Пожалуйста, прости

      Холодный метал наручников больно впивается в кожу, оставляя кровоподтеки и темнеющие синяки. Мышцы спины ныли, находясь в неудобном положении уже несколько часов, и любое движение отзывалось острой болью и тьмой перед глазами. Но Беллами терпел, а на лице не дрогнула ни одна мышца. Лишь пылающая ярость в его груди, отражалась жарким пламенем в глазах, давая Кларк понять, что спокойствие и сдержанность были показными. Кларк осторожно приблизилась к парню, неотрывно наблюдающему за каждым ее движением. Она опустилась на колени, оставляя между собой и пленником безопасное расстояние. Беллами вскинул подбородок, даваяя понять, что готов слушать. Кларк набрала в легкие побольше воздуха.       - Я убедила Пола отправить меня за стену. Я пойду на переговоры. - на одном дыхание выпалила девушка.       Беллами застыл, в его глазах ярость сменилась страхом. Кларк понимала его чувства, поскольку сама сейчас испытывала ужас каждой нервной клеточкой своего тела, но старалась не показывать перед парнем своих чувств. Плечи девушки расслабленно опустились, она отвела взгляд и закусила нижнюю губу, прежде чем продолжить.       - Но это не все, - Кларк встретилась с глазами напротив. - Я убедила Пола отпустить тебя. Люк освободит тебя, когда меня поведут на встречу с этими... Людьми. Я отправляюсь в четыре часа дня, на переговоры должно уйти сорок минут. Если к этому времени я не вернусь, то ты с остальными приступаешь к плану, который озвучивал раннее. Времени у вас будет немного.       Кларк поджала губы, потупив взгляд. Она рукой, еле заметно подрагивающей от волнения, потянулась к карману куртки. Кожа коснулась холодного металла, пальцы сжали его в ладонях. До боли знакомый ободок часов впился в кожу. Кларк аккуратно положила их рядом с Беллами, разворачивая циферблат так, чтобы он мог видеть бегущие стрелки. Кларк не сводила с них глаз.       - Кларк... - охрипшим голосом начал парень, но девушка не дала ему закончить.       - Беллами, я правда надеюсь, что однажды ты меня поймешь и сможешь за все простить.       Она поднялась на дрожащих ногах и, не оборачиваясь на парня, пошла на выход из их временного лагеря. До спины доносился его голос, зовущий ее по имени, и звук бьющихся наручников о металл трубы. Но с каждым новым тяжелым шагом, все звуки оставались позади. До ее встречи с противниками оставалось чуть больше пяти минут. Желудок завязался в узел от тревоги, когда перед глазами выросла серая стена, в некоторых местах покрытая глубокими трещинами и травой. Кларк почувствовала, как сердце упало в пятки, когда несколько десятков мужчин наперевес с оружием вышли из-за стены. Каждый целился в нее, и девушка, собирая свою смелость по кусочкам, подняла вверх руки, показывая, что безоружна.       - Я пришла с миром! - выдохнула Кларк, надеясь, что эти мужчины понимали сказанные слова.       Люк прилагал огромное количество усилий, чтобы не дать Беллами рвануть вслед за Кларк. Он рывком усадил парня на место и сдвинулся так, чтобы обратить все внимание Блэйка на себя. Округлившиеся глаза Беллами в ужасе уставились на освободившего его друга.       - Пожалуйста, скажи, что она не отправилась туда в действительности, - его трясущиеся руки вцепились в форму Люка.       Люк подобрал с земли часы, оставленные раннее Кларк, и перехватил израненное наручниками запястье. Он перевернул его ладонь, вложил часы и сжал пальцы Беллами в кулак.       - Она не договаривалась с Полом, а доверилась тебе, - Люк поднял на сидящего напротив парня тяжелый взгляд. - Она дала тебе отсрочку, чтобы закончить все сегодня. И если ты не воспользуешься шансом, все, включая Кларк, погибнут. Если ты хочешь всех спасти, возьми себя в руки.       