Дело о подозрительной приправе

      — Госпожа Харуми, вы опять забыли помешивать отвар, пока он варится? Теперь у вас все пригорело. И я же говорила, что готовить необходимо на среднем огне первые десять минут, а последующие двадцать – на маленьком. Теперь это карри безнадежно испорчено. Его даже свиньи есть не будут.              Госпожа Ноноко брезгливо посмотрела на неприятно пахнущее варево и поджала губы и процедила:       — Простите, но мне все же кажется, что кулинария – это не ваше хобби. Может быть вам стоит подумать о чем-то еще? Может быть вам стоит заняться танцами или пением.              Вздохнув, она покачала головой, и отошла к другим участникам клуба. Сакура расстроено понаблюдала несколько секунд за вяло булькающей в кастрюле непонятной субстанцией, больше похожей на что-то из опытов Орочимару, чем на карри, выключила газ и начала медленно убирать свое рабочее место.              Ну как же так?! Почему она опять все испортила? Ведь она очень внимательно слушала рецепт, аккуратно списала его с доски в специальную тетрадь с рецептами, проверила все несколько раз, прежде чем приступать к готовке и все равно – она ошиблась!              — Не переживайте так, Сакура-сан, в следующий раз у вас все обязательно получится!              Стоявшая за соседним столом Аой Химекава весело подмигнула ей и показала большой палец вверх. Оглянувшись на госпожу Ноноко и убедившись, что она стоит достаточно далеко и не может их слышать, она доверительно шепнула:              — И не обращайте внимания на то что говорит госпожа Ноноко. Она слишком уж строга.              Сакура с трудом выдавила в ответ благодарную улыбку и кивнула головой. Глядя на идеально приготовленное, ароматное, красивое карри, лежащее в тарелке госпожи Химекавы, ей стало лишь хуже от ее слов. Госпожа Ноноко была права – скорее свиньи полетят, чем Сакура Харуно научится готовить. И это было очень обидно, ведь она так старалась! А дома ее сейчас ждал человек, который, кажется умел делать все! Если не идеально прекрасно, то точно выше ожидаемого! И он бы уж точно так не облажался сейчас, как это вышло у Сакуры. А она-то хотела сегодня вечером сама приготовить ужин и услышать, если не похвалу, то что-то приятное, одобрительное. И вместо этого так позорно провалилась. Опять. Позорище.              Войдя в дом, она раздраженно бросила сумку на пол крошечной прихожей, скинула обувь и прошлепала босиком на кухню. Схватив с полки стакан, налила воды и жадно, почти залпом, выпила. Заглянула в шкафчик, в поисках чего-нибудь сладкого и вкусного, чтобы заесть горе и, не найдя, раздраженно хлопнула дверцей.              — Плохой день?              В дверном проеме стоял Какаши, одетый в простые домашние штаны и растянутую, явно знававшую лучшие дни, футболку с надписью: «Заблудился на дороге жизни». Ее и еще несколько таких же футболок с любимыми фразочками-отмазками, которые он постоянно им втирал, ему подарили Сакура и Наруто на день рождения несколько лет назад. Они тогда целый вечер просидели, вспоминая все отговорки, которые слышали от своего сенсея, когда он опаздывал. Было весело.              — Отвратительный! Сегодня мы учились готовить карри с говядиной, и я снова все испортила! Хотя я несколько раз проверила рецепт после того как списала и делала все по инструкции. Я думаю, что госпожа Ноноко считает меня умственно отсталой, это уже пятое блюдо, которое я не смогла приготовить! Пятое! Я просто не понимаю, что со мной не так?!              Сакура со злостью поставила стакан в раковину, и он жалобно звякнул, ударившись о металлическую поверхность.              — Ну ну, я уверен, не все так плохо. У тебя обязательно получится, просто надо немного терпения и все.              Сакура в ответ просто махнула рукой, давая понять, что тема исчерпана. Еще бы, тот кто был рожден гением, не может понять, как можно запороть такую простую задачу. Еще одно крохотное унижение в копилку неудач сегодняшнего дня.              — А у вас как дела? Смогли узнать что-то по делу?              — Неа, вообще ничего. Сидели, обсуждали новый роман, точнее – первые несколько глав.              — Вы не уснули?              — Нет, и даже высказал свое мнение по главное героине. Правда, как по мне, сам роман скучноват, но книги выбираю не я.              — Ну конечно, вы бы наверняка предпочли разбирать что-то из тех книг что читаете сами. — Сакура взяла со стола мандаринку и начала ее чистить. Цитрусовый аромат поплыл по кухне. —Мы уже две недели торчим в этом городишке, и до сих пор так ничего и не нашли. Даже намека на какую-то группировку, или следы производства наркотиков! Это так странно.              — Согласен, сам не могу поверить, что даже Паккун, с его нюхом не смог ничего найти.              Задумчиво посмотрев в окно на мирные одинаковые домики, с идеально подстриженными газонами и ровными рядами небольших клумб, Сакура недоверчиво покачала головой и вздохнула.              —Я пойду, посплю немного, а ночью снова пройдусь, проверю, вдруг я что-то упустила. Да и вообще, сегодня моя очередь в ночных дежурствах.              Сакура бесшумно скользила между домами, оставаясь в тени, внимательно осматриваясь по сторонам, прислушиваясь к любому звуку, который в ночной тишине слышан был особенно четко. Она пыталась найти хоть что-то странное, подозрительное, необычное. Что угодно, что даст им подсказку, поможет выйти на след, потому что сейчас они были в тупике, а точнее, в полной заднице.              В начале месяца их вызвала к себе в кабинет Цунаде и без всяких предисловий заявила, что они отправляются на миссию, все подробности у Шикамару. Уже тогда Сакура насторожилась и бросила на своего сенсея вопросительный взгляд. Тот в ответ лишь пожал плечами, давая понять, что тоже не в курсе происходящего и знает не больше чем она.              Шикамару они нашли в крохотном кабинете, заваленном огромными стопками бумаг и пирамидками свитков. Непонятно как это все не падало, смешиваясь в одну огромную хаотичную груду. Казалось, стоит лишь чихнуть, и все это свалится на головы и погребет их.              Шикамару выглядел таким уставшим и замотанным, что казалось даже не сразу понял, что от него хотят. Потом, сообразив наконец, вытащил один из груды свитков на столе и бросил Какаши.              — В последнее время из этой области приходят донесения о том, что среди населения выросло употребление наркотиков. И не просто выросло, а прямо-таки катастрофически. Местные власти ничего не могут сделать, даже понять – кто за этим стоит. Видимо появилась какая-то новая группировка, информаторы о ней ничего не знают, все попытки внедрится – закончились провалом, потому что даже не смогли найти ни одного подхода. Удалось выяснить лишь, что поставки вроде бы, но не точно, идут из одного маленького городка, почти на границе со страной Горячих источников. Все подробности почитаете в дороге. Пойдете туда под видом семейной пары, документы получите у секретаря, вместе с остальными бумагами. Главная задача – информация. Что за группировка, какие каналы сбыта, кто поставщики, где базы. Вообще все что угодно.              Помолчав, Шикамару многозначительно посмотрел на Сакуру и попросил, уже совсем другим, более мягким, тоном, — и без геройства там.              Забрав бумаги у секретаря, Сакура первым делом полезла смотреть их паспорта, пока Какаши внимательно читал выданный им свиток. Господин и госпожа Харуми. Имена им оставили свои и даже фото в документах были их родными, не придется накладывать хенге. Фото Сакуры было взято из ее личного дела из больничного архива, а вот Какаши. Сакура буквально впилась взглядом в фотографию – с его фото явно поработали – сделали совершенно обычное, среднее, не запоминающееся лицо и убрали шрам. Жаль. А она решила, что вдруг нежданно негадано откроет наконец-то один из главных секретов своего сенсея.              Смущало прикрытие – супруги. На вопрос Сакуры – к чему такие сложности, Какаши ей, потом уже, в дороге, объяснил, что если расследование затянется, то такая легенда будет самой естественной и они смогут жить в том городишке столько, сколько захотят.              Так и получилось. Собираясь на это задание, Сакура была уверена, что с помощью нинкенов Какаши они очень быстро раскроют это дело и вернутся в Коноху. Да и само дело казалось не таким уж сложным. Видимо до них над ним работали, ну не то чтобы дилетанты, но и не шиноби уровня ее сенсея. Правда ей было непонятно – зачем она нужна на этом задании, но с Хокаге, тем более с Пятой, не поспоришь. Поэтому Сакура бодро сказала: «Слушаюсь!» и отправилась собираться в дорогу.              