Андромеда. Другая галактика

Юдита не спала третью ночь подряд. Она сидела возле Инки, время от времени наблюдая за её дыханием, которое всё ещё было неровным, хриплым, с кровавой пеной на губах. Её лёгкие разрушались изнутри, и Юдита знала, что без вмешательства женщина не доживёт до границы. Медицинская сумка лежала рядом в сотый раз разобранная Юдитой в поисках хоть чего-то, что могло бы помочь. Настойка мака облегчила бы боль, но она не вылечит. Уксус для промывания ран был бесполезен в этом случае. Собранных в лесу тысячелистника, зверобоя и немного коры ивы было недостаточно. Совершенно недостаточно. Однако кое-что всё таки нашлось. Юдита достала маленький пузырёк с тёмной жидкостью внутри, спрятанный в потайном кармане сумки. Экстракт белладонны, смешанный с настойкой наперстянки и чесноком. Смесь, которую она готовила в турецком лазарете для лечения лёгочных инфекций. Эта была опасная смесь, неправильная доза которой убивала быстрее самой болезни...но правильная могла остановить воспаление, дать организму шанс бороться. Юдита смотрела на пузырёк, обдумывая решение. Один шанс. Если она ошибётся с дозой, то Инка умрёт. Если не даст, то результат будет тем же, разве что отсрочится на неделю. Выбор был, казалось бы, очевиден, но перейти к действию было тяжело....но Юдита должна была. Она отмерила три капли в деревянную чашку с водой и размешала. Затем разбудила Инку: – Что... что это? – Лекарство, – ответила Юдита. – Сильное и может помочь – Но может и убить? Юдита не стала врать: – Да, может Инка посмотрела на чашку, потом на спящих детей: – Какие шансы? – Пятьдесят на пятьдесят. – Юдита держала чашку твёрдой рукой. – Без него точно умрёшь через неделю. С ним либо завтра, либо выживешь. Инка улыбнулась слабо: – Как же я обожаю такие ставки Она не думала долго, практически сразу взяла чашку, выпила залпом. Юдита наблюдала внимательно. Первые признаки реакции появятся через час либо судороги и смерть, либо стабилизация. – Ложись, – сказала она. – Отдыхай, я буду рядом Инка легла обратно. Закрыла глаза, дыша тяжело. Юдита сидела, держа её за руку и считала пульс. Сто ударов в минуту. Сто десять. Сто двадцать. Пульс ускорялся слишком быстро. Потом начались судороги. Инка выгнулась дугой, задыхаясь, изо рта пошла пена глаза закатились. Лара и Корина проснулись от того, насколько громкими были крики: – Что происходит?! – Реакция на лекарство, – ответила Юдита, удерживая Инку. – Помогите мне! Держите её! Марина тоже присоединилась. Они втроём держали бьющееся в конвульсиях тело. Дети проснулись и сжались от страха того, что видели – Не смотрите! – крикнула Корина. – Отвернитесь! Петар закрыл глаза сестёр руками, прижал их к себе. Судороги, казалось, продолжались вечность. Юдита держала, считала секунды впервые за месяцы молилась. "Царица-Земля, не забирай её. Не сейчас. Дай ей шанс" Две минуты. Три. Четыре.....судороги начали ослабевать. Инка обмякла, дыхание выровнялось, пульс стал замедляться – девяносто, восемьдесят, семьдесят пять....Юдита проверила зрачки, они реагировали на свет. Послушала лёгкие – хрипы стали тише. Работает. Лекарство работает.