pinch me

Стив приходит в себя посреди редкого леса, с досадой смотрит в туманное небо над головой и выдыхает, прикрывая глаза — он надеялся, что сегодня ему не придется снова бороться со смертью. Сзади тихо похрустывает трава, он оборачивается и замечает, как Сэйбл с Шерил уже крадутся к ближайшему генератору, чуть пригнувшись и с опаской оглядываясь. — Привет, — раздается совсем рядом. Леон. Стив дергается, встречаясь с ним глазами, и сердце в первый раз пропускает удар. После случая в подвале они еще ни разу не попадали на испытание вместе, чему Стив был премного благодарен — находиться рядом с Кеннеди теперь ему было физически трудно. Он словно разом откатился в гребаный пубертат, почти каждое утро просыпаясь со стояком после горячечного сна, в котором Леон раскладывал его на всех возможных поверхностях, жарко шепча на ухо то, от чего Стив готов был кончить, ни разу не притронувшись к себе. И даже дневная суета не спасала его, стоило хоть краем глаза заметить Леона где-то в лагере, как воображение услужливо подкидывало все то, что он так старательно выпинывал из гудящей головы. А шутка Леона про аптечку пару дней назад стала добивающей — Стив ощущал себя перед ним открытой книгой и был готов провалиться со стыда сквозь землю, хорошо хоть на улице было достаточно темно и Леон точно никак не мог заметить его горящие уши. — Иди сразу в мейн, хорошо? — его голос доносится как из-под воды, Стив промаргивается и дергает головой, возвращаясь в реальность. Леон смотрит на него, будто мысли читает, слова застревают у Стива в горле, и он только коротко кивает в ответ, поспешно отворачиваясь. Делает пару шагов, чувствуя прожигающий спину взгляд, осматривается, и маячащие впереди в свете софитов манекены быстро дают понять — на этот раз Сущность закинула их на Лесную опушку. Он покрепче перехватывает в руке фонарь, хотя, признаться честно, настроение у него сейчас отнюдь не боевое, и идет вперед. Сейбл догоняет его у самой лестницы и они вместе садятся за центральный генератор. Стив машинально оглядывается по сторонам, когда замечает вдалеке между стволов знакомый вырвиглазно-желтый плащ — и сердце пропускает удар во второй раз, а из тела как будто исчезают все кости. И с этого момента все идет по пизде. Проверку реакции он пройти просто не в состоянии, Сейбл косится на него, поджимая губы и не решаясь открыто выругаться, но ее прищуренные глаза и так дают понять, что она о нем думает. Трикстер, привлеченный взрывом, ожидаемо сворачивает в их сторону, и Стив позорно ретируется, оставляя Сейбл одну. Впрочем, убежать далеко совесть ему не позволяет, он присаживается за ближайшим большим ящиком и следит, как она умело уворачивается от уже летящих в ее сторону ножей, каждый раз за секунду до скрываясь за поворотами. Отлично, тут его помощь не требуется. Он перетягивается с мейна на свет ближайшего заводящегося генератора и чуть замедляется в нерешительности, увидев знакомую светлую макушку. Леон поворачивается на звук шагов, поднимает голову, и от взгляда его голубых глаз снизу вверх у Стива что-то обрывается внутри. — Налюбовался? Садись уже. Сука. Он послушно опускается рядом, сжимает в пальцах тонкие искрящиеся провода, концентрируя все свое внимание на них, но спустя всего несколько секунд снова благополучно проебывается. — Сосредоточься, пожалуйста, — говорит Леон тихо, почти вкрадчиво, Стива окатывает горячей волной от затылка до самого копчика — он не столько слышит, сколько чувствует усмешку в его словах. — Отвали. — Зачем же так грубо? — Леон скашивает на него лукавый взгляд, одновременно с легкостью справляясь с генератором. — Ты так и не понял, что со мной лучше поласковей? Это звучит, как дешевый подкат, но дыхание все равно сбивается, а в животе дергает. Если так пойдет и дальше, то он накинется на Леона прямо тут, не то ударить, не то поцеловать, он еще не