Правило органического молчания

Гэвин широко зевнул, выключил будильник, заспанными глазами посмотрел на стоящего подле кровати андроида. Стройный силуэт прожигал его взглядом, ожидая новых ухищрений и попыток соскользнуть, и тот снова не разочаровал его. — Пять минут?.. — Нет, — Ричард открыл окно нараспашку, сорвал с него тёплое одеяло, не давая ему и шанса. Послышалось недовольное ворчание. — Я не пойду на работу, — буркнул Рид, отворачиваясь от него, накрывая лицо подушкой. — Пойдёте, — настаивал андроид, тут же отнимая её. — Поднимайтесь. — Не хочу. — Кофе стынет, — Рид на мгновение замолчал, смерив соседа ненавидящим взглядом, но покорно поднялся, протирая пальцами заспанные глаза, смаргивая сон. Очередной рабочий день угнетал нервную систему, дробля её на молекулы. Выходные, как концепт, исчезли из его жизни, осталось лишь первое за три месяца неподъёмное дело, за неимением улик состоящее лишь из бюрократической волокиты и редких выездов к свидетелям и новым местам преступления. Убийца не сидел на одном месте — он продолжал выискивать жертв и убивать их. Связи между ними не было: ни фенотипической, ни половой, ни возрастной. Единственные, кого серийник не трогал — были дети, чему Рид задней мыслью даже радовался. Он подолгу засиживался в департаменте в окружении бумаг, помогая Декарту всеми возможными способами: от доступа в ограниченные архивы до оформления всевозможных допусков и ордеров. Временами, что не могло не радовать, помогало его человеческое видение и анализ. Единственное, что андроиду давалось тяжело, — определение мотива, общение с подозреваемыми и свидетелями — в полной мере восполнял Рид, хоть и не без труда. Усилиями всего участка они так и не смогли прийти к общему мнению — убийца не был похож ни на подражателя, ни на пародиста, ни на обожателя, ни на самостоятельную единицу. Всё и вся — и ничего одновременно. Без почерка и узнаваемого метода убийства, лишь бездумная имитация стиля Циммера с вкраплением множества намеренно сделанных ошибок вплоть до воровства личных вещей, которые потом не перепродавались. Гэвин хмуро посмотрел на Ричарда, отпил горячий кофе, зевнул, недовольно оглянулся в сторону рассвета. — Ваша эффективность в будни не выше, чем в выходные, это неоптимально. Примите холодный душ, — распоряжался андроид, следя за его действиями. — Лишнего не балаболь, умник, я и без тебя знаю, что нужно душ принять, — буркнул Рид, растирая шею и плечи, разгоняя по телу кровь. — В таком случае, не заставляйте напоминать, — ответил андроид, доставая из шкафа рабочий костюм и расстёгивая домашнюю рубашку. Гэвин, невольно задержавшись глазами на обнажённом андроиде, прошёл в ванную. Холодная вода приятно омывала отёчное тело, приводило разум в порядок, смывало сонливую негу. В конечностях на мгновение разлилась энергия, по коже пробежали мурашки. Растирая по коже гель для душа, параллельно чистя зубы, Рид мысленно планировал задачи на день. Сегодняшний день обещал очередную плотную бюрократическую работу с перерывом на допрос внезапного свидетеля. Приближающаяся пятница, как это было принято, требовала быть подготовленным, с кипой завершённых рапортов и отчётов по проделанной работе, поэтому ему приходилось всеми силами взбадривать себя, насильно встряхивать, возвращать рассудку ясность. С его скоростью письма требовалась максимальная концентрация. Выйдя из душевой, Рид взлохматил волосы, промакнул полотенцем уставшее лицо. Тихо хмыкнув, он подумал, что андроид, увидев его таким после душа, точно скажет что-то про непрезентабельность. Решив оставить бритьё на завтра, он перехватил поудобнее