Нормально быть ненормальным

☀☀☀

Остановив машину у старого дома, затерянного в лесной глуши и чем-то напоминавшего старинный замок, Джисон в очередной раз огляделся, сверяя в телефоне назначенный ему адрес. Убедившись в правильности координат, Хан крепче сжал руль, до побелевших костяшек пальцев. Прислонившись лбом к рулю, он тяжело выдохнул, ощущая, как нарастает раздражение. Вспомнив о своем способе успокоения – медленно досчитать до трёх – он закрыл глаза. На счет "три", медленно выдохнув, Джисон вышел из машины. Холодный воздух ударил в лицо, заставляя поежиться. Джисон обошел машину, открыл дверцу и достал с заднего сиденья сумку с вещами и документами. Накинув сумку на плечо, парень начал подходить к дому, все еще страшась увидеть, что же там внутри. Ведь ему предстояло здесь жить, пусть и какое-то время. Наконец, остановившись напротив двери, Хан поднял руку и осторожно постучал. Слабый звук прозвучал во всем здании. «Да уж, наверное, меня обманули», – мелькнула мысль, и ему уже захотелось развернуться и уйти прочь, как скрип двери и показавшаяся из-за нее седая макушка заставили Джисона вернуться. Он низко поклонился. – Здравствуйте, я Хан Джисон, я звонил вам по поводу жилья вчера вечером, – произнес он. Из-за двери полностью вышла пожилая женщина, приветливо улыбаясь Хану. – Ох, здравствуй! Тебя-то я и жду, – женщина развернулась и прошла вглубь дома, оставляя ничего не понимающего Джисона снаружи. – Ну же, проходи скорее, а то замерзнешь! После этих слов парень вошел внутрь и удивился. «Да уж, чего я ожидал, так это не того, что буду жить в настоящем замке», – пронеслось в мыслях у Хана, прежде чем он последовал за хозяйкой дома, которая, судя по интерьеру, привела его в гостиную. Там он сел на диван. Взгляд сразу же зацепился за ремонт, сделанный в здании. Вид внутри дома явно отличался от внешнего. – Итак, – женщина расположилась в кресле напротив, смотря прямо на Джисона пронзительным взглядом, отчего ему стало как-то не по себе. – Ты хочешь купить этот дом? – Ну… наверное… я не знаю, – Хан задумчиво посмотрел на потолок, стараясь избегать зрительного контакта. «Еще паники мне не хватало,» – подумал он. – Все зависит от цены, которую вы мне предложите. – Хах, поняла тебя, – лишь мягко улыбнулась хозяйка, поправляя на себе вязаную шаль. – Ты заплатишь мне половину той суммы, которую я назову. Лицо Джисона мгновенно нахмурилось, тело напряглось, но женщина лишь наклонилась к нему и похлопала по плечу, чтобы парень успокоился. – И прежде чем ты спросишь, почему, я скажу тебе, что ты будешь жить не один, а с еще одним парнем. Понимаешь, этот дом раньше принадлежал его семье, но из-за того, что от него в детстве отказались родители по якобы своим причинам, он не может съехать отсюда. Поэтому, если увидишь его, не обращай внимания на его странности. – Что вы имеете в виду под «странностями»? – Да ничего особенного, – женщина быстро встала и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. – Просто ему иногда кажется, что он общается с какими-то людьми из своего же шкафа. Так что вот так. Хозяйка начала подниматься по ступенькам, и Хан последовал за ней. – Твоя комната наверху. Поднимаешься, проходишь направо, и там твоя комната. Не перепутай. – Хах, а что, если перепутаю, меня утащат призраки? – Джисон улыбнулся, но встретившись с абсолютно серьезным взглядом женщины, осекся. – Нет, просто попадешь в комнату соседа, – ответила она, и они продолжили путь, пока Хан не оказался в своей комнате, которая напоминала царские хоромы. Выйдя из комнаты, Джисон чуть было не столкнулся с каким-то парнем. Красивым парнем. На внимательные шоколадные кошачьи глаза падали светло-каштановые волосы, обрамляя, словно фосфор, лицо с точеными скулами. Взгляд метнулся на пухлые розовые губы, подведенные блеском, делая их еще более манящими. Глаза спустились ниже, на фиолетовую атласовую рубашку , идеально сидевшую на теле, с бантом на шее, украшенным брошью, покрытой бриллиантами. Затем взгляд переместился на черные брюки, подчеркивающие мощные бедра и стройные ноги. Рассмотрев образ парня целиком, Хан поднял глаза, встречаясь взглядом с незнакомцем, который также рассматривал его, хитро щурясь. Их странную игру в гляделки нарушил голос женщины. – Здравствуй, Минхо, – мягко сказала хозяйка, и названный по имени парень наконец посмотрел на нее. – Ты куда это так спешишь? Опаздываешь куда? – Да, госпожа Со, я опаздываю на встречу, – холодным, почти пронзающим голосом ответил Ли, возвращая свое внимание к Джисону. – Вот никак не могу найти свой берет. Вы случайно не видели его? – По-моему, он лежал в гостиной, на камине, – произнесла женщина, поворачиваясь к Хану и мило улыбаясь, разводя руками в стороны. – Кстати, знакомься, это твой новый сосед, Хан Джисон. Пожалуйста, прошу, не спугни его. – Приветствую и пока, – ответил Минхо, обходя Джисона и направляясь к лестнице. Хан лишь смотрел ему вслед, чувствуя в груди не зарождающуяся странность, а точнее, раздражение. – Ну что ж, располагайся, а я, пожалуй, пойду, – хозяйка коротко похлопала Джисона по плечу и покинула его, но, бросив через плечо, добавила: – Деньги отдашь потом.–И ушла, оставив Хана одного в этом весьма странном месте.

