Назло себе

Пика нестерпимо бесит когда отвечают вопросом на вопрос, впринципе, когда к нему лезут. Итак его сегодня заебали в край из-за того что Данте заметил зарубцевавшиеся порезы на предплечьях. В строке сообщений высвечивается новое: Ярослава Волкова 18:59 ? Он не отвечает, встаëт и собравшись, выходит из дома, постаравшись не попасться на глаза другим клонам. Но на улице его подстерегает Ярослава. - Привет. - Говорит она. - Хочешь сигарету? - Спрашивает. Восьмой останавливается и оборачивается, шарит по карманам, свою пачку он забыл, с собой только зажигалка. Рыжеволосая полторашка протягивает ему пачку и он, помедлив, осторожно берëт оттуда сигарету и поджигает, с облегчением затягивается. Девушка молча подходит ближе и бесцеремонно задирает его левый рукав, рассматривает покрывшееся корочкой порезы. Король жмурится и сжимается, будто ожидает удара. Ярослава опускает рукав и обнимает его поперëк туловища, как маленькая. - Не расстраивайся ты так, котëнок. - Пик поджимает губы. Даже не вырывается, сейчас непосредственность девушки не бесит, как и фамильярности, что она себе позволяет, сил не осталось даже на злость, даже на то, чтоб оттолкнуть, даже на то, чтоб расплакаться. Он роняет сигарету и пустыми глазами смотрит как та гаснет, взгляд вымученно мутнеет, он опускается на корточки и закрывает лицо руками, рыжеволосая гладит его по голове, от чего восьмой дëргается, прислоняется к еë ногам и оседает на асфальт. Руки бессильно опускаются и бледное лицо теперь закрывают лишь длинные волосы. Яра опускается на корточки, гладит по голове и плечам, восьмой совсем ложиться на асфальт, зажмурившись и мелко подрагивая. Четверть недели назад. Пик заходит в ванну и запирает дверь потом упирается руками в раковину, опускает голову. По щекам текут слëзы, текут и падают в раковину, пока почти беззвучно. Он не решается смотреть себе в глаза, он рвано вдыхает и всхлипывает на выдохе, в следующую секунду ноги слабеют, не держат худощавое тело и подгибаются, руки бессильно цепляются за край раковины, он рыдает взахлëб, так что вздохнуть не получается, его ломает по лезвию, восьмой резко затыкается и скулит, перестаëт цепляться за раковину и сползает на пол, надрывно подвывая. Он пытается встать, но удаëтся лишь сесть и только после этого, переждав новый приступ рыданий, подняться на подгибающийся ноги, дотянутся до верхней полки - до лезвий в маленькой коробочке. Лезвия проще хранить в ванной чем нож. Король трясущимися руками достаëт из коробочки лезвие и просто держит его в руках. Он очень хочет себя наказать, но ему и так сильно больно, он скулит. Руки трясутся и болят, он не может. Не может даже справиться с узлом на бинтах, он бы их разрезал, да только других у него здесь нет. Пик мутными от слëз глазами всматривается в упавшее на пол лезвие, он кусает себя за руку и выдыхает. Постепенно успокаивается. Уже менее дрожащими руками пытается развязать узлы, но у него по прежнему не получается и в голову приходит идея. Он подворачивает штанину, открывая голень. Резко дëргается, когда лезвие касается ноги, а затем делает пару надрезов. Плачет от облегчения и желанной боли, зажимает следы пропитанными перекисью ватными дисками, чтоб остановить кровь. Успокаивается. Два дня спустя Когда Пик возвращается домой после немой истерики в ногах у Ярославы. Его встречает лишь шабуршание с кухни. Окно в конце коридора открыто и восьмой не сразу понимает что тëмная фигура на фоне дома напротив ему не мерещится. Он делает шаг ближе и Куромаку поворачивается к нему, он сидит на подоконнике свесив ноги в пустоту и кусая душку очков. Сероволосый отворачивается и прислоняется виском к раме окна. Видимо с особым ожесточением вгрызается в душку, потом оставляет это занятие и надевает очки, перекидывает ноги в квартиру, теперь он спиной к пропасти. Куро встречается взглядом с Пиком и едва различимо щëлкает зубами, кинув взгляд в сторону кухни, он суëт палец себе за щеку и посасывает, у второго сложное выражение лица, это не раздражение