"Мне тирамису и ружьё"

Мир не стоит на месте, технологии развиваются а Tiktok.. ох, будут прокляты все кто придумывают тренды для тиктока. По скромному мнению Чуи, в аду для этих ребят приготовят отдельное местечко, хотя наверняка они и там учудят что-нибудь этакое, что черти просто на перебой будут пытаться исполнить тренд как можно лучше. Но вернёмся к нашей истории. У Дазая определённо ужасные способы справляться со скукой. Нормальные студенты либо помирают за горой неизученных материалов, либо заводят себе хобби, записываются на разные курсы. Для Осаму же действительно забавное хобби – сплетни. Сперва ему просто нравилось быть в курсе происходящего, на которое он тоже мог чутка повлиять или же подразнить Куникиду. Позже стало скучнее когда основные обсуждения крутились вокруг него самого, в частности из-за интимных отношений. Но в какой-то момент до него дошли слухи.. о стайке сентиментальных девиц, которые шипперили его с одним рыжим выскочкой.. интересно. Такое отношение появилось как гром среди ясного неба и начало стремительно разрастаться, не без помощи самого шатена, парочки его друзей а вскоре и.. — В интернете зафорсился новый тренд с парочкой и официантом.. Дазай слегка хмурит брови, пока Акутагава описывает ситуацию, в его выражении лица смешиваются удивление и любопытство. Спустя мгновение он тихонько усмехается и откидывается на спинку скамьи, не отрывая взгляда от цветущей сакуры. — Значит, они хотят историю, где Чуя, будучи тупым идиотом, неправильно понимает, что официант хвалит его вкус в выборе десерта, а не партнёра? Ухмылка на губах становится выразительнее, и он добавляет с озорством в голосе: — Это точно будет весело... После пар Чуя шел рядом с Дазаем, в его выражении лица читались раздражение и смирение. Он шел размеренным шагом, не желая спешить, несмотря на то, что Дазай дергал его за рукав. Время от времени он бросал на бинтованного гневный взгляд, бормоча себе под нос, что ему просто нужен чертов кофеин или хотя бы горячий шоколад. Они идут бок о бок, изредка касаясь плечами. Шатен ухмыляется, забавляясь ситуацией, в которую ему удалось уговорить Чую. Накахара держит одну руку в кармане куртки, молча глядя вперед, словно делая вид, что не идет в том направлении, куда его тащит Осаму. Как только они входят в кафе, их окутывает уютная, теплая и располагающая атмосфера. Чуя с обречённым вздохом скрещивает руки на груди, а Дазай идет к стойке, уже с ухмылкой изучая меню. Рыжик задерживается в нескольких шагах позади, скептически настроенный, с оттенком презрения оглядываясь вокруг. — Надеюсь, ты понимаешь, что за это платишь. — проворчал он достаточно громко, чтобы Дазай его услышал — Да-да, не надо так волноваться», — парирует Дазай, всё ещё сосредоточив внимание на меню. В уголках его рта появляется лёгкая усмешка. – Поверь, оно того стоит. Он слегка поворачивается и в ответ на хмурый взгляд Чуи одаривает его раздражающе самодовольной улыбкой. — Кроме того, я знаю, что ты неравнодушен к хорошему кофе. Взгляд Чуи становится всё более пристальным, челюсть напрягается, он сдерживает желание щёлкнуть Дазая прямо в лоб. — Заткнись. У меня нет слабостей ни к чему, что тебе приглянулось, — бормочет он, хотя в его словах нет настоящей злости, лишь привычное раздражение. Дазай только шире улыбается, глядя на такую реакцию, опирается локтем на стойку и подпирает подбородок рукой, наблюдая, как Чуя нетерпеливо ёрзает рядом с ним. Напряжение между ними ощутимо — как всегда, — но под всем этим скрывается нечто ещё: близость. Понимание. — У