Руны

Лофт встретил их привычной пылью и запахом старого железа, но что-то было не так. Вместо уютного света гирлянд, который Стайлз-старший заставил повесить еще пять лет назад, здесь царил полумрак и пахло… безысходностью. — Пап, я, кажется, приложился головой, потому что этот лофт выглядит так, будто в нем живет маньяк-отшельник, — Илай поморщился, отряхивая джинсы от синей пыльцы перемещения. — Он и живет, Илай. Просто это тот период, когда он считал, что кожаная куртка и хмурые брови заменяют психотерапию, — Стайлз выпрямился, и руны на его предплечьях медленно гасли, переливаясь янтарным светом.Из тени, как и положено по канону драматичных появлений, выплыл Дерек. Но это был не его Дерек. Этот был моложе, злее и выглядел так, будто готов перегрызть глотку любому, кто нарушит его одиночество. — Кто вы? — рыкнул Хейл, делая шаг вперед. — И почему от пацана пахнет моей стаей, а от тебя… — он принюхался, и его глаза вспыхнули голубым, — тобой пахнет как стихийным бедствием. — О, «стихийное бедствие» — это комплимент, — ухмыльнулся Стайлз, небрежным жестом чертя в воздухе руну «Умиротворения». Знак на секунду вспыхнул золотом, и Дерек вдруг почувствовал, что его ярость сменяется странным, раздражающим спокойствием. — Привет, хмуроволк. Давно не виделись. Лет пятнадцать? В этот момент тяжелая дверь лофта с грохотом откатилась в сторону. — Дерек! Я нашел это в бестиарии! Это точно ритуал призыва, и если мы не… — Юный Стайлз замер на пороге, выронив тяжелую книгу.Он переводил взгляд с высокого, широкоплечего мужчины в стильной мантии, покрытой мерцающими татуировками, на подростка, который выглядел как его собственная копия, скрещенная с угрюмостью Хейла. — Так, ладно, — Стайлз-младший медленно поднял руки. — Либо я отравился парами аконита, либо у меня очень специфические галлюцинации про будущее, где я наконец-то начал качаться и ношу крутые побрякушки. Илай посмотрел на своего «молодого» папу и прыснул: — Боже, ты реально носил эти клетчатые рубашки? Пап, ты мне врал, что был иконой стиля! Стайлз-старший вздохнул, потирая переносицу, где руна «Терпения» начала подозрительно зудеть. — Илай, прояви уважение. Это время, когда я еще верил, что бита — эффективное оружие против альф. Юный Стайлз осторожно подошел ближе, его глаза расширились до размеров блюдец. Он буквально вибрировал от любопытства, едва сдерживаясь, чтобы не потыкать пальцем в светящиеся узоры на коже своей взрослой версии. — Это что... настоящая магия? — прошептал он, глядя на руну на запястье Мага, которая едва заметно пульсировала в такт сердцебиению. — Не фокусы с пеплом рябины, а прямо... вау? Стайлз-старший усмехнулся. Этот жест был таким знакомым, но в нем чувствовалась уверенность человека, который может остановить летящий грузовик одним словом. — Это Рунная ВязЬ, малец. Язык вселенной. Видишь эту? — он указал на витиеватый знак у ключицы. — Она называется «Анзус». Если я активирую её, ты не сможешь солгать в этом помещении в течение часа. А вот эта на ладони — «Турисаз». Если я сожму кулак, стены этого лофта станут прочнее титана. Дерек, который всё это время стоял в углу, пытаясь подавить навязанное магией спокойствие, наконец обрел голос: — Хватит лекций. Кто этот мальчишка? Ты сказал «твой отец», обращаясь ко мне. Илай, которому явно надоело стоять в тени, вышел на свет. Он картинно вытянул шею и оскалился. Его глаза вспыхнули ярким золотом, а на скулах проступила едва заметная щетина трансформации. — Илай Хейл-Стилински, — представил его Маг, положив руку сыну на плечо. — Твой сын, Дерек. И мой тоже. Хотя, судя по его привычке разбрасывать грязные носки и рычать на холодильник, от тебя в нем гораздо больше. Лофт погрузился в такую тишину, что было слышно, как на улице проезжает машина. Юный Стайлз медленно повернул голову к Дереку, потом обратно к Магу. — Я... и Хмуроволк? — его голос сорвался на высокой ноте. — Мы? У нас? Сын? Это же... биологически... генетически... — Магия рун и немного упрямства семьи Хейл творят чудеса, — перебил его Маг с лукавой искрой в глазах. — Но сейчас у нас проблема посерьезнее твоего сексуального кризиса, «мини-я». Мы попали сюда не просто так. За нами по пятам шел Разрыватель Ткани — тварь, которая питается временными парадоксами. И судя по тому, как у меня чешется руна «Иса» на лодыжке... — он резко обернулся к окну, — он уже близко. И он очень голоден. Дерек-прошлого инстинктивно сделал шаг, загораживая юного Стайлза, хотя сам еще не до конца осознал масштаб катастрофы. — Что нам делать? — спросил он, его голос снова стал жестким.