Смена ролей.

***

Академия «Одаренных узников» была местом, где надежда умирала медленно, не оставляя ни единого шанса. Для Шуичи Сайхары, чей талант детектива казался ему скорее проклятием, чем даром, это место было настоящим кошмаром. Он привык сомневаться в каждом своем шаге и старался никогда не брать на себя всю ответственность. Но Он был другим. С самого первого дня, когда они столкнулись в спортзале, этот парень излучал странную легкость и уверенность. В его походке, в жестах, в словах чувствовалось что-то особенное. Он представился именем — Рантаро Амами. Пока Каэде пыталась сплотить всех своим оптимизмом и музыкой, Шуичи нашел утешение в его тихом и рассудительном голосе. — Не прячь глаза, Сайхара-кун, — сказал Рантаро однажды, когда они сидели во дворе под искусственным небом. — Если ты не будешь смотреть на правду, она всё равно найдет тебя. Но тогда ты не успеешь защититься. — Я просто... я не уверен, что хочу видеть правду в этом месте, — прошептал Шуичи, поправляя козырек кепки. Рантаро мягко улыбнулся и положил руку ему на плечо. Его ладонь была теплой. — Тогда я буду твоими глазами, пока ты не наберешься смелости открыть свои. Мы выберемся отсюда. Вместе. Эти слова много значили для Шуичи. Каэде была добрым другом, но именно Рантаро стал для него тем, кому точно можно довериться.

***

Когда Монокума объявил о лимите времени — убийство должно произойти в течение двух дней, иначе все будут казнены, — академия погрузилась в панику. Но Рантаро казался холодным. Он пригласил Шуичи в свою комнату, где они часами обсуждали все странности академии. — Есть потайная дверь в библиотеке, — сказал Рантаро, понизив голос. — Я уверен, что мастермайнд — тот, кто управляет этой игрой, — использует её. Если мы поймаем его, игра закончится. — Но как? — спросил Шуичи, чувствуя, как внутри него просыпается детектив, подстегиваемый уверенностью друга. — Устроим ловушку. Но, Шуичи, послушай меня внимательно. Мы же не убийцы. Наша цель — не лишить жизни, а лишь разоблачить. План был прост. Шуичи нашел камеру и датчик движения на складе. Рантаро предложил использовать вентиляцию. Они решили взять тяжелое металлическое ядро, чтобы при срабатывании датчика его можно было скатить по импровизированному желобу из книг. — Оно должно упасть рядом, — объяснял Рантаро, расставляя книги в библиотеке. — Грохот напугает и заставит его запаниковать. В этот момент камера зафиксирует его лицо, а мы ворвемся внутрь. Звук датчика станет сигналом для нас. — Ты уверен, что оно никого не заденет? — с тревогой спросил Шуичи. — Я всё рассчитал, — Рантаро подмигнул ему. — Траектория идет в сторону от потайной двери в полках. Максимум, что случится — человек испытает небольшой испуг от громкого звука. Мы спасем всех. Без жертв. В тот момент Шуичи верил ему безоговорочно. Он хотел верить.

