Корзинка с зеленью

Сюэ Ян стоял над небольшим чаном и, мыча под нос что-то непонятное даже ему самому, варил рис. На удивление, выходило весьма неплохо. Каша выходила мягкой и разваристой, в самый раз. Да и хватит надолго. Сегодня была очередь даочжана Сяо Синчэня и А-Цин идти на рынок за зеленью, а Сюэ Ян про себя в это время гадал: придется ли вырезать языки торговцам или можно обойтись угрозами ножом? Наконец, закончив с варкой риса, Сюэ Ян направился на задний двор, к огороду. Сегодня он хотел проверить, как там поживала редиска, которую он посадил относительно недавно. Ведь, по заветам старейшины Илина, всякий темный заклинатель обязан был выращивать редиску. А если был побогаче, то можно и картошку. Редиска, на удивление Сюэ Яна, несколько проросла. Зелёные хвостики решительно выглядывали из-под земли, не взирая на несколько каменистую почву и ужасный фэн-шуй для выращивания растений. Старейшина Илина мельком упоминал, что редис на хорошей почве растет три — пять недель, на плохой же (примерно как на Луаньцзан)— чуть больше, если не использовать темную энергию. У самого Вэй Усяня, судя по малому количеству жалоб на эту тему, редис рос быстро. По скромному мнению Сюэ Яна, в городе И было очень скучно. Всех, кого можно было убить, убили, а ругаться с тупыми торговцами, которые нагло обманывают Сяо Синчэня, продавая ему гнилые овощи, — это уже было пройдено больше сотни раз. Раньше, когда Сюэ Ян был приглашенным учеником ордена Ланьлин Цзинь, он мог позволить себе разгромить любую лавку в качестве развлечения, обокрасть любого прохожего, устраивать эксперименты с помощью темной энергии на живых и мертвых, а после заваривать чай с их языками и под шумок давать А-Яо. Сейчас же он только ходил на рынок, периодически на Ночные охоты с Сяо Синчэнем, уже не вырывая языки крестьянами, посыпав трупным ядом, а после подсовывая их под Шуанхуа, переругивался со Слепышкой, готовил им поесть и рассказывал вечером какие-нибудь сказки, пока его не заткнут. Сюэ Ян, на самом деле, никогда бы не признался, что здесь ему жить нравилось куда больше. Там, в его далёком прошлом в Ланьлине, он был гением, вторым после самого старейшины Илина. У него было признание и неограниченные возможности для его бесчинств и экспериментов. Но тут... Тут у него была его маленькая семья, к которой он уже привык, и их бытовые проблемы, которые оказались гораздо приятнее, чем требования А-Яо по поводу и без. Да и тут ему давали конфеты. Каждый день. Просто так. Просто потому, что святоша Сяо Синчэнь очень наивный и добрый и, послушав историю "дорогого друга", он пожалел его и начал подкармливать маленькими конфетками не только А-Цин, но и его. Чуткий слух темного заклинателя уловил знакомые голоса близко к дому, и он подошёл к крыльцу. По пыльной летней дороге шел даочжан в своих ослепительно белых одеждах, а рядом шла А-Цин, как всегда простукивая путь бамбуковой палкой. В руках у Сяо Синчэня была корзинка, доверху наполненная зеленью. Просто зеленью. Когда Сюэ Ян сказал ему, что им нужно купить зелень, он не подумал, что Сяо Синчэнь воспримет это настолько буквально. Зеленью для самого Сюэ Яна была капуста и все сопутствующие, но имбирь и чеснок относились к классу приправ и пряностей, которых у них было предостаточно. — Эх, даочжан-даочжан, — пропел Сюэ Ян, подходя к Сяо Синчэню. — Когда я говорил про то, что у нас кончается зелень, я имел ввиду капусту и лук, а не имбирь и чеснок. Но это совершенно ничего страшного, ведь у нас всего пока хватает. "Что-то со мной не то", — подумал Сюэ Ян. Он забрал у даочжана корзинку и пошел в дом, оставив дверь открытой. Разложив всё купленное богатство на столе, Сюэ Ян вздохнул — опять гнилье. — Даочжан, чего ж ты-то такой наивный, а? Тебя ж вокруг пальца обвести ничего не стоит. Как ты жил раньше?