Уборка

Солнечные лучи пробрались в комнату сквозь ткань, которая была вместо штор. Се Лянь медленно раскрыл глаза, протирая их, а после сел и потянулся. Хуа Чэн уже не спал, он заварил чай и сел пил из небольшой пиалы, а на против стояла ещё одна. Пар от чая медленно поднимался вверх. Весьма приятная атмосфера. Заметив, что принц проснулся, Искатель Цветов под Кровавым Дождём улыбнулся. — Доброе утро, Гэгэ. Как спалось? - Сказал он, повернув голову в сторону Се Ляня. — Доброе, Сань Лан, спалось хорошо, спасибо, что спросил. А тебе как спалось? - С мягкой улыбкой ответил Се Лянь, поднимаясь с матраса и садясь перед Хуа Чэном, беря пиалку в руки и отпивая немного ароматного чая. — Мне тоже спалось хорошо. Рядом с тобой не может спаться плохо. - Хуа Чэн сказал спокойно, в целом, он всегда так говорил. От этих слов, Сяньлэ посмеялся, ставя пиалу на стол. — Сань Лан, мне кажется, ты как всегда снова мне льстишь. - Улыбка не спадала с губ Се Ляня. — Это вовсе не так, Гэгэ. Я говорю чистую правду. - Немного нахмурившись сказал Искатель Цветов под Кровавым Дождём и наклонил голову в бок. Се Лянь снова посмеялся и погладил того по макушке. — Хорошо-хорошо, как скажешь. Но всё таки, надеюсь, ты помнишь, что сегодня у нас в планах была уборка. И от неё ты никак не отвертишься, милый. Хуа Чэн огорчённо вздохнул. Пиалки с недопитым чаем остались стоять на столе, а они отправились на уборку. Се Лянь набрал воды в ведро, взял тряпку и начал мыть полы, поднимая и отодвигая каждую вещь. Под нос он напевал какую-то нежную песенку. Кольцо на цепочке выглядывало из под одежды и переливалось на свету разными цветами. Дверь была открыта, а во дворе Хуа Чэн рубил дрова. В мыслях у него были только мысли о том, что бы проводить как можно больше времени рядом с Гэгэ. И вся эта работа, совсем не представляла для него особого труда. И всё это, он делал только ради Его Высочества. Он уже привык к этой простой... Даже деревенской жизни. Эта простота завораживала его куда больше, чем роскошь его резиденции и в целом улицы Призрачного города. Всё это - ничто, по сравнению с каждой минутой и секундой, которая проходила рядом с Се Лянем. Когда они выпрямлялись, то иногда смотрели друг на друга. Их взгляд цеплялся друг за друга и на губах появлялась лёгкая и мягкая улыбка. Им нравилось просто даже смотреть друг на друга. Этот, казалось бы, просто жест, но в нём куда больше нежности и чувств, чем в словах и прикосновениях. Именно за такие моменты Хуа Чэн готов бороться с кем угодно. Именно из-за Се Ляня он до сих открывает глаза по утрам и сейчас является тем, кто держит большинство живых существ в страхе. И всё это из за желания находится рядом с Наследным принцем, видеть его каждое утро рядом, видеть его улыбку и просто знать, что тот жив и здоров. Что тот в безопасности и никто не посмеет причинить его Божеству боль больше никогда. После, Се Лянь вылил воду под кусты, налил новую и пошёл мыть окна. А Хуа Чэн особо не знал, чем ему заняться и решил перестроить забор, так как прошлый уже немного шатался. В целом... Уборкой был занят только принц Сяньлэ, в то время как Искатель Цветов под Кровавым Дождём пытался просто не бездельничать. Так они и провели весь день. Храм выглядел свежо и чистенько, а вокруг был новый забор, под крышей на улице лежала хорошая стопочка дров, а пару ступенек были более прочными, чем до этого. Сейчас, Хуа Чэн сидел на тех самых ступеньках, подперев подбородок рукой и наблюдая, как Се Лянь подметает листву, снова чтото напевая себе под нос. Днём им заглядывало пару жителей, принося разные ягодки и овощи, просто чтобы угостить соседей и принести пожертвование в храм. Рядом тоже работали пару жителей деревни. А сейчас, тишина. Пустые улицы, небо уже в оранжевых красках и слышно только звуки метлы. Сань Лан не мог оторвать взгляда. Он любовался и восхищался каждым действием принца. Это хотелось завпечатлить в памяти на ещё очень долгое время. Сердце так трепетало в груди, а в живот.. кажется забрались те самые бабочки. Ещё очень давно... Се Лянь повернул голову в его сторону и улыбнулся. — Сань Лан, ты так смотришь, как лис на мышку. - Парень посмеялся. — И так каждый раз.. Что я просто не могу работать. Ты бы знал, как это смущает меня.. - Се Лянь немного сильнее сжал метлу, слегка прикусив губу и отведя взгляд в сторону. — Охх, прости, Гэгэ. Просто.. Ты так прекрасен, я не могу отвести взгляд. Сегодня очень красивый закат, а на его фоне, ты становишься ещё прекраснее. - Хуа Чэн улыбнулся, а после вздохнул. - Я еле держу себя в руках, чтобы не зацеловать тебя прямо сейчас. - Он тоже отвёл взгляд в сторону, будто понял, что сказал это вслух. Принц улыбнулся и поставил метлу у дома, после чего подошёл к Искателю Цветов под Кровавым Дождём и сев рядом обнял его за шею, нежно коснувшись губами его губ. Хуа Чэн застыл, но лишь обнял того в ответ и ответил на поцелуй, прижимая того к себе. В такие моменты, вообще всё вылетало из головы. Все проблемы и дела. Вообще ничего больше не было интересного. Только тот, кто находится напротив него. Его возлюбленный, у которого одно присутствие заставляло демона застывать и становиться более уязвимым. Если понадобится.. Он готов снова умереть ради него. Или разрушить всё, что только посмеет приградить принцу дорогу. Пальцы Се Ляня коснулись волос Хуа Чэна, немного впутываясь в эти тёмные пряди. Сердце замирало от каждого ощущения. Но вот, вскоре они немного отстранились. — Гэгэ.. Я тебя очень сильно люблю.. Не смогу жить без тебя, пожалуйста, будь всегда рядом.. - При этих словах, Искатель Цветов под Кровавым Дождём выглядел даже... Жалобно. Такой уязвимый, что казалось, он как щеночек, которому очень тяжело без хозяина. — Я тебя тоже очень сильно люблю, Сань Лан. И я никуда от тебя не уйду!! Даже мысли такой не было! - Се Лянь улыбнулся и поцеловал того в лоб. Хуа Чэн расплылся в улыбке и поцеловал того в щёку. Они ещё какое-то время посидели на ступеньках, наблюдая за тем, как солнце уходит за горизонт и появляются первые звёзды. Прекрасное и завораживающее зрелище. Зайдя в храм, они закрыли дверь, добили утрений чай и легли на свой любимый матрас. Сладкий поцелуй перед тем, как оба погрузились в сон, обнимая друг друга и совсем не думая о каких-либо делах, которые ждут их потом.