решил. И пусть хоть на месте убивают. — Ты уже видел его? — спрашивает Стив в попытке отвлечься от снующих в голове образов. — Да, — отвечает Леон коротко. — И что ты об этом думаешь? — А что я должен об этом думать? Стив запинается, ожидаемо не находясь с ответом, и уже успевает пожалеть, что вообще завел этот разговор. — Зато я, кажется, знаю, что об этом думаешь ты, — прерывая затянувшуюся паузу, с показательным хладнокровием добавляет Леон. Блять. От смерти со стыда Стива спасает внезапно заинтересовавшийся их генератором Трикстер, и они, как мыши, разбегаются в разные стороны. Стив перетягивается в ближайшую конструкцию, облокачивается на коробку, пытаясь восстановить дыхание и хоть как-то собраться с мыслями. Но уже слишком поздно — Трикстер выплывает из-за угла, зажав ножи между пальцами, с ухмылкой выплевывает что-то на корейском, и в следующую секунду первый предупредительный нож просвистывает в миллиметре от уха и с лязгом отскакивает от стены. Стив срывается с места и бежит к пятачку с палетами, то и дело пригибаясь в страхе поймать нож в спину, но укрытие из небрежно наваленных ящиков такое себе, так что он перетягивается все дальше и дальше, пока не оказывается снова в мейне. Они кружат вокруг длинного стола на первом этаже, Стив приседает за палетой, стараясь не получить в глаз, прикрывает голову ладонями, но ножи летят мимо, только пару раз рикошетом задев плечо и бок, так, будто Трикстер особо и не старается. Ведь если бы он действительно хотел, Стив давно уже лежал бы лицом в пол, стеная от боли и проклиная собственную неуклюжесть. Последний нож пролетает в опасной близости от лица, лишь слегка рассекая лоб, и Стив снова пускается в бег, считая секунды до того момента, когда его уложат на землю битой, но время идет — и ничего не происходит. Он бежит, уже порядком запыхавшийся, боясь лишний раз обернуться, но звуки тяжелых берцев быстро стихают. Его явно не преследуют. Стив сворачивает за широким раскидистым деревом, буквально падая на замлю от усталости, проводит рукой по взмокшему лбу, растирая свежую кровь, и оглядывается еще раз — никого. Бросил? Может, снова не планирует убивать их? Может… Сзади раздаются тихие быстрые шаги — к нему подбегает раненная Сейбл, присаживается, терпеливо ожидая, пока он ее подлатает, и по брошенному вскользь взгляду Стиву кажется, что она знает, о чем он тут только что думал. Ну, или по крайней мере догадывается, что что-то идет не так. Они не впервые в одной команде, и Сейбл не может не помнить, что именно его почти всегда выщелкивают из обоймы первым, с его-то хроническим невезением. Он трясет волосами, наклонив голову и пряча стыд в глазах, напоследок молча кивает ей и с показательной сосредоточенностью уходит на поиски еще не заведенного генератора. Уйти далеко у него не выходит — он замечает две знакомые фигуры, кружащиеся вокруг одной из конструкций. Трикстер, кажется, даже не достает ножи — просто бегает за мелькающим между стен Леоном, медленно, но верно сокращая дистанцию, и Стив готов поклясться, что его глаза горят не обычным азартом от погони, который он видел на лицах всех без исключения убийц. Нет, это что-то другое, схожее с непомерным голодом, заставляющее крупицу ревности поселиться где-то под ребрами. Когда Леон все-таки с криком падает на землю, Стив уже выглядывает из-за ближайшего камня, до боли сжимая во вспотевшей ладони фонарь. Однако Трикстер предусмотрительно отворачивается к стене, поднимает обмякшее тело, придерживая за бедро, и уверенно несет к ближайшему крюку. Стив продолжает сидеть в своем укрытии — раз уж он не смог помочь ему избежать повеса, так по крайней мере поскорее снимет. Трикстер вешает Леона, делает пару шагов назад, с довольной ухмылкой и как будто бы слишком долго оглядывая результат своей охоты, разворачивается на пятках и смотрит прямо на Стива, уже начавшего медленно