***

Последние часы перед истечением срока были удушающими. Шуичи и Рантаро сидели в учебном классе, прямо над библиотекой. Перед ними лежал приемник, настроенный на датчик движения. Каэде Акамацу, которая весь день вела себя странно, куда-то исчезла. Она говорила, что хочет «подготовить сюрприз для всех», чтобы поднять боевой дух. Шуичи не придал этому значения — он был слишком сосредоточен на другом. Вдруг приемник пискнул. — Сработало. — выдохнул Рантаро. Шуичи, немного забывшись и оставив Рантаро одного, выбежал из класса. Амами, взяв ядро, быстро скинул его в вентиляцию и выбежал вслед за Детективом. Секунда, две, три... Глухой, тяжелый удар отозвался в полу. Но за ним последовало нечто странное. Шаги? Жаль, что этого уже никто не услышал. Они ворвались в библиотеку. В воздухе летала пыль. Вспышка автоматической камеры больше не слепила глаза. — Стой. — Рантаро аккуратно выглянул в проход между книжными полками, прислоняясь к одной из них спиной. Как только он увидел ???, его лицо мгновенно изменилось. Шуичи тоже посмотрел в проход и почувствовал, как мир вокруг него начал рушиться. У потайной двери лежало тело. Тело Каэде. Её розовая жилетка была окрашена в багровый. Голова была неестественно повернута, а рядом, в луже крови, покоилось то самое ядро. Её глаза, всегда полные жизни, теперь смотрели в никуда с выражением бесконечного испуга. — Нет... — голос Рантаро дрогнул. — Нет, этого не может быть.. Ядро... оно должно было упасть в метре отсюда! Я проверял! Я трижды проверял.. Шуичи упал на колени. Запах железа заполнил его легкие. — Каэде... Каэде, пожалуйста! Но пианистка была мертва. Ирония судьбы была невыносимой. Человек, который больше всех хотел объединить их, стал первой жертвой. — Шуичи, — Рантаро схватил его за плечи, его голос был полон паники, которую Шуичи никогда раньше у него не слышал. — Я не целился в неё. Я не знал, что она там! Почему она там оказалась?! — Мы... мы убили её? — прошептал Шуичи, глядя на свои руки, будто на них уже проступила кровь. В этот момент заиграла веселая, издевательская музыка Монокумы. Время расследования началось!

***

Расследование было адом. Шуичи работал как автомат. Он видел улики, но его мозг отказывался связывать их воедино. Каждое доказательство вопило об одном: ядро упало из вентиляции, попав прямо в голову девушки. Но было кое-что еще. Шуичи нашел странный зазор в кадрах камеры. Словно одна секунда была стерта или заменена. Однако в хаосе и горе он не смог за это зацепиться. Остальные ученики смотрели на него и Рантаро с подозрением. Кокичи Ома подливал масла в огонь своими двусмысленными шутками. На суде всё окончательно пошло прахом. — Итак, — начал Кайто Момота, ударив кулаком по ладони. — Кто-то из вас двоих закинул это ядро в вентиляцию, так? — Это был план, — честно признался Шуичи, его голос был едва слышен. — Мы хотели поймать мастермайнда. Рантаро... Он.. — О, так это Рантаро всё устроил? — прищурился Кокичи. — Авантюрист, который умеет попадать всякими металлическими штучками точно в голову! Звучит как убийца, не находите? — Это не была смертельная ловушка! — вскричал Рантаро. — Ядро должно было упасть рядом! Кто-то передвинул книги или... или толкнул Каэде под удар! — Но в библиотеке были только вы двое и Каэде, — отрезала Маки Харукава. — Камера зафиксировала только её вход. И потом — ваше появление. Шуичи отчаянно пытался найти другое объяснение. Он анализировал траекторию. Согласно его расчетам, основанным на положении ядра, оно действительно должно было попасть в Каэде. Но как? Рантаро... Он не мог ошибиться. «Или мог?» — шептал предательский голос в голове. — «Что, если он соврал мне? Что, если он хотел убить её, чтобы получить бонус первого убийства и выбраться отсюда?» Нет. Шуичи отогнал эти мысли. Он видел лицо Рантаро в библиотеке. Тот ужас был настоящим. Однако улики были неумолимы. Скинутое Рантаро ядро. Его знание устройства вентиляции. И самое страшное — расчеты. Шуичи сам, будучи детективом, шаг за шагом доказывал вину своего единственного друга. Каждое слово «правды» было как гвоздь в гроб Амами. — Рантаро... — Шуичи посмотрел на друга через зал суда. — Пожалуйста, скажи, что есть что-то еще. Что я ошибаюсь. Рантаро долго молчал. Он смотрел на Шуичи — не со злостью, а с какой-то глубокой, невыразимой грустью. — Знаешь, Шуичи... — тихо сказал он. — Ты стал отличным детективом. Ты нашел правду, которую мы сами создали. Даже если эта правда — ложь, подстроенная кем-то другим... у нас нет доказательств обратного. — Что ты говоришь?! — закричал Кайто. — Рантаро, защищайся! — Зачем? — Рантаро горько усмехнулся. — Мой план привел к смерти Каэде. Я взял на себя ответственность за её жизнь, когда убедил Шуичи помочь мне. Если ядро убило её — значит, я убийца. Неважно, случайно это было или нет. Шуичи понял, что происходит. Рантаро сдавался. Не потому, что был виновен в умысле, а потому, что не мог вынести груза её смерти. Но внутри Шуичи что-то кричало: «Здесь что-то не так! Ядро не могло её убить так!». Ядро, падающее с высоты, должно было размозжить череп, но на теле Каэде была странная вмятина, словно её ударили..? Но Монокума уже объявил голосование. Экран вспыхнул: РАНТАРО АМАМИ — ПРИЗНАН ВИНОВНЫМ. Время наказания!

