Посмертный брак

Безутешная женщина в тёмном платье стояла перед открытым гробом, воображая, что Том откроет глаза. Казалось, вот недавно её сынок обмолвился о женитьбе и других мелочах, как о скором событии. — Тебе всего двадцать два, Том, — возмутилась тогда Меропа. — И уже такие планы, шустрый какой! Подумай о себе, о будущем. В ответ парень лишь рассмеялся, продолжив стоять на своём. Она всё ещё видела в нём мальчишку, что срывал жёлтые одуванчики вначале лета, а после они плели венки на голову. С того разговора, Меропа начала питать надежду: вдруг он и правда решил завести семью? Подумав даже о внуках. Муж умер, когда Том был ещё ребёнком, и с тех пор мир её крутился вокруг сына. Пожалуй, самым печальным было то, что она никогда больше не сможет обнять своего мальчика, услышать звонкий смех. Есть ли справедливость в этом мире? Рано утром её оповестили о трагедии, всю дорогу в морг Меропа молила Бога о милости: лишь бы не он, только не мой милый Том. Однако, увидев разбитое, бледное лицо, женщина вскрикнула: — Бедный мой мальчик, ты не мог умереть. Нет! Она вцепилась в белую простыню и зарыдала, её шёпот смешался с плачем. После опознания детектив встретился с ней, рассказав детали аварии. Меропа не поверила ни единому слову, ответив с неприязнью: — Знаете, он никогда не попадал в неприятности. Зачем ему было куда-то ехать ночью? Нелепость какая! Не став разубеждать взвинченную женщину, Джон остался при своём, напомнив, что расследование будет закрыто в ближайшее время. В воскресенье было пасмурно, Меропа надела шёлковые перчатки, чтобы холод не сковывал её на церемонии прощания. Впрочем, в церкви за спиной шептались родственники, собрав последние новости с газет, мол: водитель фургона отделался парой переломов, и даже получил кругленькую сумму за страховку машины. Меропа давно поняла, что некоторые люди не могут молчать рядом с покойником. «Есть ли в этом моя вина, что не уследила. Почему так вышло? Он был ещё так молод, столько всего не успел», — пронеслись тяжкие мысли в голове Меропы. Промокнув красные глаза платком она продолжила принимать соболезнования, но взгляд её не мог оторваться от сына, лежавшего на белой атласной подушке. Можно было подумать, что парень в строгом костюме прилёг поспать на час другой, но нет. Светлое лицо казалось каким-то неправильным. Даже гримёр не смог скрыть до конца его травмы, и челюсть не удалось выровнять до конца. Священник читал молитвы из Библии, а за его спиной исполнялся религиозный гимн служителей. Люди возлагали цветы на грудь покойного, кто-то в слезах ставил каркасные композиции у ног. К концу службы гроб перевезли к месту захоронения на семейное кладбище Реддл, где матерью и другими были произнесены последние слова. Спуск тела сопровождался молитвой о помиловании души. Пришедшие бросали немного земли на крышку гроба, шептали что-то своё: «Удачи в загробной жизни», «Мягких облаков», а после покидали кладбище. Жизнь продолжалась, конечно, у многих в этот день были и свои планы. Лишь Меропа так и осталась стоять у могилы, припомнив, что сын был чутким и терпеть не мог враньё от других. Досадно, что его смерть была пропитана лживыми фактами журналистов. Мой Том не мог погибнуть случайно, думала она с ноющим сердцем. Собравшись было уже уходить, она услышала тихие всхлипы, а подняв голову, увидела человека, закутанного в тёмно-синий плащ, волосы едва ниже плеч трепал ветер. Она не смогла разглядеть лицо. Незнакомец неуверенно шёл к могиле, прижав к груди букет белых роз. «Неужели, это она. О ком Том умолчал», — мелькнула у Меропы первая мысль, когда она заметила дрогнувшие красные пальцы и щуплую фигуру. Присмотревшись, её иллюзия о невестке рассыпалась, а сердце пропустило удар. Перед могилой стоял молодой человек. Тот же, что и в церкви. Увидела она его, когда толпа начала редеть, а гроб готовились закрыть: незнакомец тянулся к мёртвой руке и тут же одёрнул пальцы, точно обжёгся. Из-за стыда? Или же была иная причина? Она подошла к нему чуть ближе, заметив в волосах маленький зелёный лист. «Должно быть, он его друг или коллега», — подумала женщина, и её рука