выползать из-за камня. По спине прокатывается волна не то холода, не то жара, и Стив уже готов снова сорваться с места, но тот только вскидывает подбородок и прищуривается, медленно покачивая тяжелой битой, и уходит в совершенно другом направлении. Да блять же. Это действительно происходит. Снова. Ну, или собирается произойти. По спине бегут мурашки, Стив нервно встряхивается, на негнущихся ногах подходит к Леону, снимает с крюка и судорожно сглатывает, когда в попытке удержать равновесие тот всем весом валится на него, опаляя шею шумным выдохом. — Он видел тебя? — спрашивает Леон, пока Стив латает его, стараясь не выдать дрожь в пальцах. — Д-да, — сипло отвечает он. Леон поднимает на него глаза, смотрит пристально и почти осязаемо, пока Стив наконец не осмеливается встретиться с ним взглядом — и они понимают друг друга без слов. И оба замирают на месте, будто не зная, что делать дальше. Стив машинально облизывает пересохшие губы — голубые глаза сразу скашиваются на них, Леон шумно сглатывает и, кажется, уже тянется к нему, когда совсем рядом раздается пронзительный крик Шерил, а сверху прямо из неба появляются длинные хитиновые лапы Сущности. Они отскакивают друг от друга, как ошпаренные, и бегут к последнему не заведенному генератору, благо, он всего в нескольких метрах от них. Но добежать они не успевают — всего через несколько секунд раздается еще один душераздирающий крик и Сейбл возвращается в лагерь вслед за подругой. Стив останавливается на месте, как вкопанный. Все. Их осталось двое. Нет, трое. Вокруг — почти полная тишина, не считая тихого шелеста листьев и собственного сердцебиения в ушах. Предвкушение, которое ему до этого момента как-то удавалось подавлять, наконец выплескивается эндорфином в кровь, и он едва сдерживает себя, чтобы не наброситься на остановившегося позади Леона прямо здесь и сейчас. Он где-то ждет их, Стив знает. И даже догадывается, где именно. Он оглядывается на Леона, и тот как будто хочет что-то сказать, наклоняет голову чуть вбок, пристально глядя в глаза, но одергивает себя и просто кивает в сторону командного пункта. Галантно пропускает Стива вперед, не удосужившись даже спрятать ухмылку, и Стив так и слышит почти сорвавшееся с его губ “дамы вперед”. Кажется, даже первый осознанный просмотр порно не был настолько волнующим, как то, что происходит сейчас. В животе сладко сводит, кончики пальцев покалывает, а дыхание сбивается окончательно. Они находят Трикстера на втором этаже мейна возле самой лестницы, небрежно присевшего на перила и закинувшего биту на одно плечо. Он смотрит на них — дикий блеск в прищуренных глазах видно даже отсюда. Стив стряхивает вновь набежавшие мурашки, шумно сглатывает и как завороженный поднимается наверх, и за каждую ступень его сердце успевает ударить дважды. Трикстер медленно пятится назад, в комнату, с явным удовольствием разглядывая их напряженные лица, и с комфортом усаживается на покрытую лаком столешницу. Небрежно смахивает стоящую рядом вазу с фруктами — та падает на пол где-то позади стола и со звоном разбивается на десятки осколков — и укладывает на ее место биту, а потом подхватывает стоящую рядом бутылку, делает несколько глотков прямо из горла и сыто облизывается. Все это время они мнутся возле двери, как школьники, впервые решившиеся уединиться. Трикстер почти ласково ухмыляется, наблюдая за их явной неловкостью, склоняет голову вправо, в сторону широченной кровати с темным покрывалом, призывно дергает бровью, и Стив чуть не падает на пол — это явное разрешение ментально бьет прямо в поддых. Он поворачивается к Леону — тот и сам будто еле держится на ногах. Проводит рукой по взмокшей шее, взъерошивает затылок, бросая на Стива вполне читаемый взгляд. Последняя ниточка самоконтроля рвется, и Стив набрасывается на него, вжимает в стену и припечатывает скорее укусом, чем поцелуем. Сразу