Маг выхватил из воздуха тонкий костяной стилус, и воздух вокруг него затрещал от статического электричества. — Илай, встань в круг. Юный я — хватай свою биту, сегодня она тебе понадобится, чтобы хотя бы отбивать рикошеты. Дерек... просто не стой под ударом. Сейчас папочка покажет, как выглядит настоящий магический фейерверк. Разрыватель Ткани не вошел в дверь — он просочился сквозь реальность. Существо выглядело как ожившая тень, сотканная из битого стекла и помех на старом телевизоре. Воздух в лофте похолодел, а стены начали покрываться инеем. — Илай, «Кеназ» и «Соулу»! — скомандовал Маг, вскидывая руки. Илай не заставил себя ждать. Он прыгнул вперед, в полете выпуская когти, которые теперь светились ярко-оранжевым. — Понял, пап! Давай поджарим эту ветошь! Маг чертанул стилусом в воздухе три сложные связки. — Эйваз! — выкрикнул он. Из пола мгновенно вырвались светящиеся призрачные корни, намертво сковывая монстра. — Альгиз! — вокруг юного Стайлза и Дерека вспыхнул прозрачный купол, по которому тут же забарабанили осколки реальности.Юный Стайлз прижался носом к куполу, наблюдая за собой-будущим. — Обалдеть... Я — джедай! Дерек, ты видишь?! Я Гендальф, только в крутой куртке и с отличным прессом! В этот момент Маг ударил ладонью о ладонь. Между его пальцами вспыхнула ослепительная белая искра. — Уруз! — мощная волна первобытной силы впечатала монстра в стену. Илай, пользуясь моментом, крутанулся в воздухе и вогнал когти, заряженные руной огня, прямо в центр тени. Раздался визг, похожий на скрежет металла, и Разрыватель осыпался на пол черным пеплом. Тишина, наступившая после, была оглушительной. Купол исчез с тихим звоном.Стайлз-маг вытер пот со лба, и руны на его шее медленно потускнели. — Фух... Ненавижу парадоксальных тварей. Вечно от них изжога и запах паленой шерсти. Илай приземлился на ноги, эффектно откинув челку, и тут же обернулся к молодому Дереку: — Видал, пап? А ты мне еще запрещал тренироваться в полнолуние. Молодой Дерек выглядел так, будто его только что переехал поезд «Здоровье». Он медленно перевел взгляд с пепла на Мага, а затем на своего Стайлза, который всё еще сжимал биту. — Ты... — Дерек ткнул пальцем в сторону Мага. — Ты сказал, что мы... семья. Юный Стайлз, отойдя от шока, тут же включил режим «радио»: — Да-да, подожди, Хмуроволк, у меня тут вопросы поважнее! — он подскочил к Илаю. — Итак, пацан, колись. Кто первый признался? Только честно! Я ставил на то, что это будет Дерек в момент смертельной опасности, типа «Стайлз, я всегда тебя любил, а теперь дай мне спокойно умереть от этой царапины».Илай хохотнул, закидывая руки за голову: — Вообще-то, по семейной легенде, ты три часа расписывал ему на доске схему ваших чувств с графиками и статистикой выживаемости, пока он не пригвоздил тебя к стене и не заставил замолчать единственным эффективным способом. Юный Стайлз покраснел до корней волос: — Оу. Графики? Да, это на меня похоже. — А еще, — Илай лукаво прищурился, глядя на Дерека-прошлого, — папа называет его «Большим злым мишкой», когда думает, что я не слышу. А отец в ответ ворчит, но всегда покупает те самые пончики с розовой глазурью. Дерек издал неопределенный звук, средний между рыком и стоном раненого зверя. — Я ухожу. Я просто ухожу в лес. Навсегда. — Сядь на место, Хейл, — ласково, но властно сказал Маг, и на его ладони блеснула руна «Наутиз» (Нужда/Связывание). — Нам нужно обсудить, как вернуть нас домой и не стереть вас из реальности. И да, Дерек... розовую глазурь ты полюбишь через два года. Смирись. Лофт Дерека еще никогда не видел столько «семейного уюта», от которого у самого хозяина лофта дергался глаз. Стайлз-маг легким щелчком пальцев (руна «Феху» — для тепла и комфорта) зажег в пустом камине мягкое золотистое пламя, которое пахло не дымом, а корицей и старыми книгами.