Люк встряхнул Беллами за плечи и, убедившись, что тот наконец в состоянии бороться, отпустил. Беллами разжал ладонь, вглядываясь в бегущие по циферблату стрелки. Кларк доверилась ему, но при этом надеялась на исход без кровопролитий, раз ушла на эти переговоры. В обмен на свое доверие, она всем этим планом заставляла и его поверить в нее. Беллами убрал часы в карман куртки и бысрым шагом последовал за удаляющимся Люком.       Беллами ненавидел эту игру, ненавидел себя за то, что возможно подтолкнул Кларк к этому решению своими вчерашними словами. Она доверила ему свою боль, а он воспользовался этим и нанес удар. Теперь Кларк доверяла ему свою жизнь, и Беллами был обязан сохранить ее. Он не готов потерять в один день всех, он не был готов потерять Гриффин сейчас, когда так и не смог извиниться перед ней.       Кларк в сопровождении десятка мужчин, разодетых в белое, зашла за стену. Солнечный свет слепил глаза, заставляя девушку несколько раз быстро моргнуть. Ее окружало огромное поле, невдалеке веднелись какие-то постройки ушедших времен. Должно быть там и держали ее друзей, мимолетно подумала Кларк, чувствувая, как чужая рука подталкивает ее в плечо, призывая идти вперед быстрее. Девушка прикусила нижнюю губу, сдерживая свой язык за зубами, чтобы не огрызнуться. Мужчины остановились в отдалении от стены и встали по кругу от Гриффин.       - Я всего-лишь пришла поговорить, - повторила в очередной раз Кларк безэмоциональным мужчинам, но те, как и прежде, остались безучастны.       Она нащитала всего пятнадцать вооруженных людей и искренне надеялась, что смогла собрать большую часть местной охраны в одном месте. Так, при реализации плана Беллами, им ничего не помешает, а сама она уж как-нибудь сможет позаботиться о своей жизни. По крайне мере Кларк искренне надеялась на это. Девушка обратила внимание, как из далека к ним приближалось три фигуры. Гриффин чуть расслабилась, убивать сразу ее не планировали, а значит еще есть возможность обойтись переговорами.       Но тут Кларк смогла лучше разглядеть приближающихся людей. Среди них девушка заметила фигуру старой знакомой, разодетой в белые, потрепанные временем ткани. Гласс расширила глаза от удивления и чуть запнулась, поспешила скрыть свои эмоции. Рядом с Гласс, идя чуть впереди, вышагивала женщина с распущенными темными волосами, мягкими волнами спадающими на плечи. Она горделиво расправила плечи, когда круг из мужчин расступился, пропуская ее к Кларк. Мужчины, окружавшие их, кланялись и с благоговением взирали на новоприбывшую женщину.       - Что здесь произошло, кто она? - мягкий голос женщины и холодный горделивый взгляд, не сочетались с внешне мягким образом, заставляя Кларк напрячься еще больше.       - Мать, эта чужеземка заявляет, что прибыла сюда ради мирного диалога, - выступил вперед один из солдат.       Но Гриффин не сводила глаз с темноволосой женщины. Казалось, ни один из вооруженных рядом не был столь опасен в сравнении с этой Матерью, как они ее называли. Кларк уловила движение за плечом женщины и перевела взгляд туда. Гласс сдержанно и еле заметно качала головой, поглядывая то на Мать, то на Кларк. Гриффин нахмурилась еще больше.       - Ни к чему, на то нет воли Земли, - женщина махнула рукой, и мужчины в ту же секунду вскинула ружья, Кларк застыла.       