я лологу свой ник на ебальнике прописью вырежу

Лолог напряжённо сидел в гостиной Хвава, который, к его удивлению, с радостью приютил его после не очень приятных личных проблем в Эстонии, связанных с жильём. Первые дни это было неловко. Очень неловко. Сейчас он смирно сидел и уже жалел, что не взял с собой телефон, ведь сейчас он одновременно умирал от волнения и от скуки. Хвав, недавно сидевший рядом и сказавший, что хочет кое-что сделать с Лологом, в итоге пропал на три минуты. ТРИ МИНУТЫ! Просто сидеть и ждать чего-то от этого перекрашенного ПВЗшера..это… Ужас.. Из интересного для себя Лолог отметил, что Хвав делал всё по дому: хорошо готовил и убирался намного чаще, чем Лолог мог вообще представить. Ведь сам он убирался (и то только свою комнату) лишь в те моменты, когда мама уже слишком сильно начинала капать ему на мозги в родной Эстонии. Смотря на такого Хвава, который, например, что-то готовит, было совершенно непривычно. Ведь как парень, чьё лицо бесило тебя, стоило лишь вспомнить о нём, или его фанатики, каждый раз задолбливающие твои комментарии на стриме или под постом в тг канале, в итоге могли приютить тебя и ещё и готовить тебе (хоть и с небольшой раздражённостью) после всего, что произошло между вами. Лолог вспомнил первую неделю в этой квартире и смутился, чуть сжавшись. Он старался максимально быть неразговорчивым и меньше видеться с Хвавом (да, в маленькой квартире Хвава), а Хвав… он как ни в чём не бывало своим громким голосом звал его и пытался в первые дни быть общительным, хоть и со своими злыми шутками. Но это продлилось недолго, и затем он решил забить на эти попытки, раз сам Лолог — ебаный баран и не хочет этого. И уже спустя неделю Лолог, нервно, чуть запинаясь, рассказывал тупую ситуацию, случившуюся с ним в 7 классе, смущаясь, пока Хвав прибирался в гостиной, кринжуясь с Лолога, неловко улыбаясь и иногда качая головой, как бы показывая, что слушает (или делает вид). Хвав стал чем-то вроде мамы или няньки для Лолога в первое время. Каждый раз Хваву приходилось напоминать куболюбителю о таких вещах, как бритьё и ванна. Например, Хвав приучил его к ежедневному мытью, хоть и с трудом и не всегда, но Лолог стал стараться мыться раз в день. Также Хвав пытался заставить его хоть что-то делать, кроме лежания на диване. И всегда в конце концов начинал жалеть о тех или иных просьбах, ведь всё по итогу выходило очень плохо, и Хваву приходилось делать всё самому. Лолог также спустя время начал жалеть о кое-чём, хоть и понимал, что это по-простому невозможно ни исправить, ни изменить. Ведь за несколько недель проживания у Хвава Лолог пришёл к мысли, что он ему очень нравится. Он даже мог поплакать ночью из-за того, что Хвав родился не девушкой, ведь тогда всё было бы легче, намного проще, а Лолог не был бы мерзким, а вполне нормальным человеком. Вспоминая о том, как начались их отношения, Лолог прикусил губу. Инициатором был Хвав, но предложил встречаться, по факту, Лолог. Ведь Хвав точно был бы последним, кто признался бы такому человеку, как Лолог, в любви. Чуть поменяв положение на диване, Лолог вспомнил, как однажды Хвав прижал его сильнее к этому же дивану, сидя у него на животе. Покраснев, он начал сильнее теребить подол своей футболки, переживая из-за того, как долго Хвав не приходил. Что он там делает??? Хоть это и произошло тогда, когда Хвав ответил взаимностью, для Лолога это до сих пор очень сильно возбуждало его. Лолог не был уверен, правда ли его любит Хвав или он просто издевается над ним, и через год он увидит на его канале видео по типу «2 года притворялся…» или что-то вроде этого. Хотя, хоть и небольшой здравой частью головы Лолог понимал, что это полный бред, и Хвав не такая уж сильная мразь, но страх всё равно был. Даже когда Хвав, уходя куда-то, звал его под предлогом закрыть дверь, а по итогу целовал