проталкивает язык между губ и судорожно выстанывает ему в рот, когда Леон, в секунду спохватившись, сильными руками прижимает его за бедра к себе. Его стояк почти каменный, и у Стива голова идет кругом от осознания, что не он один последние несколько минут с таким трудом держал себя в руках. Воздух в легких быстро заканчивается — они буквально пожирают друг друга, едва не стукаясь зубами, путаются в руках и ногах в попытках прижаться теснее. Леон обжигающе горячий даже сквозь одежду, Стив одурело тычется лицом ему в шею, губами находя бешено бьющуюся под кожей венку, присасывается прямо под ухом, и тот чуть не роняет их обоих прямо на пол, навалившись всем телом. — Так заводит, когда смотрят? — с ухмылкой спрашивает Леон, широко оглаживая ладонями его задницу. — Боже, з-заткнись, — шепчет Стив со стоном, сам удивляясь, как быстро теряет всю свою строптивость, стоит только горячим пальцам проскользнуть под футболку, царапая поясницу до вздувающихся розовых полос. Он нетерпеливо толкает Леона на кровать и валится следом, придавливая всем весом. Мокро целует, прихватывая его язык зубами, и попутно пытается раздеть одновременно и себя, и его, под насмешливое “тише, тише” путается дрожащими пальцами в пуговицах и, хотя кажется, что больше уже некуда, заводится от всего этого еще сильнее. После пары минут возни вся одежда вместе со смятым в процессе покрывалом неровной кучей валится у кровати. Стив прикусывает губу от крышесносного ощущения кожи к коже, от жара, от самой возможности гладить, мять и царапать его. В прошлый раз у него не было даже шанса дотронуться до Леона, все, что ему оставалось — дергать затекшими руками в непроизвольных попытках освободиться, податливо изгибаться на каждое прикосновение и пожирать его глазами, хотя в полутьме подвала это было практически невозможно. И вот теперь Леон весь — в его власти. Эта мысль напрочь отключает мозги, и, не давая опомниться, Стив прижимает его за плечи к кровати и седлает бедра. Пристраивается на нем, проезжаясь ягодицами по члену, сплевывает на ладонь и заводит руку за спину, обхватывая его у основания. Бедра мелко подрагивают, когда он, неловко пыхтя, пытается насадиться, но Леон перехватывает его руку и заваливает на себя, заставляя упасть на грудь. — Не все так просто, ковбой, — очередная усмешка в губы отдается горячей искрой прямо под кожей. Никаких сил на сопротивление уже не осталось, Стив сбито дышит ему в шею, потираясь зажатым между их телами членом, вцепляется пальцами в плечи и крупно вздрагивает, когда Леон медленно проталкивает в него два пальца. Стив тихо поскуливает от нетерпения, но тот все равно замирает на пару секунд, давая время привыкнуть, и только потом на пробу двигает ими внутри. Поза неудобная, пальцы входят едва-едва, и Стив дергает бедрами ему навстречу, пытаясь насадиться глубже, кусает за ухо, и терпение Леона наконец тоже иссякает — он ускоряется, сразу протискивая третий палец. Но им обоим этого все еще до одурения мало. Стив взрыкивает почти по-животному, выпутываясь из горячей, но все еще слишком осторожной хватки, одной рукой опирается Леону на грудь, приподнимаясь, а второй снова обхватывает его член и направляет в себя. И опускается на него разом по самое основание с громким шлепком. Под закрытыми веками яркими пятнами вспыхивает фейерверк, он протяжно, почти облегченно стонет, закусывая губу. Боли совсем нет, есть только затапливающее все тело наслаждение и бьющее в висках “наконец-то”. То, что полностью занимало его мысли весь последний месяц и чего он желал до сводящих от постоянной дрочки пальцев, наконец-то свершилось. Леон, растрепанный и запыхавшийся, с россыпью свежих засосов на шее и раскрасневшимися скулами, со смесью ужаса и восторга глядящий на него из-под пушистых ресниц своими проклятыми глазами цвета ебаных незабудок в утренней росе — просто, нахрен, воплощенная