Второй шанс

Хуже всего в смерти это ее необратимость. Ты знаешь это, но по настоящему понимаешь только тогда, когда сталкиваешься с ней лицом к лицу. Но штука в том, что если ты умираешь сам, ты уже ничего не чувствуешь, тебе все равно. Но если умирает твой близкий… вот где начинается месиво. При смерти любимого, умирают сразу двое. Ну, то есть один физически все еще жив, но это только физически. А потом вдруг судьба дает тебе шанс все исправить. Шанс из области фантастики, такого не бывает - смерть необратима, ты это знал всю жизнь. Ведь так? Ведь так, да? 

***

Последние три месяца тянулись как старый загустевший мед, который стоял у родителей около батареи на кухне - целая, мать его, вечность. Или это был один очень длинный день? Честно, Денис не знал. Он перестал чувствовать время примерно через 5 минут после того, как узнал о случившемся.  День был поразительно обычным. Если не считать ссору, но последнее время ее можно было не считать. Это происходило так часто, что перестало быть чем-то удивительным и из ряда вон выходящим. Это стало обычным условием их отношений и то, что Денис стал к этому привыкать, даже настораживало. В общем, это был обычный день. Отличало его только то, что в последующем Денис будет прокручивать каждую секунду «до», каждое слово, каждый взгляд. Но пока он еще этого не знал. Если спросить Дениса причину ссоры, он не сможет ответить. Просто ссора, просто зацепились словами. Просто что-то не так было в интонации или в самих словах. Она просто случилась, как и десятки других, ничем не отличающаяся, ничем не особенная. Но именно это стало точкой отсчета.  Груз вины, который он понесет в себе после произошедшего, никогда не будет возможным описать в словах. Это что-то неподъемное, бетонная плита, которая придавливает к полу и не дает даже возможности сделать вдох. Нескончаемые вопросы «а что если бы..?» станут мантрой, девизом жизни, причиной залипания в одну точку. Но в тот момент хотелось только одного - остаться одному, отвлечься, не сталкиваться ни взглядами, ни руками. Поэтому он отправил его погулять, в магазин, да куда угодно, лишь бы он ушел и оставил его в одиночестве. Почти вытолкнул за дверь, всучив телефон и ключи. Последнее, что он сказал ему - это были далеко не слова любви. Это были грубые слова, намеренно жесткие, чтобы задеть. И последнее, что осталось связывать их до конца - хлопок двери.  Все казалось правильным, ничего особенного. Спустя час злость прошла. Спустя два часа вернулась снова - сколько можно шарахаться? Спустя три - тревога. Почему не отвечает? А спустя еще 40 минут был звонок. Тот самый, который поделил жизнь на до и после. Это злая шутка? Месть? Это должно было быть чем угодно, только не правдой. Слова «сбила машина», «пьяный водитель», «быстрая смерть» были незнакомыми, их значение потерялось в момент. И именно с этого момента время встало. Или понеслось с бешеной скоростью, Денис не знал. Он знал только одно - в этот самый обычный день 17 мая умерли двое.  Осознание не наступало. А потом ударяло в голову и доводило до истерик, метания предметов в стену и тяжелой, невыносимой тишины. А когда он ответил на звонок подруги, всего один раз, он будто бы забыл. Начал рассказывать о планах, что они хотят переехать куда-нибудь снова, «интересно, что он подарит мне на день рождения?». За этим последовала оглушающая тишина в трубке, а потом - «Денис, он умер». Телефон тоже полетел в стену.  Так что, да. Прошло три месяца, из которых он не помнил ни дня. Ел ли он что-то? Наверное, да. Спал ли он? Уже не уверен. Три месяца в тишине, со сломанным телефоном, не выходя из комнаты, в которую переодически заглядывала мама удостоверится, что не произошло еще одной смер… в общем, еще одной.  И засыпая под утро, наглотавшись успокоительных, которые дала мама, он не знал, что судьба подготовила ему кое-что еще. 

