Тёмный целитель и Великий мудрец

      – Как прошёл твой день? – почти безэмоционально, будто дежурно, даже не отвлекаясь от книги, спрашивает мрачный целитель, стоит дверь закрыться за мудрецом.       – Как и всегда, дорогой. Дети активны и беспокойны, но столь же любопытны и милы. Рядом с ними заражаешься их энергией, а стоит вернуться домой, как эйфория спадает и наваливается усталость… – мягко улыбаясь отвечает только что пришедший, отвечая своему партнёру тоже почти дежурно, но всё ещё честно и ощущая его заботу и беспокойство. Ведь даже если Ложное Спасение не любил детей, он был готов сдержаться и поработать с ними какое-то время, если Источник Истины решится приять его помощь. В конце концов он никогда не злоупотреблял этой привилегией, так что Ложному Спасению можно было не волноваться об использовании его доброты…       – Садись на кресло, я принесу ужин, – только и говорит Ложное Спасение, откладывая своё чтение и поднимаясь со скамеечки у окна, где он полусидел всё это время.       Может показаться, что он ушёл просто так, ни разу так и не взглянув на своего партнёра, но этот вовсе не так. Ложное Спасение был почти слеп, так что его собственными глазами пользоваться было бесполезно. А вот маленькие глазки на его посохе-цветке, одном из самых больших цветов ванили, что было возможно встретить в их мире, глядели ровно на прибывшего, не отрываясь от него ни на мгновение, даже когда их хозяин ушёл за едой, оставив посох в гостиной…       И это далеко не всё его внимание и забота.       На подлокотнике вышеназванного кресла лежит мягкий плед, а под спинкой парочка по-особому выложенных подушек – так, как ему было удобно сидеть, а не просто ровно или наоборот небрежно. На столике книга, которую он оставил на тумбочке у кровати, с бережно вставленной закладкой, и футляр для его монокля, чтобы глаза успели отдохнуть от линзы. Увы, зрение у Источника Истины было неровным, один глаз видел отлично, а вот второй плоховато стал видеть вдаль, пересечённый тонким шрамом…       Не проходит и минуты, как Ложное Спасение, медленно ступая по тёплой древесине пола в одних только носках, приносит поднос с горячим молоком и тарелкой разных лёгких закусок. Не слишком сладких, как большинство блюд, что обычно едят печенья, а почти пресных и даже солоноватых, что особенно нравились Источнику Истины… Только крем внутри некоторых пирожных был сладким… Осторожно ставит на столик у кресла, предоставляя партнёру полный доступ к еде. Сам поправляет небрежно накинутый на ноги плед, подставляя под икры мягкий пуфик, чтобы сидящий мог вытянуть ноги и дать как следует отдохнуть ступням….       Ненадолго отходит, снимая свою громоздкую накидку и шапку, оставляя те на своей скамье. И возвращается, усаживаясь рядом, касаясь лодыжек тонкими, но чуть шершавыми пальцами. Быстро омывает стопы прохладной водой, а затем вновь касается уже покрытыми скользким маслом руками…       Разминает каждую мышцу, каждый хрящик, помогая отложить боль и усталость прочь…       Долго и внимательно. Занимается своим делом, будто при сложной операции, когда на кону может стоять жизнь, но торопиться нельзя категорически…       Они молчат.       Им не нужно слов.       Это время для тишины.       Их маленькая традиция.       Ложное Спасение всегда возвращается домой раньше, он не любит общество, не только детей. Ему в тягость быть обладателем столь редкого и мощного дара целителя, но и отказываться от своих способностей было глупо, поэтому хотя бы немного, но он позволял себя использовать ради спасения чужих жизней, не имеющих для него никакой ценности… Он всегда успевал подготовиться к возвращению любимого, считая такую заботу саму собой разумеющимся, ведь Источник Истины был тем единственным, кто значил для него всё…       Сам мудрец тоже не был лентяем. Изначально он никак не мог привыкнуть к такому приветствию и всегда отнекивался и сопротивлялся, лишь спустя несколько месяцев совместной жизни сумев принять инициативу партнёра без доли неловкости… К тому же он был тем, кто просыпался рано. Поэтому завтраки всегда старательно собирал для двоих, не забывая ненавязчиво разбудить Ложное Спасение, что слишком часто не мог нормально выспаться, сияя тёмными кругами под и так достаточно тёмными глазами…       Дойти до этого уровня понимания им было сложно, но они оба старались изо всех сил…       Подумать только, что было время, когда они друг друга были готовы едва ли не убить…       Ложное Спасение жаждал силы самоцвета души, чтобы никто и никогда больше не мог его использовать ради собственной выгоды. Его жизнь не была простой, но и на мрачную дорожку он всё же свернул с полным осознанием