☀☀☀

Первые странности, будто сама ночь решила пошутить, начались ровно в полночь. Грохот, разнесшийся по всему дому, заставил Джисона выбраться из объятий мягкой кровати. Словно мышка, стараясь не скрипнуть ни единой половицей, он на цыпочках прокрался за дверь, ведомый неведомой силой к источнику шума. Звуки, доносящиеся снизу, манили в сторону кухни, где из-под двери кабинета лился свет. Притаившись за углом, Джисон осторожно высунул голову, дабы лицезреть виновника ночного беспокойства. И каково же было его удивление, когда он увидел соседа, колдующего над котлом с таким усердием, будто тот варил приворотное зелье для какой-нибудь несчастной ведьмы. Густой пар, клубясь, вырывался из посуды прямо в лицо Минхо, развевая его светлые пряди и открывая вид на сосредоточенное лицо. Глаза, словно сами собой, опустились ниже, на пижаму Ли, украшенную милейшими котятами. — Ты так и будешь на меня пялиться, или всё-таки выйдешь из-за угла? – слова Минхо застали Джисона врасплох. От неожиданности он чуть было не рухнул на пол, но, вздрогнув, всё же вышел из своего укрытия. Минхо, казалось, даже не заметил его испуга, лишь мельком улыбнулся и продолжил размешивать таинственную жидкость. — Ты что-то готовишь, лекарства? – Джисон заглянул в котел, но клубы дыма скрывали содержимое. Почти ничего не удавалось разглядеть, поэтому он лишь отодвинулся, ожидая, когда сосед удостоит его вниманием. — Какая тебе разница? Всё равно не для тебя, – Ли ловко открыл дверцу верхнего шкафчика, приподнялся на цыпочках и вытащил маленький пузырек с прозрачной жидкостью. Пальцы соседа проворно сняли крышку, и содержимое пузырька оказалось в котле. Минхо, не медля, поставил бутылек на место и снова принялся мешать. — А для кого же, если не секрет? – спросил Хан, подходя ближе, но стараясь не мешаться. – Для какого-нибудь бедняги с разбитым сердцем ты тут приворот готовишь? Или это какой-то эликсир, или же… Слова Хана оборвал удар деревянной ложки по столу и нахмуренное лицо Минхо, устремленное прямо в его глаза. — Так, – медленно выдохнул сосед, стараясь сохранять спокойствие. – Много будешь знать – скоро состаришься. А чтобы этого не произошло, иди-ка ты, дружочек, спать, а? — Ты ещё кто такой, чтобы мне указывать? – от этой ситуации Джисон уже конкретно закипал. Это Минхо разбудил его, а потом, вместо того чтобы объяснить, зачем это сделал, ещё и указывает ему. Он ему мама, что ли? — Ох, какой же ты ребёнок, – устало выдохнул Ли, берясь за голову. И прежде чем Хан успел что-то предпринять, раздался щелчок, и он отключился. В прямом смысле. Проснувшись на следующее утро в своей постели, Джисон ощутил головную боль, а вчерашние ночные события предстали перед ним в виде сна.

