Чувственный коктейль

      Фэнг заглядывал в кишащую разными паразитами лабораторию, как к себе домой. Он ловко прокатился на подошве мимо каких-то шевелящихся коробок, из которых явно стремилось вырваться что-то опасное, и прокрутился вокруг себя, проходя дальше и высматривая какие-либо изменения.       Под высоким стеклянным потолком разместились пугающих размеров растения с жутко раскинутыми пастями. С виду они выглядели как обычные раскрывшиеся цветы, просто нечеловеческих размахов, но если подойти к ним ближе или, не дай бог, подлететь в воздух, они сожрали бы тебя так быстро, что ты и опомниться не успел бы. По затылку пробежали мурашки, когда Фэнг вспомнил кое-что не очень приятное. Он быстро встряхнул головой, отгоняя пагубные мысли. Чуть подальше, на том же потолке, можно было заметить старую дыру, которую неумело заделали оставшиеся работники. Впрочем, в последнее время их оставалось всё меньше в лаборатории. Большая часть пострадавших исследователей в той катастрофе несколько лет назад ушла почти сразу, а кто-то упорно не желал покидать место своей работы. Как, например, Доктор.       Лишь завидев издалека знакомый рванный халат, Фэнг намного тише обычного стал подкрадываться к стоящему спиной учёному. На лицо против воли залезла хитрая улыбочка и он приготовился действовать. Присоски на ботинках бесшумно открепились от земли и он напрыгнул на ничего не подозревающего человека сверху.       Ну, напрыгнул бы…       Даже не глядя на гостя, колючие цветки Эдгара плотно затянулись на лодыжках Фэнга прямо во время полёта, останавливая того и заставляя повиснуть вниз головой в воздухе.       — Сколько раз я говорил не приходить без предупреждения?       — Так я же каждый раз прихожу без него. Не привык?       Фиолетовые волосы покачивались, пока весёлая улыбка пряталась в высоком вороте безрукавки.       Эдгар ничего не ответил и лишь устало вздохнул. Цветки подчинились его воле и отпустили незванного посетителя. Фэнг ловко перевернулся и приземлился ровно на ноги, показно отряхиваясь.       — И как там дела, Док?       — Как обычно. У меня всё схвачено, — игнорируя раздражающее обращение, коротко изрёк в ответ парень.       Чем меньше Эдгар говорил о своих исследованиях, тем хуже они продвигались — Фэнг успел это хорошо изучить. Цветы за спиной уже успели отойти от контроля хозяина и шутливо цеплялись друг за друга, играя. Наблюдать за ними было интересно. Наблюдать за Эдгаром — ещё интереснее. Мутация или, скорее, неудачное стечение обстоятельств слегка видоизменило его. Из плюсов: из-за той аварии он получил двух помощников, которые всегда были рядом и беспрекословно слушались его. Из минусов: когда эмоции брали верх или когда он был погружён в свои мысли и не концентрировался на дополнительных паразитах, они начинали жить своей жизнью, зачастуя балуясь и шумя. На удивление, цветок прекрасно прижился в организме учёного, и одно это уже было чудом. Самого же Фэнга коснулась лишь несильная мутация, которая сделала его более «липким», похожим на осьминога, но и это не было особой проблемой. Благодаря Доктору и его специально разработанным для таких, как он, таблеток последствия изменений были практически сведены к минимуму. Однако далеко не все были так оптимистичны. Большая часть исследователей, в то время находившихся в лаборатории, сильно пострадала от нападок обезумевших растений и подверглись серьёзной опасности. У многих из потерпевших наблюдались впоследствии растительные побочные черты. Почти все поспешили покинуть это проклятое место, но не он. Эдгар, что два года назад, что сейчас, оставался за своим столом, в своём искромсанном снизу, облитом чем-то уже не ядовитым халате, в привычной чуть сгорбленной позе с ссутуленными плечами. Правда, без людей вокруг.       Он навечно связал себя с этой лабораторией, полностью отдавшись в жертву науке. Сколько экспериментов он до этого проводил на себе, пока не достигал нужной формулы; сколько раз Фэнг находил его в обморочном состоянии из-за переутомления. Он практически в одиночку заботился обо всех этих полуживотных растениях и так некстати забывал о себе.       — Эй, — медленно позвал Фэнг, аккуратно подходя сзади, — повернулся хотя бы. Поговорим, ты расскажешь о своих проектах на данных момент…       Его рука в перчатке мягко легка на чужое плечо, тут же чувствуя выпирающие кости.       — Не хочу. У тебя не пришло время получения новых лекарств, поэтому не знаю, что ты здесь забыл!       Эдгар начинал всерьёз раздражаться. Он дёрнулся вполоборота и попытался скинуть чужую руку с плеч, но Фэнг перехватил его запястье.       — Я здесь, чтобы побыть с тобой.       Доктор стоял неподвижно. Из-за спадающей чёлки было невозможно разглядеть глаз. Но раз тот до сих пор не вырвал свою руку из чужой хватки, значит, позволял так делать. Или же просто устал. Цветы за спиной без особого интереса к происходящему продолжали грызть друг друга, оставляя парней практически наедине.       — Что-то случилось? — Фэнг слегка сдвинул голову вбок, стараясь всмотреться в бледное лицо.       — Заканчивай со своими шуточками… — прозвучало приглушённое из-под завесы тёмных волос.       — Что?       — Ты каждый раз приходишь и каждый раз зачем-то проводишь тут время… Я не понимаю, что тебе от меня нужно! У меня тут нет ничего интересного, иди и играйся со своими друзьями или ещё кем-то! Я ничего не могу тебе дать или как-то развеселить, поэтому уходи, хватит напрасно тратить и своё, и моё время.       Эдгар вырвал своё запястье из хвата, наконец поворачиваясь к гостю.       Фэнг грустно поджал губы. Брови сами поползли ближе к переносице от такого вида. Лицо Доктора выглядело гораздо хуже, чем в прошлый недавний раз, когда он его посещал. Болезненно-красный оттенок разлился вокруг неестественных жёлтых глаз. Те и вовсе горели чересчур ярко, говорящие о том, что их очень давно не смыкали. Оттенок кожи был бледнее, чем обычно. Эдгар казался почти прозрачным, стоя напротив в своём привычном размашистом халате, будучи почти поглощённым неестественно-цветастым растением. Искусанные губы потрескались от частого дыхания, а сил на бурные эмоции попросту не было.       Эдгар ещё несколько секунд смотрел в упор на гостя, но, поняв, что его бесстыдно разглядывают, поспешил вновь отвернуться. Крепкие и тёплые ладони Фэнга, ловко перехватившие его почти кукольное лицо, не дали этого сделать. Он ласково провёл большими пальцами по выступающим скулам и нежно прильнул к измученным губам своими, наскоро смазаннымм горячей слюной. Этого хватило, чтобы Доктор окончательно опешил, не смея пошевелиться. Фэнг чувствовал, как он мелко подрагивал в его прикосновениях, не решаясь ответить или оттолкнуть. Парень на секунду отодвинулся, мельком глядя на широко распахнутые чужие глаза и сложенные домиком брови, и с новым прикосновения языка вновь прижался к чужим губам, аккуратно обхватывая их своими.       Они простояли так ещё немного, соприкасаясь в нежных и лёгких поцелуях, блаженно прикрывая глаза. Наконец прекратив, Фэнг отодвинулся от чужого лица, чтобы было удобнее говорить, и переместил руки на худые плечи.       — Я ничего от тебя не требую и не хочу, чтобы ты чувствовал себя должным мне или кому-то ещё. Просто предлагаю свою компанию, потому что ты мне нравишься, но я думал, что это очевидно, поэтому и не говорил…       Собственные щёки зарделись в унисон с лицом Доктора, который всё ещё пребывал в прострации от недавних поцелуев, а сейчас был шокирован внезапным признанием. С полуприкрытых его глаза вновь округлились до размеров чайных блюдец и благодаря румянцу лицо будто стало выглядеть даже как-то живее.       — Но, видимо, ты действительно этого не понимал. Похоже, исследования — единственная твоя сильная сторона, Док, — хихикнул напоследок Фэнг, прежде чем сократить дистанцию и сжать своего никудышного новоиспечённого любовника в крепких объятиях.       — Т-ты!.. Что ты?!.. П-погоди-и—       Но договорить Эдгару не дали. И даже бесячее прозвище меркло в сравнении с тем, в чём ему только что признались. Растения за спиной отозвались на всплеск непонятных эмоций внутри хозяина и беспорядочно колотили того по бёдрам и спине, но всё сейчас казалось таким неважным в тёплых и заботливых, хоть и не совсем оправданных, объятиях этого шумного выскочки.