Кларк перебегала взглядом с одного дула ружья на другое, пытаясь в голове просчитать свои дальнейшие действия. Но выхода не было, Гриффин добровольно отправилась в мышеловку и сейчас с ней покончат. Девушка мысленно хмыкнула, отвлеченно понимая, что Беллами оказался прав - переговоры были плохой затеей. Кларк сглотнула вставший поперек горла ком, когда сбоку уловила движение. Девушка обернулась через плечо, замечая вышедшую вперед Гласс, выражение ее лица было нечитаемым.       - Матерь, нам стоит повременить с этим, - Гласс склонилась в глубоком поклоне. - Эта чужеземка повидала не одно убежище наших врагов и могла бы помочь в их поисках. Если будет на то воля Земли.       Последние слова Гласс были подхвачены и шелестящим шепотом пронеслись по толпе. У Кларк побежали мурашки по спине от возрастающего ощущения ужаса и отвращения. Эти люди определенно поехавшие. Гриффин перевела напряженный взгляд на темноволосую женщину, всерьез обдумывающую слова Гласс. Матерь хотела уже отступить, но Гласс, наклонившись еще ниже, продолжила:       - Нашим людям не хватит запасов на период холодов, Моя Матерь, нам нужны любые ресурсы.       Женщина подошла ближе к Гласс и положила свою руку на ее плечо, заставляя ту выпрямиться. Гласс покорно расправила плечи и с восхищением взглянула на Матерь. Кларк внутренне удивилась столь реалистичной игре своей знакомой и одноврменно с тем порадовалась, ведь именно благодаря этому она все еще была жива. Женщина напротив повернулась к Кларк и остановилась в шаге от нее. Гриффин насторожилась, замечая как рука женщины теряется в складках одежды, доставая что-то блестнувшее на солнце. Гласс округлила глаза в ужасе, Кларк застыла, заметив острое лезвие ножа, а после почувствовала как холодный метал входит в бок. И в этот же момент со стороны стены раздался оглушительный взрыв.       Кларк вскинула голову, куски бетона огромными ошметками начали отваливаться от стены, грозясь вот-вот упасть им на головы. Мужчины вокруг бросились врассыпную. Гриффин перевела взгляд на нож в своем теле, кровь заливала ее одежду, женщина все еще держалась за рукоятку, но смотрела точно не туда куда следовало. Кларк скинула руку безумной женщины и, вырывая с шипением из своего тела нож, вонзила лезвие глубоко той в грудь. На белый одеждах выростало алое пятно.       - Кларк! - Гласс бросилась к девушке, перебрасывая ее руку себе на плечи. - Нужно срочно уходить.        Кларк кивнула, сморщившись от боли. Раздался новый взрыв, ближе предыдущего, земля под ногами содрогнулась и, не удержавшись, девушки упали на землю. Гласс, сильно ругаясь сквозь плотно стиснутые зубы, подняла их обеих и продолжила уводить раненную подругу.

***

      Беллами оглядывал взглядом внимательных глаз толпу подростков перед собой. Чуть больше сорока ребят они смогли вырвать из плена у так называемых "Защитников", но главное они смогли спасти своих людей. Это все, что было так важно для Беллами, на данную минуту. Октавия, Уэллс и... Кларк - все они были живы, а с остальным они как-нибудь разберутся.       Он пробирался сквозь толпу, на другую сторону временного лагеря, где, как он видел в последний раз, была Кларк. Девушка не изменяла своим привычкам, обходя каждого раненного и поколеченного, но, по ее бледному и покрытому испаринной лицу, Беллами понял, что ей необходимо дать передышку. Блэйк остановился и крикнул в толпу через плечо:       - Уэллс! - услышав где-то слева вопросительный тон брата, Беллами продолжил. - Меняй Кларк, помоги ранненым.       - Бегу! - незамедлительно ответил парень.       Кларк застыла, не оборачиваясь на шаги за спиной и не реагируя на тяжесть, резко опустившуюся на плечи. Беллами уводил ее в сторону от лагеря, к реке. Гриффин позволила себе немного расслабиться, когда они скрылись от заинтересованных глаз кучи подростков, но тут же пожалела, запнувшись о торчащий в земле корень. Блэйк удержал девушку и, не давая ей сделать больше ни шага, поднял на руки. До его ушей донеслись тихие ругательства девушки и шипение от боли в ране на боку.       