фен и принялся сушить непослушные локоны, укладывая их в приличный вид. Андроид заглянул в тот момент, когда утренние процедуры детектива подошли к концу. — Вы изменили имидж, — Ричард наклонил голову набок, пристально осматривая напарника. Рид, застёгивая на брюках ремень, поднял на него недоумённый взгляд. Струйки воды стекали по оголённой груди, впитываясь в резинку штанов. Ричард следил за каждой каплей. Система отмечала очередную фиксацию без аналитической цели. — Нет, с чего вдруг? — Волосы уложены иначе. — И чё? — Гэвин посмотрел в зеркало, не видя в своём отражении особых перемен. — Вы выглядите… более респектабельно, — запнувшись в несвойственной ему манере констатировал RK900. Гэвин на мгновение замолчал, нахмурился, рассеянно анализируя сказанное. — Ничего себе, внеплановый комплимент, с чего это вдруг? — Констатирую уникальное отличие, — ответил тот, небрежно пожав плечами. — Ну спасибо, — буркнул Рид, снова оценивающе осматривая себя. — Ну, кхм… мне идёт? — Презентабельно выглядите. — Не зря эту хуйню купил, — детектив задумчиво рассмотрел баночку первого в своей жизни кондиционера. Комплимент от андроида без запроса ощущался особенно важным, дарил уверенность. — А костюм как? — Подчёркивает ваши глаза и силуэт, — продолжал андроид, отмечая удивительную открытость мужчины. Если бы он знал, что несущественные комплименты так быстро располагают людей, он бы применял их с самого начала. — Круть, — Гэвин ещё немного покрутился у зеркала, пригладил неопрятную щетину и брови и, смущённо прокашлявшись, поспешил выходить. — Ну давай, погнали уже. — Как скажете, детектив, — ответил Ричард, покрутив на пальце ключи от машины.

***

Гэвин молча слушал показания пожилого мужчины, поспешно записывая его примечания в блокнот, тут же зачеркивая неважные детали, добавляя ряд примечаний и нюансов, чтобы в следующий момент их перечеркнуть в угоду новой поступившей информации. — Он словно тень… прыгал из угла в угол, незаметный… ниндзя! — восторженно говорил старик Йонас, взмахивая руками. Андроид тем временем считывал его состояние, проверяя слова на достоверность. Впрочем, открытость мужчины не нуждалась в анализе — виднелись признаки ранней деменции. — Вы утверждаете, что убийца действовал из тени, правильно? — Да-да, своими глазами видел! — Гэвин тяжело вздохнул. — Спасибо за информацию, но изначально мы говорили о его жертве, Эллисон Хейнс, помните? — мужчина застыл, три раза моргнул, силясь вспомнить начало диалога. Послышался скрип зубов, но Гэвин не давил, молча ожидая продолжение разговора. — Да, конечно, да, малышка Эллисон, славное дитя… — старик опустил блёклые глаза, шмыгнул носом. — Перед своей смертью она встречалась с каким-то парнем непонятным, мутным. — В каком смысле? — Молодёжь, кто её поймет, то там шляется, то сям, сегодня в одной постели, завтра — в другой, в наше время же такого не было, все были заняты делом, — мужчина снова отошёл от ключевой темы разговора, ударившись в воспоминания былой молодости. Андроид заметил напряжение детектива: вздувшиеся на лбу вены, подрагивающие брови и веки. Расчитав возможные риски, Ричард вступил в разговор. — Мисс Хейнс, насколько нам известно, предпочитала дистанционный формат работы, что и привело к её изоляции. Думаете, чувство одиночества привело её к тени? — Гэвин скосил на него подозрительный взгляд, заметно потеплевший в тот момент, когда старик Йонас начал говорить по существу. — Не думаю, а знаю! Лишь бы с кем ей было, только не одной. — Вы знаете, с кем она была? — продолжал Ричард, легонько кивнув напарнику, принимая его благодарность. — Знаю! С