мечта. Дрожь бьет прямо в яйца, член дергается, влажно шлепая по животу, и Стив поспешно сжимает себя у основания, со стыдом осознавая, что чуть не кончил от одного только вида под собой. И Леон, конечно же, не мог этого не заметить. Растерянное выражение сменяется широкой улыбкой, почти что оскалом, а взгляд тяжелеет, наполняясь чем-то, чего Стив у него раньше никогда не видел. Но зато видел совсем недавно здесь — у Трикстера. Сильные руки хватают Стива за бедра, чуть приподнимая, и Леон сам задает темп — плавно толкается внутрь по самое основание, выбивая из него несдержанные всхлипы. Это точно совсем не то, что баловаться с собственными пальцами, ночами ерзая на своей узкой кровати, облизывая в кровь искусанные губы и пытаясь подобрать правильный угол и хотя бы на миг снова ощутить это крышесносное чувство абсолютной заполненности — в голове плывет, а член почти болезненно пульсирует. За спиной вдруг раздается тяжелый стук — бита падает на пол, откатывается куда-то в сторону, следом шелестит опустившийся на стол кожаный плащ, и сердце Стива уходит в пятки от приближающихся сзади медленных тяжелых шагов. Он так увлекся, что почти забыл, что они тут не одни — и уровень адреналина снова подскакивает до предела. Трикстер подходит совсем близко, оценивающе смотрит на них сверху — Стив чувствует прожигающий пристальный взгляд и невольно замирает, тяжело дыша. Леона же его приближение, кажется, нисколько не пугает, он только шумно выдыхает, поудобнее перехватывая его взмокшие бедра, и снова входит на всю длину. Трикстер опускается позади Стива, прижимаясь горячей грудью к спине и обжигая лопатки контрастно ледяными металлическими цепями. Затылок опаляет хриплое дыхание, и ему бы беспомощно застыть, как положено добыче перед охотником, но каждое движение Леона под ним отдается такой волной удовольствия по пояснице, что он жмурится и бездумно прижимается еще теснее, поворачивая голову вбок в слепой попытке найти его губы. Поцелуй получается смазанным, Трикстер быстро отстраняется, прикусив напоследок, и вплетается пальцами в волосы на затылке. Чуть оттягивает пряди назад и почти до боли плотно стягивает их в кулак, вынуждая запрокинуть голову назад. Он обхватывает второй рукой его член, пару раз мучительно медленно, дразняще проводит по всей длине, поднимается к головке, обводя ее по кругу пальцами, и снова кольцом опускается вниз, к самому основанию. Стив подается вперед, пытаясь самостоятельно толкнуться в его ладонь, но хватка в волосах усиливается, Трикстер что-то тихо шипит ему на ухо и поворачивает голову на себя, заставляя смотреть в глаза. Стив проваливается в золотистый омут, на дне которого — сплошное неконтролируемое безумие. Естественный животный страх перед ним так остро граничит с непреодолимым животным же возбуждением, что Стив снова едва не кончает — спасает только вовремя исчезнувшая с члена рука. Трикстер одобрительно хмыкает ему на ухо, пока его горячая ладонь медленно ползет по вздымающемуся животу вверх. Оглаживает свежие взбухшие царапины, задевает сосок, замирает прямо посередине груди, там, где бешено колотится сердце, потом слегка сдавливает шею, заставляя на миг потерять дыхание, и наконец останавливается на губах. Леон под ним снова ускоряет темп, и Стив с задушенным стоном податливо открывает рот. Вкус металла и собственной смазки наполняет рот, кровавые пальцы проскальзывают внутрь, гладят изнанку щек, обводят ряд зубов, слегка обхватывают язык, царапая ногтями, заползают еще глубже, едва не заставляя его поперхнуться, а потом вдруг пропадают. Трикстер отстраняется, и Стив осоловело оглядывается за спину, ожидая и одновременно боясь того, что сейчас должно произойти. Он с готовностью прогибается в спине, чувствуя опустившуюся на поясницу ладонь, но внезапно Леон под ним дергается в судорожном “блядь” и распахивает глаза. Осознание приходит