И вот уже две недели как они живут в милом домике, который, по легенде, достался им по наследству от очень дальнего родственника. Делают там небольшой ремонт, чтобы потом продать его. За это время они успели перезнакомится со всеми соседями, продавцами ближайших лавочек, и даже вступили в местные клубы, куда их активно зазывали любопытные соседки, откровенно скучающие в своей однообразной жизни и радующиеся любым переменам и новостям.              За это время собаки Какаши и он самолично обыскали весь городишко, осмотрели все, даже хоть самую малость подозрительные дома и заброшки и поняли, что сели в лужу. Потому что ни одной зацепки, ни даже близкого намека на нее не было. Ничегошеньки!              Поняв, что с наскоку этот вопрос не решить, Какаши и Сакура решили, что разумнее всего будет сделать вид, что планы у них поменялись, ремонт затянулся, а сами они остались тут пожить на неопределенное время. Очень неопределенное. Каждую ночь они по очереди обходили городок, в надежде заметить что-то новое, что поможет в расследовании, но пока все было глухо.              Завтраком всегда занимался Какаши. Для него не было проблемой рано подняться и приготовить тамагояки, сварить рис, свежий кофе, нарезать овощи и фрукты. Сакура, если была такая возможность, предпочитала поваляться в постели подольше. После того как она начала работать в больнице, и приходилось работать и в ночные смены и оставаться на внеплановые операции, она особенно стала ценить редкую возможность всласть поваляться в кровати, когда никуда не надо спешить.              Отчаянно зевая и приглаживая только что расчесанные волосы, Сакура уселась за накрытый стол и подтянула к себе чашку ароматного, пахнущего ванилью и корицей, кофе. С наслаждением сделав первый глоток, она задумчиво посмотрела на Какаши. Он сидел напротив и невозмутимо ел омлет, отламывая маленькие кусочки и неторопливо их прожевывая. Рядом стояла чашка с зеленым жасминовым чаем. Маски на нем не было.       Зажмурившись, Сакура мечтательно вздохнула. Оно того стоило – оказаться на такой скучной операции, да еще и так надолго. Зато она наконец-то увидела лицо Какаши-сенсея!              Сакура бросила на него взгляд украдкой и слегка порозовела от смущения. До сих пор не могла привыкнуть к его открытому лицу. Он был красив. Неожиданно, и нечестно.              Впервые он снял маску на их последнем привале, когда они переодевались в обычную одежду гражданских, перед тем как войти в город. Сделал это так буднично, будто перчатки поменял. Посмотрел на застывшую Сакуру и улыбнулся ласково и немного лукаво, будто говоря – «Ну что, увидела наконец?»              У Сакуры от увиденного кровь носом пошла, самым позорным образом. Она совершенно растерялась и просто не знала, что сказать. Замерев, она смотрела, как он запечатывает их вещи в свиток и прячет его в дупле дерева, высоко над землей. Потом он просто развернулся, закинул на плечо мешок с вещами и пошел к городу, кивнув ей, чтобы она шла следом, не отставала, никак не комментируя выражение ее лица, кровь из носа и гробовое молчание. Быстро приведя себя в порядок, Сакура догнала его через пару минут и молча пошла рядом, держась чуть позади, боясь и отчаянно желая снова посмотреть на его лицо.              Немного придя в себя, она спросила у него – почему он это сделал? Можно же было и шарфом лицо прикрыть, ну или там бинтами, или обычной маской, какую дают больным простудой.              — Сакура, мы должны быть похожи на самых обычных людей, чтобы не вызывать подозрения. А маска на лице, даже если и от простуды, хотя сейчас лето, это уже повод задуматься и что-то надумать. Люди так устроены, что им обязательно надо или узнать правду, или придумать ее.              Сенсей улыбнулся и не глядя на Сакуру, будто невзначай обронил:              — Думаешь, я не знаю, что вы там с Наруто навыдумывали про меня? Так что – не стоит давать людям лишний повод для сплетен. Пусть думают, что мы обычная семейная пара, которая поселилась с ними по соседству.              