пацанёнком тем, как его там… Филипп, точно. Но не он был тенью. Тень пришла потом. — Вы были знакомы с Филиппом? — спросил андроид, осматривая пожелтевшую листву. Близилась осень. — А вот не был. Мать её знала пацанёнка, точно знала, приходили в гости, сидели. Мать ушла, мы с ней сидели, решали сканворды, хорошая женщина, добрая… — А потом? — нетерпеливо уточнил Рид, постукивая кончиком ручки по блокноту. — Ну они вдвоём остались — и тут он пришёл, словно из ниоткуда! Ни звука, ни крика, ничего! И ни того, ни другого не стало, — выплюнул старик, тут же жалобно прохныкав. — Жалко, жалко девочку! — Мы найдём преступника, не беспокойтесь, — убедительно проговорил Рид, быстрым движением записывая в блокнот показания мужчины, задумчиво прокручивая в голове детали дела. Тело молодого парня они не находили. — Вы помните, она говорила, где познакомилась с Филиппом? Может, упоминала, что к ним на встречу зайдёт кто-то ещё? — Нет, не помню, не было такого. А познакомились они на сайте каком-то. Там все сейчас сидят, Эллисон говорила. — Она говорила, что её преследовали? Может, ей угрожали? — Денежные горы ей Филлип обещал, вот это я знаю, а всё остальное — Господи, спаси и сохрани, не дай бог такого кошмара, — проговорил тот, поспешно перекрестившись. Гэвин тихо хмыкнул. Нужен будет ордер, чтобы получить доступ к конфиденциальной информации умершей. — Спасибо большое за информацию, — проговорил Рид, пожав мужчине руку. — Как вы себя чувствуете после смерти сиделки? Не преследуют, не угрожают? Выделить вам людей для охраны? — Да кому я нужен, детектив Рид, вот тоже не смешите, — Йонас хрипло рассмеялся. — Не нужен я этой тени. — Хорошо. В случае появления подозрительных личностей, обратитесь по горячей линии в седьмой отдел департамента. — Спасибо, мальчик мой, — Йонас тепло улыбнулся мужчине, слабо похлопал Ричарда по плечу. — Найдите его. Негоже подлецу в тени оставаться. — Разумеется, — ответил Ричард, улыбнувшись старику в ответ. Распрощавшись, детективы направились в сторону машины. — Хорошо справился, — коротко резюмировал Рид, чиркнув зажигалкой. — Я уж начал переживать, что не вывезу этот допрос. — Вы профессионально провели допрос, детектив, — ответил андроид, пристально осматривая напарника. Плотные завитки табачного дыма обвивали его бледную от недосыпа кожу, подчеркивали углубившиеся синяки под зелёными глазами и засорившиеся скулы. Перед глазами всплыло очередное предупреждение: [длительная фиксация на объекте без аналитической цели, порядковый номер сбоя — 26, рекомендуется сменить приоритет]. — Прям завалил меня комплиментами, — детектив сделал шуточный реверанс, ухмыльнулся, криво, едко, но почти тепло. — Лишь фиксирую данность, — андроид пожал плечами, открывая детективу дверь машины. — А про себя фиксировать не можешь? — А вам бы хотелось свести контакт со мной к минимуму? — андроид сел на пассажирское место, ожидая, когда детектив докурит. — Боюсь, от молчания я свихнусь быстрее, чем от подобных разговоров. — Поэтому и фиксирую вслух. — Что ещё фиксируешь? — Что у вас сегодня хорошее настроение. — А причины? — Открывшееся от недосыпа и безрезультативности работы, так называемое, «второе дыхание». Работает на коротких дистанциях, прогнозируется скорое ухудшение состояния, — Гэвин тяжело вздохнул, притоптал бычок носком ботинка. — Ну спасибо, блять, обнадёжил, — он сел рядом, машинально пристегивая ремень безопасности — андроид приучил. — Это не было моей целью. — Так, окей, указание — скажи что-нибудь обнадёживающее, — андроид замолчал на три секунды, анализируя варианты ответа. — Сегодня в 18:35 