и не безразличие, других эмоций на его лице, восьмой, пожалуй, не видел. Но складывается впечатление что он сильно нервничает, и успокаивается когда что нибудь сосëт. Пиковый чешет шею и сероволосый до этого смотревший на него, отводит взгляд, судя по движению челюстей, он вгрызается в собственный палец. Сейчас тот похож на ребëнка, который получил взбучку. Фиолетововолосый больше всего не хотел встречатся с ним, он думал что Маку будет бесконечно читать нотации, но тот видимо и не собирался это делать, да и выглядел он очень неуверенно и как то жалко. Тут из кухни выглядывает Феликс и заметив Пика в дверях тут же кидается к нему: - Пик! Мы так волновались после того как ты ушëл! - Четвëртый пытается его обнять, но восьмой в ужасе шарахается, вырывая из Куромаку что-то наподобии нервного смешка. На вопли блондина из кухни высунулся Данте, Куро тут же вытаскивает палец изо рта и складывает руки на коленях, как прилежный ученик. Фиолетововолосый вжимается в стенку и щуриться на Феликса, красный заметив это оттаскивает друга и серьëзно смотрит на Пика. - Боже, зачем я вообще сюда вернулся?.. - Он порывается выскочить из квартиры но его ловят за плечо. - Подожди, мы должны серьëзно поговорить.. - Пиковый пытается высвободиться и шипит сквозь зубы: - Поговорите между собой. - Нервы сдают, он вырывается и истерит: - Пусти! - Его отпускают, и он вжимается во входную дверь, будто ждëт нападения. Третий смотрит на него с болью и наконец выдыхает: - Хорошо... Когда будешь готов мы всегда.. Ты же знаешь?.. - Пик отворачивается и моргает, сжимается. Не хочет с ними говорить, наверное даже их видеть, просто больше идти ему некуда. Не к Ярославе же, честное слово. Данте и Феликс время от времени оборачиваясь на всë же решившего остаться восьмого, уходят. Тот идëт в ванну и проверяет налицие в шкафчике перекиси, пачки бинтов и стерильных салфеток, только потом запирает дверь и достаëт лезвия, уже через несколько минут с рук течëт кровь, он останавливает еë и только потом накладывает новые бинты, поглаживает дрожащие ладони, баюкает истерзанные руки и плачет, потом встаëт и умывается, убирает чуть влажные пряди за уши и вглядывается в покрасневшие глаза, он убирает беспорядок , а затем, выдохнув, выходит из ванной. Под дверью торчит Куромаку, увидев Пика он тревожно закусывает губу и виновато опускает глаза. Восьмой на секунду замирает, внутри что-то болезненно защемило. Второй не шарахается когда фиолетововолосый делает шаг вперëд и обняв его за шею, утыкается в плечо. Сероволосый обнимает его поперёк спины, поглаживая. Пиковый ощущает как у того сумасшедше колотится сердце. - Прости. - Говорит Куро. Младшему становится противно. Конечно он был им не нужен, пока их не начало мучить чувство вины. - За что? - Если он скажет что-то вроде: "Это же мы довели тебя жо такого состояния..." Его вырвет. - Я чувствую вину, за то, что тебя травили по большей части из-за меня, из-за того что я настраивал на тебя остальных. - А ведь Пик и забыл кто прямо-таки показательно-презрительно зыркал в его сторону. Ладно. Повод для извинения принимается. Не дождавшись ответа Куро говорит: - Ты не из-за этого? - Фиолетововолосому интересно: он хочет оправдать таким образом себя от вины, или действительно беспокоиться? Тем не менее он мотает головой. Маку крепче прижимает к себе. - Не расскажешь. - Пик не отвечает на утверждение. Думает: может на зло Ярославе начать встречаться со вторым? Он не думает: Я просто хочу безопасных отношений. Он думает: Я делаю это на зло девушке которая в меня влюблена. Заодно с поддержкой наверняка будет легче, может он даже успокоится и перестанет вредить себе. Хотя точно сказать не может даже он сам. Наверное всë же стоит, но не сейчас, сейчас всë хорошо. Можно не думать. С Куро безопасно, по крайней мере сейчас. Восьмому спокойнее, когда есть кому защитить. Он бы врятли признал это, если бы уже не опустился ниже плинтуса и маловероятно поднимется обратно. Куромаку бы сказал: вероятность процентов пять. Хах.