своего выбора, ведь прекрасно понимал, что были и другие пути. Он жаждал силы и знал, как её получить. Нужно было лишь отобрать дар Ведьмы у одного из Посланников. Однако соваться в пустыню было себе дороже, как и в болота, джунгли или морозные горы. Мирные равнины были ему родными и знакомыми, так что покидать их после долгожданного возвращения он не хотел и избрал своей целью Источник Истины…       Конечно же тот не собирался отдавать столь могущественный артефакт кому попало. Да и самоцвет души был далеко не просто камушком, способным накапливать магию и усилять своего владельца. Самоцветы душ назывались так именно потому, что были частью душ Посланников. Их просто нельзя было разделить.       Поэтому противостояние владельца и захватчика длилось долго и привело ко многим недопониманиям и не самым приятным происшествиям…       Закончилось всё, когда Ложное Спасение наконец окончательно проиграл, вынужденный признать силу победителя и принять протянутую руку помощи… В десятый раз… Он сопротивлялся очень долго, отказываясь признавать свою слабость даже перед почти что божественными созданиями…       Посланников ведь и правда можно было считать кем-то вроде полубогов, ведь они были созданы напрямую ведьмой, её руками, а вовсе не магическими формочками, что использовались для других печенек из её печи, или и вовсе руками других печенек, как происходило рождение детей их расы…       Его проигрыш был закономерным, но упрямство и целеустремлённость поражали. Поэтому Источник Истины признал его и после второй победы протянул руку помощи. В первый раз он был слишком испуган силой обычной печеньки и не мог думать здраво, потому и не попытался предложить дружбу…       Поэтому в конце концов они стали жить вместе.       Источник Истины пообещал защиту и свободу. Пообещал заботиться и любить несмотря ни на что. Ощутил, что его самоцвет души правда готов подчиниться печеньке перед ним, будто тот был частичкой души для них обоих…       Ложное Спасение же слишком устал от бесконечных попыток стать сильнее, от участи изгоя и пугала для детишек. От пути вечного странника и беглеца, вынужденного пугаться собственной тени… Поэтому, после долгих лет безуспешных с его стороны стычек, после долгих попыток предполагаемого врага подружиться с ним, а вовсе не наказать и запереть, он всё же сдался. Позволил себе довериться. Спустя очень долгое время он решился принять протянутую ладонь, даже несмотря на все свои страхи и прошлые ошибки…       …       Ни один до сих пор не пожалел о том своём выборе…       И нынешнее их положение было пиком. Финальным результатом давнего решения. Полным взаимопониманием и принятием друг друга…       Да, у них всё ещё были личные проблемы, что не всегда они могли сразу принять и раскрыть другому, но они правда старались. По ступеньке, по шажочку, но становились ближе и ближе друг к другу…       – Возьмёшь одну? – мягко предлагает Источник Истины, протягивая одну их немногих сладких мармеладок с тарелки в сторону Ложного Спасения.       – Спасибо, – коротко отвечает тот и принимает угощение, осторожно ловя сласть губами. Не отрывается от своего занятия, но не игнорирует. Позволяет себя накормить, но никогда не просит, слишком привыкнув к постоянному чувству голода, с которым жил слишком долго, чтобы знать, что такое сытость…       Источник Истины знает о проблемах с питанием у своего партнёра. Знает и старается не давить. Поэтому сладкие мармеладки на тарелке, что сам он ест крайне редко, это именно уступка Ложного Спасения. В такие моменты он может притвориться, что заработал кусочек пищи своими действиями и тогда поесть становится проще. А видеть перед собой тарелку полную еды отличного качества для него так же дико, как Источнику Истины есть что-то приторно-сладкое или отвратительно-горькое, хотя только такие вкусы знал целитель…       Когда Ложное Спасение завершает своё действо, он ещё раз омывает ноги Источника Истины прохладной водой, уносит тазик и моет руки, а по возвращении укладывает голову на бедро партнёра, позволяя и себе получить долю ласки, и мудрецу подарить хотя бы частичку той любви, что по его мнению заслуживал целитель…       И они вновь будут сидеть так до самого заката, когда солнце окрасит мир яркими красками, а в комнате станет душно от всё ещё ярких вечерних лучей…       А потом тот, кто заснёт первым, будет осторожно разбужен или отнесён в кровать, где оба укутаются в огромное мягкое одеяло, переплетутся всеми руками и ногами и станут сопеть друг другу в шею, ухо, плечо – куда угодно, успокаивая и самую малость щекоча своим дыханием…       ***       Ложное Спасение не любил зависеть от других людей, тем