☀☀☀

Золотистые лучи солнца, пронзая полупрозрачные занавески, скользили по постели, заливая её призрачным светом и заставляя Хана, нежно спящего на ней, недовольно зажмуриться. Скрывая лицо руками от назойливого сияния, Джисон всё-таки, неохотно, поднимается с постели, слегка пошатываясь от внезапной лёгкой дурноты. Придерживая голову рукой, Хан выходит из комнаты, тут же улавливая дразнящий аромат свежесваренного риса. Естественно, Джисон направляется вниз по лестнице, следуя за этим манящим запахом, и вскоре оказывается на кухне, где его сосед, как всегда, колдовал у плиты. – Ого, кто-то наконец-то решил проснуться? – перевернув на сковородке тончайший блин, Минхо с царственным жестом кладёт лопатку на тарелку и поворачивается к Хану, одаривая его снисходительной улыбкой. – Почему я вчера так отключился? Ничего не помню, – Джисон запускает пальцы в свои светлые волосы, безжалостно оттягивая их, чтобы окончательно прогнать остатки сна. – Ты отключился, потому что я огрел тебя по голове сковородкой, – с ехидной усмешкой произносит Ли, вновь принимаясь за приготовление блинов. – А не помнишь, потому что я тебя поцеловал, чтобы ты успокоился и заснул. – Минхо и сам не мог понять, почему выдал эту чушь, но ему, видите ли, всегда нравилось шокировать окружающих. – Ааа, понятно… Стоп… ЧТО?! Какого черта! – теперь Хан окончательно потерял нить рассуждений, но явно чувствовал себя крайне неловко в этой абсурдной ситуации. – Тебе разве не говорили, что детям нельзя ругаться, иначе их будут наказывать? – весело прогрозил Ли, грозно указывая на соседа лопаткой. – Ох, и как же ты собираешься наказывать непослушного ребенка? – хмыкнул Джисон, пододвигая к себе тарелку с тёплым рисом и отправляя первую ложку в рот. – Буду называть его «чаги~я». Хан соврал бы, если бы сказал, что не выплюнул бы всё, что пил в этот момент, но ему оставалось лишь подавиться рисом и смотреть на Минхо с немым изумлением, хлопая глазами. – Ты действительно странный, – только и смог выдавить из себя всё ещё откашливающийся Джисон, пытаясь скрыть зарождающееся смущение и сохранять вид спокойствия. – Надеюсь, именно этим я тебе и нравлюсь, – ответил Ли, укладывая последний блин на тарелку и, поставив посуду на стол, садится напротив Хана, который продолжал сверлить его злобным взглядом. – А что, если ты вдруг случайно влюбишься в такого психа, как я? Что тогда делать будешь, а? – Такого точно не случится, – категорично заявил сосед, продолжая есть и заедая блинами, выбирая любую начинку на свой вкус. – Хах, ну, это мы ещё посмотрим, – коротко улыбнулся Минхо, прежде чем встать из-за стола. – Приятного аппетита. – Эй, ты меня бросишь завтракать в полном одиночестве? – Конечно, чаги~я, – ответил Ли, направляясь по лестнице. Он резко остановился. – Слушай, а ты не хочешь пойти со мной на встречу? – А мне можно? – кивок соседа. – А на какую? – Потом узнаешь, – и Минхо полностью поднялся на второй этаж, оставляя теперь уже в полном и безраздельном одиночестве Джисона. Странно, но для Хана предстоящая встреча вызывала улыбку.

☀☀☀

Плотно покончив с завтраком, Джисон вымыл гору посуды и отправился наверх, в свою обитель. Мысли о предстоящей встрече, словно назойливые мотыльки, кружили в голове, не давая покоя. Но чтобы хоть как-то отвлечься и заняться чем-нибудь полезным, Джисон решил приступить к работе. Графики, видите ли, «горят». Сколько времени прошло — Хан не знал. Сколько он просидел в этой героической позе, уткнувшись в пылающий монитор, словно жалкий грызун, тоже ума не приложил. Не заметил он, как кто-то постучался. Вскочив со стула, будто ошпаренный, Джисон направился к двери. Не успел он ее распахнуть, как ему в лицо тут же сунули… идеально сидящий костюм. Серых оттенков, из шелковой ткани – сущий шедевр портновского искусства. Наконец-то заполучив заветную одежду, Хан смог узреть обладателя этого великолепия. Минхо. Статный, будто сошедший с обложки журнала, облаченный в тот же наряд, что и при их первой встрече. Разве что теперь на нем красовались золотые серьги, а черный берет, чертовски идеально усевшийся на его голове, делал его соседку и без того вызывающую умиление внешность просто невыносимой. Из этого благоговейного ступора Джисона вывели щелкающие перед самым носом пальцы и ехидная ухмылка Ли: – Давай-ка, одевайся, чаги~я, и спускайся вниз. Там уж налюбуешься, – с самой невинной улыбкой, на которую только был способен, Минхо развернулся на пятках и удалился, оставив Хана наедине с костюмом и предательски трепыхающимся сердцем. Поправляя сбившуюся челку, Джисон еще раз окинул себя взглядом перед зеркалом. «Все неплохо»,– отметил он про себя. Серый пиджак сидел "идентично", весь костюм словно шили под него – такое вот совпадение. Последний штрих – воротник белоснежной рубашки, туго затянутый галстук – и Хан, выскользнув из комнаты, направился вниз, прямиком в гостиную, где, судя по всему, его уже ждали. Ли, до этого момента скучающий с бокалом вина в руке, вдруг встрепенулся. Быстро поставив бокал на стол, он