медленно потянулась к тёмным волосам, однако, незнакомец даже не дёрнулся. Видимо, тот глубоко находился в плену своих мыслей. Случайно Меропа коснулась его лица. «Что это? — посмотрев на пальцы она принюхалась. — Пудра? Необычно. Кажется, он хотел что-то скрыть». По лицу парня потекли слёзы, он быстро присел на корточки, наклонившись к надгробию, и розы наконец опустились на землю. — Извините, молодой человек? Могу ли я задать вам вопрос? Плечи Гарри вздрогнули. Он обернулся на, как ему показалось, более серьёзный, но мягкий тон женщины, чем того требовали обстоятельства. Сначала Гарри смотрел в её тёмно-карие глаза, щурясь, и не мог вымолвить слова, поэтому лишь кивнул, вытерев лицо шёлковым платком. Она тихо ахнула, схватившись рукой за грудь, а в голове пролетели воспоминания. «Как так получилось, что платок оказался у незнакомца?» — кашлянув, Меропа продолжила, обратившись к парню: — Я видела вас на церемонии. Скажите, вы были знакомы с моим сыном? Гарри понял, что эти глаза напоминают Тома, а смотреть в них, зная, что человека больше нет, поистине жестокое испытание. — Д-да, простите, что не… Вы миссис Реддл? У него ваши глаза, — выпрямив спину, Гарри старался не смотреть на неё. — Мы с Томом были больше чем знакомы. Простите ещё раз, что не подошёл раньше. Но она тут же замялась, не зная, как именно обратиться к незнакомцу дальше. Сырой, прохладный ветер трепал волосы на голове Гарри, и коротко представившись, он спрятал руки в карманы плаща, не знал куда бы ещё себя деть. Вспомнив про платок, Меропа повторила про себя: «Поттер. Никогда не слышала такой фамилии в окружении Тома». — Гарри, а когда… Вы вообще виделись с ним? — Конечно. В понедельник, я как раз помог ему собраться у нас всё было спокойно. Тогда Том ещё сказал, что вернётся в субботу. Чтобы снова не зарыдать, Гарри прикусил нижнюю губу, было больно смотреть на разбитую горем мать. Прикрыв рот и усмехнувшись, Меропа смахнула слезу. В голове никак не укладывалось услышанное. «Мой Том всегда был один, часто рассказывал только о карьере», — подумала она. Однако в её душе пока не было ни брезгливости, ни гнева. Лишь потрясение от осознания, насколько мало она знала, а уж о личной жизни Тома и подавно. Хотелось ещё раз убедиться в реальности происходящего. — П-постойте, Гарри, вы жили вместе с моим Томом? Собственно, он поздно понял, что только что ляпнул в присутствии миссис Реддл. Проклинать себя уже не имело смысла, Гарри изумлённо посмотрел в сторону блеклых надгробий. — Ох, вот же! Извините, м-мне искренне жаль, — голос Гарри сорвался на быстрый полушёпот, ногти впились в ладони. Одиночество и рвущееся наружу горе ожили в ней с новой силой: Том оставил её, прихватив в могилу все секреты. Она мягко, почти умоляюще коснулась его рукава. — Не стоит извиняться. Верно, вы много проводили времени с моими сыном при жизни, и даже сегодня почти не отходили от него. Для матери это утешение, значит, мой мальчик был для кого-то дорог. Однако она видела, как парень смутился и попытался выдавить улыбку. «Какой яркий у него взгляд, поразительно, — думала она, смахнув слёзы с его мягкой щеки. — Слишком уж хорошо воспитан». — Гарри, выслушайте меня… Моего сына больше нет, и он не успел познакомить нас. Быть может вы расскажите о нём то, чего я сама не знала? Дом так пуст без него, а я совсем одна. Пожалуйста, побудьте со мной. — Нет, я-я не могу, миссис Реддл. Мне нужно побыть одному, если позволите. После визита полиции и… всего этого, просто не в состоянии куда-либо ехать прямо сейчас. Меропа замолчала и опустила голову, кивнув ему в ответ. Гарри хотел уже попрощаться с ней, но женщина мягко перебила, что всё понимает, но будет ждать его завтра днём. Напомнив, про вещи Тома, ведь некоторые из них могли принадлежать и ему. Не в силах отказать, он всё же согласился. Лишь спустя пару минут, покинув кладбище, он представил дом, где всё будет напоминать о Томе, и внутри у него всё похолодело. Сев в машину, Меропа прикрыла глаза. «За последние два года Том ни разу не упомянул Гарри, да и самые важные вещи рассказывал не мне», — мысль неприятно кольнуло её сердце.