***

Солнце слепило глаза. Кто открыл эти ебучие шторы? Темнота в его комнате не заканчивалась, шторы были задернуты 24/7. Так, кто их, блять, открыл?  Кое-как разлепив глаза, он потянулся за телефоном под подушку и посмотрел время - 8:46. Отлично, он поспал примерно полтора часа. И тут вдруг мысль, пролетевшая в голове, заставила его замереть. Телефон? Тот самый, который не включался с момента, когда его со всей силы швырнули в стену?  Он приподнялся на руках и наткнулся взглядом на совсем другую комнату, он точно засыпал не здесь. Паника накрыла мгновенно. Это была их спальня в квартире, которую он снимал с Денисом. С Денисом.  Еще раз взглянув на экран телефона, он увидел дату - 17 мая. Тот день, когда… Резко повернувшись в сторону, он понял, что он здесь не один. Рядом на кровати спал Денис. Как ни в чем не бывало. Спокойный, целый. Живой. Пульс резко подскочил, казалось, что сердце выскочит из груди. В глазах начало темнеть, сделать вдох было невозможно. Паническая атака накатывала стремительно. Что делать в таких ситуациях он запомнил четко и начал в голове перечислять все предметы, которые попадались ему на глаза - айкос, одеяло, телефон, лампа, стул, штаны, носки на полу, очки Дениса. Очки Дениса. В этот раз метод не сработал.  Он кое-как поднялся с кровати и дошел до ванной. Плеснул холодной воды в лицо и грубо растер, облокотился руками на раковину и посмотрел в зеркало - синяков под глазами, которые успели появится за эти три месяца, нет. Лицо выглядело как прежде - без болезненно впалых щек от практически полного отсутствия еды. Волосы растрепанны, но не напоминают гнездо на голове.  Мысли сменяли друг друга и ни одна не задерживалась дольше, чем на секунду. Ему это снится. Это сон. Или сном были эти три месяца? Он сошел с ума. Ему надо к врачу. В дурку. Он ненормальный. Такого не бывает, этого просто не может быль. Денис умер, он ясно это помнил. Так какого черта он прямо сейчас спокойно спит в спальне, в которой он сам не был с того самого дня?  Постояв так еще минут пять, пялясь на себя в зеркало, пытаясь найти что-то необычное, что-то, что явно бы указывало на нереальность происходящего, но так и не найдя, он медленно вернулся в комнату.  Только открыл дверь и сразу столкнулся с такими знакомыми глазами. Глазами, которые снились каждую ночь. Глазами, которые стояли у него в голове даже днем. Глазами, которые последний раз он видел перед тем, как захлопнул дверь. Он замер у входа в спальню и не решался хоть как-то пошевелиться. - Доброе утро, - голос хриплый ото сна, тихий, полностью не проснувшийся, - Ты чего там стоишь? Это он, реальный, настоящий. Не иллюзия, не игра воображения, не шутки его больной головы.  На глаза навернулись слезы, зрение заволокло водой. Он не моргал, просто стоял и впитывал образ человека, которого потерял. Безвозвратно, навсегда. Все казалось ненастоящим и  настоящим одновременно. Объяснению не поддавалось. Страх сковывал движения, язык казался неподъемным, чтобы сказать хоть слово. Все, что он мог - это стоять и смотреть.  - Деш? Вот он. Этот момент. Дрожь прошла по всему телу, казалось, что пустили разряд тока. Его так никто не называл уже три месяца. И только это слово разблокировало в нем что-то, запустило процесс перезагрузки.  Денис резко сдвинулся с места, и практически подлетел к кровати, опустившись на край и с силой впечатался в Дениса, уткнувшись лицом в шею. Вцепился в футболку крепкой хваткой. Настоящий, живой. Живой. Он чувствовал замешательство Дениса, как тот медленно положил руки ему на спину, прижал к себе.  Денис чувствовал его сердцебиение, теплую кожу, легкое движение руки по своей спине. Слезы не останавливались и мочили шею Дениса, впитывались в его футболку, но оба сидели молча. Прошло минут 10, 15, может быть час, когда Денис наконец нашел в себе силы немного отстраниться, но не сильно, только, чтобы можно было взглянуть в лицо еще раз. Еще раз внимательно осмотреть, каждую морщинку, черту - брови, глаза, нос, губы. Все запомнить как следует еще раз, на случай, если все испарится как дым. На случай, если этот шанс дали ему (кто бы это ни был) всего на несколько минут.  - Что случилось? - знакомая морщинка между бровями, когда Денис был недовольным, задумчивым или злым. Она появлялась каждый раз, когда он хмурился. Почему раньше он воспринимал это как данность? -  Я тебя люблю.  Это единственное, что осталось в голове Дениса. Он мог думать только об этом. Он любит его, он любит его, любит его.  - Ты из-за этого плачешь? - легкая усмешка. Каждый раз, когда Денис выдавал какую-нибудь глупую шутку и ждал реакции. Или когда не понимал уже шуток Дениса и выдавал не смех, а эту дурацкую усмешку, просто как реакцию, как ответ. Почему раньше он воспринимал это как данность?  - Нет, просто… Я тебя люблю. Слов больше не находилось. - Я знаю. Я тоже тебя люблю. - Знаешь?  - Конечно.  Было видно, что Денис не понимал что происходит. Раньше такого не случалось. Чтобы вот так, в слезах с утра Денис признавался ему в любви. Но больше вопросов он не задавал. Смотрел в ответ сонными глазами и молчал.  Дальше, день, казалось, шел как обычно. Денис встал, умылся, вел себя как всегда. Начал рассуждать о том что приготовить на завтрак, поиграл с собакой, залип в тиктоке. Что-то говорил, что-то делал. А Денис не мог собрать мысли в кучу. Сидел на кровати и наблюдал, искал хоть какой-то знак, что все это закончится, что он проснется и вернется в ту реальность, в которой самому хотелось лезть на стены, а лучше просто умереть. Переодически наказывали слезы, которые он быстро прятал. Больше не притрагивался, боялся, что еще один раз - и все испарится, развеется, что Денис сломается как стекло от одного прикосновения.  Он боялся думать и боялся не думать. Что это? Второй шанс на другой исход? Такого не бывает. А если завтра он проснется и все вернется назад? Может теперь ему нельзя спать, может нельзя закрывать глаза? Что, если это все для того, чтобы показать ему еще раз что он потерял? Он боялся гуглить, да и был уверен, что кроме сюжетов фильмов и книг поисковик ему не выдаст ничего конкретного. Так, он решил просто ухватится за шанс, который ему выпал, не задавать слишком много вопросов. Спустя пару часов, когда Денис пошел в душ, он увидел оповещение о новом сообщении на его телефоне. От знакомого, который почему-то напрягал Дениса. Он не мог объяснить почему - ревность или нет, он просто его напрягал. Вот она. Причина ссоры, с этой самой минуты история начала свой отсчет. Дальше Денис должен был выйти из душа, столкнуться с уже раздраженным парнем, они должны начать спорить, сказать друг другу много лишнего и Денис вытолкнет его из квартиры. В этот раз все будет иначе. Теперь это сообщение не вызывало никаких эмоций у Дениса. Теперь он знал, что есть кое-что в сотни раз хуже. В миллион раз хуже. Это было несравнимо. Поэтому он просто заблокировал телефон и отложил на стол. 