На словах «семейная пара» у Сакуры дрогнуло сердце. Как там сказал кто-то очень умный? «Бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться». Вот и над ней жизнь словно посмеялась – хотела красивого мужа – получила красивого мужа. Мечтала о семье и своем домике в тихом месте. Все получила. Будто жизнь ей решила показать, что у нее могло бы быть, если бы не… на этом месте Сакура мысленно сказала себе резкое «нет» и оборвала все дальнейшие рассуждения.              Вздохнув, Сакура взяла со стола дольку огурца и начала ее вяло жевать. Есть не хотелось совершенно. Какаши внимательно посмотрел на нее, и спросил:              — Почему опять ничего не ешь? Не нравится?              — Ну что вы, все очень вкусно выглядит. Просто есть не хочу. По утрам совершенно нет аппетита.              Какаши вздохнул и неодобрительно покачал головой. Сакура знала, что он это не одобряет. Еще одно неожиданное открытие – ее сенсей внезапно оказался очень и даже слишком хозяйственным. Первым же утром в их доме он встал, приготовил завтрак, сделал зарядку и помыл посуду. А Сакура все это время валялась в кровати, протестуя против такого безбожно раннего подъема. И вот уже две недели подряд он не оставлял надежды, что она наконец начнет правильно питаться. Это было очень мило, хотя и немного раздражало.              — Что сегодня в планах? Ремонт или книжный клуб?              — Так рано мои дамы не собираются. Думаю, сперва зайти в мастерскую к Сато-сану, поговорю с ним по поводу реставрации мебели, заодно договорюсь по поводу краски для стен и досок для пола. Клуб будет после обеда, так что, после мастерской, наверное, вернусь домой и попробую заняться сантехникой.       — Хорошо, я тогда займусь стенами в гостиной. А потом пройдусь по магазинам – куплю фруктов, может быть что-нибудь сладкое, ну и просто похожу, послушаю последние сплетни.              — Ты ведь понимаешь, что самая последняя и громкая сплетня – это мы?              — Ха! Как бы не так! Мне госпожа Химекава рассказала, пока мы шли вместе после занятий, что сейчас все бурно обсуждают вопрос – куда пропали несколько мешков с мукой у госпожи Ито. И еще, по слухам госпожа Сато видела, как возле дома госпожи Накамуры крутился какой-то подозрительный тип. Так что мы уже отошли на второй план.              — Может это и к лучшему, меньше внимания, проще будет с передвижениями.              Оставив Сакуру дома, Какаши, как и говорил, пошел сперва к господину Сато. Там он быстро договорился о покупке необходимой ему краски и досок и о доставке, и пошел дальше. Пройтись по улицам с видом неспешно гуляющего в свое удовольствие человека, было отличной идеей. Можно было болтать с продавцами открытых лавочек, обсуждать погоду и рост цен, уже второй раз за полгода! Все было тихо, мирно, как обычно, ничего подозрительного. Можно было возвращаться домой, к Сакуре.              От того как в голове звучали эти слова Какаши становилось не по себе. Он сам не ожидал, что так легко и быстро включится в их игру, под названием «молодая семья». Готовить по утрам завтраки, обсуждать ремонт, выбирать краску для стен, отмывать дом от пыли и грязи, - все это было так просто, буднично и естественно, так правильно, что Какаши порой становилось страшно, как быстро он к этому привык. И от того, что Сакура, которую он по привычке воспринимал как свою ученицу, о которой всегда надо было заботиться, оберегать и присматривать, внезапно стала молодой девушкой, которая подошла ему на роль жены.              Хуже всего было то, что спали они, как и положено женатой паре – в одной кровати. Когда они заселились в их домик, оказалось, что все остальные спальные места были в совершенно непригодном состоянии, кроме самой спальни. А когда Какаши предложил, что будет спать на полу, Сакура сказала, что тогда у соседей сразу возникнут вопросы. Тогда уже у Какаши возник вопрос, как они об этом узнают. На это она лишь пожала плечами и сказала, что не в курсе, но такие вещи почему-то всегда все знают. И добавила, что кровать достаточно велика, чтобы они оба спокойно могли на ней уместиться. И теперь каждую ночь Какаши лежал на спине, пялился в потолок, слушал как стрекочут за окном цикады, а рядом тихо сопит его «молодая жена», и думал, что он очень испорченный человек. Потому что ему нравилось все, что с ним происходило в последние дни. Включая сон в одной кровати со своей ученицей. Бывшей ученицей, мысленно поправил он себя. Но это ничего не меняет, возразил противный голосок в голове. Ты ей косички заплетал, учил как правильно кунаи держать и как лучше сюрикены метать. И обещал ей, что все будет хорошо. А сейчас лежишь с ней в одной кровати и думаешь о том, о чем учитель никогда не должен думать.              