принялся с неподдельным обожанием разглядывать Джисона, ничуть не скрывая своего восхищения. Включая и эту, с позволения сказать, «улыбку в виде сердечка». – Ты выглядишь великолепно, – наконец произнес Минхо и кивком пригласил Хана присесть на соседний стул. Тот, разумеется, исполнил просьбу. – Не так великолепно, как ты, – солгал Джисон, хотя и заметил, как покраснели кончики чужих ушей. Взяв свой бокал с алой жидкостью, Хан сделал пару глотков и вернул его на стол. – Кхм… Итак, с минуты на минуту к нам явятся гости, так что будь готов, – произнес Ли, глубоко вздохнул и направился к старому шкафу, возвращая себе прежнюю, непоколебимую уверенность. Дверцы поддались с легким скрипом, открывая… пустой шкаф. Джисон был искренне рад, что в данный момент не пил вино, иначе бы точно подавился. Ибо в ту же секунду, по щелчку пальцев Минхо, из шкафа появились два парня. В хеллоуинских костюмах? Или нет? Первый, радостно подпрыгивая, устроился в кресле. На нем был костюм… Пороро. Он сидел в ожидании, будто предчувствуя нечто грандиозное. Однако он явно отличался от второго "гостя". Тот был растрепан, будто только что пробежал стометровку и упал лицом в асфальт. Вместо спортивного костюма на нем была одежда участников "Игры в кальмара". Номер на зеленой кофте – 325. Он не спеша проследовал к креслам. Минхо закрыл шкаф и, улыбнувшись, подтолкнул Джисона в сторону незваных гостей. Присев на диван, Хан напрягся, чувствуя на себе два пристальных взгляда. Но рука, нежно поглаживающая его бедро, немного успокаивала. – Итак, – Ли уселся поудобнее, закинув ногу на ногу и изредка поправляя берет, – приветствую вас в своем доме, игрок номер 325, Бан Кристофер Чан, – Минхо мило улыбнулся парню в костюме. Тот, однако, лишь сильнее вжался в кресло. – И… как вас там? Сынроро? – Ли взглянул холодным взглядом на развеселившегося парня, что тут же перестал веселиться. – Можно просто С-сынмин. – Хах, ну тогда давайте приступим. Вы хотите… – А как вы смогли выйти из шкафа? Это что, телепорт? Или вы там живете? – Хан чуть ли не подскочил, совершенно не обращая внимания на то, что перебил. – Где в шкафу? – хотел было усмехнуться игрок, но, увидев взгляд, направленный на него, притих. – Нет, что ты, парень. Мы всего лишь клиенты, пришедшие из отеля, что находится за дверями этого шкафа, – стараясь говорить спокойно, Чан чувствовал, как по вискам выступает холодный пот. – А Минхо вам тогда зачем? Идите тогда к управляющему отеля, – Хан все еще не мог понять, что эти забавные парни забыли в столь специфическом месте. – В том-то и дело, что управляющий – это и есть господин Ли, – ответил Сынмин. Джисон в изумлении уставился на соседа, но, встретив лишь пожимание плечами, вернулся к гостям. Не в силах больше терпеть, он подошел к парню-пороро, наклонился и ущипнул его. Раздался такой громкий писк, что Хан подумал, не оглох ли он сам, и слегка вздрогнул. — Ты что творишь, придурок?! — Сынмин злобно зыркнул на него, уже собираясь встать, чтобы разобраться, как Чан остановил его, усаживая обратно. — Прости, просто проверял, реальный ли ты, — Джисон уселся на свое прежнее место, поглядывая на парней. — Ну что, проверил, — Минхо все это время наблюдал за Джисоном, откровенно веселясь от такой реакции. — Убедился, есть ли у тебя галлюцинации? — До сих пор не могу поверить… — Так что у вас случилось? — Ли снова посмотрел в сторону клиентов, ожидая их слов, но, видя, что те сразу напряглись, услышав его, лишь усмехнулся. — Ну, вы понимаете, я участвую в одной знаменитой игре, "Игре в кальмара", и, понимаете, так получилось, что я очень плох в играх. Не могли бы вы мне помочь с этим? — спокойно объяснил Бан. «Ну точно, сейчас Минхо его прибьет», — подумал про себя Хан, уже готовясь рыть могилу бедному Чану, но не тут-то было. — Ах, вот как, — резко изменился в лице Ли, мило улыбаясь и придвигаясь к игроку ближе. — Что ж, вы сразу-то не сказали? Вам, как нашим постоянным постояльцам, мы всегда готовы помочь. Поэтому давайте приступим. — Минхо встал с дивана, пошел в сторону шкафа, доставая оттуда маленький мешочек и идя обратно. — Вы знаете игру в стеклянные шарики? Она нынче популярна среди молодежи. — О, да, я про что-то похожее слышал, — по виду Бана можно было понять, что он очень заинтересован. — Так вот, мы сейчас разделимся по командам, и каждый из нас будет катить шарик. У кого дальше, тот и победил. Чаги~я~, ты со мной в команде, — Ли притянул Хана к себе, широко улыбаясь, как довольный кот. — Тогда можно я буду первым? — весело вскочил Сынмин, беря из мешочка один шарик и идя к началу стола. Наклонившись и целясь, и! Шар остановился почти у самого края, но все же было расстояние. — Учитесь, как надо веселиться, — парень-пороро упрыгал на свое место. — Ох, тогда моя сейчас очередь, — Чан присел на корточки и запустил шарик, но тот остановился на полпути. Встав и почесав шею, игрок уступил следующий ход. — Видимо, я проиграл. — Дайте я вам покажу, как надо, — Джисон вышел вперед и с уверенным лицом покатил шар. Тот вылетел за