с вероятностью 95% пойдёт дождь. — И что в этом обнадёживающее? — Вы спокойнее спите под звуки дождя, — бытовая прагматичность синтетика рассмешила Гэвина. — Услышал тебя. А если что-нибудь более приземлённое? Я не знаю, что мы дело сегодня закроем или Карпер не доебётся? — Это ложь, — андроид тихо хмыкнул, повернув к Гэвину голову. Тот легонько улыбался, внимательно слушая его анализ. Слишком искренне, внимательно, несвойственно хладнокровному мужчине. Повышение уровня лояльности коррелировало с увеличением количества запросов на контакт, но Ричард не замечал свойственных избыточному взаимодействию с людьми программных сбоев и перегрева системы. Причина была проста: владелец требовал оставаться для него андроидом. — Твоя правда, — хмыкнул Рид, выруливая в сторону магистрали. — На ближайшей заправочной много людей? — Посещаемость составляет примерно один-два человека в час, ближе к вечеру увеличится на двенадцать человек, — Гэвин кивнул, выкрутил громкость магнитолы до нуля и выехал в сторону заправки. По дороге они говорили о совсем несущественных вещах: о погоде, странностях коллег, о текущем деле и забавном поведении старика Йонаса. Рид периодически позволял себе в голос рассмеяться над очередной ненужной констатацией и вполне серьёзно делиться своими мыслями касательно расследования, получая в ответ оценочные суждения. Лёгкость беседы не поддавалась рациональному объяснению. Возможно, андроид был прав, и детектив находился на пределе своих ментальных возможностей, либо он просто перестал сопротивляться. С андроидом было легко, проще, чем с людьми, и Рид умел это ценить. Остановившись на заправке, Рид вышел из машины, открыл бензобак и открутил крышку. — Поставишь пистолет? — дождавшись утвердительного ответа, Рид прошёл в сторону кассы, назвал номер колонки и вид используемого топлива. Поморщившись от итоговой суммы, он приложил карту к терминалу, вернулся к машине. — Нажимай рычаг. — Фиксирую недовольство, — андроид заметил нахмурившиеся брови и сжатые челюсти, выдающие настроение детектива. — Да цены охуевшие в нашей нефтяной державе, — ворчал Рид, оперевшись бедром о бампер автомобиля. — На общественный уже проще перейти. — Неоптимально, — возвразил андроид, наклонив голову набок, постучав пальцем по металлической поверхности. — Разрешите взять на себя финансовые расходы? — Нахуя? — Улучшить ваш уровень жизни, — Гэвин в недоумении приподнял бровь. — Чем меньше стресса вы испытываете, тем более эффективны становитесь в работе. — Господи, — Рид запрокинул голову, осматривая небо уставшим взглядом. — Эта твоя погоня за стопроцентной эффективностью… — Стопроцентной эффективности не существует. — Сотку ставлю, что скоро ты её создашь. — Создают люди, я лишь оптимизирую уже существующее, — послышался щелчок. Андроид вытащил рычаг, закрутил крышку, вернул пистолет в колонку. — Уже существующее оптимизировано настолько, насколько эволюции было угодно, — Рид сел в машину, дождался, когда напарник сядет рядом, и завёл машину, выезжая в сторону департамента. — Вы не правы, эволюция не имеет конца. — Уж я надеюсь. Может, когда-нибудь доживу до момента, когда ты перестанешь каждые пять секунд спрашивать, почему чел делает одно, а говорит — другое. — Обязательно. В свою очередь, надеюсь дожить до момента, когда ваши бесцельные просьбы поспать ещё пять минут утром закончатся, — Рид зарделся. — Да блять, я устаю, мне нужен отдых! — Эти пять минут не исправляют ситуацию, вы прекрасно об этом знаете. — Иди нахуй, — буркнул Рид, невольно улыбнувшись. Осталась бюрократия — и начнутся недолгие, но долгожданные выходные.