почти мгновенно, Стиву даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, что там происходит, по сведенным бровям Леона, его растерянному взгляду и сбившемуся дыханию сквозь зубы все и так понятно. Он опускает одну руку назад, нащупывая ладонь Трикстера — тот уже по-хозяйски растягивает Леона двумя пальцами. И Стив каким-то эмпатическим чутьем улавливает и — внезапно для самого себя — перенимает его настроение, собственное возбуждение отходит на второй план, он крепче сжимает руку Трикстера, пытаясь самостоятельно задать ему темп, и не отрываясь следит за Леоном, ловя мельчайшие изменения на лице. Когда Леон, кажется, немного привыкает, расслабляя наконец брови и запрокидывая голову, Трикстер сплевывает себе на ладонь и пристраивается поудобнее, разводя ноги Леона шире. Ладонь снова опускается Стиву на поясницу, вынуждая сильнее наклониться вперед, и он послушно опускается Леону на грудь. Впивается поцелуем, буквально вылизывая его рот, и, когда Трикстер, не церемонясь, сразу начинает двигаться, ловит губами первый громкий стон. Стив отстраняется и снова вперивается в Леона глазами, и калейдоскоп эмоций на его лице — самое сексуальное, что Стив видел за всю свою жизнь. Он словно полностью теряет контроль, язык влажно поблескивает между полуоткрытыми губами, краснота со скул расползается по всему лицу, он мучительно жмурится и громко выстанывает, гораздо выше, чем прежде, заламывает пальцы, сжимая до белых костяшек одеяло, и, кажется, окончательно теряет связь с реальностью. От нарастающего темпа Трикстера Стив чуть не теряет равновесие, заваливаясь на него сверху. — Знаешь… — прерывисто шепчет он, наклоняясь к раскрасневшемуся уху. — У тебя тоже хороший голос, когда не сдерживаешься. Леон только сдавленно рычит и мстительно щиплет его за бедро, но сил на ответную колкость у него не хватает. Зажатый под ним, он не может даже пошевелиться, поэтому Стив, несмотря на неудобную позу и почти онемевшие от напряжения ноги, старательно продолжает насаживаться сам, быстро находя с Трикстером единый темп и заставляя Леона заходиться в совсем уж неприличных стонах. Трикстер ускоряется, все размашистее двигая бедрами, и Стив, направляемый его рукой между лопаток, пытается ускориться тоже. Надолго их не хватает — Леон крупно вздрагивает, заламывая брови и изгибаясь дугой, протяжно, почти вымученно стонет на одной ноте, и Стив, последние несколько минут еле сдерживавший себя, наконец позволяет себе кончить, упав Леону прямо на испачканную грудь. На миг он, кажется, полностью отключается. Он приходит в себя лицом к лицу с Леоном — его ноздри мелко подрагивают от тяжелого дыхания, морщинка между бровей наконец разгладилась, глаза закрыты — и, не сдержавшись, коротко целует его в искусанные губы. Леон в ответ слабо улыбается, кладет ладонь ему на загривок, начиная медленно поглаживать, и Стива затапливает какая-то неожиданная, кажущаяся совсем неуместной сейчас нежность. Сзади звенит пряжка ремня, отвлекая их, и Стив откатывается на спину, наконец выпрямляя затекшие ноги, и из-под полуприкрытых век наблюдает за Трикстером. Тот разминается, расправляя худые плечи, поднимает укатившуюся к стойке биту и бросает на них нечитаемый взгляд. Стив бы испугался, не будь ему уже так похуй на все — в заднице до сих пор приятно пульсирует, а дыхание все никак не хочет выравниваться. Но умирать им сегодня, видимо, снова не придется — Трикстер подходит к винному шкафу и через секунду по всей комнате летят мелкие осколки битого стекла. Он пару секунд оценивающе смотрит на полки, будто действительно знает толк в хорошем вине, достает две бутылки и щедро кидает одну им, едва не попав Стиву по коленке. — Хак Чиун, бтв, — расслабленно мурлычет Трикстер, сворачивая пробку. — Сигаретку бы. У вас нет? А бар у них — полное дерьмище. — Ущипни меня, — едва слышно шепчет Стиву враз побледневший Леон.