пределы стола, укатившись дальше. — Это что значит, что я выиграл? — Хан смущенно улыбнулся, но, увидев отрицательные кивки, заметно поник. — Эй, молодежь, смотрите и запоминайте, — Минхо сел на диван и с расслабленным лицом оттолкнул шарик, что тот медленно покатился, но каким образом Хан еще не до конца понял, перекатил Сынмина. — Вот видите, ничего тут сложного, — Ли встал и отряхнул свои брюки от невидимой пыли, стал собирать шарики обратно. Все убрав, парни сели по своим местам. Хану, может, и показалось, но сосед сел рядом слишком близко, что их бедра почти соприкасались, а чужое дыхание ощущалось почти под ухом, отчего сердце стало почему-то биться чаще. — Ну что, игрок 325, удачи тебе. Уверен, ты всех там порвешь, — Ли мило улыбнулся, показывая Чану большой палец. — Если, конечно, не умрешь самым первым… — еле слышно прошептал Джисон, чтобы никто не услышал, но все равно со стороны получил слабый удар в бок. — А тебе, Сынмин, понравилось? — кивок парня-пороро. — Тогда, чтобы еще поразвлечься, давай я на тебя погадаю? Не успел Хан ничего понять, как у Минхо в руке появилась колода карт, и в один момент сосед уже разложил их на столе, смотря на Сынмина, пока тот выберет три карты. — Итак, — Ли разложил перед пороро три карты, смотря на того, переворачивая. Первую карту: «Это твое прошлое. В нем ты был очень веселым, и из-за этого от тебя все время уходили друзья, с которыми ты играл». — Да, все так, я совсем остался один, — с грустью произнес Сынмин, смотря дальше на карты. — «Твое настоящее: ты безработный, но все так же один и веселишься», — с улыбкой перевернул карту Минхо. — И будущее… Что? Ты опять будешь много играть? — Ох, мне этого достаточно, — пороро расслабился в кресле, очевидно довольным гаданием. Карты тоже таинственно ушли, так же как и появились. Боже, Джисон, ты точно сходишь с ума, твой сосед — фокусник. — Ну что, а в заключение нашей встречи предлагаю выпить! — Ли встал с места и прошел на кухню, возвращаясь с тремя бутылками разноцветной жидкости, сразу ставя на стол и идя уже за бокалами, тоже ставя на стол. — Не зря же я столько у плиты корячился. — А вот, что же ты готовил? Дай-ка, помогу разлить. — Хан взял из рук соседа бутылки и с важным видом, как у профессионального бармена, стал смешивать разные напитки. Но так получилось, что не каждый профессионал кажется таким идеальным. Вот и Джисон стал не исключением: его рука над бокалом немного дрогнула, из-за чего жидкость пролилась на стол, растекаясь и стекая следом на пол. — Эй, будь поаккуратнее! — Сынмин зло зыркнул на Хана. — Да чаги~я, лучше я сам помогу, — Ли, обхватив ладонь Джисона своей, ловко разливал напитки по бокалам, искусно направляя его руку. Если Минхо делал это с невозмутимым видом, то внутри Джисона разворачивалась целая симфония неведомых эмоций, заставляя его щеки заливаться лёгким, но столь предательским румянцем. — Вот так, — Минхо, закончив свою церемонию, отпустил руку Джисона, но лишь для того, чтобы тут же протянуть ему бокал с радужной жидкостью. Прежде чем повернуться к остальным парням и поднять свой, он произнёс: — И так, за нас, товарищи! Звон бокалов, слившихся в едином порыве, разнёсся по комнате, предвещая всеобщее ликование. И только Джисон, погружённый в созерцание стены, размышлял о том, почему сияющая улыбка его соседа способна вызвать столь бурный, сердечно-экстремистский протест. «Странно, — думал он, — просто до безобразия странно».

☀☀☀

Странности в районе груди на этом не заканчивались. Всё чаще Джисон отдергивал себя, когда его взгляд, казалось бы, совершенно случайно, задерживался на Минхо дольше обычного. Чужой смех – даже если считать его редким – вызывал на лице Хана широченную, казалось бы, искреннюю улыбку, что тоже казалось ему, мягко говоря, странным. Ведь сам Джисон считал обычным делом все эти странности соседа: от его манеры речи и шуток до миловидной внешности, за которой, конечно же, скрывался такой уж тяжелый характер. И вот сейчас, вместо того чтобы спокойно позавтракать, Хан явно чего-то ждёт. А точнее, кого-то. Пар, исходящий от риса, манил к себе всё ближе и ближе, но Джисон стойко держался. Вместо этого он идет на второй этаж, в комнату соседа. Сама комната ничем не отличалась от комнаты Хана, но Джисона всегда интересовало, как же живёт этот Минхо. Поэтому он поднимает руку и стучит костяшками по дереву. — Минхо, ты тут? Пойдем завтракать. Простояв и ожидая ответа где-то минут десять, Хан всё-таки дергает за ручку двери и входит. Ожидая увидеть нечто запредельное, он находит лишь обычную комнату обычного милого парня. Если не считать одного «но», а точнее – трех. Первое: кровать. Она не застелана, будто на ней никто никогда и не спал. Подойдя ближе, Джисон чуть не споткнулся о кусок одеяла, торчащий из-под кровати. Так… стоп!? Хан садится на корточки, заглядывая под кровать. И там, действительно, лежит одеяло, даже подушки и какой-то плюшевый зверек, заяц, что ли? «Неужели этот ненормальный спит под кроватью? — подумал про себя Джисон, мысленно