Изуродованный мир

      Поглощенное чёрным пеплом и пылью, небо утопало в росчерках зенитных орудий.       Эскадрильи грохочут в небе, осыпая изуродованную землю кассетными бомбами.       Разрывающиеся в ритм канонадам, фугасные и химические снаряды потрошат укрепления, и отравляют извечные окопы.       Ресурс, натягивающий на себя изветшалые противогазы, нервно закручивая отсыревшие фильтры. Несколько тысяч тел были разорваны на фарш, окрашивая окопы в ярко красные реки. Части их тел, разорванные на ошметки органы и конечности, никогда не будут погребены с почтением. Разрушенные стены окопов, поддерживаемые невесть откуда добытыми трухлыми брёвнами, рассыпаються от взрывов, отрезая ещё несколько сотен людей от сети траншей, обрекая их на голод. Ибо никто не станет выходить из окопов.       Под свистящие снаряды и вопли раненых, проносят конвоем прямиком через траншеи снабжение. Закрытые в масках полевые медики, призванные спасать жизни, неторопливо шагают, лишая изувеченных солдат мучений с помощью штык ножа. Очередное сердце пронзается, с его обладателя тотчас стягивают остатки ткани и формы все, кто есть поблизости. Особо проворные руки первыми вытаскивают два патрона калибром 7,62. Живым нужнее.       Пропущенное зенитными расчетами звено открывает створки бомбовых отсеков, извергая десятки авиа-бомб. С узнаваемым свистом падают снаряды, ударяясь об землю. Десяток из них не детонирует, навечно оставшись лежать в мертвой земле. Остальные же разрываются смертоносным грохотом. Всё что находилось здесь ранее, похоронено на вечность. Под выжженой почвой, под обломками укреплений, под неразорвавшимися снарядами. Могила, простирающаяся до горизонта, и дальше.

Если бы мы знали, что всё может стать хуже...

      Рёв реактивных двигателей. Все знали этот звук. Все знали, что грядёт за ним. И никто не надеялся выжить.       На рядовой авиации их никогда не использовали. Только то, что должно любой ценой достигнуть передовой как можно скорее, было оснащено реактивными двигателями. Только то, что принесёт смерть, не сравнимую ни с чем.       Единственный транспортно-десантный самолёт стремительно летел в сопровождении трёх истребителей. Увешанные новейшими средствами уничтожения противников, любой ценой они защитят транспортник. Недавно полученные наработки противника были выкрадены при осаде Трота. Корпуса закрепленных под крыльями управляемых ракет класса воздух-воздух ближнего действия, с инфракрасным наведением, поблескивали от тех крох солнечных лучей, что пробивались сквозь вечную пелену пепла, пыли и сажи       Транспортник достиг своей цели. Прямо над окопом, входившим в крупнейшую сеть траншей в этой части фронта, створки распахнулись. Прозвучал хлопок, сработал вышибной заряд.       И устремился вниз десантный модуль.       Вбившись в землю прямо в окопе, поднялись клубы пыли, и обрушились подпорные балки, раздавленные в щепки. Ещё один пороховой заряд успешно отработал, вышибая одну из панелей трёхметровой десантной капсулы.       На мгновение повисла мёртвая тишина.       Но почти сразу она растворилась в жужжащем звуке раскручивающихся стволов.       Вспышка. Ещё одна. Третья. Каждый последующий выстрел был быстрее предыдущего, затопляя окопы градом из свинца. Всполохи выстрелов на краткие мгновения освещали то, что находилось внутри. Огромная, выше двух с половиной метров, машина. Машина войны. Огромный, ростовой башенный щит. Грязный белый купол на месте головы, со множеством одинаково бездушных линз. Сухое обозначение ЧТ-01 на стальном наплечье.       Со скрежетом шарниров и гулом гидравлики, громоздкий механизм делает шаг. Ступившая на дно окопа металлическая нога крошит уложенные деревянные доски. С каждым шагом машина выходит из тени десантного модуля. Огромное, массивное туловище, обшито трёхслойной бронёй. Пять соединенных стволов совершают больше сотни оборотов в секунду, раскаляясь до красна на грани плавления.       Мерно шагая вперёд, закрывая своё туловище ростовым щитом, машина продвигается вперёд. С каждым шагом поднимается пыль, давятся в щепки и труху доски. С каждым шагом десятки разумных перестают дышать. Их лёгкие разрываются в фарш снарядами 14,5 мм. Рёбра крошатся в пыль, мышцы рвутся, внутренние органы перемалываются в месиво из плоти, артерии изливаются кровью.       Услышавшие издалека смерть, идущую в их сторону, бегут. Отчаянные попытки спастись. В панике выкарабкивающиеся из траншей беглецы мгновенно скашиваются пулемётными очередями. Бегущие в противоположную сторону теряют надежду на жизнь, когда тяжелые шаги вперемешку с гидравлическим гулом, раздаются прямо за их спинами.

Если бы мы знали, что нас ждёт дальше...

      В окровавленных, покрытых мясным налётом окопах, с грохотом, скрежетом и треском, некогда смертоносная машина, рухнула на землю. Поднялась пыль, раздавились в щепки ящики и деревянные подпоры. Машина, что принесла смерть десятку тысячам разумных, покоится на мёртвой земле. Тишину разбавляют лишь очереди пулемётов, и периодически разрывающиеся артиллерийские снаряды.       Воплощение войны истощенно. Закончилось топливо. Открыв крышку гроба, висящего у него на спине, обнаружиться лишь иссохший, обескровленный человеческий труп. Кабеля и трубки вплетены в него по всему телу. Разворошенная грудная клетка, изуродованная помпами, трубами и проводами. Торчащие из черепа стержни, которыми тело приковано к стенам гроба.       Навечно забытая груда стали. Никто не будет вытаскивать её отсюда. Проще сделать новую. Глубоко в тылу, десятки промышленных городов добывают металлы, поддерживают работу домен, сваривают детали корпусов, отливают заготовки. Десятки тысяч тонн угля добываются для того, чтобы сжечь его. Тысячи тонн чугуна и стали отливают ежечасно, лишь для того чтобы оно превратилось в груду металлолома на фронте. Ресурсы всего мира истощаются, чтобы поддерживать не смолкающие ни на секунду канонады. Мир умирает, чтобы продолжать извечную войну, более двух сотен лет подряд, без единого дня тишины.       Где-то глубоко, в засекреченных цехах засекреченного города, на каркас, высотою в 572 метра, монтируют реактор. Навариваются листы брони. Проверяется работа резервных систем, завершается установка генератора щита. На цепях сверху весит главное орудие, ожидающее своего монтажа. Проходят последние проверки внутренние энергосистемы.       Совсем скоро, земля дрогнет. Нет ничего, что разрушало бы этот мир столь же эффективно, как это творение рук человеческих. Машина, созданная, чтобы закончить войну.       Машина, созданная людьми, чтобы искоренить себе подобных.

Если бы мы только знали, какие страдания нас ждут дальше...