Подойдя к берегу реки, Беллами опустил Кларк на землю и помог ей присесть в корнях какого-то дерева. Он скинул с плеча небольшую сумку и расстегнул замок, девушка внимательно наблюдала за его действиями, чуть дрожащей рукой придерживая рану. Блэйк поднял на Гриффин взгляд.       - Снимай куртку, давай тебя перевяжем нормально.       Кларк не ответила, а волосы, покрытые пылью, сажей и кровью, закрывали ее лицо. Беллами отставил в сторону сумку и, придвинувшись чуть ближе, потянулся к ней. Его пальцы аккуратно отодвинули некогда светлые волосы и убрал их ей за спину, открывая вид на заплаканное лицо девушки. Брови на лице парня сошлись на переносице, большим пальцем руки он стер несколько соленных капель с бледных щек. Беллами, приподнял ее подбородок, заставил Кларк посмотреть на него и встретиться с ним взглядом.       - Что случилось? - тихий вкрадчивый голос донесся до слуха девушки.       Кларк дернулась, затылком ударяясь о дерево, но не почувствовав боли. Ее губы искривились в немом плаче, а глаза зажмурились. Она сжалась комочком, закрывая лицо ладонями. Поникшие плечи чуть подрагивали. Беллами тихо сидел рядом, тоска съедала его мысли. Он потянулся к девушке, мягко обнял ее за дрожащие плечи, притягивая к своей груди. Теплая ладонь нежно гладила худую спину.       - Кларк...       - Беллами, я опять тебя подвела, опять не поверила, - голос девушки был тусклым и срывался на каждом слове на еле слышимый шепот. - Я не доверилась тебе, хотя ты всегда был прав. Был прав в лагере, был прав там у стены...       - Тише-тише... - зашептал Беллами, сильнее прижимая к себе Кларк.       Он оставлял легкие поцелуи на ее волосах, поднял ее лицо, проходясь мягкими губами по соленной от пота и слез коже. Его ладони нежно поглаживали плечи, голову, спину. Беллами стирал своими пальцами каждую влажную дорожку на щеках Кларк. Он отдавал ей всю свою нежность и любовь даже после того, когда ее дыхание выравнялось, а сердце перестало бешенно биться. Беллами крепко прижал Кларк к себе одной рукой, а вторую положил на ее щеку. Он мягко повернул ее лицом к себе, взгляд внимательно блуждал по бледной коже девушки. Ее нос и щеки раскраснелись от слез.       - Все в порядке, Кларк, - его голос был тихим, но серьезным. - Мне нужно было поступить по-другому во всех случаях. Мне нужно было тебе показать ситуацию так, как ее вижу я. И мне нужно было прислушаться к тебе и твоим советам, Кларк. Мы оба сглупили, оба виноваты, но при этом справились как одна команда.       Беллами почувствовал, как собственные слова усмиряют бурю в его душе. Лицо Кларк перед ним стало чуть размытым, он глупо улыбнулся, смаргивая слезы с ресниц.       - Кларк, мы научимся работать сообща, обязательно. Я обещаю тебе. - легкий поцелуй остался на ее лбу. - Но перед этим, пожалуйста, прости меня. Прости за все слова, что я тебе наговорил. Прости за то, что совсем не хотел слушать тебя и совсем не думал головой. Я был очень и очень глуп...       Кларк рванулась вперед, обхватывая его шею и крепко прижимаясь всем телом к его. Беллами крякнул от неожиданности, но обнял девушку так же крепко, прижамая ее к себе сильнее. Он прикрыл глаза, вдыхая запах ее кожи через нос, и наконец смог расслабиться, в первые за все время их путешествия. Беллами наконец-то почувствовал спокойствие. Он погладил светлые волосы, надеясь, что этот момент никогда не закончится.