более от их мнения. И в то же время он не мог заставить себя отбросить дар, с которым был рождён. Поэтому он был целителем и стал лучшим среди своей братии, но лечил строго в отведённые часы, игнорируя просьбы и стоны боли в остальное время. Заставить его работать сверхурочно было невозможно. А ещё он мог отказаться лечить, если считал, что больной не заслуживает его внимания. И не важно почему. Плохо выполняет указания целителя и не принимает лекарства. Слишком беспокойный. Слишком надоедливый. Просто не понравился весьма острому со своими словами целителю. Ложное Спасение никогда не врал, говоря даже самую жестокую правду и презирая слабаков, плачущих от безысходности и отчаяния…       Он презирал самого себя, неспособного справиться с тяжёлыми воспоминаниями и психологическими расстройствами, но в этом единственном отказывался был правдивым, поэтому его слабость видел только его партнёр. Никто и никогда не удостаивался “чести” видеть Ложное Спасение слабым… Те, кто видел прошлую жалкую его версию, уже давно были мертвы…       И на сегодня его рабочий день был окончен.       Ложное Спасение спокойно отмывал руки и убирался в своём кабинете, когда внезапно дверь отворилась. Он хотел уже грубо выпроводить наглеца, однако вовремя взглянул на прибывшего через глаза посоха и тут же растаял:       – Ложное Спасение! – радостно позвал его Источник Истины, не накидываясь и не проникая в святая святых слишком далеко. Только зашёл за дверь, послушно ожидая приглашения пройти, хотя явно горел нетерпением от какой-то новости.       – Доброго дня, Источник Истины, проходи, – спокойно приветствует партнёра целитель, заканчивая со своими инструментами. Кончиками пальцев проводит по полкам, проверяя наличие медикаментов, закрывает дверцы и идёт к столу, присаживаясь на своё место. Теперь он готов слушать.       – Ты не поверишь, что сегодня произошло! Дорогой, дети сделали мне подарок! Представляешь, они устроили целый концерт! А ещё организовали процесс обучения так, что мне нужно было только дать пару рекомендаций старшим ученикам и я оказался совершенно свободен! Выходной. У меня выходной! И далеко не один. Нужно будет только заходить к ним раз в пару дней и подсказывать, а в остальном я правда могу отдохнуть!       – Это замечательная новость. Ты заслужил отдых, – спокойно кивает Ложное Спасение, который никак не мог понять трудоголизма своего партнёра, успешно игнорируя тот факт, что и сам был трудоголиком, намеренно заставляя себя не работать сверхурочно, оправдывая это своим характером… Он не хотел быть любим, не случайными пациентами, что приходят и уходят. И не персоналом, что стараются заниматься своими делами и опасаются лезть в идеальное царство сильнейшего целителя. Ему было достаточно только одного и тяжело было понять желание Источника Истины отдавать всего себя другим…       – Да… Ты как всегда был прав. Я просто прошёлся по улицам, прикупил пару безделушек и немного еды, а на душе уже так тепло и спокойно… Никакой беготни, бесконечных вопросов и споров… Будто всё время мира принадлежит только мне…       – Хорошо. Я закончил. Пойдём домой, – едва заметно улыбаясь кивает Ложное Спасение на рассказ и поднимается, одной рукой беря посох, а другую протягивая своему партнёру.       – Пойдём… Сегодня сможем как следует отдохнуть вместе… – мягко улыбается ему Источник Истины, не в силах отвести полный нежности взгляд от мягких черт лица и чуть мрачного облика возлюбленного, скромная почти невидимая улыбка которого, будто лучик солнца освещает хмурость, разглаживая малейшие недовольные морщинки…       Двое выходят прочь из лечебницы, когда к Ложному Спасению в ноги кидается юная печенька, на вид более напоминающая бродяжек из пустынь, было там небольшое поселение изгоев, которых никак не удавалось вернуть к нормальной жизни, другие печеньки их не принимали и даже влияния одного из Вестников Ведьмы было недостаточно…       – Господин целитель, пожалуйста, помогите!       – Мой рабочий день закончен, – тут же теряя даже ту крохотную улыбку отрезает Ложное Спасение и отходит на шаг прочь от просителя.       – Господин целитель, умоляем, никто больше не сможет спасти нашу подругу! Пожалуйста, Чёрный Изюм нам очень-очень важна! – следом за первым второй изгой бросается в ноги. В такой же подранной одежде, с исцарапанными грубыми ладошками, худенький и маленький от недостатка пищи и суровых условий их пустынной деревушки…       – … – Ложное Спасение хмурится ещё больше, замечая просящий взгляд Источника Истины. Раздражённо фыркает и приближается к носилкам, вглядываясь в повреждения пострадавшей… – Я не смогу помочь, – мотает он головой и отступает. Для лечения такого потребуется столько сил, сколько у него просто нет. Даже с даром целителя он не был обладателем безграничного источника, а потому использовать свои силы мог в относительно малом объёме. Даже отдай он всё, что у него было сейчас, этого не хватило бы даже на спасение её жизни, не говоря уже о большем. Печенька раскрошилась более, чем наполовину, учитывая, что повреждение уже четверти тела смертельно…       – Сможешь. Дорогой, пожалуйста, спаси её. Она слишком важна для их деревни. И только ты можешь помочь, – мягко просит Источник Истины, протягивая своему партнёру самоцвет души…       – … – Ложное Спасение смотрит долго. Может показаться, что ошеломлённо, но это не так. Он уже пользовался силой самоцвета души. Источник Истины был вовсе не против поделиться своей силой с возлюбленным. Просто он сам недолюбливал это, ведь последствия контакта с чистой силой Посланника Ведьмы оказались подобны действию наркотиков для кого-то вроде него… – Только ради тебя, – наконец сдаётся целитель, осторожно принимая дар и закрепляя самоцвет у себя под воротником.       Отдаёт Источнику Истины свой посох и подходит к пострадавшей печеньке, опускаясь прямо на землю, ничуть не заботясь о чистоте своих одеяний. О брезгливости он подумает потом, сейчас нужно спасти жизнь девушки перед ним.       Пальцы скользят по голове и шее. Вторая рука опускается к животу. Все мелкие повреждения, из которых сочилась мягкая начинка, прекращают кровоточить и покрываются тончайшей плёнкой нового теста. Но это лишь то, что видно внешне. Внутри повреждения куда серьёзнее и работает целитель в первую очередь с ними, исцеление внешних повреждений – это просто сторонний эффект, использование тех капелек силы, что не удаётся направить в нужное русло, но куда-то деть всё равно нужно, чтобы не пропали впустую…       Ему приходится полностью погрузиться в процесс, не замечая никого и ничего. Вот оно – самое яркое проявление силы истинного целителя. Ни один другой не способен так тонко работать напрямую. Потребовались бы операции и дополнительные материалы, что при таких повреждениях пострадавшая печенька едва бы выдержала. Он же создавал одни ингредиенты из других, смешивая те в одному ему ведомых пропорциях. Брал там, где было достаточно и направлял туда, где катастрофически не хватало. Со стороны казалось лишь, что от его рук исходит какой-то тяжёлый белый дым, оседающий на коже капельками, напоминающими молоко, а затем впитывающийся в плоть.       Ложное Спасение не наблюдает времени. Не в таком глубоком погружении в процесс. Когда отрывается, заканчивая с внутренними повреждениями, солнце всё ещё высоко, так что не должно было пройти больше пары часов.       …       Рядом с ним лежит целая россыпь крошек с парочкой камушков, явно бережно, но быстро собранных с места происшествия…       Теперь её жизни ничего не угрожает и позаботиться нужно о самом главном. Её руки и ноги. И те, и другие практически полностью раздроблены. И ему нужно собрать этот ужасающий пазл из крошек, восстановив столько, сколько только получится с имеющимися материалами…       …       Единственное, за что он любил моменты обладания самоцветом души, когда тот был закреплён у него на груди, или хотя бы находился почти вплотную к его телу, было зрение. Когда самоцвет души Источника Истины был рядом, Ложное Спасение мог видеть так, будто его глаза были абсолютно здоровы. Поэтому работать было ещё проще… За исключением момента, что видеть крошки чужого тела в своих руках порой было невыносимо тошно. Он сдерживал желание прочистить желудок только потому, что ещё не закончил с работой, да и тошнить его было особо нечем, завтрак уже давно переварился, а об обеде и речи не шло, он всегда игнорировал его.       Ещё какое-то время он проводит в попытках собрать как можно больше. Максимально восстанавливает ноги, собирает правую руку… И оказывается, что на левую крошек уже не осталось…       – Всё. Поместить в третью палату. Заботиться, как о тяжелой. Кормить плотно и её, и детей. Вторая палата полностью для них. Не позволять вставать и поворачиваться. Использовать тугие перевязки первого типа и пропитку вишнёвым сиропом в соотношении один к восьми шесть раз в сутки. Вернусь через день-два, проверю, завтра меня не будет…       Не успевает Ложное Спасение договорить, как Источник Истины легко подхватывает его на руки. Очень вовремя, надо сказать. Ещё немного и он бы пошатнулся и, скорее всего, упал. Показывать свою слабость не хотелось, но у его тела были свои лимиты и сегодня он их превысил.       – Отпусти, – всё равно упрямо бормочет он, хмурясь, хотя на самом деле с трудом сдерживает сонливость и так и слипающиеся веки.       – Мы идём домой, мой дорогой. Тебе нужно как следует отдохнуть и плотно покушать.       Никто не смеет им препятствовать. Те немногие врачи, что были рядом, просто зачарованно глядели на всё действо, жутко завидуя обладателю этой силы. Никому из них о таком не было смысла даже мечтать, с таким даром можно было только родиться.       А дети-изгои просто радовались спасению своей старшей сестрёнки. Той самой, что всегда защищала их, искала им еду и лекарства, оберегала от всего мира… Что пострадала именно потому, что пыталась раздобыть парочку плодов, способных спасти их от голода после почти трёх катастрофически голодных дней…       – Голубой Сапфир, отправь повозку с провизией, медикаментами и предметами первой необходимости в деревню изгнанников. Заодно проверь, куда деваются наши другие посылки. Дети не должны быть настолько истощены, если исправно получают “посылки добра”. Если кто-то смеет игнорировать мои указания и воровать из казны академии, он ответит по всей строгости закона…       Стоит Источнику Истины приблизиться к их дому, держа на руках заснувшего Ложное Спасение, как он зовёт одного из своих прямых подчинённых, желая разобраться с проблемой, с которой он боролся уже почти пять лет… И теперь оказывается, что все его попытки исправить положение будто пропали в никуда…       – Так точно, господин Посланник, – едва слышно звучит в ответ и Голубой Сапфир самый полезный его помощник исчезает в тенях спеша выполнять поручение, доверенное ему.       Была ещё Карамельное Яблоко, очень активная и преданная девушка, однако её верность доходила до фанатизма, так что для тихого исполнения она мало подходила, если только не нужно было найти какую-то важную информацию. Доверить ей слежку было бы лучшим выбором. Впрочем, он уже придирается. Ему просто некомфортно находиться рядом с ней, когда девушка начинает открыто им восхищаться, превознося будто божество… Её исполнительность и умение быть незаметной от этого никуда не денутся…       Наконец, дверь закрывается за их спинами. Источник Истины несёт своё сокровище в спальню, осторожно разоблачая партнёра, откладывая грязную одежду в сторону, оставляя его только в чёрном боди с короткими шортиками и длинными рукавами с открытыми плечами. Укладывает под одеяло и спешит за влажной тряпкой, омывая лицо от пота сосредоточенности, уже успевшего застыть чуть липкой сладкой плёнкой…       Когда его возлюбленный проснётся, их будет ждать очень долгая ночь…       А пока Источник Истины разоблачается сам и ложится рядом, ненавязчиво притягивая партнёра ближе, согревая и успокаивая нарастающий жар…       ***       Источник Истины проснулся от влажных касаний на своей шее. И не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что это был Ложное Спасение. Целитель покрывал шею мудреца лёгкими поцелуями, иногда чуть игриво проводя по коже языком. Крепко сжимал в пальцах ночную сорочку своего партнёра, и в принципе всем телом старался прижаться как можно ближе, едва не урча от ощущения руки, перекинутой через его бок и слабо поглаживающей спину…       – Уже проснулся? Успел отдохнуть? – мягко спрашивает Источник Истины, так и не открывая глаз, но чуть приподнимая голову, чтобы его возлюбленному было проще подобраться к шее.       – Жарко… Мне так жарко, Источник Истины… Теневое Молоко…       Мудрец тут же открывает глаза, чуть крепче сжимая пальцы на спине партнёра. Истинное имя. Источник Истины и Ложное Спасение не были их настоящими именами. Это были почти что титулы, данные им другими печеньками. Но спустя годы оба приняли их как имена, оставив изначальные истинные во тьме прошедших веков. Они знали истинные имена друг друга, но не использовали, будто это было табу…       И всё же сейчас…       – Я рядом, Чистая Ваниль…       – Мне так жарко…       – Я знаю, дорогой…       – Дай мне. Дай мне твоей прохлады. Пожалуйста, уйми этот жар внутри меня, я уже готов…       Источник Истины судорожно вздыхает, ощущая, как и внутри него разгорается это пламя…       Физиология печенек отличалась от таковой у людей. Человек – это была раса Ведьмы, их создательницы. Источник Истины знал всё о физическом строении людей и о функционировании их организмов. И также знал всё о телах печенья. Они были в некотором смысле подобны человеческим, но только формой. Состав был иным, внутренние органы… Такого понятия для печенек почти не существовало, если не считать что-то вроде пузыриков начинки, что могли таковыми считаться, ведь если оказывался повреждён хотя бы один это было как повреждение внутренних органов у людей.       