Я с тобой

Вот практически и закончился наш с ним месяц. Судя по выпавшему снегу май явно не спешил вступать в свои права и баловать по-настоящему весенним теплом. Зеленые деревня, спрятавшиеся под тонким белым покрывалом, меня словно загипнотизировали. Стоя у окна и наслаждаясь чашкой кофе, с улыбкой вспоминал вчерашний день. Первое, что он спросил, когда меня увидел, как его подарок, которому, как ни странно, позавидовал наш общий друг и коллега, - Николай Басков. Затем, он, протянув мне ладонь, слегка приобнял, добавив, что рад меня видеть. Что скрывать, на душе от его слов стало теплее. Несмотря на усталость, он выглядел довольным. Я радуюсь успехам своих друзей, особенно его. В те секунды, в памяти подобно вспышкам всплыли наши с ним встречи во время съемок «Маски». Вот он дарит мне эти умные наушники, вот уже наделавший шума кулич. Такие оба сонные в его сториз, с гримом на лицах, но стильные. После всего того, что мы прошли вместе, до сих пор трепетно отношусь к нему. Такие знакомые до боли объятия всякий раз заставляют сжиматься мое сердце. Периодически вне камер говорю ему, что иду с ним по линии жизни и то, что моя рука всегда поможет ему подняться, когда он упадет. Жаль, что как пара не состоялись в прошлом, но нам есть что вспомнить, особенно это чертово «Евровидение». Столько нервных клеток мы похоронили, подарив себе, нашей Команде и обычным людям яркие воспоминания. Часто думаю о том, что было бы, если бы я все же привез Победу Домой! Глупо, да, знаю, но… Как бы нас встречали в аэропорту, и чтобы мы сделали здесь, в Москве… Уверен, СМИ бы не одну неделю писали о том, какое шоу сделали артисты, принимавшие участие в конкурсе. Честно, его продюсерская фантазия бы разошлась не на шутку, тем более для него все возможные задачи и проблемы решаемы. Эх, вот бы взять, да вернуть то время… Допив крепкий напиток и поставив чашку на уголок столика, я открываю окно. Впустив в легкие утренний свежий воздух, выдыхаю. В голове звучат его слова: «Я посмотрел твой новый клип, Сережа». Он смотрит на меня сонными глазами, протирая линзы очков замшевой тканью. Затем добавляет, что эта работа нашла отклик в его сердце. Стоял как дурак и не знал, что сказать. Может недосып заставил меня ступить. Его рука, спрятанная в черный «Бальман» касается моих пальцев. Далее – действие, похожее на рукопожатие. Но оно небрежное, мягкое, словно, случайное, ведь третий входит в комнату вместе с тем произведением искусства. Я отстраняюсь и, пожалуй, громко глотаю слюну. Тогда покраснел, а он лишь спокойно надел очки и взглянул на своего директора в кепке, с которым лишь только здороваюсь из вежливости. Так случилось и вчера. Филипп поделился со мной своими фото из питерского отеля. Он лежал на постели вместе с Лео, которому по вкусу пришелся красный тапок. - Ты смотри какой проказник! Прям как ты! – в шутку роняет он и смахивает влево фото. – Тоже любит на груди лежать. Сдалась ему та подушка… - Как мило, - только и говорю я, чувствуя, как мою спину прожигают взглядом. Мне так нравятся фото, когда он без толстого слоя грима… - Пойдем в кадр. Мне сообщили, что нас ждут. - Пойдем, - ответил я, улыбнувшись ему вслед. Мамин телефонный звонок возвращает меня к действительности. - Доброе утро, мамуля! – приветствую ее, ставя чистую чашку в кофейный аппарат. – Как ты?