Она опустилась на землю и наконец выдохнула: – Всё. Худшее позади. – Она выживет? – спросила Лара. – Не знаю. – Юдита вытерла пот со лба. – Но у неё есть шанс, более реальный шанс, чем был раньше Корина резко обняла её: – Ты спасла её – Пока не спасла, мы узнаем это только утром Но в голосе уже звучала надежда. На утро результат был известен. Инка проснулась слабой, но живой. Кашель почти прекратился и дыхание стало намного чище. – Как ты себя чувствуешь? – спросила Юдита, проверяя её пульс. – Как будто меня переехала повозка, – ответила Инка хрипло. – Но... легче, дышать легче. – Лекарство подействовало. – Юдита улыбнулась, впервые за месяцы настоящей улыбкой. – Воспаление спадает, твой организм борется – Я... я выживу? – Если будешь беречь силы, не напрягаться и правильно питаться, то да, выживешь. Дети бросились к Инке, обнимая, плача от радости. – Ты не умрёшь! – всхлипывала Ката. – Не умрёшь! Ты останешься с нами – Да, солнышко, – Инка гладила её по голове. – Не умру, я буду с вами как и обещала Петар смотрел на Юдиту с благодарностью: – Спасибо. Спасибо, что спасла её – Я сделала, что могла, – ответила Юдита и ощутила чувство, которое, казалось, давно забыла. Она действительно была рада, была горда тем, что смогла спасти жизнь не турецкого солдата, а женщины, которая рисковала собой ради жизней троих детей и эта одна спасённая жизнь значила больше, чем сотни тех, что она спасала в турецком лагере. Марина подошла и положила руку на плечо Юдиты: – Ты хороший врач – Знаю, – ответила Юдита просто, слегка усмехнувшись, отчего Марина засмеялась первый раз услышала её смех. Звонкий, живой – А ты нескромная, – сказала она – Я честная, – поправила Юдита. – Нескромность – когда преувеличиваешь, а я просто констатирую факт – Хорошо, тогда ты хороший и очень честный врач Их взгляды встретились, задержались секунду дольше, чем нужно и что-то тонкое, едва уловимое прошло между ними. Юдита, будто почувствовав это отвернулась первой. Она не хотела анализировать, по крайней мере не сейчас – Идём дальше, – сказала Лара. – Инка слаба, но двигаться может, а граница достаточно близко, всего дня три пути Они собрались быстро. Помогли Инке встать, она пока ещё опиралась на палку, но уже шла сама. Дети держались рядом, готовые поддержать, если нужно. Теперь вся группа вновь двинулась на север. Восемь человек, восемь жизней, связанных судьбой. На второй день они увидели широкую, быструю реку, с ледяной водой от растаявшего снега. Граница проходила по ней, по ту сторону было видно свободные земли. – Это она? – спросила Корина, глядя на противоположный берег. – Да, – ответила Марина. – Я пересекала её месяц назад. В другом месте, но та же река – Как переправимся? – Лара изучала течение. – Слишком быстрое течение, нас просто утянет – Есть брод, – сказала Марина. – В миле отсюда. Мелкое место, но по не можно перейти – Покажешь? – Конечно, идём Марина повела группу вдоль берега. Через час вышли к широкому участку, где река растекалась, становясь мельче. – Здесь, – сказала Марина. – Глубина по пояс и течение чуть слабее. Тоже опасно, но пройти можно Лара изучала брод. Потом кивнула: – Хорошо. Идём по одному очень осторожно Они начали переправу. Марина, уже зная дорогу пошла первой, ещё раз проверяя путь. Вода была ледяной, но терпимой. Лара пошла за ней, периодически оглядываясь на идущего за ней Петара. Корина следила за Ниной, Юдита контролировала Кату. Самой последней, опираясь на палку шла Инка. Так они дошли до середины реки, пока не услышали крик. Они обернулись и увидели на том берегу, откуда они пришли, появились всадники. Турецкий патруль, человек двенадцать, которые увидели группу в воде. Командир тут же выкрикнул приказ и лучники подняли своё оружие, готовясь стрелять – Бегите! – закричала Лара. – Быстрее! Они побежали через воду. Течение сбивало, подхватывало, будто желая утянуть, камни скользили под ногами. Первая стрела просвистела над головами. Вторая воткнулась в воду прямо рядом с Кориной. Марина достигла берега первой и тут же развернулась, помогая остальным. Лара успела быстро вытолкнуть Петара на сушу, затем Корина помогла Нине. Юдита уже собиралась помогать перебраться Кате, но в этот момент стрела попала прямо ей в руку ослабляя хватку и Ката выскользнула из рук. Течение подхватило девочку. – Ката! — закричала Инка и бросилась за ней, забыв о слабости, о болезни. Она успела схватить Кату, прижать к себе и уже развернулась к берегу, когда почувствовала, как что-то пронизывает её тело. Стрела вошла в спину. Инка пошатнулась, но не отпустила ребёнка. Сделала шаг, потом ещё один....