***

Гэвин сложил в пакеты продукты, кивнул продавцу в знак благодарности. Выйдя на улицу, он тут же закурил, оперевшись бедром о бампер автомобиля. Солнце уходящего лета слепило, по ощущениям сжигало кожу, забиваясь в каждую пору, и лишь в теньке хрупкой осины Рид чувствовал слабый, охлаждающий перегретую голову ветерок. Оглядевшись, он невольно задержался взглядом на молодой девушке, активно беседующей со своим спутником. Мелькнувшая на его лице улыбка быстро сравнялась со вспыхнувшим в нутре тревожным чутьём. Незнакомец в чёрной кепке не сводил с него взгляда. Гэвин бегло осмотрел себя на предмет неряшливости. Хоть андроид и взял на себя неподъёмную ношу — следить за презентабельным видом детектива — идеально выглядеть Рид так и не стал, сказывались старые привычки. Он судорожно перебирал в голове старых знакомых, пытаясь увидеть в незнакомце кого-то из своего старого круга общения, но и здесь он прогадал. Неуверенно махнув ладонью в знак приветствия, Гэвин отвернулся. Незнакомец махнул рукой в ответ. Девушка, обернувшись и оценивающе осмотрев детектива, тут же потеряла к нему интерес, утягивая парня в новый разговор. Гэвин, тяжело вздохнул, притоптал брошенный на асфальт бычок. — Нервы уже ни к чёрту, — буркнул он, садясь на водительское кресло, заводя машину. Короткий взгляд на зеркало заднего вида. Его обдало холодом. Сердце забилось в горле. Незнакомец всё ещё смотрел. «Так-так-так, успокойся, ладно? Успокойся. Я в гражданском. Наркодилеров в последний раз я сажал лет пять назад, уже все разбежались, никому я там не сдался. Другие черти всё ещё сидят, да и я их всех по лицам знаю. Хотя, может, чей-то поддельник?.. А там же Хьюи отпустили ещё. Хотя нахер я ему сдался? Он там с женой сидит, в ус не дует. Может, в баре познакомились? Хотя, когда это было?..» — тревожные мысли заполонили разум. Выехав в сторону дома, он продолжал обдумывать странную встречу, с каждой минутой всё сильнее накручивая себя. Остановившись у ларька с сигаретами, Гэвин вышел. Купив любимую марку, он невольно остановился у тёмного переулка, рассеянно вглядываясь в темноту, впервые за долгое время чувствуя, как темнота смотрит на него в ответ. — Есть кто?.. — неуверенно протянул он, машинально накрывая ладонью место, на котором он крепил кобуру, но табельного не было. Он не носил его в гражданском. Тьма не отозвалась на его вопрос, продолжая сгущаться в углах. Взгляд бегло осматривал переулок, перескакивая от одного угла — в другой. В стороне мелькнула тень. Гэвин вздрогнул, тут же вперив взгляд в эту сторону, но тень оказалась лишь пробежавшим мимо тараканом. Тяжело вздохнув, Рид, недолго поколебавшись, вытащил телефон, написав андроиду короткое смс. «Встретишь у табачки?» «Выхожу из дома» — тут же отозвался андроид. Ни вопросов, ни уточнений, ни лишних переживаний, ничего. Лишь мгновенный отклик, согревающий изнутри, сметающий своей непоколебимостью тревогу. Андроид прибыл спустя 20 минут. — Добрый день, детектив, — Ричард просканировал местность и состояние мужчины. Всё в пределах нормы, угрозы не обнаружено. — Что делал дома? — Разговаривал с Маккензи, — андроид отметил повышенный уровень стресса, несвойственный детективу в выходной день. — О чём? — в обычном состоянии Гэвин лишь раздражённо отмахивался, отпуская в сторону офицера нелицеприятные выражения, не интересуясь деталями их взаимодействия, но не сейчас. Сейчас Гэвин пытался отвлечься, переключить внимание на монотонный бархатистый голос. — Что случилось? — человеческий вопрос сбил с Гэвина спесь. Он тут же подобрался ближе. — Да я что-то пересрался, иду, никого не трогаю, а на меня тьма смотрит, — Ричард, приподняв