Волшебный французский

Гарри миллионы раз проклинал идиотский турнир трёх волшебников. Он не был готов убегать от чёртовой Венгерской хвостороги! Хотя ему наверно ещё повезло, раз он отделался только раной на плече. Мадам Помфри промыла царапину ваткой, смоченной в красной жидкости. Тампон дымил и обжигал. Но мадам направила палочку на плечо, и боль как рукой сняло. — Ну вот, минуту посиди спокойно, и можешь пойти узнать результат, — она вышла, и её голос донёсся из-за перегородки, — Диггори, как ты себя чувствуешь? Бедняге Седрику повезло меньше, его дракон, Шведский тупорылый, обжёг ему половину лица пламенем, и мадам Помфри пришлось накладывать специальную пасту, чтобы восстановить кожу. Травма была серьезной поэтому Седрика отправили в больничное крыло для полного восстановления. Гарри надоело сидеть. В крови всё ещё кипел адреналин. Хотел посмотреть, что происходит снаружи, но не успел — в палатку ворвалась Гермиона, за ней по пятам Рон. — Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы. Видно, она очень нервничала, на щеках — следы от ногтей. — Потрясающе, Гарри! Честное слово! Но Гарри смотрел на Рона, который был очень бледен и таращился на Гарри, как на призрака. — Гарри, — на редкость серьёзно сказал он, — кто бы ни положил твоё имя в Кубок, я понял: он хочет тебя убить! Словно и не было этих последних недель. Как будто Гарри встретил Рона впервые после того, как его объявили чемпионом. — Додумался? — холодно ответил он. — Долго же до тебя доходило. Гермиона нервно переминалась, поглядывая то на одного, то на другого. Рон открыл рот, подыскивая слова. Гарри знал, что тот готов повиниться, но… разве это так важно? — Всё в порядке, Рон, — опередил он друга. — Забудем, и всё. — Нет, как я мог… — Забудем! — повторил Гарри. Рон нервно улыбнулся, и Гарри улыбнулся в ответ. Гермиона уже хотела что-то сказать, но в палатку забежал Драко. — Harry! — толи восторженно, толи испуганно произнёс на французском шармбатонец. — Ça va? C'était magnifique! — Ты ещё кто? — Рон вытаращился на незнакомца, но Гермиона уже схватила его за рукав и потащила к выходу. — Кто он? — Гарри потом всё тебе расскажет, — бросила она на ходу и они вышли из палатки. Впервые Гарри встретил Драко когда тот вышел из кареты с другими шармбатонцами, избранный сразу приковал своё внимание к нему, его белые волосы развивались на слабом ветру, холодные, серые глаза смотрели прямо в душу. Хотя турнир трёх волшебников строго с 17 лет, поговаривают, что Малфой старший, отец Драко заплатил за то, что бы тот мог посмотреть на турнир. Когда появилась возможность, Гарри сразу подлетел к Драко познакомится, но вот разочарование, тот не понимал на английском ни слова. Гриффиндорец помнил этот прекрасный лепет из его уст: "Je ne parle pas anglais". Гарри бы и не узнал даже его имя, если бы не Гермиона, которая спросила какую-то шармбатонку кто он. В начале Гарри не мог даже встретиться глазами с Малфоем, тот кажется не замечал его вообще, это оказалось так не привычно для избранного Гарри Поттера, мальчика, который выжил. Поэтому Гарри был ошеломлён когда француз продолжал что-то щебетать на французском. Так как Гарри ничего не понимал по-французски, он просто сидел и слушал голос Драко, он казался ему таким спокойным, не смотря на обеспокоенное лицо. В палатке снова послышались шаги, и в проходе показалась мадам Помфри с коробкой зелий. — Вам обоим пора покинуть палатку, — строго сказала она. — Результаты скоро объявят. Драко чуть заметно улыбнулся, развернулся и быстрым шагом вышел. Гарри выбежал вслед за ним, но тот уже стоял со всеми шармбатонцами. Гриффиндорец подошёл к Рону и Гермионе. — Судьи оценивают чемпионов по десятибалльной шкале, — пояснил Рон, когда увидел Гарри. Гарри скосил глаза и увидел, как первая судья — мадам Максим — подняла в воздух палочку. Из неё выскочила длинная серебристая лента и нарисовала большую цифру восемь. Зрители зааплодировали. — Неплохо! — сказал Рон. — Думаю, она сняла два очка из-за царапины Следующим был мистер Крауч. Он дал Гарри девять баллов. — Здорово! — воскликнул Рон, похлопав Гарри по спине. Дамблдор тоже очертил в воздухе девятку. Зрители ликовали ещё пуще. Людо Бэгмен поставил все десять. — Десять? — не поверил Гарри. — Я же получил травму… К чему это он?       — Не жалуйся, Гарри, — восторженно крикнул Рон.       Каркаров был последним. Помедлив, он взмахнул палочкой, и серебристая лента приняла очертания цифры четыре.       — Четвёрка?! — заорал Рон. — Гнусный судьишка! Краму все десять выставил!       Но Гарри только махнул рукой. Да пусть Каркаров хоть ноль ставит. Возмущение Рона стоит сотни очков. Конечно, он ему этого не сказал, но покидал Гарри загон в отличном настроении. Не только Рон, все гриффиндорцы приветствовали его. По дороге в школу их догнал Чарли Уизли. — Вы с Крамом заняли первое место, Гарри! — сказал он. — Я побежал, надо послать маме сову. Я поклялся ей подробно всё описать — это было что-то невероятное! У Гарри было настолько хорошее настроение, что он уверен, даже Снейп не испортил бы его ему.