Бесповоротная встреча ★

/Вечер уже давно перевалил за полночь, когда Макс остался один в пустом переулке у круглосуточной кофейни. Голоса прохожих стихли, фонари лили желтоватый свет на мокрый после недавнего дождя асфальт. Макс прижался к стене спиной, чувствуя холодок кирпича через тонкую куртку. Его светлая кожа в свете фонарей казалась почти розовой, а короткие фиолетовые волосы с зачёсом налево переливались — то розовым, то зелёным. Он переводил дух в гордом одиночестве, пока не почувствовал, как его взяли за руку. В фиолетовых глазах на миг вспыхнула паника, пока не нашли виновника торжества. Это был Конни, яркий, как вывеска, с неоново-зелёными прядями, торчащими вверх и в стороны, с огромными зелёно-бирюзовыми глазами — стоял, прислонившись плечом к стене, и улыбался. Конни сделал шаг вперёд, сокращая расстояние. Прижал Макса чуть ближе к стене — не грубо, а так, чтобы тот почувствовал тепло его тела. Вдохнул запах чужого шампуня./ — Макс, —голос у Конни низкий, но чуть игривый.— Не против сходить ко мне на ночёвку? Попьём чаю, поговорим о наших проблемах. /Макс моргнул. Его фиолетовые глаза расширились — в них мелькнуло удивление, смешанное с робкой надеждой. Он давно хотел кому-то выговориться. Всё накипело: работа, домашняя неразбериха, вечное чувство, что его никто не слушает. А Конни, он надёжный, яркий — всегда казался тем, кто сможет понять./ — Ээм.. Я не против, думаю, —тихо ответил Макс, покусывая губу.— Я могу тебе высказаться? — Тогда пошли. —Конни улыбнулся. Мягко, почти по-детски, и уголки его бирюзовых глаз собрались в лучики. /Он взял Макса за руку — нежно, но уверенно, переплёл их пальцы. Ладонь у Конни была тёплой и сухой, а у Макса — чуть влажной от волнения. Зеленоволосый потянул парня за собой, и они пошли по тихой улице, освещённой редкими огнями фонарей. Макс почти бежал рядом, иногда спотыкаясь о трещины на асфальте./ — Конни, послушай... —начал он, когда они завернули за угол.— Ты правда выслушаешь меня, да? — Да, да, выслушаю и поддержу. —Конни сжал его руку крепче.— Обещаю. /Макс выдохнул — шумно, облегчённо. Где-то внутри оттаял комок, который он носил в себе неделями./ — Спасибо тебе большое, —прошептал он.— Ты правда помогаешь мне. /Они дошли до дома Конни — старой хрущёвки с облупившейся краской на подъезде, но внутри квартира оказалась уютной, даже стильной. Неоновая подсветка под потолком, мягкий диван, полки с книгами и фигурками. Конни помог Максу разуться, бросил куртки на кресло и указал на кухню./ — Проходи, садись. —Парень кивком указал за стол и отошёл в сторону кухни.— Я заварю чай. /Макс сел за маленький деревянный стол, поджав под себя ноги. Он смотрел, как Конни возится у плиты: чайник, две кружки, заварка. Тот двигался неторопливо, напевая что-то себе под нос. Макс не видел, как Конни, прикрываясь корпусом чайника, бросил в одну из кружек маленькую таблетку — виагру, которую нашёл в аптечке «на всякий случай». Секунда — и порошок растворился в горячей жидкости, не оставив ни цвета, ни запаха, только лёгкое помутнение. Конни поставил перед Максом кружку чая — крепкого, тёмного, с ложкой мёда. Себе взял аналогичный./ — Пей, рассказывай. —Он сел напротив парня, подперев голову рукой, выражая всем своим видом, что готов слушать. /Макс сделал первый глоток. Чай был горячим, терпким. Второй глоток — уже не чувствуя вкуса. Третий — и мир начал меняться. Сначала просто закружилась голова. Макс подумал: «С непривычки, давно не пил горячее». Но через пару секунд ощущение усилилось. Сердце забилось быстрее, грудь сдавило непонятным жаром. Он поставил кружку, увидел, как дрожат его пальцы./ — Конни... —Позвал он голосом, который вдруг сел. /Мир поплыл, как акварель под дождём. Очертания кухни размылись, фокус ушёл. Голова была приятно пустой и одновременно тяжёлой. По рукам, по ногам, по позвоночнику прошла мелкая, электризующая дрожь. И ещё — странное, жадное тепло внизу живота. Желание, которое возникло из ниоткуда, ударило с такой силой, что Макс едва не охнул. Он поднял фиолетовые глаза, влажные, растерянные. Конни медленно обошёл стол. В его зелёно-бирюзовом взгляде читалось что-то первобытное — хищное, но не злое. Он подошёл сзади, положил руки на плечи Макса, начал