***

- Я хочу приготовить что-нибудь на ужин сегодня. Чего ты хочешь? Я схожу в мага… - Нет!  Денис выкрикнул это слово так, будто от этого решения зависела его судьба. Потому что от этого решения зависела его судьба. Он не выпустит его из квартиры сегодня, а лучше вообще никогда. Он проигнорировал взгляд своего парня, который смотрел на него в замешательстве и продолжил: - Лучше закажем что-то, - и отвел взгляд. Он не хотел объяснять, не хотел рассказывать об этой тревоге и страхе, которые сопровождали его весь день и продолжают давить. И как бы он это объяснил? «В прошлый раз, когда ты вышел из дома, ты умер»? Ни один здоровый человек не поверит в этот бред. Лучше молчать, лучше выглядеть странно и не свойственно себе. - Ну… ладно.  Ему было интересно что Денис думает о нем сегодня, о его поведении. Он замечал все взгляды, которые он кидал на него переодически. И он был благодарен, что тот не задавал лишних вопросов. Денис всегда был таким… Нет, он есть! Он есть такой, сейчас. Не лезет в душу, когда видит, что человек к этому не готов, не закидывает вопросами, а молча ждет, когда будет можно, ждет, когда к этому будут готовы.  Ложиться спать было страшно еще больше, чем жить этот день. Он поцеловал Дениса перед сном так, будто это был последний раз. На случай, если это был последний раз. Думать об этом он не хотел. Где-то внутри себя он понял, что если завтра все вернется к той реальности, в которой он существовал последние три месяца, он больше не сможет. Он был почти готов, но размышлять об этом не хотелось. Когда Денис уснул, он долго крутился, смотрел в потолок, смотрел на Дениса, еще раз изучая его лицо. Слезы в очередной раз за день выступили на глазах, но он их игнорировал. А потом он уснул.

***

Денис просыпался медленно. В этот раз солнце не слепило глаза. Именно от этого факта его прошиб холодный пот, даже не успев проснуться. Не открывая глаз, он нащупал под подушкой телефон и разблокировал - 18 мая. Наступил следующий день. Денис лежал рядом. Он не вернулся назад. Все было хорошо.  Он медленно выдохнул, стараясь нормализовать сердцебиение и снова улегся на подушку, плотнее пододвигаясь к Денису. Они продолжают жить. Оба.

***

Денис знает, что смерть необратима. Она не заигрывает, не дает вторых шансов. Тогда кто его дал? Вряд ли он узнает об этом и вряд ли он когда-то озвучит этот вопрос вслух. Еще долго он будет первым делом проверять дату и Дениса после пробуждения, еще долго он будет чувствовать эту удушающую тревогу. Но это лучше. Это лучше.