***

— Ну что ж, пора приступать к самому интересному! — Монокума довольно потер лапы. — У нас есть специальная казнь для нашего путешественника! — Стой! — Шуичи бросился к трону медведя. — Пересмотри дело! Была вспышка! Там был кто-то еще! Но его никто не слушал. Цепь с железным ошейником вылетела из двери и обхватила шею Рантаро. — Шуичи! — крикнул Рантаро, когда его начало утягивать во тьму. — Не закрывай глаза! Обещай мне! Живи ради правды! Двери за ним захлопнулись. На огромном экране началось видео. «ПУТЕШЕСТВИЕ В НИКУДА».

***

Рантаро приходит в себя в огромном, полуразрушенном зале, напоминающем затерянный храм. Потолок высоко над головой, уходящий в темноту, а стены покрыты мхом и еле различимыми иероглифами. Пол зала полностью состоит из сотен больших, квадратных каменных плит, расположенных в сетке, уходящей вдаль. На каждой плите выгравирован уникальный символ: карта мира, компас, изображение какой-то горы, морского судна, звезды, а иногда и что-то более личное — смутные очертания человека или знакомого предмета. В самом начале зала стоит Монокума, потирающий лапки. — "Добро пожаловать, Рантаро Амами, Абсолютный Авантюрист! Твоё последнее приключение начинается! Где-то там, в конце этого зала, тебя ждет... Истина! Та, что ответит на все твои вопросы! Но чтобы добраться до неё, тебе придется пройти по Лабиринту Потерянных Путей! С каждым шагом ты должен выбрать правильную плитку. Выбирай мудро, или... ну, ты знаешь! И знай, что этот лабиринт меняется с каждым шагом!" На противоположном конце зала, далеко в тусклом свете, Рантаро видит смутный силуэт постамента, на котором что-то лежит. На стенах вокруг него начинают мигать проекции: старинные карты, фрагменты журналов путешествий, а затем... мелькают изображения его пропавших сестер, их лица, их последние известные местоположения. Эти образы усиливают его решимость. Рантаро понимает правила: он должен выбрать одну из примыкающих к нему плит (вперед, назад, вправо, влево). "Правильная" плита позволит ему продвинуться дальше, "неправильная" — активирует ловушку. Внешне все плиты кажутся одинаковыми. Вначале плиты кажутся относительно "безопасными". Если Рантаро наступает на "неправильную" плиту, из соседних стен вылетают заточенные ножи, пролетая мимо него на волосок. Или плита под ним слегка проседает, вызывая резкий порыв ветра, который мог бы сбить его с ног, но не наносит прямого урона. Это создает напряжение, но оставляет надежду. Он начинает замечать едва уловимые знаки: слабый отсвет на определенных символах, легкое тепло, исходящее от некоторых плит. Его навыки помогают ему продвигаться. С каждой пройденой плитой, ловушки становятся более опасными. "Неправильная" плита может вызвать выброс едкого газа из пола, вынуждая Рантаро задерживать дыхание и быстро переходить на другую. Или из пола выстреливают короткие шипы, которые он едва успевает избежать. Иногда плита под ним может опуститься, и он на мгновение проваливается в темную яму, прежде чем плита возвращается на место. Проекции на стенах становятся более яркими, показывая его сестер, зовущих его. Лабиринт также начинает «двигаться» — плиты вокруг него могут незаметно смещаться, меняя путь, когда он не смотрит. Ловушки становятся смертельными. "Неправильная" плита может вызвать мощный электрический разряд, проходящий через его тело, или сбить его с ног мощным гидравлическим ударом. Одна из плит может оказаться фальшивой, скрывающей под собой глубокую пропасть, которую он успевает избежать в последний момент. В какой-то момент, наступая на "правильную", как ему кажется, плиту, он может услышать, как Монокума хихикает, а на стенах промелькнет искаженное изображение одной из его сестер, которая