Мелодия случайности

Пор только что закончил оформление сложного заказа для отеля. Руки были в соке растений, а голова — в мыслях о предстоящем зачете по микробиологии. Университетская заочка не давала расслабиться: нужно было сдавать отчеты по практике и готовиться к летней сессии. Телефон на прилавке коротко завибрировал. Сообщение от Тити. «Послушай это. Я закончил её сегодня на рассвете. Это наша Вена». Ниже был прикреплен аудиофайл. Пор вытер руки о фартук, надел наушники и нажал «Play». С первых секунд тишину лавки наполнил звук рояля. Мелодия была неспешной, прозрачной, как тот первый снег у Ратуши. В ней слышался ритм их шагов по мостовой, шорох упаковочной бумаги с рынка и едва уловимая грусть расставания. Но потом в музыку вплелись более теплые, низкие ноты — это был «голос» Бангкока, уверенный и надежный, как сам Пор. Пор закрыл глаза. Он видел, как Тити сидит в той самой пустой аудитории консерватории, кусает губы от усердия и вкладывает в каждую клавишу то, что невозможно сказать словами. Музыка росла, становилась мощнее, словно корни, пробивающие сухую землю, и Пор почувствовал, как по коже пробежали мурашки. Это не была просто пьеса. Это был отчет о любви, который невозможно завалить. В этот момент в лавку заглянул Вин. Он промок до нитки, но, увидев выражение лица Пора, остановился у порога. — Опять маэстро прислал весточку? — спросил Вин, стряхивая капли с куртки. — Судя по твоему лицу, он там написал как минимум гимн для твоей теплицы. Пор снял наушники, в его глазах всё еще стояли слезы восторга. — Лучше, Вин. Он написал то, ради чего я сдам эту сессию и выучу английский так, что меня примут в любой международный проект. — Ну, будущий агроном, — Вин похлопал его по плечу. — С таким вдохновением ты не просто сессию закроешь, ты новый вид роз выведешь и назовешь его «Тити-форте». Пор рассмеялся, возвращаясь к своему учебнику. Он открыл мессенджер и быстро напечатал: «Я слышу нас в каждой ноте. Горжусь тобой. Теперь моя очередь — иду зубрить латынь, чтобы быстрее приехать к тебе не туристом, а специалистом. Люблю тебя». Ответ пришел мгновенно: короткий смайлик лаванды и белое сердечко. Вечер продолжался. В лавке пахло дождем и свежесрезанными стеблями, а в наушниках Пора на повторе играла музыка, которая делала 8 500 километров просто незначительным расстоянием между двумя сердцами. Жизнь в Бангкоке закрутила Пора в вихре дел. Университетская сессия на факультете ботаники и агрономии оказалась беспощадной. Бангкок: Будни агронома В один из четвергов Пор сидел в университетской библиотеке, обложившись гербариями и записями по систематике растений. Его друзья-одногруппники, Томас и другие ребята, бурно обсуждали предстоящий зачет. — Пор, ты единственный из нас, кто реально понимает разницу между этими видами удобрений на практике, — простонал Томас, утыкаясь лбом в тетрадь. — Помоги нам, иначе нас всех отчислят! Пор, который в этот момент тайком проверял время в Вене, усмехнулся: — Всё просто: растения как люди. Если дашь им слишком много внимания сразу — они «сгорят», если забудешь о них — завянут. Нужен баланс. Он помогал друзьям, объясняя сложные химические формулы через примеры из своей лавки, и ловил себя на мысли, что стал гораздо терпимее и спокойнее. Любовь на расстоянии научила его выдержке. Вена: Шумная тишина В это же время в Вене Тити выходил из консерватории в компании своих новых друзей — скрипача из Польши по имени Лукаш и флейтистки Клары. — Тити, мы идем в паб «1516», ты с нами? — звал Лукаш. — Тебе нужно развеяться, ты проводишь за роялем по десять часов в день! Тити улыбнулся, поправляя шарф. Он действительно подружился с ними, они вместе обсуждали теорию музыки и спорили о Бетховене, но в шумных компаниях он часто ловил себя на том, что смотрит на часы. — Идите без меня, ребята. У меня сегодня «важная встреча» в FaceTime, — отвечал он. Друзья понимающе переглядывались. Они знали про «цветочного парня» из Бангкока, чьё фото стояло у Тити на заставке ноутбука. Тити шел в свою комнату, покупая по дороге горячий крендель, и думал о том, как сильно ему не хватает запаха влажной земли после дождя, который всегда исходил от рук Пора. На выходных Пор поехал навестить родителей. Это был первый раз, когда он приехал к ним после поездки в Вену. Мама Пора накрыла стол на веранде. Пахло жареной рыбой и лемонграссом. — Ну, расскажи нам еще раз, как там Австрия? — спросил отец, разливая чай. — Неужели правда всё такое чистенькое и каменное? Пор достал телефон и начал показывать фотографии: соборы, заснеженные парки и... Тити. На одном из фото Тити смеялся, прижимая к себе того самого плюшевого медведя, которого Пор подарил ему перед отъездом. — Там очень красиво, пап. Но там холодно. Не только на улице, но и внутри, пока не найдешь своих людей. Мама внимательно посмотрела на сына. — Ты изменился, Пор. Раньше ты был как закрытый бутон, а сейчас... ты словно нашел свою почву. Мы рады за вас. Жаль только, что Тити сейчас нет на этом стуле. Пор посмотрел на пустое место рядом с собой и почувствовал укол тоски. Но он знал: Тити сейчас тоже думает о нем. Бангкок — 23:00 / Вена — 18:00 Когда Пор вернулся домой, он сразу набрал Тити. Тот ответил мгновенно, он сидел в библиотеке консерватории. — Привет, — прошептал Тити, чтобы не мешать другим. — Я видел твои фото с родителями. Твоя мама приготовила тот самый суп, о котором ты рассказывал? — Да. Я чуть не съел твою порцию, — пошутил Пор. — Как прошел день? Лукаш опять пытался затащить тебя на вечеринку? — Да, но я выбрал тебя, — Тити прижал телефон ближе к лицу. — Пор, я сегодня сдал сложный технический зачет. Профессор сказал, что моя техника стала увереннее. Я думаю, это потому, что я перестал бояться будущего. Я знаю, что ты там, за 8 тысяч километров, учишь свою ботанику и веришь в меня. — Я не просто верю, я жду, — ответил Пор, глядя на лаванду на столе. — Закрывай свою библиотеку и иди спать. Тебе нужно выспаться перед завтрашним оркестром. Они еще долго не отключались, просто слушая дыхание друг друга через помехи связи. Два студента, два профессионала, два влюбленных сердца, которые жили в разных часовых поясах, но в одном ритме.