массировать, спускаясь к груди. А потом, ловко подхватил на руки обмякшее тело и понёс в комнату на кровать. Уложив его на простыни, принялся раздевать, сцеловывая каждый участок тела. Конни навис над Максом, опираясь на руки, и медленно, очень медленно провёл носом от его ключицы вниз по груди. Вдыхал его запах — смесь дождя, табака и чего то сладкого.. Макс выгнулся дугой, когда нос Конни коснулся низа живота. Всё тело превратилось в один сплошной нерв — каждое дыхание, каждое дуновение отзывалось диким желанием. Но он всё ещё пытался собрать остатки разума в кулак./ — Ты меня... Накачал... —Прошептал он, и в голосе прорезались слёзы. Не от страха, от какого-то странного облегчения. Словно его наконец вынули из клетки, где он сидел годами. — Да, —кивнул Конни, целуя его в живот.— И сделаю с тобой всё, что захочу. А ты будешь благодарен. Потому что потом, когда таблетка выветрится, ты поймёшь: это лучшее, что с тобой случалось. — Уверен? —Макс глотнул воздуха. — Абсолютно, —Конни накрыл его губы своими, грубо, жадно. /Этот поцелуй не был нежным. Он был мокрым, властным, языком Конни вторгся в рот Макса, заставляя того отвечать, и Макс отвечал — потому что тело не слушалось приказов мозга, потому что внутри всё горело, и единственным источником прохлады были губы Конни. Они целовались долго, пока Макс не начал задыхаться. Конни отстранился, оставляя между ними тонкую нить слюны, и усмехнулся./ — Уже хочешь, да? —На губах расцвела довольная ухмылка.— Вижу по глазам. /Подготовка заняла несколько минут. Конни был опытен, его пальцы знали, что делать: сначала аккуратно, по одному, смазывая, растягивая, следя за каждым вздохом Макса. Тот сначала закусывал губу, шипел, но, когда Конни нашёл простату — выгнулся и застонал так громко, что, наверное соседи могли услышать./ — Тихо-тихо, —прошептал Конни, но Максу было уже всё равно. /Мир превратился в ощущения. Тело — в инструмент. Конни добавил третий палец, и Макс всхлипнул, но не от боли — от остроты./ — Хватит, —выдохнул он.— Давай уже. /Конни хихикнул, вошёл медленно, дюйм за дюймом, давая Максу время привыкнуть, и тот смотрел на него, не моргая, ловил каждое движение зелёного взгляда. Они не целовались сейчас — просто дышали друг другом. Когда он погрузился до конца, Макс выдохнул — протяжно, с облегчением, словно наконец сделал то, чего ждал всю жизнь. Движения были спокойные, плавные, постепенно набирающие скорость. С каждым толчком стоны Макса становились громче, откровеннее. Он уже не сдерживался, выгибал спину, подставляясь, ловя каждое движение. Конни одной рукой придерживал его за бедро, а второй гладил по позвоночнику, проводил носом — от поясницы до шеи, вдыхая его запах./ — Как же ты меня возбуждаешь, —прорычал Конни, ускоряясь. /Удары стали жёстче, глубже. Макс кричал уже в голос, царапал подушку, называл Конни по имени вперемешку с матом. Конни сменил угол — попал в простату — и Макса словно ударило током. Он кончил, не дотрагиваясь до себя, с громким, разрывающим тишину стоном, содрогаясь и сжимая вокруг Конни. Зеленоглазый сделал ещё несколько толчков и излился следом, уткнувшись лицом в шею Макса, тяжело дыша. Они лежали, мокрые, уставшие, переплетённые. Конни первым пришёл в себя, сходил за полотенцем, вытер Макса, потом себя. Укрыл парня одеялом, прижал к груди./ — Всё прошло, —прошептал он.— Всё хорошо. /Макс молчал долго. Смотрел в стену, переваривая случившееся. Дрожь ушла, сознание прояснилось. И на смену страху пришло странное, тёплое чувство. Его никто никогда так не хотел. Никто так не заботился после./ — Конни, —тихо сказал он, поворачиваясь.— Ты... это... специально? — Да. —Вздохнул зеленоглазый, взяв его за руку.— Но я не жалею. И если ты захочешь уйти - я пойму. /Макс посмотрел на него долгим взглядом — фиолетовый в зелёно-бирюзовый, и улыбнулся, впервые за этот долгий вечер./ — Дурак. Я никуда не уйду. Только... предупреждай в следующий раз. И чай больше не предлагай, ладно? — Договорились. —Конни рассмеялся, притянул его к себе, поцеловал в макушку.— Тогда можно считать, что мы теперь встречаемся? — Да, —Ответил Макс и закрыл глаза, засыпая на чужом плече. /С тех пор они не расставались. И чай всегда заваривали вместе — честно, без добавок./