и вторая стрела попала ей в бок. Инка упала на колени прямо рядом с берегом. Лара и Марина бросились в реку. Подхватили Инку с двух сторон, потащили к берегу. Стрелы падали как дождь, одна прошла в дюйме от головы Лары, но они всё же дотащили обеих до берега. Инка дышала тяжело. Две стрелы торчали из спины и бока. Кровь заливала одежду. – Инка! – Ката рыдала, прижимаясь к ней. – Не умирай! Юдита, которая сама только успела вынуть стрелу из руки опустилась рядом. Осмотрела раны и побледнела: – Это... это плохо, очень плохо – Насколько плохо? – спросила Корина. – Одна стрела задела лёгкое. Вторая попала в печень. – Юдита смотрела на Инку. – Без операции, без инструментов... я не смогу... – Понятно, – прервала её Инка. Голос слабый, но спокойный. – Я умираю – Инка, нет! – Петар схватил её за руку. – Ты же выздоравливала! Юдита вылечила тебя! – От болезни. – Инка улыбнулась. – Но не от стрел Она посмотрела на четырёх женщин, стоящих вокруг: – Слушайте меня....времени мало – Инка... – начала Лара. – Нет. Слушайте. – Инка кашлянула, кровь брызнула на губы. – Дети....Позаботьтесь о них.... Всех троих. Это главное....обещайте – Обещаем, – сказала Корина, чувствуя слёзы на глазах. – Конечно обещаем – Доведите до....безопасности. До места, где можно жить....учиться...не прятаться больше – Доведём, ради тебя...ради них –подтвердила Марина Инка повернулась к детям. Дотронулась до лица каждого: – Петар. Ты сильный, храбрый мальчик.....заботься о сёстрах...но не забывай жить сам. Слышишь? Петар кивал, плача. – Нина....ты добрая, милая девочка. Не теряй доброту. Мир жесток, но ты не становись жестокой.. Нина всхлипывала, держа Инку за руку. – Ката....моё маленькое солнышко. – Инка гладила её по голове. – Вырасти счастливой....найди радость....живи за меня...за мою дочь...за всех, кто не дожил... Ката рыдала безутешно. Инка посмотрела на остальных женщин снова: – Вы сёстры...держитесь вместе что бы ни случилось....не дайте ничему и никому разделить вас – Мы вместе....всегда – повторила Юдита, вытирая слёзы – Наши матери не породили рабов, – прошептала Инка. – Они породили дочерей....сильных... свободных... живых... Голос затих, глаза закрылись. Инка умерла на берегу реки, в пяти шагах от свободы... Дети кричали. Петар обнимал её тело, Нина и Ката рыдали. Четыре женщины теперь стояли молча и смотрели на мёртвую сестру. На той стороне реки турки развернулись, уезжая, решив не переправляться – добыча не стоила риска. – Надо хоронить, – сказала наконец Марина, сквозь слёзы – Здесь? – Корина посмотрела вокруг. – Там. – Лара указала на небольшой холм рядом. – Между двумя берегами... свободой и смертью Они копали голыми руками землю, которая всё ещё была мягкой после дождей. Через час яма была готова. Девушки положили Инку внутрь бережно, сложили её руки на груди и закрыли глаза. Юдита положила в могилу маленький букет полевых цветов, первых весенних цветов. – Прощай, сестра, – сказала она тихо. – Ты была сильнее всех нас Они не помнили сколько стояли там, но спустя время засыпали могилу, сделали холмик и поставили крест, сделанный из двух веток. Дети стояли