Может прогуляемся?

      Комната была погружена в мрак из-за наступившего вечера. Окна плотно закрыты, лишь дрожащие язычки пламени свечей с ароматом жасмина выхватывали из темноты очертания мебели. Перед девушками стоят рюмки с крепким соджу. Слышится не частый треск свечей и шёпот. В свете мерцают на щеках капли слёз и пары дыма от неизвестных самокруток с какой-то травой. Эту встречу организовала Меган, как и организовала алкоголь и косяки. Юнче и София были не в силах прийти сюда из-за горечи. Горечи расставания. Почему лейбл так своевольно всё решил? Почему так быстро вычеркнул Мано? Для всех девушек до сих пор это являлось большим вопросом, требующим большого количества разъяснений. Но что же скажет агенство? Правильно, промолчит в тряпочку, назвав это «рестом», и сделав человека одним из козлов отпущения. Поэтому Меган, Лара, Дани и Мано решили собраться здесь, дабы как-то переварить случившееся вместе. Поэтому Скиендиэль нашла эту немного потрёпанную квартирку, чтобы скрыться от посторонних глаз. Конечно репортёры и фанаты сразу увидят в где-то более людных местах, а кто из них будет рад такому «плохому образу жизни». Ведь сразу же накатают жалобу в каком-нибудь паблике и будут трещать над этим, словно чем-то запрещённом. Артисты что, уже не люди? Чего стоили только всплывшие фотки Баннерман из юности.       Фотка за фоткой, воспоминание за воспоминанием, стопка спиртного за стопкой, выкуренная сигарета за сигаретой. Ничего не может заглушить внутренние переживания неизвестности. Казалось бы только был промоушен с «Gnarly», как на пятки наступал «PINKY UP», из которого Мано будто вычеркнули. Не справедливо. Девушки передают последнюю самокрутку из рук в руки, докуривая её до мелкого жалкого огрызка. — Может прогуляемся? — голос Раджагопалан прозвучал почти чем-то инородным в тишине помещения. Аванзини еле заметно улыбнулась, а Баннерман одобрительно кивнула. — Девочки, я наверное не пойду. Надо убрать тут всё, выкинуть мусор, проветрить в конце концов. Лучше сходите без меня. Вам не помешает проветриться на свежем воздухе. — Ладно. — сказала Мано немного разочарованно, но моментом позже чуть веселее добавила — Как насчёт караоке? — Да, отличная идея. Там очень классный мартини и хорошая шумоизоляция, — Дани немного ободрила девушку, приобняв за плечи. — Замётано. Тогда в то караоке! — Лара легко шлёпнула девушек, подгоняя к двери — Время не стоит на месте! Мег, не скучай. Мы ненадолго. — Конечно. Хорошо вам повеселиться.

***

      Караоке встретило странным умиротворение и тишиной из-за уединённости комнат и это лишь плюс. Раджагопалан, Баннерман и Аванзини посильнее застегнули свои худи и получше натянул маски на лицо, когда в свете неона барменша за стойкой, жевав жвачку и протирая стаканы полотенцем, будто осуждающе на них посмотрела. Посмеявшись немного над этим моментом, девушки скрылись за одной из дверей.       Из караоке-системы слились разнообразные песни, которым Дани и Мано старательно подпевали (или пытались), громко хохоча. Лара подливала спиртное в бокалы и рюмки, и также пыталась попасть в слова. Алкоголь и курево дали о себе знать, разбавляю переживания, тревоги и остальные мысли. Кажется им давно не было так легко. Просидев так ещё с пару часов девушки решили пойти на улицу. Что ж, в таком состояние это не лучшее решение, но они же всё-таки гулять собирались. Ведь так?       Порыв вечернего ветра встретил разгорячённые тела уже при выходе на улицу. Аванзини, Баннерман и Раджагопалан не стали запахиваться в свои одежды. — Пусть мир видит нас такими, какие мы есть. Пошло оно всё к чёрту, — с умным видом сказала Лара, притянул девушек к себе, обнимая ладонями их плечи. — Зришь в корень. У меня появилась одна идея. — И какая же, Дани? — Мано немного непонимающе на неё посмотрела, поскольку думала, что это конец прогулки. — Давайте заглянем в ближайшую фотобудку?       Ответа не потребовалось поскольку переглянувшись они точно поняли, что все не против. В развалочку, напевая что-то они двинулись по улице. Похуй было в этот момент на то, как на них смотрят окружающие, как снимают редкие телефоны. Трём подругам уже что, нельзя и выпить? Не суди — не судим будешь. Так же говорят?       Тёмный город освещают фонари, разноцветные вывески и щиты с рекламами, а для самих девушек его освещают только они вместе. По раздельности не так. Что думало агенство, когда поставило их в такую ситуацию?       Будка была относительно маленькой, но Лара, Мано и Дани смогли там уместиться. Их лица немного покраснели от выпитого, улыбки были шире, чем должны были, а сердца были слишком шумными в этой тишине из-за прервавшихся разговоров. Аванзини нажала на кнопку «пуск» для записи и поцеловала Баннерман в щёку. Остальные девушки явно не ожидали этого, что отразилось на фото. — Ну что вы сидите? Это же фото — можно делать что угодно.       Не став ждать более, Раджагопалан сделала также вместе с Дани, от чего Мано не перестала смотреть в объектив удивлённо. — Девочки, вы не нажали. Не записалось. — Это сейчас было не для фото, глупышка.       Баннерман закрыла глаза конкретно сдавшись. девушки переглянулись приняв это за согласие. Сейчас они все пьяные и не к чему отдавать мозгу какой-либо отчёт о ситуации. Сейчас важно отдавать себя моменту, когда голова расслаблена под воздействием алкоголя и каких-то трав. Когда им ещё выдаст я минутка для таких слабостей в обществе друг друга? Аванзини припала к шее Мано, отодвигая ворот кофты для того, чтобы открыть для себя больше ещё нетронутой кожи. Дани касается нежно, оставляя на ней след от блеска и карандаша. На утро там будет смачный засос. Лара же обхватывает губы Баннерман своими и руками обхватывает грудь девушки, массируя чувствительные соски через одежду. Отрываясь друг от друга для того, чтобы набрать побольше воздуха и вернуться к мокрому поцелую со вкусов соджу и чем-то горьким Мано грустно усмехается и произносит. — Мы не нажали на кнопку записи, нужно повторить.