его и что-то язвительное шептал, лишь бы побесить. Когда же Лолог уходил куда-либо подальше из этой квартиры, он никогда не целовал его, не просил об этом — просто зажимал надолго дверной звонок и, зная, что Хвав подходит, быстрее заходил в лифт. Хвав часто любил подшучивать над ним, и Лолога это страшно бесило. Он часто просил Хвава перестать так делать, а тот лишь смеялся над этим. Иногда Лолог злился и бросался на Хвава в хуёвую драку, после чего Хвав, улыбаясь, становился пай-мальчиком и почти не лез до тех пор, пока ему опять не становилось скучно. Из мыслей Лолога вырвал Хвав, резко севший ему на колени, из-за чего спина Лолога прижалась к твёрдому чёрному подлокотнику, а дыхание стало учащаться. Хвав улыбнулся и крутил перед лицом Лолога маленькое лезвие, видимо взятое из бритвы. Поэтому он так долго не приходил? Пытался достать лезвие?.. Лолог почувствовал вес Хвава, который начал ощущаться сильнее, когда тот сменил позу и теперь сидел верхом, раздвинув колени по обе стороны от талии Лолога. Сглотнув комок, он почувствовал вес Хвава, который начал ощущаться сильнее, когда тот поменял позу и теперь, сидя верхом на пахе Лолога, раздвинул колени, которые теперь были по обе стороны от его талии Лолог покраснел и стал дышать ещё быстрее. Из-за позы или из-за того, что Хвав собирается сделать? Лолог почувствовал дыхание Хвава перед собой и хотел было уже что-то сказать, как вдруг резкая боль прошлась вертикальной линией по правой щеке, а на глазах уже появились слезинки. — Блять, Хвав, какого хуя? — тявкнул Лолог, и первые слезинки покатились по щекам. Пытаясь отстраниться, он схватил запястье Хвава. Хвав смотрел в его глаза, и хоть улыбка и спала с его лица, но настроен он был серьёзно, и желание было закончить всё до конца, ведь если ему что-то хотелось, то он сразу же это и получал. — Нет, я серьёзно, я не хочу… — медленно начал ослаблять хватку на запястье, надеясь, что Хвав остановит попытки. Хвав продолжил смотреть на него, а затем чуть нахмурился и снова поднёс лезвие. — Там даже царапина не появилась, — соврал он, ведь спустя секунды там начала виднеться красная полоса. Он сильнее прижал лезвие и снова провёл им, пытаясь сделать красивое очертание буквы «H». — Пиздец… Хвав, сука ты… хватит… Тем временем Лолог почувствовал острую боль в щеке, вслед за чем его глаза наполнились слезами и начали течь по щекам, а сам он стал шмыгать, умоляя Хвава прекратить, но при этом почти не сопротивлялся. Хвав бросил на майнкрафтера странный взгляд и усмешку, после чего начал тихо хихикать над чем-то. Лолог не понимал из-за чего и начинал стрессовать ещё сильнее. Спустя несколько минут, уже став более терпимым к боли и с закрытыми глазами глядя на потолок, он ощущал сильную боль на щеке и поднял глаза, видя, что весь обзор ему закрыло лицо Хвава. Сейчас он понял, что Хвав прижал язык к этим ранам. Язык Хвава был очень тёплым по сравнению с ранами на щеке. Он прошёлся по вырезанным буквам, оставляя едва мокрую дорожку. Раны начали испытывать едкое, зудящее и довольно болезненное жжение. Лологу было очень больно и неприятно, но только сейчас, когда Хвав прижался языком к щеке, чуть пошевелившись, он понял, что всё это время у него, оказывается, был стояк. Он грустно застонал, закатывая глаза, понимая, что Хвав точно не будет ему помогать с этим, пока тот что-то шептал ему перед тем, как с улыбкой на лице встать и уйти. Глаза смотрели на потолок, грустно вздыхая. Лологу ещё нужно найти работу. Лологу нужно переехать из этой маленькой квартиры. Желательно — в другой город, подальше от Омска. Может, вернуться к маме и папе в Эстонию? Через некоторое время Лолог всё-таки встал, грустно смотря на свои штаны, а затем пошёл осматривать своё лицо, проводя пальцами по этим небольшим шрамам. А затем наклеил пластыри на лицо, скрывая изрезанный никнейм Хвава