На это месте Какаши тяжело вздыхал и мысленно с собой соглашался. Так все и было.              Он застал ее в гостиной, стоящей на стремянке, счищающей старую краску со стен и напевающей какой-то простенький веселый мотивчик. Волосы она подвязала косынкой, чтобы не пачкались, а на себя нацепила старую футболку и какие-то слишком уж неприлично короткие, оборванные по краям шорты. Она не услышала, как он вошел, поэтому он тихо встал в проходе, наблюдая за ней. Прислонившись к дверному косяку смотрел, как она двигается, ловко балансируя на верхних ступеньках, как напрягаются ее красивые округлые икры, от движения рук футболка задиралась, открывая полоску светлой кожи на пояснице, тонкая талия плавно, красиво переходила в округлые женственные бедра. Руки зачесались от желания подойти, дотронуться до нежной кожи, огладить это сильное, молодое тело…              «Размечтался, старый козел», — кисло подумал про себя Какаши, резко одергивая себя, обрывая фантазии, развернувшись, он неслышно ушел в спальню. Надо было переодеться и помочь Сакуре, а не пускать слюни на молодую красивую женщину, которая сейчас, волею случая, жила рядом с ним, и в которой совсем не осталось и следа от той угловатой, резкой девчонки, которая много лет назад попала к нему в обучение.              — Ну что, как успехи?              Сакура вздрогнула и чуть не свалилась со стремянки. Вот тебе и шиноби! А еще получила звание джонина, позорище! Не услышала, как к ней подошли со спины! Пусть это и был ее сенсей, но это же неважно!              — Да вот, видите, почти отчистила стену от краски, осталось совсем немного тут наверху.              — Давай, может быть я закончу? Тебе неудобно тянутся так высоко?              Сакура посмотрела на него сверху вниз. Это было непривычно, но довольно забавно – придерживаясь одной рукой за стремянку, а во второй руке держа шпатель, она задумчиво рассматривала, стоящего внизу Какаши. По случаю ремонта он переоделся в старые спортивные штаны и уже испачканную от предыдущих работ, футболку. Длинные серые волосы свободно падали на лоб. Он улыбнулся ей и протянул руку, то ли предлагая помощь чтобы спуститься, то ли чтобы забрать у нее шпатель. От его улыбки, и от того как мило и по-домашнему он выглядел у Сакуры в груди что-то сладко сжалось, одновременно стало больно и радостно. Чтобы скрыть эмоции, она быстро отвернулась, повернувшись всем корпусом, отчего стремянка дернулась, и она потеряла равновесие, закачавшись и группируясь, чтобы правильно упасть. Но в ту же секунду почувствовала, как ее подхватывают на руки. Какаши смотрел на нее и улыбался, широко и чуть насмешливо, отчего его и без того до неприличия красивое лицо стало уж совсем невыносимо привлекательным. Сакура с ужасом подумала, что еще секунда и она опять все зальет кровью из носа. Отчаянно завозившись, она недовольно прошипела:              — Не надо было меня ловить! Я бы не упала, вы уж совсем меня непонятно за кого держите. Пустите уже!              — Не пущу. — Какаши еще сильнее прижал ее к себе, и Сакура замерла, с удивлением глядя, как он склоняется к ней и тихо шепчет на ухо, — Ты может не заметила, но за нами наблюдают. Так что давай изобразим милую семейную пару, чтобы, кто бы это ни был, успокоился и немного потерял бдительность.              Вздрогнув, Сакура с трудом сдержалась, чтобы сразу же не посмотреть в окно. Очень хотелось вывернуть шею и узнатьь, кто же там за ними шпионит – любопытная соседка или… или наконец они напали на след?              Обняв Какаши за шею, Сакура заставила себя уткнуться носом ему в плечо. Покрепче прижав ее к себе, он бодрым шагом направился в спальню. Аккуратно опустив ее на кровать, он задернул занавески у небольшого окна. Сакура молча села, наблюдая за ним и мысленно повторяя себе раз за разом, что это все миссия, это для работы так надо, только и всего, не надо надумывать то, чего нет, воображать то, чего быть не может. Какаши осторожно присел на краешек кровати, держась на таком расстоянии, будто ему неприятно было находиться с ней в одной комнате. Глупости конечно, но все равно больно царапнуло внутри.              — Я заметил слежку, пока ходил утром по делам. Пока не понял – это профи или любитель, но надо быть внимательным. Я сейчас пойду на собрание клуба, и постараюсь вычислить, кто за мной следит. Тебе я оставлю Паккуна и Гуруко, один будет присматривать за домом, если ты уйдешь, а второй за тобой. Будь внимательна.              Посмотрев на серьезное лицо сенсея, Сакура мысленно обругала себя глупой и недалекой дурой, у которой нет ни мозгов, ни совести. Он так старается, пытается раскрыть дело, а она мало того, что воображает всякое, так еще и обиды глупые надумывала. От злости и разочарования в себе во рту стало кисло, на душе погано и захотелось извиниться перед ним. Сдержалась. Лучше сделать что-то полезное, чем попусту сотрясать воздух словами, так она решила для себя, наблюдая, как он переодевается для похода в книжный клуб.              Какаши неспешно брел по улице, краем сознания фиксируя ненавязчивую, явно профессиональную, слежку, и размышлял о том, что хорошо бы их миссию закончить поскорее. Ему откровенно не нравились свои реакции на Сакуру, да и она тоже… Вспомнил, как она ахнула и смутилась, когда он подхватил ее на руки и как радостно у него самого стукнуло сердце при виде ее блестящих глаз, как тянущая сладость разлилась в груди от ощущения тяжести ее тела, когда он нес ее в спальню. В их спальню. От таких мыслей хотелось врезаться в ближайший фонарный столб, чтобы хоть немного прочистить свои испорченные мозги. Она ведь даже не думает ничего такого, а он, как последний извращенец фантазирует себе всякие непотребства о своей ученице! Вся эта история может свернуть совершенно не туда. Пора уже завязывать с их миссией. И так долго возятся. Наконец-то появилась зацепка, и он не собирался ее упускать.              Гостиная госпожи Накамура больше напоминала жилище почтенной старой девы, чем дом богатой вдовы торговца специями. Большие мягкие кресла и диван были обтянуты тканью в мелкий цветочек, среди множества диванных подушек легко мог затеряться не только домашний питомец, но и опытный шиноби. Все горизонтальные поверхности были уставлены вазочками, фарфоровыми статуэтками и прочей дребеденью, которая, по мнению Какаши, больше подходила для сбора пыли, чем служила украшением.              — Здравствуйте, Какаши-сан. Вы опять опаздываете, — госпожа Накамура улыбнулась ему и погрозила пальцем. — Нехорошо заставлять дам ждать вас.              — Простите, простите, — Какаши покаянно улыбнулся и склонил голову, признавая вину, — задумался, и свернул не туда. Все еще не очень хорошо ориентируюсь в этом городе, постоянно теряюсь.              — Значит, в следующий раз попросите свою очаровательную жену сопроводить вас. Уверена, ей понравятся наши собрания. Мы ведь обсуждаем такие интересные темы. — Госпожа Сато, жена хозяина мастерской, к которому Какаши заходил утром, строго посмотрела на него взглядом школьной учительницы. — Я полагаю, было бы прекрасно, если бы вы посещали наши собрания вдвоем.              — Да, я понимаю, но видите ли, моя жена не любит такого рода литературу. Ей больше нравятся другие произведения. А еще она уже ходит на занятия к госпоже Ноноко, я кажется упоминал об этом. И мы делаем ремонт, поэтому времени катастрофически не хватает и вот…              — Ах, Какаши-сан, ну что вы, не стоит оправдываться. Вас никто не упрекает, будет вам, — замахала руками милая, всегда улыбающаяся, госпожа Ито, хозяйка булочной, куда Какаши заглядывал каждое утро, купить свежих булочек к завтраку. Сакура их просто обожала, а ему нравилось смотреть, как она жмурится от удовольствия, откусывая большие куски, так, что джем из начинки стекает по ее подбородку.              — Может быть, мы уже начнем обсуждать новые главы романа? — Госпожа Мэгуми Судзуки неодобрительно поджала губы. Она очень не любила ненужную пустую болтовню, особенно, когда она отвлекала от дела.              — Да да, вы совершенно правы, дорогая моя. Давайте уже начнем. У всех с собой книги? Никто не забыл? Прекрасно! Тогда я предлагаю начать с разбора сцены любви между Асой и господином Хаяте.              