усмехаясь, и встает на ноги. — Я и не удивлюсь, если он свои вещи на кухне прячет». Осмотревшись, Хан замечает, что вся комната обклеена рисунками. На них, в основном, изображены то ли монстры, то ли люди, но все они зачеркнуты или зарисованы черным карандашом, будто художнику надоел собственный труд. На последнее, третье, «но» взгляд Джисона падает на распахнутое настежь окно, откуда дул прохладный ветер. Подойдя ближе к окну, до Хана стало доноситься пение. И да, жуть как знакомым голосом. Прямо сверху. Крыша? Серьёзно? Как же Джисон был удивлен, когда, забравшись по лестнице на крышу, увидел Ли, сидящего на выступе в пижаме. Волосы его были растрепаны и развевались на ветру, отчего тот выглядел невероятно красиво. — Неужели ты всю ночь проторчал здесь? — Минхо даже не шелохнулся, но Хан был уверен, что сосед улыбнулся, услышав его. Джисон сел рядом, пытаясь устроиться поудобнее на твердой черепице, но получалось из рук вон плохо. — Что ты делаешь? — Наслаждаюсь видом и привожу свою голову в порядок, — ответил сосед, вздыхая полной грудью и полностью расслабляясь. — О, тогда тебе нужно в другое место. К психологу, например. — Эти идиоты все время лгут, — Минхо привстал, глядя вниз и грустно улыбаясь. — Им плевать на твои проблемы, они заботятся лишь о том, чтобы наполнить свои карманы бумажками. Но это пока не так страшно. — А что, по-твоему, страшно? — Одиночество, — легко ответил Ли, болтая ногами, что свисали с крыши. — Днем одиночество, а ночью — кошмары. — А, ты про те рисунки, — догадался Хан, присвистнув. — А что на них изображено? — Все те, кто меня бросил. — Мм… А почему они все зачеркнуты? — А ты как думаешь? — с улыбкой спросил сосед. — Неужели, — Джисон прикрыл рот руками, широко раскрыв глаза. — Ты их всех прикончил? — Нет, к сожалению, — усмехнулся Ли. — Я просто так выплескивал свои эмоции наружу. — Фух, я уж думал, — Хан театрально выдохнул, кладя руку на грудь. Но в следующий миг становясь серьезным. — Слушай, а у тебя были друзья в школе? Ты же ходил туда? — Ты меня за идиота считаешь? — Минхо зло посмотрел на Джисона. — Конечно, ходил. Просто все избегали общения со мной, обходили стороной, так сказать. — Как можно было не общаться с таким милашкой, как ты? — Ну, знаешь ли, милашка милашкой, но, мой взгляд, внешностью не изменишь. — Улыбнулся Ли, вспоминая те времена. — Говорили, что он «убийственный». Почему? — Соглашусь с ними… — пробурчал про себя Хан, но сосед все-таки услышал его и толкнул в плечо. — Эй, я пошутил! И только из-за взгляда, серьезно? — Нет, ещё из-за того, что я «не как все». — В смысле, общаешься с людьми из шкафа и спишь под кроватью? — Ну, что-то вроде того, — улыбнулся Минхо. — Так это же круто! — вступился Хан, вставая на ноги, немного шатаясь от порыва ветра. — Не знаю, что насчет кровати, но Чан и Сынмин, они же вроде ничего такие, да? И весело же всем нам было. — Знаешь, почему. — Почему? — Потому что ты тогда был рядом. — Чего?.. — Да так, ничего такого, — Ли встал, отряхивая пижаму от пыли, собираясь уйти. Как его потянули за запястье обратно вниз. — Нет уж, договаривай давай. — Не буду. — Тогда я тебя поцелую. — Чего?! — А вот чего. — И прежде чем Минхо успевает что-либо сделать, как его притягивают за шею к себе, сталкиваясь губами. И если Джисон аккуратно «сминает» их, растворяясь в поцелуе, то Ли просто застыл на месте, не в силах пошевелиться. Его как будто облили холодной водой. Поэтому Минхо резко отстраняется, удивленно глядя на Хана. — Что-то не так? Тебе не понравилось? — Нет, просто… я тут вспомнил, что не убрался под кроватью. Так что я пойду. — Ли встает, идя быстро в сторону лестницы, чувствуя, насколько сильно горят у него щеки и уши. Поэтому, спустившись по лестнице в свою комнату, Минхо слышит позади себя шаги. И, прежде чем успевает что-либо сказать, как его разворачивают за плечи и… обнимают? Ощущения странные. — Прости, если я что-то сделал не так хорошо… — Хан вдруг растерялся. — Я просто сам не понимаю, зачем это сделал. В общем, прости меня, если… — Я понял, — отозвался Ли. — …Просто… — Просто что? — Просто мне… это понравилось. — Понравилось? — не понял Джисон. — Ну… наш… поцелуй. — Ты… хочешь повторить? — А можно? — округлил глаза Минхо, ожидая ответа. — Тебе можно всё. — И их губы соединились воедино, как два кусочка потерянных пазла, как найденная иголка в стоге сена, как… В общем, уже неважно. Всю дорогу до кухни они не прекращали целоваться, будто если отстранятся, весь мир рухнет к чертям. Но сейчас, когда они сидят за столом, и, если немного остывший рис… Хан уверен, что именно сейчас испытывает счастье. И… как его там? Любовь? — Слушай, а мы, получается, встречаемся? — вдруг задал вопрос Ли, отчего у Джисона ложка замерла в воздухе от неожиданности. — А ты хочешь? — удивленно спросил Хан. — Угу, – смущенно ответил Минхо, опустив глаза в пол. — Тогда встречаемся, — Джисон широко улыбнулся, видя напротив такую же улыбку соседа. — Тогда покорми меня, — Минхо протянул Хану ложку. Ну и как Джисон откажет такому милашке?