— пробормотал Сюэ Ян. — Друг мой, я сам этого не знаю, — ответил ему Сяо Синчэнь своим мягким приятным голосом, который иногда напоминал звон колокольчиков на ветру. Нет, он не был высоким. Но периодически он звенел, особенно когда Сяо Синчэнь был увлечен тем, что рассказывает, и его было так приятно слушать... — А-Цин, ты сейчас гулять пойдешь или позже? — тем временем спросил Сяо Синчэнь у девочки, которая чем-то шебуршала рядом с дверями. — Сейчас, — ответила она, расправляя платье и выходя из дома. — Приду вечером! —Хорошо, не засиживайся там! — выкрикнул ей вслед даочжан, присаживаясь на крыльцо. Сюэ Ян подкрался к нему сзади и неслышно опустился на доски, а после обхватил Сяо Синчэня со спины руками. Так сидеть было очень приятно. Синчэнь был теплым, словно большая жаровня, да и пах сладко-сладко, как самая вкусная конфета на свете. Волосы его были мягкими и отдавали запахом травы и весны, а ладони его были большими, но с узкими запястьями и из-за этого выпирающей косточкой. Пальцы были длинными и изящными, довольно мягкими, но на каждом из них были мозоли от меча. Сюэ Ян очень любил сидеть вот так: обняв Сяо Синчэня со спины и уткнувшись лицом куда-то то ли в шею, то ли в волосы. — Дорогой друг, что-то случилось? — тихо спросил Сяо Синчэнь, а его голос отдавал лёгким дребезжанием в грудной клетке. — Ничего, — чуть слышно прошептал Сюэ Ян ему на ухо. Он бы сидел так вечно, да нет же: даочжан был весьма деятельным. То ему надо зашить что-нибудь, только неизвестно, как он делал это вслепую, то выстругать что-то, то с мечом потренироваться. Но, на удивление, сейчас он только обхватил локти Сюэ Яна своими ладонями и глубоко вздохнул. — Дорогой друг, позволь я схожу за шпилькой для А-Цин. Мне нужно доделать ее, — совершенно не делая попыток выбраться, сказал Сяо Синчэнь. Сюэ Ян недовольно засопел, но разомкнул объятия, выпуская Сяо Синчэня. Тот сходил в дом, взял, если судить по звукам, ножичек и деревянную шпильку, а после вернулся обратно, садясь на то же самое место. Сюэ Ян снова обхватил его руками, но пониже, чтобы даочжану было сподручнее стругать, и легонько облокотился об его спину. Внезапно Сюэ Ян почувствовал, что что-то не так. Словно бы атмосфера резко накалилась, или рядом появилась темная энергия, отличная от его. — Сюэ Ян, — низко произнес Сяо Синчэнь, да так, что от его голоса тело Сюэ Яна вмиг покрылось мурашками. — Тебе не надоело меня дурачить? Сердце Сюэ Яна забилось так, словно хотело выпрыгнуть из груди, а руки задрожали от волнения. — Даочжан... — просипел темный заклинатель, сам не зная, что хотел сказать. — Замолчи! — выкрикнул Сяо Синчэнь яростно и оттолкнул Сюэ Яна назад. Его затылок со всей силы ударился о пол, и Сюэ Ян открыл глаза. — Опять эта херня, — процедил он сквозь зубы, поднимаясь и подходя к гробу, вдоль и поперек увещанносу талисманами.— Ну что, Син-гэ, не собираешься подниматься в ближайшее время? Может уже пора, или ты думаешь, что рано? — облокотился Сюэ Ян теперь о стенку гроба и закрыл глаза.