бровь, посмотрел в сторону переулка, заметил пробежавшую крысу. — Вам необходимо отдохнуть. — Да блять, я серьёзно. — Я знаю, — андроид повторно просканировал пространство. — Вы боитесь крыс? — Нет. — Темноты? — Нет. — Насекомых? — Клопов и клещей, разве что… — В таком случае вам нечего бояться, в переулке только то, что вас не пугает, — уверенным тоном проговорил Ричард, сложив за спиной руки. Гэвин, тяжело вздохнув, смерил темноту недоверчивым взглядом, но тут же расслабился, безусловно доверяя озвученным данным. — Ладно. Верю, — андроид кивнул. — Завтра воскресенье, поспите столько, сколько потребует организм. — Не выйдет, надо в лабораторию сгонять. — Доверьте это мне. — Не смогу, Рич, — устало бросил Гэвин, забираясь внутрь автомобиля. Андроид сел на пассажирское место. Программа впервые фиксировала панибратское обращение по имени. — Составить вам компанию? — спросил он, улыбнувшись одними уголками. Уровень стресса детектива постепенно падал. На место тревоги привычным образом возвращалась усталость, его вечная спутница по жизни. — Да, давай, — Гэвин улыбнулся в ответ. Бросив последний взгляд в сторону переулка, он прокрутил ключи, заводя машину.

***

Ричард привычным образом готовил ужин. На кухне звенела посуда, трещало жаркое. Гэвин, укутавшись в одеяло, прислушивался к звукам, идущим из кухни, бездумно прокручивая пультом список предлагаемых сериалов и фильмов, активно поддерживая бодрствование. Единственный полноценный выходной, омрачённый странным происшествием, подходил к концу. Накопившаяся за эти дни усталость давила на сознание, а пережитый стресс — уничтожал последние ростки воли. Хотелось сломать ногу и взять больничный, чтобы месяц не видеть коллег, этот чёртов глухарь, этот душный офис и раздражённые глаза капитана Фаулера. Но у андроида не было возможности брать больничные. Ему в целом стоило бы избегать медосмотров и лишнего внимания специалистов, поэтому Гэвин останавливался лишь на мыслях об уходе, не задумываясь о реализации задуманного. Как ни крути, он был ответственен за Ричарда и его сохранность. — Ваш чай, — Гэвин посмотрел на андроида, скользнул взглядом по кистям рук, по длинным пальцам, держащим белую кружку. Кивнув в знак благодарности, он похлопал ладонью по кровати, приглашая андроида лечь рядом. Скрип пружин, прогнувшийся матрас под весом чужого тела, еле ощутимое тепло, ненастоящее, мнимое, но парадоксально приятное и уютное. Тихие голоса персонажей, меняющиеся на экране кадры. Сонливость усугублялась, множились мысли, словно нити сворачиваясь в тугой запутанный комок. Он думал о своей усталости, об эффективности штор, о Карпере и его глупых шутках, о холодных прикосновениях, о премии, которую он больше года не получал, о голубых глазах, отливающих металлом. Гэвин поморщился, как от головной боли, покачал головой. «Слишком много времени провожу с ним. Каждый день одно и то же — работа, Ричард, работа, Ричард, работа… Ричард» — он тихо хмыкнул, заметив, как слово «андроид» быстро заменилось в его мыслях присвоенным RK900 именем. — Он запрашивает контакт уже девятый раз за десять минут. Цель не озвучена, — Гэвин поднял на него взгляд, тихо рассмеялся. Стало интересно, каким цветом отсвечивает светодиод в такие моменты. «Наверное, жёлтым, анализирует же» — подумал он, машинально рыская в карманах домашних штанов, задней мыслью вспомнив, что он переложил его в шкатулку на втором этаже. — Она ему нравится, вот и смотрит, — ответил Рид, прикрывая покрасневшие от усталости глаза. — Симпатия не была озвучена. — Это очевидно для каждого не-андроида, — саркастично протянул он, подавляя зевок. — Признаки симпатии? — Ну