☀☀☀

За время их, с позволения сказать, отношений с Ли, Хан пребывал в состоянии блаженного, да что там, эйфорического счастья. Они, разумеется, делали немыслимо много всего, от совместного просмотра каких-то там фильмов на ноутбуке Джисона, до сидения плечом к плечу, бедром к бедру, в пресловутой спальне последнего. Этот, безусловно, кульминационный момент оказался настолько пропитан романтикой, что Хан, не в силах сдержать столь всепоглощающую страсть, с неимоверным усилием придвинул к себе своего… соседа, усадив его, не больше и не меньше, как себе на колени, и, обхватив в объятия, полные, разумеется, нежности. Фильм они продолжали смотреть, да. Но вот только Джисон, утомленный столь витиеватым сюжетом, совершенно забил на перипетии киноистории, напротив, с упоением уткнулся в макушку этого… Ли, вдыхая его, бесценный, аромат. Аромат родного, так сказать, дома. Хан, конечно же, совершенно не заметил, как его неумолимо потянуло в сон. Посему последнее, что он, несчастный, запомнил, это то, как его, словно драгоценное сокровище, уложили на кровать, заботливо накрыли одеялом, оставив на прощание поцелуй в самую маковку и прошептав, с нескрываемым ликованием: – Сладких снов, чаги~я. И Джисон, околдованный этим, безусловно, искренним проявлением чувств, погрузился в царство снов, воображая рядом с собой тепло этого, как оказалось, такого нужного ему, чужого тела.

☀☀☀

Пробуждение нарушило глубокий сон. Хан, обнаружив рядом лишь пустоту, зевнул в кулак и, потянувшись, отправился на поиски соседа. Пять шагов – и вот он уже у двери, которую распахивает. В комнате – знакомая атмосфера: подушки разбросаны под кроватью, одеяло смято, а ледяной ветер с улицы бьет в лицо. Окна распахнуты, но, к удивлению, стены оказались чисты, лишенные прежних рисунков. Взяв одеяло, Хан направился на крышу. Там, к его крайнему изумлению, он увидел Минхо, стоящего в одной пижаме и смотрящего вдаль. Несмотря на пронизывающий холод, на его лице играла улыбка. «И вправду ненормальный», – мелькнула мысль у Джисона, пока он подходил к Ли. – Опять не спалось, поэтому сюда пришел? – Хан накинул одеяло на плечи соседа, наблюдая, как тот укутывается, явно замерзнув. – Нет, как раз спалось просто отлично. – Тогда что-то случилось? Рисунки со стен исчезли, – обеспокоенно спросил Джисон, обнимая Минхо за плечи и притягивая к себе еще ближе. Куда уж ближе. – За последние дни, проведенные с тобой, мне ни разу не снились кошмары, – ответил Ли, немного высвободившись из одеяла и продолжая смотреть вперед. – А рисунки… Я понял, что больше не держу зла на тех, кто меня бросил. – А сюда зачем пришел, раз кошмары не снились? Мог бы и дальше понежиться со мной в кровати, – Хан развернулся к Минхо, беря его холодные руки в свои теплые. – Или же ты предпочитаешь спать под ней? – Хах, – усмехнулся Ли, поднимаясь на ноги и лучше закутываясь в одеяло. – А ты все так же смеешься над моими предпочтениями. Минхо уже собрался спускаться, но был остановлен руками, обхватившими его талию. Джисон поцеловал соседа в щеку и тихо прошептал на ухо: – Что тебе такого снилось сегодня, что ты пришел сюда? – Вот еще, буду я тебе о своих эротических снах рассказывать, – Ли попытался вырваться из объятий, но руки лишь сильнее сжали талию, не давая уйти. – Ммм, – хмыкнул Хан, чувствуя, как тело впереди дрогнуло. – А кто там участвовал? Неужели я в главной роли? – В роли то главный, но в нижней позиции. – Ч-что? Пользуясь замешательством, Минхо выпутался из объятий, развернулся и, улыбаясь как ни в чем не бывало, быстро направился к лестнице, а затем и в свою комнату. – Эй, ты же пошутил, да? – догнал его Джисон, вопросительно глядя в глаза. – Ну не знаю. А разве ты для какой-то другой роли годишься? – Минхо знал, что сам себе роет могилу, но что поделаешь? Он не отрицал, что у него «поехала крыша» еще с детства. Убегая от ловких рук, Ли все же загнали в ловушку, точнее, на кровать. Держа руки над головой, Минхо старался не улыбаться, но выходило плохо. – Хочешь проверить, на что я способен, будучи сверху? – почти рычал Хан, сильнее сжимая запястья, но не перегибая палку. – Я не хочу проверять, чаги~я, – приторно-сладким