тЕПЕРЬ Я, тИПА, кРУТОЙ?

==> Будь Вриской Серкет: покажи этому пацану, где его место. Ты — Вриска Серкет. И сегодня будет весело. Ты стояла у старой стены корпуса, прислонившись плечом к холодному треснувшему бетону, и смотрела сквозь тёмные стёкла своих очков на унылую толпу студентов, снующих туда-сюда без дела и цели. Скука. Сплошная скука! Но твой взгляд зацепился за одну знакомую фигуру... Вон он. Топчется у автомата с газировкой, как баран перед новыми воротами. Таврос Нитрам. Ростом чуть ниже тебя — смех, да и только, а не мужик. Смуглый, с дурацким ирокезом, зачёсанным назад, будто он только что вылез из какой-то ролевой помойки. Футболка с феей. СЕРЬЁЗНО? Сколько, блять, ему лет? Пять? Клетчатая рубашка поверх, куча браслетов на запястьях — какое же это ссаное клише! Этот парень в курсе, что не все ДНДшники выглядят одинаково? Нет? Пф! Ты усмехнулась одними уголками губ в синей помаде. По твоему мнению она выглядела на тебе просто великолепно! Таврос нажал кнопку автомата, банка с шипением упала в лоток для выдачи. Он наклонился, поднял её, и в этот момент ты решила, что пора действовать. Ты отлепилась от стены и неторопливо, с расстановкой, специально, чтобы тебя слышали, направилась к нему. Толпа расступалась. Не потому что ты просила. А потому что это щëлканье каблука просто невозможно игнорировать. И все знают, что сейчас будет... — Ниииитрам, — ты остановилась в метре от него. Твой голос громкий, насмешливый, чтобы точно слышали все, кто захочет. А они все захотят. — Что это у тебя? Новая фея в коллекции маечек? Она тебя заколдует? Или уже заколдовала — в полного идиота? Заклятие "Сопляк на веки вечные"! Таврос вздрогнул. Моргнул своими большими карими глазами, сжимая банку в одной руке, второй хватаясь за нижнюю часть футболки. Его септум кольцо блеснуло на солнце, когда он повернулся. Единственная часть его, которая делает его симпотным. — Ам...привет, Вриска... — Ааам. Привет, Вриска, — передразнила ты. Повернулась к ближайшей кучке первокурсников, которые таращились на вас. — Смотрите, это Таврос. Он считает, что если надеть на себя всё из комиссионки, то девушки сами упадут к его ногам. Кто-то из общей массы хихикнул. Таврос покраснел. Даже сквозь смуглую кожу было хорошо видно. Наверняка ему невероятно неловко. Но это не всë и ты не даëшь ему ответить, показывая свою доминантную позицию. — Слууушай, Нитрам. У меня для тебя есть…утешающее предложение, — ты сделала драматичную паузу. Обвела оценивающим взглядом зрителей. Ты пока ещë в центре внимания. Хорошо. И добавила громче, наигранно сладко. — Ты мог бы быть моим парнем, смазливая мордашка. У Тавроса просто отвисла челюсть. Прекрасно! Банка с газировкой чуть не выпала из его потеющих рук. — Ч-что? — Ноооо, есть условие, — ты улыбнулась. Широко. Змеиный укус на губах немного разошёлся в предвкушении. — Стань крутым. Потому что сейчас ты — жалкое зрелище, Нитрам. Никто не хочет встречаться с тобой, а ещё и с лузером. И ты развернулась, не дожидаясь ответа. Каблуки цокнули по плитке. Ты знала — он точно смотрит тебе в спину щенячьими глазками. Вся эта сцена — то, что надо тебе прямо сейчас. Посмотрим, как он теперь забегает вокруг тебя. ==> Будь Тавросом Нитрамом. Ты - в полной растерянности. Вот это поворот... Ты стоял как вкопанный. Банка в руке, кажется, хрустела — ты сжимал её слишком сильно, но не мог разжать пальцы. Или тебе это только предвидилось. Вриска ушла. Её голос всё ещё звучал у тебя в голове. «Ты мог бы быть моим парнем». еë парнем... Сердце колотилось уже не в груди, где-то в горле и, кажется, вот-вот выскочит. Ты моргнул несколько раз, пытаясь переварить всë, что только что услышал. Это правда? Мне предложила встречаться? Девушка?! Но следом пришла и вторая мысль — не такая радостная, липкая и холодная. «Стань крутым». Ты не понимал. А что, чёрт возьми, вообще значит «крутой»? Ты никогда себя не считал не крутым. Ты просто…ну, задрот. Объективно если судить...Ты любишь ролевые игры, D&D, красишь миниатюры, собираешь фигурки, эм. Это же круто, разве нет? Наверное, нет. По крайней мере, не для Вриски точно. Вряд-ли ей интересно то, что считаешь крутым ты... Ты посмотрел на свои браслеты. На один из них — плетёный из мулинэ. Парный. С Гамзи. он делал их сам. у тебя был оранжевый, это потому, что ты часто готовил для Гамзи панкейки, а они оранжевые. На нëм такие ещё сердечки. Фиолетовые и красные. Ты считаешь этот браслет очень крутым! Он крутой, да! Гамзи. Гамзи крутой. Гамзи всегда так расслаблен, носит свои эти клоунские футболки, а девушки сами к нему липнут, словно клоуны лучше фей. Он никого и ничего не боится. И он твой лучший друг! Может, спросить у него? Но не говорить же, что это из-за Вриски... Скажешь, что просто хочешь стать крутым. Без причин. А то быть кем-то ради девушки — не круто... Ты сделал глоток газировки, шипучка обожгла горло. Сладкая, но очень газированная... Так. Значит, надо становиться крутым. Только