Илай развалился на том самом диване, который молодой Дерек считал «вершиной минимализма», а Маг — «орудием пыток для спины». — Итак, предки, — Илай достал из кармана тонкий, почти прозрачный гаджет. — Поскольку мы застряли здесь минимум до рассвета, пока папины руны перезаряжаются, объявляю вечер позора открытым! Юный Стайлз придвинулся ближе, едва не сбивая Дерека с ног. — О-о-о, да! Давай самое сочное. Я в будущем всё такой же... ну, ты понимаешь... потрясающий? Илай ухмыльнулся и провел пальцем по экрану. В воздухе развернулась четкая 3D-проекция. Фото №1: «Рождество в стиле Хейлов». На фото был изображен Дерек — лет на пятнадцать старше, с заметной проседью на висках и… в огромном ярко-зеленом свитере с вышитым оленем, у которого был красный нос-помпон. Рядом стоял Стайлз в такой же нелепой одежде, прижимая к себе маленького Илая. Дерек на фото выглядел максимально несчастным, но при этом его рука собственнически покоилась на талии Стайлза. — О боги… — простонал молодой Дерек, закрывая лицо руками. — Убейте меня сейчас. Я ношу свитер с помпоном? — Ты его обожаешь, — добил его Маг, подмигивая. — Ты сам его выбрал, потому что «олени — это величественные лесные животные». Фото №2: «Магический провал». Стайлз-маг запечатлен в момент, когда какая-то руна явно пошла не так. Его волосы стали ярко-розовыми и встали дыбом, а на заднем плане Дерек согнулся пополам от хохота, указывая на него пальцем. — Это было в прошлом году, — хохотнул Илай. — Папа пытался создать руну мгновенной укладки, но перепутал «Соулу» с «Берканой».Юный Стайлз зашелся в истерическом смехе: — Я розовый! Я — сахарная вата с бородой! Дерек, посмотри, ты там смеешься! Ты умеешь смеяться, а не только косплеить стену! Но самое интересное Илай приберег на десерт. Фото №3: «Тот самый момент». На снимке был летний вечер на заднем дворе дома Шерифа. Дерек и Стайлз сидели на крыльце, глядя на закат. Стайлз что-то увлеченно рассказывал, размахивая руками, а Дерек смотрел на него. Это не был взгляд альфы или напарника. Это был взгляд человека, который нашел свой якорь и свой дом. На коленях у Дерека спал маленький волчонок, уткнувшись носом в его ладонь.В лофте повисла тишина. Юный Стайлз перестал смеяться. Он посмотрел на свою взрослую копию, потом на хмурого парня в кожаной куртке рядом с собой. — Значит... всё будет хорошо? — тихо спросил он. — Все эти битвы, страх, Канима, Альфа-стая... мы через всё пройдем? Маг подошел к «себе маленькому» и положил руку ему на плечо. Руны на его ладони засветились мягким, защитным светом. — Будет чертовски сложно, малец. Ты набьешь кучу шишек, выпьешь море кофе и пару раз почти сойдешь с ума. Но в итоге... — он кивнул на проекцию, где Дерек улыбался, — это того стоит. Каждая секунда. Дерек-прошлого молчал, но его взгляд был прикован к фото. Он вдруг осознал, что запах будущего Стайлза и Илая — это не просто «его стая». Это запах дома, которого у него не было с момента пожара. — А теперь, — Илай коварно заблокировал экран, — кто хочет узнать, почему папа до сих пор хранит в сейфе ту самую разбитую биту и называет её «нашей первой свахой»? Рассвет застал их на крыше лофта. Воздух дрожал от магического напряжения, а руны на коже Мага сияли так ярко, что затмевали восходящее солнце. — Время пришло, — Стайлз-старший чертил в воздухе огромную, сложную печать, объединяющую «Райдо» (путь) и «Дагаз»(трансформация/новый день). — Илай, хватай вещи. Если мы задержимся еще на час, временная петля затянется, и я рискую случайно стереть себе память о том, как правильно пользоваться вилкой. Илай подошел к молодому Дереку и, прежде чем тот успел среагировать, коротко его обнял. — Бывай, пап. Постарайся поменьше рычать и… ну, купи уже тот синий диван. Поверь, он изменит твою жизнь. Дерек замер, неловко похлопав подростка по спине, но в его глазах больше не было льда.