Тела печенек состояли из теста, оно было их кожей, мышцами и костями. Начинка была кровью и органами. А ещё у печенек не должно было существовать понятия пола…       И тем не менее оно было, будто в дань их создательнице. Родители выбирали своим детям пол при выпечке и те жили с этим, даже не задумываясь, что эта система не имеет особого смысла. Печеньки не имели ярко выраженных половых признаков, их промежность была полностью ровной и слитной…       Однако новые печеньки появлялись не только из печи Ведьмы, иногда отпускающей в их мир новых созданий. Обычно родители смешивали часть своего теста и начинки внутри “матери”, затем это смешение зрело внутри неё и через какое-то время доставалось, позволяя родителям придать тесту форму и выпечь ребёнка в практически любой печи, хотя печеньки предпочитали придавать рождению больше смысла и выпекать тесто только в храмах, построенных в честь их создательницы. И это было возможно благодаря тому, что печеньки могли изменять своё тело именно в районе промежности. В независимости от пола, которым они предпочитали считаться, печеньки могли либо раскрыть свою начинку, образовав вход, либо немного нарастить тесто, формируя вытянутый выход для начинки, позволяющий выпустить часть своего содержимого внутрь другой печеньки…       В остальном же романтические отношения оставались на уровне поцелуев и объятий, возможно касаний к обнажённому тесту. Проникновение было необходимо только для продолжения рода, пускай и не всегда выходило намешать достаточно теста для рождения новой жизни…       И Источник Истины уж точно никогда не думал, что опьянение, возникающее у Ложного Спасения после использования силы самоцвета души, приведёт их к этому…       Однако целитель продолжает ластиться, прижиматься ближе и шептать всё жарче. Мудрец чувствует почти удушающий запах ванили, распространяющийся по комнате от открытой сливочной начинки его партнёра…       Стоит ли ему сдержаться?       В прошлые разы опьянение длилось достаточно долго, один раз Ложное Спасение провёл в таком состоянии почти двое суток. И каждый раз он говорил и делал только то, что желал, но не решался сказать и сделать…       Значит ли это, что его возлюбленный желает довести их отношения до финала? До точки, где расставание больше не будет возможным? Если у них будет ребёнок, ни один из них не сможет бросить их общее дитя и не сможет оставить другого, даже если они разругаются в пух и прах… разругаются ли они? После стольких лет вместе? Это вообще возможно? Тогда, когда они понимают друг друга, как никто другой. Когда рутина для них тоже наполнена любовью, а каждый день позволяет доказать в первую очередь самому себе, что чувства не угасли, осев вечным теплом в глубине души…       А хочет ли этого сам, Источник Истины?       …       Если Чистая Ваниль хочет быть партнёром Теневого Молока…       Теневое Молоко тоже хочет навсегда оставить его рядом, остаться рядом с Чистой Ванилью…       – Ты ведь не пожалеешь об этом, правда, любовь моя? – мягко вопрошает источник Истины, даже если знает, что адекватного ответа ждать не стоит. Он дождётся предельно честного – того, что даже сам Ложное Спасение мог ещё не принять сознанием, но точно принял сердцем…       – Никогда… Я никогда не пожалею о том, что мы вместе. Я хочу тебя, Теневое Молоко. Хочу, чтобы мы навсегда остались единым целым. Всегда были рядом. Всегда были “мы” и никогда больше не оставались одни…       – Так сладостно слышать от тебя слова любви, Чистая Ваниль… Я тоже тебя люблю, мой сильный, но такой нежный цветок ванили… Чистейшее и нежнейшее его дитя…       – Теневое Молоко… – почти всхлипывает Ложное Спасение, обхватывая бёдрами ногу своего партнёра и потираясь о ту промежностью… Запах ванили становится ещё сильнее, а Источник Истины чувствует влагу…       – Потерпи немного, любовь моя. Нам нельзя так просто соединиться. Тебе будет больно.       – Пожалуйста…       – Тш-ш-ш… Я рядом, дорогой. Я помогу тебе… Я не оставлю тебя… Всегда буду рядом…       – Теневое Молоко! – Ложное Спасение вскрикивает, чувствуя, как мудрец порвал его боди внизу и коснулся пальцами горячей щели, сочащейся мутной белой начинкой с нежным сливочным вкусом и одуряющим ароматом ванили…       – Совсем немного, любовь моя… Совсем немного нужно потерпеть… – шепчет Источник Истины, касаясь губами горячего лба его возлюбленного, запрокинувшего голову и сжавшего его плечи почти до боли от совершенно новых и явно приятных ощущений… – Не сжимай ноги так сильно, иначе я не смогу тебе помочь…       – Мне жарко, – хнычуще тянет Ложное Спасение, но покорно раскрывает бёдра, позволяя пальцам раскрыть жаркое нутро, медленно поддающееся давлению на мягкие стенки прохода…       – Я знаю, любовь моя… Я знаю…       Он чувствует, что его плоть тоже уже приняла нужную форму. Теперь и ему не терпелось испытать эти ощущения, проникнуть в горячее нутро его возлюбленного и смешать их начинку и тесто…       – Потерпи немного, – шепчет он, укладывая любимого на спину и поднимая его ноги, чтобы открыть лучший доступ своему тесту к начинке Ложного Спасения… – Останови меня, если будет больно, хорошо?       – Пожалуйста, войди… – полным желания голосом тянет целитель вместо опасений и пытается ногами притянуть любимого ближе…       – Я вхожу… – больше для собственного успокоение произносит Источник Истины и толкается тестом в щель, медленно продвигаясь сквозь мягкие, но плотные стенки…       Ложное Спасение дрожит, сжимает бёдра, то ли от боли, то ли чтобы протолкнуть его глубже. Жмурится и выдыхает едва слышные стоны, но замолкает, лишь периодически приоткрывая глаза, блестящие от слёз…       – Пожалуйста, не терпи, если тебе больно…       Вместо ответа Ложное Спасение только сильнее сжимает ноги и приподнимает таз, желая вогнать тесто возлюбленного как можно глубже в свою начинку…       – Ты хочешь, чтобы мы замешали тесто?       Ложное спасение торопливо начинает кивать, поглядывая полными слёз просящими глазами. По щекам уже катятся первые капельки, однако так он выглядит ещё прекраснее, будто продолжая его странные тёмные метки на глазах, напоминающие слёзы…       – Тогда я начну. Нам нужно как следует постараться, чтобы сделать достаточно, верно?       – Сделай много теста внутри меня, Теневое Молоко. Так много, как только получится…       – Обязательно, Чистая Ваниль…       Первые толчки неровные, он не знает, как правильно двигаться, как держаться в таком положении и как вообще должен происходить процесс. Однако приловчиться оказывается несложно и он быстро набирает темп, чувствуя, как часть его теста почти сразу размякает и смешивается с начинкой его партнёра, заодно вмешивая крошки от расширившегося прохода.       Мешать нужно долго и тщательно, чтобы масса была однородной и мягкой. Его тесто может стать липким и почти текучим, но это тоже нормально, главное успеть смешать первые ингредиенты, чтобы остальная масса могла вмешиваться уже легче…       Когда мягкость становится непреодолимым препятствием для смешивания их теста, приходится оставить его тесто внутри Ложного Спасения и немного помочь руками, при этом осторожно прикрывая широко раскрытую щель. Нельзя оставить её просто так, иначе целитель не сможет её закрыть, оставив смешанное тесто дозревать внутри себя…       – Ты молодец, любовь моя… Такой хороший, послушный… Такой милый…       – Зудит… Теневое Молоко, там всё зудит… Так сильно…       – Не беспокойся, я помогу, – Источник Истины больше не проникает внутрь, тесто должно быть смешано хорошо и лишний раз тревожить щель не стоит. Поэтому он лишь осторожно поглаживает почти щекочет размякшее тесто между ног его партнёра. Совсем немного времени, и оно снова затвердеет и закроет его щель. Но похоже этот процесс не так прост. Возможно, как заживление, раз он чувствует зуд? Впрочем, главное, что без боли… – Вот так, дорогой. Спасибо тебе за этот дар, Чистая Ваниль. Я не собираюсь когда-либо тебя оставлять. Мы связаны навечно. И судьбами, и сердцами, и одним самоцветом души на двоих… Поэтому моё сердце – твоё сердце. Твоя душа – моя душа. Судьба общая. И дитя будет тоже от нас обоих…       – Теневое Молоко… Приятно… Хочу больше… Поцелуй?       Источник Истины не может сдержать нежной улыбки, исполняя пожелание своего возлюбленного. Видеть немногословного и малоэмоционального Ложное Спасение таким открытым и уязвимым было непривычно и в то же время мудрец был благодарен, что целитель соглашается показывать эту свою сторону ему. Позволяет себе быть слабым и уязвимым в его глазах. Позволяет ему защищать и оберегать себя… Только Источнику истины и никому и никогда более…       – Спи, любовь моя. Завтра нас ждёт очень спокойный и мирный день только для нас двоих… А потом нужно будет вновь заняться делом…       – Тоже спи, Теневое Молоко… Я очень… очень-очень… тебя… люблю… – Ложное Спасение едва произносит слова, всё сильнее замедляясь в сонной дымке.       – Я тоже тебя люблю, Чистая Ваниль… Ты самое лучшее, что когда-либо случалось со мной в жизни…       ***       Через два дня Ложное Спасение возвращается в больницу, проверяя свою пациентку и её спутников. Он смог спасти не только её жизнь, но и почти все конечности, только на одну руку крошек не хватило, но с этим вполне можно было научиться жить. Всего-то одна рука, тогда как она могла умереть, или как минимум лишиться всех рук и ног, оставаясь полностью недееспособной…       Впрочем, печенька ещё не проснулась, поэтому её спутники сильно беспокоились о благополучии своей подруги…       – Всё будет хорошо, Ложное Спасение – лучший целитель на всём белом свете! – успокаивает детишек-изгнанников Источник Истины, что пришёл в больницу вместе со своим любимым, не желая оставлять того одного…       Особенно после того, что они сотворили вместе…       Да и Ложное Спасение похоже ещё не осознал, что именно они сделали, пока он был поглощён эйфорией силы, ведь он редко мог вспомнить из этого времени хоть что-то сразу, только через пару-тройку дней приходили воспоминания, что каждый раз его шокировали до весьма долгого ступора… Источнику Истины было даже немного страшно от ожидания… Прерывать этот процесс и рассказывать сам он не стал, никогда так не делал, да и Ложное Спасение его об этом не просил, предпочитая вспоминать самостоятельно. Но это событие… Это не просто признание в любви или раскрытие каких-то секретов прошлого. Это слишком интимные и глубокие чувства, к которым Ложное Спасение может оказаться всё ещё не готов, несмотря на то что в глубине души у него не осталось ни единого сомнения…       – Ваша подруга в полной безопасности. И деревня тоже, я послал туда своего помощника, так что все ваши друзья будут в полном порядке, сытые и здоровые!       – В-вы правда это сделали? – восторженно вопрошает одноглазый мальчик, глядя на сияющего мудреца в светлых одеяниях будто на божество.       – Да, я ещё давно приказал отправлять в вашу деревню припасы, но, похоже, что посылки не доходили… Голубой Сапфир с этим разберётся, так что вам больше не нужно будет переживать о голоде. Мне жаль, что я не сразу заметил проблему…       – Нет всё правда в порядке! Мы получали несколько посылок пару лет назад, и они были очень хорошими! Потом правда становились всё хуже, а затем и вовсе пропали… Но главное, что они были, я точно помню! – яро пытается успокоить его девочка, чуть путаясь, но всё равно решительно сжимая кулачки и благодаря за его милость…       Несчастные дети…       Живущие в самой бедной деревеньке Хлебоземья, страдающие от ужасного пустынного климата, жары, болезней, голода, жажды… Изгнанники, что лишь в этом проклятом крае сумели найти себе пристанище, пускай и в таких ужасных условиях… Он очень хотел им помочь, но и выступать против печенек, не желающих признавать изгоев было пустым сотрясанием воздуха, те были слишком упрямы… Он пытался слишком много лет, чтобы осознавать это с кристальной ясностью…       – Идите в третью палату, Чёрный Изюм проснулась, – негромко зовёт детей Ложное Спасение, пропуская быстро бегущих к своей подруге малышей, а сам оставаясь в комнате с мудрецом.       – Она была в таком плохом состоянии?       – Мгм…       – Что-то не так? – обеспокоенно спрашивает Источник Истины, когда в ответ на вопрос Ложное Спасение только невразумительно что-то бормочет и быстро подходит к нему, смотря в пол и сжимая и разжимая пальцы. – Что случилось, дорогой? Тебя что-то тревожит?       – Почему…       – Что? “Почему”…       – Почему ты согласился на это. Почему принял моё глупое эгоистичное желание привязать к себе. Почему пошёл на поводу у моего бреда?!       – Ложное Спасение… Нет, Чистая Ваниль. Ты правда дорог мне. Дороже любой печеньки, что только можно встретить на просторах Хлебоземья и мира в целом. И я тоже эгоистично не хочу тебя отпускать. Я люблю тебя, Чистая Ваниль. Всем сердцем люблю и истинно желаю связать нас брачными и семейными узами. Я буду самым счастливым печеньем, если ты примешь меня таким, какой я есть. Если примешь то, что мы совершили позавчера…       – … Я и не собирался отказывать… Просто…       – Это ошеломляюще, я понимаю. Вероятно, мне не стоило пользоваться моментом, но… И оставить тебя я бы не смог…       – … Я понимаю… Спасибо, что замешал во мне тесто… Это… Ощущается очень тепло… Просто нужно привыкнуть к мысли…       – Что совсем скоро в нашей семье будет три печеньки, а не только мы…       – … Да… нас будет больше… Мы правда будем… семьёй…       – Да, любовь моя. Мы будем семьёй. Самой лучшей и самой крепкой… Можешь считать, что это моя тебе клятва…       – Люблю…       – Я тоже люблю тебя, дорогой.       Источник Истины нежно обнимает своего возлюбленного, усаживая его себе на колени и позволяя обнять и уткнуться носом в широкий пышный воротник, сминая нежные кружева…       Их ждёт не мало трудностей, кошмары прошлого и новые испытания в будущем. Новые знакомства и друзья, старые долги и договорённости. Но ничто не сможет разрушить их маленького мирного счастья на троих. Семьи Тёмного целителя и Великого мудреца… Смешения горькой ванили и сладкого молока…