вот как? Ты понятия не имел. Но знал, к кому пойти за советом. ==> Таврос: иди к Гамзи. Ну, эм, да... Ты так и сделал. Ноги сами понесли тебя к нужному корпусу, где вы обычно зависали на большой перемене, потому что эта часть корпуса никому не нужна. Конечно, вы не единственные, кто тусит там, просто большинство предпочитает улицу, а не маленький кабинет... Гамзи наверняка там — дрыхнет на подоконнике или рисует что-то на полях своей тетради. Ты аккуратно зашёл внутрь, вдруг там педагоги. Коридор пах хлоркой и дешёвым кофе из автомата. В аудитории было лучше. И вот он — сидит на подоконнике, почти один, отдельно ото всех, свесив длинные ноги в фиолетовых кедах. Лохматая чёрная голова склонена, он что-то пишет на руке чёрным маркером. Гримм на лице немного размазался — видимо, спал прямо в нём. В другом конце аудитории пара незнакомых мне ребят с цветными ирокезами в шипастых кожанках. Жуть какая... У нас, что, 90-е? — Ам...Гамзи...— позвал ты, подходя ближе. Он поднял кучерявую голову. Серо-зелёные глаза смотрели на тебя вяло, словно в предсмертном издыхании, но с намёком на интерес. Немного неловко, но ты всë же смог к нему подойти. Хорошо, что кроме него ты никого не интересовал... — Таврос, — он зевнул, обнажив свой пирсинг на языке. — Чего не спишь? Перемена же. — Я не сплю на переменах, Гамзи... — буркнул ты и прислонился к подоконнику рядом с ним. Гамзи снова уткнулся в свою руку. Ты переминался с ноги на ногу. Кеды скрипели по линолеуму. Было слегка неловко, вы же тут не одни... — Слушай… — начал ты и замолчал. Язык плотно прилип к нёбу от стыда. Но Гамзи ждал. Смотрел на тебя из-под смолистой чёлки. Расслабленный, как всегда. От него сильно пëрло табаком и чем-то едко сладким — может, сиропом от кашля, может, травой. Ты не спрашивал. Не хочется думать о том, что он тут курил траву... — Что значит быть крутым? — выпалил ты на последнем издыхании и тут же пожалел о том, что вообще открыл свой рот... Гамзи моргнул. Медленно. Сперва правым глазом, потом левым. Ну и Жуть... Потом откинул голову назад и засмеялся, но явно не желая поехидничать. Его смех всегда звучал очень искренне и по-детски. Невозможно на него обижаться... — Серьёзно? — спросил он, изгибая чëрную бровь. — Ты меня разбудил ради этого, Тавбро? — Но, эм, ты не спал... — огрызнулся ты. Вернее хотел, но прозвучало неловко. Ну, то есть, как обычно. — Ты просто сидел, типа... — А, ну да... — он лениво потянулся, хрустнув шеей и лопатками. — Ладно. Крутой? Это как… — он задумался, почесал подвеску с бегущим человечком. — Типа. Всем пофиг на всё, а на тебя нет. Врубаешься, ублюдок? — Что? — Ну. Ты такой, бля, который сам решает, как ему быть, ебать, и другим насрать, что они думают. В этом крутость, я хз, — Гамзи говорил лениво, будто он сейчас вот-вот уснëт. — То есть… ну как ты? — спросил ты, рассматривая цветную этикетку на банке. А он посмотрел на тебя. Смотрел долго, внимательно так. Потом усмехнулся только уголком губ. — Если хочешь быть как я, то слишком поздно, Нитрам. Я уникум или типа того. Просветлëнный нахуй. Хонк. или что-то такое... Ты надменнл фыркнул. Гамзи не обиделся. Он вообще редко обижался на что-либо. Наверное, это и есть крутость — когда тебе всё равно? Ты попробовал представить: а мне бывает всё равно? Нет. Мне не всё равно. Мне важно, что скажут, что подумают обо мне другие, особенно девушки, особенно если это Вриска... — Ладно, — ты вздохнул. — Допустим это так. А как становятся крутыми и всë такое? Гамзи устало покачал головой, и чёрные волосы окончательно упали на его размалëванное лицо. — Не становятся. Просто бывают. Но если ты так хочешь… — он вытянул ноги, почти коснувшись моего плеча фиолетовым кедом. Руками он схватился за край подоконника и наклонился назад. Окно не было открыто, поэтому ты не беспокоился за него. — Смотри, кто крутой, как ты думаешь. Например, Кар-бро. Он такой грубый, прям ебать не встать, его боятся и всë такое. Это как вариант, да? Ты кивнул, хотя никогда не считал грубость крутостью. Внутри уже щёлкали шестерёнки. Каркат — грубый. Эквиус — сильный и суровый. Соллукс — шарит за технику. Все эти ребята — твои друзья, а это то, за что их считают крутыми. А ты кого считал крутым? — А ты? — вдруг спросил ты. — Ты какой вариант? Гамзи улыбнулся мне. Нежно и как-то умилительно что-ли... — А я просто гений, Таврос. Мне не надо стараться и быть крутым. Я такой, какой уродился с мамашки. Нужно быть собой, а не кем-то, ага? Ты закатил глаза с улыбкой. Ну всë как обычно. Лишь бы снова не стал затирать про свой культ Весëлых Мессий. Сейчас ты точно не готов это слушать... Значит, чтобы стать крутым — надо выбрать, кого копировать, так? Каркат, Эквиус, Соллукс… Или Гамзи. Ты, пожалуй, посмотришь на них повнимательнее. А потом решишь... Гамзи достал из кармана какую-то мягкую игрушку — пиксельного клоуна из старой игры — и начал крутить в пальцах. Ему, кажется, было плевать на мой вопрос. А тебе — нет.