рядом, держась за руки и тихо плакали. – Она спасла меня, – прошептала Ката. – Я упала, а она... она спасла меня – Знаем, солнышко, – Лара обняла девочку. – Она любила тебя, любила всех вас – Что теперь будет с нами? ,– спросил Петар. – Мы позаботимся о вас, – ответила Корина. — Мы обещали Инке и сдержим обещание – Вы... вы будете нашей семьёй? Четыре женщины переглянулись. – Да, – сказала Марина. – Будем, если вы хотите. Дети кивнули отчаянно. Они постояли у могилы ещё немного, молча прощаясь. Потом Лара сказала: – Идём. Надо найти безопасное место для ночлега И они двинулись дальше. Семеро теперь – четыре женщины, трое детей. Инка осталась лежать на холме, между двух миров....лицом к звёздам, там, где теперь была её душа. Свободная, наконец свободная. Через день они нашли маленькую деревню на безопасной стороне до которой турки не добрались. Деревня не разрушенная, не сожжённая и по-прежнему живая. Люди встретили их настороженно, но не враждебно. Староста выслушал их историю. – Вы можете остаться, – сказал он. – Но ненадолго, еды мало, да и места тоже – Нам нужно оставить только детей, – сказала Корина. – Найти им приют, семью Староста посмотрел на Петара, Нину и Кату: – Сироты? – Да. Родители убиты турками. – Как и у половины детей здесь. – Староста вздохнул. – Но попробуем, я поспрашиваю, может кто и согласится их взять К вечеру нашлась семья. Пожилая пара, потерявшая своих детей от чум согласились взять всех троих. Лара, Корина, Юдита, Марина и... пятой не было больше...Четыре женщины сидели с детьми, говоря им последние слова. – Вы останетесь здесь, – говорила Лара. – С хорошими людьми, которые позаботятся о вас – А вы? – спросил Петар. – Вы куда? – Мы идём дальше. – Корина не могла смотреть в глаза мальчику, чувствуя слишком много эмоций от момента прощания. – У нас... у нас другой путь – Возьмите нас с собой! – Не можем, — ответила Юдита. – Слишком опасно, здесь вы в безопасности – Но мы же семья! – Петар плакал. – Вы обещали! – Мы обещали Инке довести вас до безопасности, – мягко сказала Марина. – Мы сдержали обещание, теперь вы здесь. Живы и в безопасности Нина обняла Корину: – Не уходите, пожалуйста Корина гладила её по волосам, сама еле сдерживая слёзы: – Мы должны, милая. Должны Ката прижималась к Ларе, всхлипывая. Расставание было мучительным, но необходимым. Девушки знали, что их путь ещё не кончился. Война продолжалась, турки наступали и нужно было двигаться дальше, чтобы предупреждать другие деревни и спасать других людей. Дети замедлят, подвергнутся опасности. А здесь они были в безопасности. – Мы вернёмся, – пообещала Лара, обнимая каждого на прощание. – Когда война кончится, мы вернёмся за вами – Обещаете? – спросил Петар сквозь слёзы. – Обещаем...и вы знаете, мы обещания держим Они ушли на рассвете, не оглядываясь...если оглянутся, то не уйдут. Теперь только четыре женщины на дороге. Четыре сестры. Пятая осталась в могиле на холме. Трое детей остались в деревне, в безопасности. – Мы правильно сделали? – спросила Корина, когда деревня скрылась за поворотом. – Да, – ответила Марина. – Это было единственное правильное решение – Тогда почему так больно? Никто не ответил. Всё это время они шли молча. Только четверо...снова одни, только они были друг у друга. "Nisu naše majke iznjedrile roblje" (Наши матери не породили рабов) Инка умерла свободной и теперь она могло покоиться с миром. Её миссия выполнена, дети будут расти в безопасности. А четверо оставшихся продолжат путь. Сколько ещё продлится война –неизвестно. Сколько ещё придётся бороться – неизвестно. Но пока они дышали, они боролись. Вместе. До конца.