исчезает, как будто её поглотила тьма. Это заставляет его сомневаться в своих навыках и в том, что он видит. Изможденный, но упорный, Рантаро наконец достигает последней линии плит перед постаментом. На нем лежит что-то, что Рантаро безошибочно узнает: его собственный, потрепанный дневник. Это кажется Истиной, которую он искал. Последние несколько плиток выглядят идентично, и нет никаких видимых подсказок. Рантаро тщательно обдумывает каждый шаг. Он выбирает последнюю плиту, которая, по его расчетам, должна привести его к цели. Он уверен, что нашел правильный путь. Когда Рантаро ступает на последнюю плиту, раздается оглушительный скрежет. Вся плитка под ним не просто опускается, а исчезает, открывая огромную, бездонную пропасть. Рантаро падает. На его глазах, когда он летит вниз, стены пропасти мгновенно загораются тысячами проекций: все уголки мира, которые он посетил, все люди, которых он встретил. А затем, все эти изображения быстро проносятся мимо, сменяясь единственным изображением: его сестер, машущих ему на прощание. Это видение — абсолютный обман, заставляющий его в последний момент поверить, что он нашел их и они в безопасности, но это не так. Рантаро насаживается прямо на гигантский, заостренный шпиль, который на самом деле является вершиной стрелки огромного компаса, торчащего из пола на дне пропасти. Он падает прямо спиной и его тело пронзанзается насквозь, а изо рта течёт обильное количество крови. Ирония в том, что Абсолютный Авантюрист, который всегда находил свой путь и свои цели, в конечном итоге оказывается пригвожденным к символу навигации, но в месте, откуда нет возврата. Над пропастью появляется Монокума, безумно хохоча. "Вот она, твоя Истина, Авантюрист! Истина в том, что иногда все пути ведут... в одно и то же место! Надеюсь, тебе понравилось твоё последнее приключение! Отлично провел время, не так ли? А насчет твоих сестер... ну, ты почти их нашел! Почти!" Экран залило розовым. Зал суда погрузился в тишину, прерываемую только редкими всхлипами и тяжелым дыханием. Шуичи стоял неподвижно. Его взгляд был прикован к экрану. — Это... это было жестоко, — прошептала Цумуги, вытирая слезы. Шуичи не ответил. Он окончательно ослеп, ведь тот, кто обещал быть его глазами, умер. Тот, кто учил его не бояться правды, стал жертвой этой самой правды. Он медленно поднял руку и снял кепку. Теперь она казалась ему бесполезным куском ткани. Если Рантаро смог встретить смерть с открытыми глазами, то и Шуичи больше не имеет права прятаться. — Ты в порядке, дружище? — Кайто подошел к нему и попытался положить руку на плечо. Шуичи резко отшатнулся. Его глаза, теперь полностью открытые, горели холодным, пугающим огнем. — Он не убивал её, — сказал Шуичи. Его голос был лишен эмоций, он звучал как сталь. — Что? Но голосование... улики... — запнулся Кайто. — Ядро упало рядом, — Шуичи начал говорить быстрее, слова превращались в логическую цепь, которую он должен был выстроить раньше. — Я видел расчеты Рантаро. Он не мог ошибиться на полтора метра. Кто-то был в библиотеке. Кто-то, кто знал о нашем плане. Кто-то, кто поднял упавшее ядро и ударил им Каэде, пока мы бежали из соседнего класса. — Но кто? — испуганно спросила Цумуги. — Мастермайнд, — Шуичи посмотрел на окружающих. — Ты слышишь меня? Ты убил Каэде. И ты заставил меня убить Рантаро. Монокума лишь хихикнул в ответ: — Ой-ой, какие серьезные обвинения! Но детектив, ты опоздал! Приговор приведен в исполнение, а значит — дело закрыто! Шуичи сжал кулаки так, что кости хрустнули. Он понял. Вся эта игра, весь этот суд был фарсом. Мастермайнд не просто хотел их смерти — он хотел их отчаяния. Он хотел, чтобы Шуичи нес на себе вину за казнь лучшего друга до конца своих дней.

