Я буду засыпать и видеть образ твой

Зимний лес дышал холодом, смыкая ледяные пальцы вокруг горла, но Антон уже не чувствовал мороза. Перед ним, среди заиндевевших елей, кружила Алиса — её лисья маска хищно поблескивала в лунном свете, а рыжий хвост разметал снежную пыль. В её движениях сквозила опасная грация, и каждый её шаг казался частью ритуала, в который он был втянут против воли. — Ну что ты застыл, Тоша? — её голос прозвучал совсем рядом, хотя она была в метре от него. — Боишься проиграть? Антон чувствовал, как реальность ускользает, сменяясь бесконечным хороводом теней. Он знал, что эта игра не имеет правил, или, вернее, правила пишет она сама, затягивая его всё глубже в лесную чащу. Гулкий ритм сердца в ушах вторил её смеху, и в этом звуке слышалось роковое признание. Она протянула к нему ладонь, и Антон сделал шаг навстречу, понимая, что пути назад нет. Весь мир сузился до этой безумной пляски, до блеска её глаз в прорезях маски. «Я твой», — пронеслось в его мыслях, как эхо чужой, пугающей мелодии. Он стал частью этого заснеженного безумия, добровольной жертвой в лапах лисицы. — Играй со мной, — прошептала она, касаясь его щеки ледяными пальцами. В этот момент страх окончательно растворился, уступая место странному, болезненному восторгу. Лес вокруг них сомкнулся, скрывая их от остального мира, оставляя только двоих в этом бесконечном, жестоком и прекрасном танце среди снегов, где финал был уже предрешен её лукавой улыбкой.