Грёзы о Солнце

Восходящее солнце слабо освещало далёкие просторы полей и лесов, городов и сёл. Лучики прорываются в окна, намереваясь разбудить мирно спящих людей. Свет просачивается через щёлочки жалюзи в комнату Чарльза и падал на клавиатуру компьютера, ему на глаза и на нетронутую, незаправленную кровать. Чарльз протирает сонные глаза и случайно задевает правой рукой мышку, и на экране выводится ночная переписка с Си. Он снова её перечитывает. Он не знает, для или зачем — просто ему нравится снова переживать все эти воспоминания и эмоции. Ему нравится думать о Си, общаться с ним и вспоминпть. Он дорожит каждой, абсолютно каждой секундой их переписки. Даже если он и не видел никогда его в живую, то он всё равно чувствовал глубокую и неразрывную связь с ним. Ему не нужно было видеть его. Он знал и так, что они были связаны разумом друг с другом. Он смотрит на монитор. Ему кажется, что монитор смотрит в ответ. Он не отвечает. *** Полуденное солнце ярко, почти болезненно ослепительно, освещало цветочную поляну. Высокая трава и алые, красные цветы возвышались над бренной землёй, застелая её ярким естественным органическим покрывалом. Травинки мягко щекотали юношеские розовые щёки и как будто приобнимала, молча заставляя двух девушек продолжать неподвижно лежать в дневном полудрёме. Анри Уорхол через мелкую щёлку почти-почти приоткрытых глаз любовалась милой девушкой, мирно спящей рядом с ней. Кудряшки белоснежно белых локонов девушки аккуратно обрамляли её нежное лицо. Её грудь равномерно то поднималась, то опускалась обратно. Анри и предположить не могла, какие именно грёзы сейчас посещают Шарлотту в царстве Морфея, но она надеялась, что она наслаждается ими. Анри обратно закрывает полностью глаза и тоже погружается в беспамятное сновидение. *** Закатное солнце окрасило небо и некогда чисто белые облака превратились в отвратительную смесь палитры розового, красного и золотого. Лотта сидела на скамье и с отвращением глядела на закат. — Анри, скажи, что ты об этом думаешь? Анри сидела рядом. — Красиво? Анри неуверенно заикается, наматывая на палец локон своих чёрных волос. — И как эта мерзость может быть красивой? В тоне Q84 слышится обиженное возмущение и упрёк. — Н-не знаю... *** Шарлотта с Анри очень любят гулять, когда светит солнце! Шарлотта очень-очень-очень сильно и присильно любит и безумно обожает свою девушку, и именно поэтому они постоянно вместе гуляют! Шарлотте нравится видеть её счастливой, а Анри нравится делать Шарлотту счастливой. Средь органов, мёртвой кожи, лживых существ и потухших звёзд — они были лучше всех! *** Скарлетт не видела солнца. Её мир превратился в Преисподнюю на Земле, в хаос и разруху. Единственным напоминанием о былом величии человеческого рода остались лишь руины и гниющие развалины. Солнце не должно светить в такой дыре. Поэтому вместо него, светила жестокая Богиня, сжигающая и пожирающая всё живое и неживое, всё былое и всё будущее, всё сущное и несущное. Она была всем и ничем одновременно — чёрной дырой и центром вселенной, тёмной мантией и пустотой, светом и тьмой. Она была Солнцем. *** Привет, Мир! Привет, Шарлотта! Весь Мир — это Шарлотта, вся Шарлотта — это Мир. Это одно единое целое. Целое, которое невозможно разлучить или отделить. Шарлотта это солнце, всё остальные звёзды и спутник-Луна. Она это поля и квартиры, цветы и компьютеры, прогулки и руины. Она — Мир. Мир — Она. Она спит, и спит, и спит, И спать она будет и сны видеть по бесконечному кругу повторений, видя одно и тоже раз за разом. Видеть она будет много-много одинаковых снов, без возможности вспомнить их до этого. Ибо она — и есть сны. *** Восходящее солнце слабо освещало далёкие просторы полей и лесов, городов и сёл. Лучики прорываются в окна, намереваясь разбудить мирно спящих людей. Свет просачивается через щёлочки жалюзи в комнату Чарльза и падал на клавиатуру компьютера, ему на глаза и на нетронутую, незаправленную кровать. Чарльз протирает сонные глаза и случайно задевает правой рукой мышку, и на экране выводится ночная переписка с Си. Он снова её перечитывает. Он не знает, для или зачем — просто ему нравится снова переживать все эти воспоминания и эмоции. Ему нравится думать о Си, общаться с ним и вспоминпть. Он дорожит каждой, абсолютно каждой секундой их переписки. Даже если он и не видел никогда его в живую, то он всё равно чувствовал глубокую и неразрывную связь с ним. Ему не нужно было видеть его. Он знал и так, что они были связаны разумом друг с другом. Он смотрит на монитор. Ему кажется, что монитор смотрит в ответ. Он не отвечает. *** Полуденное солнце ярко, почти болезненно ослепительно, освещало цветочную поляну. Высокая трава и алые, красные цветы возвышались над бренной землёй, застелая её ярким естественным органическим покрывалом. Травинки мягко щекотали юношеские розовые щёки и как будто приобнимала, молча заставляя двух девушек продолжать неподвижно лежать в дневном полудрёме. Анри Уорхол через мелкую щёлку почти-почти приоткрытых глаз любовалась милой девушкой, мирно спящей рядом с ней. Кудряшки белоснежно белых локонов девушки аккуратно обрамляли её нежное лицо. Её грудь равномерно то поднималась, то опускалась обратно. Анри и предположить не могла, какие именно грёзы сейчас посещают Шарлотту в царстве Морфея, но она надеялась, что она наслаждается ими. Анри обратно закрывает полностью глаза и тоже погружается в беспамятное сновидение. *** Закатное солнце окрасило небо и некогда чисто белые облака превратились в отвратительную смесь палитры розового, красного и золотого. Лотта сидела на скамье и с отвращением глядела на закат. — Анри, скажи, что ты об этом думаешь? Анри сидела рядом. — Красиво? Анри неуверенно заикается, наматывая на палец локон своих чёрных волос. — И как эта мерзость может быть красивой? В тоне Q84 слышится обиженное возмущение и упрёк. — Н-не знаю... *** Шарлотта с Анри очень любят гулять, когда светит солнце! Шарлотта очень-очень-очень сильно и присильно любит и безумно обожает свою девушку, и именно поэтому они постоянно вместе гуляют! Шарлотте нравится видеть её счастливой, а Анри нравится делать Шарлотту счастливой. Средь органов, мёртвой кожи, лживых существ и потухших звёзд — они были лучше всех! *** Скарлетт не видела солнца. Её мир превратился в Преисподнюю на Земле, в хаос и разруху. Единственным напоминанием о былом величии человеческого рода остались лишь руины и гниющие развалины. Солнце не должно светить в такой дыре. Поэтому вместо него, светила жестокая Богиня, сжигающая и пожирающая всё живое и неживое, всё былое и всё будущее, всё сущное и несущное. Она была всем и ничем одновременно — чёрной дырой и центром вселенной, тёмной мантией и пустотой, светом и тьмой. Она была Солнцем. Солнцем была Шарлотта. *** Прощай, Шарлотта!