***

Ночью Шуичи не спал. Он пришел в комнату Рантаро. Здесь всё ещё чувствовалось его присутствие. На тумбочке лежал монопад Рантаро, который тот доверил Шуичи перед тем, как они пошли в библиотеку. Зачем? Шуичи включил его. На экране появилась надпись: «Для моего друга». Внутри была видеозапись. Шуичи нажал на воспроизведение. На экране появилось лицо Рантаро. Это было записано за несколько часов до ловушки. — Привет, Шуичи, — Рантаро на видео выглядел усталым, но спокойным. — Если ты смотришь это, значит, что-то пошло не так. Я хочу, чтобы ты знал. Я не просто авантюрист. Я чувствую, что уже был в подобной ситуации. И я знаю одно: правда в этом месте — это оружие. Мастермайнд боится её больше всего на свете. Рантаро на мгновение замолчал, глядя куда-то в сторону. — Шуичи, ты сомневаешься в себе, но ты сильнее всех нас. Не вини себя за то, что произойдет. Помни, что я сам выбрал этот путь. И я ни о чем не жалею, потому что встретил тебя. Видео прервалось. Шуичи прижал монопад к груди. Слезы, которые он сдерживал всё это время, наконец хлынули из глаз. Он рыдал в пустой комнате, содрогаясь от осознания своего одиночества. Он потерял Каэде — свою подругу, которая верила в добро и свет. Он потерял Рантаро — человека, который стал его душой и смелостью. Но среди этих руин начало расти нечто новое. Гнев. Холодный гнев. Он больше не ищет справедливости — он ищет возмездия.

***

На следующее утро, когда все собрались в столовой, они увидели совсем другого Шуичи Сайхару. Он больше не прятался, а на лице застыла маска решимости. — Сайхара-сан... Вы как? — тихо спросила Кируми. Сайхара посмотрел на неё, и девушка невольно отступила. В его взгляде было что-то, что напомнило ей Рантаро перед смертью — та же уверенность, но без капли мягкости. — Я знаю, что произошло в библиотеке, — произнес Шуичи. Его голос разнесся по столовой. — Каэде Акамацу была убита не случайно. И Рантаро Амами умер ни за что. Мастермайнд среди нас. И я обещаю... Он сделал паузу, обводя взглядом присутствующих. — Я найду тебя. Я раскрою каждый твой секрет. И когда я закончу, ты будешь молить о такой же быстрой смерти, какая была у них. Он вышел из столовой, направляясь к библиотеке. Ему нужно было изучить вентиляцию. Ему нужно было проверить каждый сантиметр. — Мы выберемся, Рантаро, — прошептал Шуичи. — Как ты и обещал. Даже если из этой академии выйдет только твоя правда в моих руках. Игра продолжалась, но теперь охотник и жертва поменялись местами. И в центре этого безумия стоял детектив, чье зрение стало острым, как никогда в жизни.