он смотрит на неё, пытается коснуться, помочь, задаривает фигнёй всякой. Что, не симпатия, по-твоему? — Симпатия, — согласился андроид. — Причины конспирации? — Боится узнать, что его влюблённость не взаимна, — он пожал плечами, бросил беглый взгляд на настенные часы. Серия подходила к концу, как и выходной день. — Иррационально. — Иррационально ему. Это, знаешь ли, неловко, стыдно и больно, — заметив лёгкий наклон головы и нахмуренные брови, Рид, тяжело вздохнув, пояснил. — Ну прикинь, тебе нравится человек, а ты ему — нет. Отстой же, нет? — Отстой, — согласился андроид, комично имитируя тяжёлый вздох. — Достичь цели при отсутствии взаимности невозможно? — Ясен хуй. — В таком случае оптимально пересмотреть приоритеты и проявить симпатию к другому человеку, — Гэвин криво ухмыльнулся в ответ на столь прямую логику. — Людям присущи сомнения, рефлексия и прочая эмоциональная лабуда. Не так просто забить хер на объект симпатии. Некоторые годами добиваются расположения человека, некоторые через неделю рукой махнут, тут каждому своё, — монотонно объяснял Рид, чувствуя, как собственные слова отзываются в нём чувством меланхоличной ностальгии. — Неоптимально. — Добро пожаловать в мир людей, салага, — ухмыльнулся он, скосив на андроида ехидный взгляд. Холодные незаинтересованные глаза искали в сюжете причинно-следственные связи, обоснование поступков и принятых решений, анализировали. Гэвин, наблюдая за ним, невольно расплылся в нежной улыбке. Заметив несвойственные ему реакции, Рид, глухо прокашлявшись, стёр с лица улыбку. «Если бы он был человеком, было бы круто. Мог бы считать, что у меня появился друг. А так… он же понятия не имеет, что такое дружба. Только и делает, что гоняется за эффективностью и оптимальностью, что справедливо, он же андроид, реализация функционала, вся хуйня, но, блин…» — он повернул голову, заметил, как андроид пристально смотрит на него, изучает. — Чего? — Вы устали, — Гэвин тихо хмыкнул. — Есть такое. — Отдыхайте, — андроид поднялся, выключил сериал и прикроватную лампу. Гэвин, опешив от такой резкой смены обстановки, невнятно пробормотал несогласие, но Ричард был непреклонен, что было ему свойственно, когда речь шла об эффективности и достижении цели. — В ближайшее время выходных не предвидится, вам нужно восстановиться. — Ты заботишься обо мне, — андроид выдержал паузу в пять секунд, анализируя сказанное. — Вы воспринимаете мои действия как заботу, это создаёт эмоциональную связь. Оптимально, — Гэвин тяжело вздохнул. — Ничего в тебе людского. — А вы наблюдательны, — ухмылка, мелькнувшая на бледном лице, развеселила его, и Гэвин рассмеялся. — Давай, спокойной ночи, — андроид улыбнулся в ответ. — Спокойной ночи, детектив Рид, — Ричард вышел из комнаты, тихо прикрывая за собой дверь. Развернувшись на спину, Гэвин, улыбаясь, рассматривал потолок, тени штор, мелькающие на нём, витающие частички пыли на свету уличных фонарей. Ему снова приснится синяя кровь и лица убитых девиантов, он снова проснётся уставшим, выжатым, как лимон, и снова будет работать от рассвета до заката в истощённом состоянии. Новый день не будет отличаться от предыдущего, но одна деталь, три месяца назад ставшая бытовой рутиной, вдохновляла его: завтра Ричард снова разбудит его, снова приготовит чашку кофе со сливками и корицей, снова скажет про его непрезентабельный вид и необходимость принять холодный душ, снова неумело пошутит, чтобы проверить его реакцию и обновить базу данных. Эта обыденность, повторяющаяся изо дня в день, казалась бесценной, важной, жизненно необходимой. И он впервые за эти долгие годы ждал это чёртово утро, в котором он снова не будет одинок.