Какаши почувствовал, что начинает предательски краснеть. Когда они с Сакурой кидали жребий, выбирая кому какой клуб интересов достанется, он сперва обрадовался, вытянув клуб любителей чтения. Как ему обещали, там будут исторические романы и серьезные произведения. На деле это оказалось сборищем озабоченных дам преклонного возраста, с упоением читающих такие порнографические романы, от которых сам Джирайя-сама сгорел бы от стыда, что уж говорить о самом Какаши. И самое ужасное было в том, что они подробнейшим образом обсуждали все, просто все пикантные детали романов, смакуя мельчайшие подробности. У Какаши просто язык отнимался в процессе этих обсуждений, и каждый раз почтенные дамы с удивлением смотрели на него, спрашивая: «Какаши-сан, ну что же вы так стесняетесь, ведь вы женатый человек, у вас такая прелестная молодая жена, мы уверены, что вам есть что сказать по поводу…» и далее следовало описание очередной совершенно непристойной, похабной сцены. Вот и сейчас:              — Какаши-сан, а вы что думаете по поводу намерений господина Хаяте? Как вы считаете, он испытывает искренние чувства к своей служанке, или же это исключительно животная похоть с его стороны, и он стремится лишь овладеть ее невинным телом? — госпожа Накамура внимательно уставилась на Какаши, ожидая его немедленного и подробнейшего ответа.              Нервно заломив страницу, на которой бессовестный, невероятно богатый и очень привлекательный господин Хаяте зажал в погребе свою молодую и тоже очень привлекательную, но к сожалению, еще и очень бедную служанку, и обещал ей горы золотые и прочие блага, попутно задирая ей юбки, Какаши невнятно промямлил:              — Мне кажется, его чувства к ней искренни, и он честно заявляет ей о них.       — Что вы такое говорите, — всплеснула руками госпожа Ито и тут же зашуршала страницами. — Вот послушайте: «Он властно и грубо сжал ее нежные белоснежные груди, и, не обращая внимания на ее протестующие возгласы, повалил на кровать. Его горячие губы уверенно и нагло смяли ее нежный трепещущий рот, заглушая любые протесты, а язык требовательно разомкнул уста. Своим коленом он резко раздвинул ее белоснежные ноги и несчастная Аса…»              — Спасибо, госпожа Ито, я все понял, — обессилено прохрипел Какаши. Он прекрасно помнил, что потом сделает подлый господин Хаяте со своей служанкой, сколько раз и в каких позах, но совершенно не горел желанием разбирать каждое его действо.              — Вы абсолютно правы, господин Хаяте испытывает лишь преступные и порочные чувства к своей служанке и его поступки недостойны и омерзительны. Вы совершенно правы, осуждая его и …              — Ой, ну что вы, я совсем не это имела в виду! Тем более, — госпожа Ито смущенно зарделась и оглянулась на других дам в поисках поддержки, — мне кажется, самой Асе все это тоже очень нравится!              — Вы так думаете? — задыхаясь пролепетал Какаши, бросая вороватый взгляд на часы, стоящие на полке, и мечтая оказаться как можно дальше от этого ужасного места.              — Конечно! — жизнерадостно заявила госпожа Ито, — я сейчас вам это докажу, вот послушайте, как Аса ведет себя с господином Хаяте.              Спустя час, показавшийся ему таким же мучительным, как три дня в гендзюцу Итачи, Какаши выскочил из дома госпожи Накамура, как ошпаренный, быстро раскланялся со всеми дамами, поблагодарил за интересную и познавательную встречу, пообещал постараться и прийти на следующее занятие со своей прекрасной женой, ни за что, только через мой труп, и удалился быстрым шагом, немного напоминающим бег. Отойдя на безопасное расстояние, он твердо пообещал себе, что должен раскрыть это дело до следующей среды, чего бы это не стоило. Еще одного подробного разбора всех действий господина Хаяте он просто не выдержит. Тем более, что должны были разбирать главы, в которых он со своей служанкой оказался вдвоем в загородном домике. Если он правильно помнил, за пару глав они успели сделать это во всех комнатах и на всех горизонтальных поверхностях множество раз, всеми возможными способами, о некоторых из них Какаши узнал впервые. Представить, что сделает Сакура, если эти милые и напористые дамы затащат ее на свое ведьмовское сборище, было очень легко. Просто разнесет всю округу в щепки, а самого Какаши вобьет в землю так глубоко, что уж точно никто откопать не сможет. Нет, нет, и еще раз нет. Миссию пора было заканчивать.