Маг повернулся к юному Стайлзу. Между ними возникло странное молчание — молчание двух людей, которые знают друг о друге всё. — Слушай сюда, «икона стиля», — Маг усмехнулся. — Береги его. Он только кажется непробиваемым, а на деле — тот еще сахарный пончик внутри. И… не сомневайся в себе. Руны придут к тебе тогда, когда ты будешь готов. — Эй! — окликнул его юный Стайлз, когда контуры Мага и Илая начали размываться в золотистом вихре. — А как называется та руна, которая заставляет его улыбаться?Маг уже почти исчез, но его голос, полный тепла и ехидства, донесся будто из пустоты: — Эта руна называется «Гебо» — дар взаимности. Но в твоем случае, малец, достаточно просто быть собой и вовремя приносить ему еду!Вспышка ослепила их на мгновение. Когда свет погас, на крыше остались только двое. Ветер трепал полы кожаной куртки Дерека и клетчатую рубашку Стайлза.Юный Стайлз посмотрел на свои пустые ладони, а потом на Дерека. — Ну… — протянул он, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Это было… информативно? Дерек долго смотрел в ту точку, где исчез его будущий сын, а потом молча развернулся и направился к лестнице. — Эй, Хмуроволк, ты куда? — крикнул Стайлз, догоняя его. — В Икею, — бросил Дерек через плечо, и Стайлзу показалось, что в уголках его губ промелькнула тень той самой улыбки с фотографии. — Идем. Нам нужно выбрать синий диван. Пространство свернулось в тугой узел и с влажным хлопком выплюнуло путешественников посреди гостиной их родного лофта. Здесь всё было правильно: мягкий свет гирлянд, запах кофе и тот самый огромный синий диван, на который Илай тут же рухнул, не снимая ботинок. — Дом, милый дом! — простонал подросток. — Пап, клянусь, если я еще раз увижу молодого Дерека в той жуткой куртке, я начну выть на луну от жалости к его гардеробу. — О, поверь, я жил с этой курткой годами, это закаляет характер, — отозвался Маг, устало опускаясь в кресло. Его руны медленно гасли, превращаясь в привычные темные татуировки.Дверь в ванную открылась, и оттуда вышел Дерек — их Дерек. На его висках серебрилась седина, на нем была домашняя футболка, а в руках — стопка свежих полотенец. Он замер, переводя взгляд с одного на другого, а затем спокойно посмотрел на часы. — Вас не было ровно сорок минут, — констатировал он. — Судя по тому, что Илай выглядит так, будто его прожевал и выплюнул фенрир, а от тебя, Стайлз, пахнет озоном и... моим лофтом образца двенадцатого года, вы всё-таки влезли в ту временную петлю?Стайлз-маг хитро прищурился: — Мы не просто влезли. Мы провели воспитательную работу. Твой молодой «я» теперь в курсе, что он любит розовую глазурь, и, кажется, отправился за диваном на десять лет раньше срока.Дерек тяжело вздохнул, но в его глазах вспыхнула та самая искра тепла, которую юный Стайлз видел на фото. Он подошел к мужу и положил ладонь ему на затылок, слегка сжав пальцы. — Ты неисправим. — Зато ты теперь знаешь, почему в 2012-м ты вдруг перестал пытаться меня придушить и начал приносить мне обеды в участок, — Стайлз потянул его за край футболки на себя. — Парадокс замкнулся, волчара. Илай с дивана громко запричитал, закрывая лицо подушкой: — Фу, только не начинайте! Сорок минут назад я видел, как вы двое неловко пялитесь друг на друга, мне хватило романтики на сто лет вперед! Я в душ. И если на ужин не будет пиццы, я открою портал в будущее и съеду к своим правнукам! Когда дверь за сыном захлопнулась, Стайлз расслабился в руках Дерека. На его запястье вдруг слабо мигнула руна «Вуньо» — символ радости и гармонии. — Знаешь, — прошептал Маг, глядя в окно на ночной Бейкон-Хиллс. — Я там увидел себя молодого. Он так боялся будущего. Если бы я мог оставить ему что-то большее, чем совет про пончики...Дерек коснулся губами его лба. — Ты оставил ему достаточно. Ты оставил ему надежду. А в это время, в далеком прошлом, юный Стайлз, засыпая, обнаружил на своей ладони крошечный, едва заметный след от магических чернил — руну, которая согревала сердце и обещала: что бы ни случилось завтра, в конце пути его ждет дом.