голосом промурлыкал сосед, растворяясь в хищной ухмылке. – Просто докажи мне это. Именно тогда Джисон понял, кто из них хищник, а кто добыча. Но ничего не поделаешь. Хан давно проиграл битву в собственной голове. Оставалось лишь принять чужие правила игры и играть до конца. – Доказать что, Хо~я? – таким же голосом ответил Джисон, заметив секундное замешательство на лице Минхо. – Что даже такие ненормальные, как ты, могут развалиться на части под кем-то вроде меня? Ты это имеешь в виду? – эмоции на лице Минхо сменяли друг друга: от растерянности до принятия ситуации. Но одно их объединяло точно… покорность. – Или именно это тебе и приснилось, сладенький, что ты не выдержал своей же грязной фантазии и отправился на крышу, чтобы прочистить голову? – Хан потянулся вперед, оставляя поцелуи на бледной шее, иногда проводя языком по коже и чувствуя напряженные мышцы чужого тела. – Ну, как я вижу, не очень-то помогло. Но не волнуйся, я знаю, как тебе помочь. Джисон облизал языком участок кожи, прежде чем впиться туда зубами, услышав громкий писк. Он поспешно зализал место укуса в знак перемен. Хан прильнул к губам, посасывая то верхнюю, то нижнюю поочередно, затем проталкивая язык в чужой рот. Столкновение языков – и вот уже началась их борьба, но не за власть, не за то, чтобы взять все в свои руки, а лишь за удовольствие, получаемое друг от друга. Джисон оторвался от манящих губ, оставив последний чмок, и помог снять ночную рубашку, отбросив ее на пол. Он припал к груди, покрывая ее поцелуями. Хан провел языком по розовой горошине, чувствуя, как та затвердевает, и немного подул на нее, слыша сверху плохо скрываемый стон. Джисон решил проделать то же самое с другой горошиной, как его вмиг притянули за волосы наверх. Они столкнулись почти носами, их губы были в миллиметрах друг от друга, но это не помешало дыханию Хана сбиться, а сердцу – пуститься в пляс. – Чаги~я, не знаю, будет ли это странным, – начал Ли, пытаясь отдышаться. – Но давай без всей этой нежности. Мне кажется, сейчас не тот момент, чтобы демонстрировать ее. – Хо~я, сегодня нетерпеливый? – Нет, просто… мне это нравится, – внезапно Ли почувствовал румянец на щеках. – Но я хочу после этого кое-что тебе показать. Понимаешь, не хочу тянуть момент. – Ох, тогда ладно, – немного успокоился Джисон, но любопытство не отступало. Он сдержался, ухмыльнувшись. – Ну что ж, не будем терять ни минуты. И снова он пропал в губах, избавляясь от остатков одежды. Голова Минхо шла кругом, будто он был опьянен, но не алкоголем, а этим парнем, что продолжал целовать его, растягивая момент, говоря, какой он молодец. Как он вошел – не медленно, но и не быстро, в ритме, который был нужен им обоим. Как они слились в поцелуе, начиная двигаться, как их стоны смешивались, создавая собственную мелодию, включающую шлепки тел друг о друга и сбитое дыхание. Когда оргазм обрушился на них волной цунами, парни обессиленно рухнули на кровать, переплетаясь конечностями. Пока они выравнивали дыхание, наслаждаясь тишиной, Хан все же нарушил их идиллию вопросом. – Так что ты там хотел мне показать? – Джисон повернул голову в сторону Минхо, видя, как быстро поднимается и опускается чужая грудная клетка. – Ах да… Сейчас, подожди секунду, – Ли, отойдя на ватных ногах к письменному столу, достал из ящика лист с рисунком и вернулся на кровать, протягивая Джисону картинку. Взяв лист в руки, первое, что увидел Хан, – это комикс. Первая картинка – с момента их знакомства, вторая – с их встречи, следующая – как они сидят на крыше, и множество других приятных моментов, проведенных вместе. Минхо просто взял и запечатлел их на бумаге. Джисон вот-вот расплачется от милоты. – Ты хотел мне показать рисунок? – Хан посмотрел на соседа, еле сдерживая рвущуюся наружу улыбку, за что получил поцелуй в лоб. – Нет, свою любовь, хоть и таким странным способом, – оправдывается Ли, чувствуя, как его утягивают в объятия. Хоть они сейчас и голые, и «грязные», но такие счастливые. – Знаешь, мне, похоже, очень сильно нравится все странное, – последнее, что говорит Джисон, прежде чем слиться с Минхо в нежном поцелуе, где есть только они и их «ненормальность».