меня слабость к кофеину, — парирует Чуя, закатывая глаза, лишь наполовину признавая ситуацию. – И я мог бы просто приготовить его сам, понимаешь? Он крепче скрещивает руки, его упрямая поза почти очаровательна в своей несговорчивости. — Тебе просто нравится доставлять неприятности. Дазай тихонько усмехнулся, ничуть не смущенный уколом –скорее, он его позабавил. Он наклонился чуть ближе к Чуе, чем было необходимо. — О? Значит, ты признаёшь , что моя компания настолько неотразима, что ты предпочитаешь терпеть, как я тебя сюда тащу, вместо того, чтобы самому сварить себе кофе дома? – в его голосе слышится притворное удивление. — Это практически признание. Пауза. Затем он лукаво добавляет: —..Или ты просто признаёшь, что у меня тоже хороший вкус? Чуя краснеет от этого намека, его щеки, несмотря ни на что, начинают гореть. Он ненавидит, как хорошо Дазай умеет задевать его самолюбие. Чёрт бы побрал Дазая с его чертовым красноречием, он всегда знает, как вывести его из себя, вызывая это знакомое раздражение. Его хмурый взгляд становится еще шире, и он многозначительно отводит взгляд, чтобы не видеть самодовольную ухмылку на лице шатена. — Заткнись. — бормочет он, отрицая всё автоматически Накахара полон решимости не доставлять Дазаю дальнейшего удовольствия, ничего не признавая, даже если какая-то его часть и заинтригует, и он захочет попробовать местный кофе. — Я здесь просто потому, что это лучше, чем слушать твои нытьё Улыбка Дазая становится шире при виде румянца на щеках Чуи — он живет ради таких моментов. Парень наклоняется чуть ближе, его голос понижается до заговорщического бормотания. — Мм, значит, ты признаёшься? Ты здесь только из-за меня? – он слегка наклоняет голову, притворяясь невинным, хотя в каждом слове слышится поддразнивание. – Это ужасно мило с твоей стороны. Проходит мгновение — достаточно долгое, чтобы Чуя тихонько закипел от злости, прежде чем Дазай добавляет: — ..Хотя, полагаю, это значит, что если я сейчас уйду...? Рыжик вздрагивает от самодовольной уверенности в тоне Дазая, его челюсть дёргается от сдерживаемого гнева — это тот же самый раздражающий, бесящий тон, который он всегда использует, когда знает, что выводит Чую из себя. Его пальцы сжаты в кулаки, и ему требуется вся сила воли, чтобы не стереть эту дурацкую ухмылку с чертовски привлекательного лица Дазая-.. Что? Он моргнул, его ход мыслей внезапно прервался последней частью заявления Осаму. Сама мысль о том, чтобы его оставили здесь, после того, как его тащили сюда целую дорогу... — Подожди, что? Улыбка Дазая становится шире при виде растерянного выражения лица Чуи. Он наслаждается противоречивыми эмоциями, борющимися за эти голубые глаза — разочарованием, раздражением, неохотным интересом. Осаму знает, что задел что-то, что вывело Чую из равновесия, и, черт возьми, это только ещё больше подпитывает его самолюбие. — Что ж, — медленно протянул Дадзай, наслаждаясь моментом , — я подумал, раз уж я такой зануда, тебе бы лучше было сделать заказ одному. У Чуи дёрнулся глаз — всего один раз, это был предупреждающий знак. Он сжал руки по бокам, словно физически сдерживаясь, чтобы не схватить Дазая за воротник. — Ты меня здесь не оставишь, — рявкнул он, голос его был настолько резким, что мог прорезать сталь. – Я не собираюсь тратить своё чёртово время в этом кафе в одиночестве только потому, что ты решил побыть трусом. Пауза. Рыжик понимает, что только что имел ввиду, и тут же, нахмурившись, отступает: —..Не то чтобы меня волновало, останешься ты или уйдешь! Просто не веди себя как идиот!