Часть 4
20 мая 2026 г., 07:21
Илья смотрел в зеркало гримерки, но видел не свое лицо, а шлейф черного кашемирового пальто, скрывающегося за поворотом коридора. Артём всегда уходил именно так: не прощаясь, оставляя после себя лишь тяжелый, почти удушающий запах ладана и холод, который не брал даже студийный софит.
— Снова считаешь секунды до его возвращения? — Голос Марата прозвучал мягко, но с той самой искрой иронии, которая обычно предназначалась для телезрителей.
Илья вздрогнул. Он привык быть скептиком. Его работа — искать лески, спрятанные магниты и двойное дно. Но в том, что происходило между ним и Бесовым, не было механики. Только голая, нерациональная тяга, которую невозможно было разобрать на атомы и высмеять.
— Это просто усталость, Марат, — глухо ответил Илья, пытаясь стереть салфеткой грим, но лишь размазывая его по щеке. — Слишком много ритуалов, слишком много тяжелой энергии в зале.
Башаров подошел ближе и положил руку ему на плечо. В этом жесте не было актерства.
— Знаешь, Илья, в этой студии многие ищут истину. Но ты — первый на моей памяти, кто так отчаянно пытается доказать самому себе, что любви не существует, когда она уже стоит у тебя за спиной.
Илья опустил голову. Улыбка, которую он так мастерски держал перед камерами, окончательно рассыпалась. На столе лежал белый конверт — пустой, без задания, без фото. Просто чистый лист, на котором он так и не решился написать признание.
— Он ведь даже не смотрит на меня, — прошептал Илья.
— Он смотрит, — возразил Марат, глядя на отражение Ильи. — Просто он видит не скептика Ларионова. Он видит человека, который боится собственного сердца больше, чем любого проклятия.
