Шторм

Курайгана. Поздний вечер. Шторм бьётся о стены замка. Снаружи ветер выл, словно хищное животное. Он будто бы пытался снести со своего места само старинное строение — но, право, оно сдаваться своему противнику и не помышляло. Однако же — не без того — стёкла в окнах иногда слышно вздрагивали, да и время от времени где-то в коридорах хлопала неплотно прикрытая дверь, разносясь в пространстве эхом. В библиотеке было почти тепло. Несколько свечей неровно горели, тени от мебели вытягивались по стенам и, порой, приходили в живое движение, словно призраки сражений из прошлого. Зоро сидел на покрытом огромным ковром полу, прислонившись спиной к креслу, с виду почти что задремав, но, на самом деле, сохраняя абсолютную бдительность к окружению. Привычка, с которой хозяин замка уже смирился. Сам же, ранее упомянутый, хозяин читал книгу. Какое-то время были слышны только дождь, что бился о стёкла, нечастый шелест перелистываемой страницы и едва уловимый звук дыхания. Потом, где-то за спиной старшего мужчины, прозвучал голос, будто бы продолжая уже давно начатый разговор: - Скажи, а почему ты вообще согласился учить меня? Ни переведения внимания от текста. Ни мгновенного ответа. Только новый шелест страницы. И, наконец: - Кажется, ты уже задавал этот вопрос ранее? - Не совсем. Раньше я спрашивал об этом только лишь из любопытства. Снова пауза. Будто бы Михоука особо увлёк какой-то абзац. - А теперь? Зоро пожал плечами. - А теперь, я действительно хочу знать правду. Мужчина, совершенно неожиданно, закрыл книгу, словно внезапно выйдя из какого-то транса. Разговор начал принимать действительно интересный оборот. - В тот день, когда ты пришёл ко мне... Ты склонился передо мной. Зоро нахмурился. - Не напоминай про это... - Именно тогда. - Унижение? - Нет. За окном вспыхнула молния, и старший мечник инстинктивно посмотрел в её сторону. - Видишь ли, истинная человеческая сила очень редко может родиться из гордости. Куда уж чаще она появляется на свет именно тогда, когда мы, напротив, готовы принести свою гордость в жертву ради чего-то большего. Собеседник молчал. - Я в своей жизни повидал неисчислимое множество тех, кто жаждал силы ради мести врагам. Ради власти над другими людьми. В конце концов, ради громкого имени. В твоём же случае - это нечто совершенно иное. - Обещание? - Не только лишь оно. Ты желаешь защищать тех, кто тебе дорог. Шторм особо громко ударил о стены замка. Молодой мечник сначала замер и отвёл взгляд, будто бы внутри него внезапно было что-то задето, но после усмехнулся уголком рта: - Неужели я слышу речь похвалы? - Ты только не привыкай, - усмешка в ответ. Снова тишина. После долгого молчания: - И всё? Только поэтому? Михоук чуть прищурился. - Нет. - А что тогда ещё? Пауза. В этот раз такая короткая, что почти и неуловимая. - Я почувствовал интерес к тебе. - Неужели я похож на музейную картину? - Скорее уж, на клинок в закалке. Зоро даже фыркнул от такого сравнения: - Это звучит почти красиво. - Не зазнавайся. Порыв сквозняка погасил одну из свечей. Где-то холод, всё же, сумел пробраться внутрь. Полумрак стал немного более плотным, чем раньше. Зоро, неожиданно, спросил, на этот раз, тише: - Ты, когда-нибудь... сомневался в своём пути? Вопрос завис в воздухе. Его наставник долго не отвечал. - Каждый, кто стоит на вершине, хоть раз думал о том, что поднялся не туда. Такая простая фраза, а звучит, на удивление, слишком лично от того, чей образ в глазах общества кажется преисполненным неопровержимой уверенностью. Молодой мечник даже поднял взгляд: - Ты правда только что это сказал? - Никогда и никому это не повторяй. Иначе сильно пожалеешь. - Михоук вновь усмехнулся. Зоро несколько секунд молча смотрел на старшего мужчину. - Когда я тебя превзойду... - Если. - Когда. - Самоуверенность. - Целеустремлённость. - Спорный диагноз. Молодой мечник на это только хмыкнул. И вдруг, Михоук уже сам добавил, почти вполголоса: - Когда это случится... Пусть это будет по-настоящему достойный удар. Это было нечто гораздо большее, чем наставление. Это было практически признание. - Обещаю. Снаружи всё ещё ревел шторм. Внутри было тихо. Два мечника сидели среди книг и танцующих теней. В этот вечер между ними стало чуть меньше дистанции.