Он не стучался — обратное было бы не похоже на нее. Он не звал ее громко. Он просто стоял и смотрел. Обычный мужчина. Без доспехов, без оружия. Просторная темная рубаха их хлопка, две верхние пуговицы расстегнуты. Сапоги мокрые от вечерней росы. Луна падала точно на его лицо, делая его более резким, да и тени под глазами выглядели больше.       Лэйн не знала, как долго он тут стоит. Мгновение? Час? Вечность? Она смотрела на него и не могла понять. Почему ей не страшно? Внутри что-то шевельнулось, но явно не страх. Что-то глубже. Что-то старше. Что-то, чему пока не было для них двоих названия.              - Не спится? — спросила девушка, стараясь контролировать голос. Получилось плохо, дрожь была заметной, она списала это на замерзшие ноги.       - А тебе? — обычное для них двоих. Вопросом на вопрос. Дмитрий сделал шаг ближе, зашел во двор, но не подходил близко к крыльцу. Остановился шагах в четырех.       - Тебе я могу помочь, - Лэйн пожала плечами. Так не хотелось вставать. Так хотелось замереть в этом мгновении, чтоб больше никогда не возвращаться к жизни. Однако, надо было вставать. Девушка начала подниматься на ноги, Дмитрий без лишних слов протянул ей руку для помощи, - пошли в дом. Заварю тебе травы для крепкого сна.       - Обычно, такое я только у Анны беру. За этим и пришел, если честно, - всего на мгновение Дмитрий стал напряженным, - Но сегодня готов рискнуть своей жизнью. Если твой Норд все-таки не спутал травы.       - Ну так и я не просто так помочь хочу, - Лэйн зашла в дом, Дмитрий только сейчас заметил ее босые ноги. Девушка поворачивается лицом к волку и протягивает руку ладонью вверх, - монету серебряную дай и сядь на скамью, не мешайся.              Дмитрий растерялся на пару секунд. В кармане у него и правда была монета — привычка из столицы. Он немного заторможено вытащил серебряную монету и вложил ее в ладонь Лэйн. Она коротко улыбнулась и подошла к печи. Поставила на огонь небольшой котелок с водой, бросила туда эту же монетку.              - Это зачем? — не удержал любопытство Дмитрий, устроившись на предложенной лавке. Картина перед ним была более чем интересной: молодая босоногая девушка в ночном платье до колена. И впервые для него эта девушка не пыталась его соблазнить. Не тянулась за его титулом, за его силой.       - Ты же видел, как священники в воду крест бросают серебряный перед крестинами? — Лэйн не отвлекалась от трав, что-то по очереди закидывая в тот же котелок, - Пока в приюте была все удивлялась, как это: одна и та же вода травит и лечит? Одну просто пьют, во вторую крест бросают. Не высшие же силы помогают.       - Аккуратнее в выражениях, - без злобы говорил Дмитрий. Лэйн закатывает глаза. И вновь ведь не боится.       - Да ладно тебе, волк, - тихо смеется Лэйн, остановившись на секунду, чтоб посмотреть на мужчину, - в любом случае, именно серебряный крест в воде вся природные яды убивает. А потом, когда лечить начала, поняла, что и серебряная монета подойдет.              Вновь наступила тишина. Лэйн мешала зелье в котелке, но боковым зрением смотрела на Дмитрия. Он сидел на лавке, головой опираясь на стену, ноги вытянуты на полу. Никакого князя — обычный деревенский мужик после долгого дня где-то на сенокосе. Лицо осунулось сильнее, чем утром, под глазами темные круги. Он действительно не спал ночь до этого, а тут еще и день не отдохнул. И сейчас без маски сурового вожака, он казался почти беззащитным.              - Отвар поможет тебе мягко провалиться в сон. Сноведений не будет, но утром будешь отдохнувшим, - зачем-то решила рассказать Лэйн, делая последние движения возле котелка.       - Крайне надеюсь, что утром буду отдохнувшим, - глупо повторил Дмитрий, увлеченно наблюдая за каждым шагом девушки.       - И все-таки, зачем ты пришел, - тихо спросила Лэйн, аккуратно наливая зелья в кружку.              Она успела перелить остатки в бутылек, чтоб отдать Дмитрию с собой. Уже не ожидала услышать какой-то ответ. Лишь в процессе заметила, как волк быстро пожал плечами. Кажется не для нее, сам не знал ответа. Но когда девушка повернулась к нему, он внимательно смотрел на нее. Взгляд был тяжелым, но в нем не было подозрений. Не было допроса. Была лишь волчья усталость и что-то еще.              - Не хотел, чтоб ты сегодня оставалась одна, - тихо сказал он. Просто. Честно. Без пафоса, с которым обычно говорят такие великие особы, как князь, приближенный к императорскому величеству, - Это кажется странным.       - Немного, - так же честно ответила Лэйн, протягивая волку кружку отвара, - пей и иди домой. Если ты уснешь здесь… В общем, по деревне и так полно слухов.              Дмитрий тихо рассмеялся. Так по-настоящему, так свободно. Давно он себе такого не позволял. Он в пару глотков выпил все кружку и резко поднялся со скамьи. Лэйн чувствовала, как ей было спокойно. Словно даже тьма внутри нее наблюдала за волком и боялась нарушить такой славный момент.              - Спасибо, - почти ласково сказал Дмитрий, забирая бутылек с остатками.       - Пей перед сном и постарайся не думать ни о чем плохом, - волк уже стоял у порога, был готов уходить, - Дмитрий! — Лэйн неожиданно для себя повысила голос. Мужчина обернулся. Ведьма бросила на него кроткий взгляд, - Спасибо. Что пришел.              Мужчина лишь слабо улыбнулся. Вышел, оставив Лэйн одну. Теперь оба не смогут уснуть. Дверь закрылась. Лэйн прислушалась к тишине, к тому, как затихают шаги Дмитрия за окнами. Она смотрела на пустую кружку, на почти погасшую свечку, которая еле дрожала на столе. А потом взгляд сам по себе упал на крестик. Он валялся у ножки стола. Черный от грязи и крови.       Лэйн аккуратно взяла его в руки. Вновь. Медленно, боязливо, словно он мог обжечь ей пальцы. Или что хуже. Она повертела его в руках, поднесла к свече, разглядывала царапины. Замерла.       Символы. Царапины на кресте были не простыми. Они складывались в знакомые Лэйн символы. Она сама такие рисовала на оберегах, что дарила деревенским детям, чувствуя рядом с ними запах ранней смерти. И на венках — похожие символы. Только она рисовала для защиты, а здесь они были сложены в другой узор: извращенней.       Кто-то знал, что делает, знал магические знаки. И отметил ими дар для чудищ в лесу. И чудища нашли этот дар.              «Я найду тебя, тварь. Обязательно найду» - прошеплата Лэйн, крепко сжав крест пальцами.       Внутри что-то перевернулось. Тьма — теперь вся ее — закипала внутри. Лэйн чувствовала ее пульсацию. «Ты не жертва» - говорило что-то внутри - «Ты охотница».       Ведьма повернулась к иконе — самой фальшивой вещи в ее доме. Еще пару дней, и зелье за ним будет готово. Еще пару дней и она сможет исчезнуть из жизни целого поселения, не навредив себе. Сможет сбежать от волков. От Анны… От него.       Но теперь бежать не хотелось совершенно. Теперь рядом с ней была еще одна ведьма — не такая сильная, как сама Лэйн. Рядом был кто-то, кто кормит тварей в лесу человечиной.       И рядом был он. Тот, с кем безумно хочется пререкаться по любой мелочи. С кем хочется сидеть и молчать, не думая ни о чем. От кого ведьме нужно было бежать в первую очередь. Он — князь, волк, вожак. Дмитрий.